Воздушный акробат

Оставалось каких-то пара холодных часов до рассвета. Свет в окне второго этажа дома семьи Денбро погас, когда на их улицу завернула патрульная машина, медленно ползла вдоль по улице, чуть задержавшись напротив дома, казалось, но затем двинулась дальше. *** Со стороны могло показаться, что Билл медлителен. Но торопился, как только мог, уже неплохо справляясь с подрагивающими пальцами, застегивая рубашку, оставляя пару верхних пуговиц. Рукава задирать он так и не решился. — Билл! Билл! Прием! — затарабанили кулаками по двери в его комнату. Ричи ворвался, как смерч, застав Денбро в каком-то нервном топтании перед зеркалом. Мальчик пытался справиться с рукавом рубашки и неотрывно смотрел на Тозиера. — Mio Dio! Bill! — всплеснув руками, через мгновение, Ричи преодолел расстояние между ними и одернул его, парой быстрых движений вновь закатывая рукав, ошибочно подумав, что Билл застрял именно на этом занятии, — Стэн успел бы стать мужчиной трижды, пока ты собираешься, идем. У нас сеанс на 13:47. Клуб ждал их на первом этаже, встретив с неизменной беззаботностью в отношении их заспанного друга. Никого не смущал «помятый» вид Денбро. Будто и не замечали побагровевших костяшек пальцев, ни синяков на предплечьях, ни укусов. Напротив, они странновато на него покосились, когда он продемонстрировал им руки. Ричи выдал свое знаменательное: «И че?», после чего компания вновь отвлеклась на бурное обсуждение, выезжая на проезжую часть. По коням! У них оставалось одно неразрешенное дело — мировой конфликт: Сырный начос на семерых или стандартный поп-корн. И решаться нужно было сейчас! Ведь, через двадцать минут уже начинался их сеанс. А они, к слову, только отъехали от дома Билла. Бэв периодически оборачивалась на неторопливо следовавшего в самом конце Денбро. Очень хотелось списать его беспокойство на плохой сон, что, наверное, девушка и сделала, потому что больше не поворачивалась, наблюдая из-за спины Бэна за дорогой. *** — … впрочем, фильм вышел неплохим, — продолжал рассуждать Тозиер, — есть пара дыр в сюжете, ну, знаешь, вроде разрушения базы. Даже если упереть конструкцию под тем углом, как показано в фильме, то эта штука все-равно сломалась бы под собственным весом, но где-нибудь в другом месте. С Ричи они остановились на одном из перекрестков. До комендантского часа хоть и оставалось немного времени, но шастать по району в одиночку родители им запрещали. — И… Или, к-когда та ж-журналистка получает д-доступ н-на… на с-сверх-секретный аномальный военный об-объект и п-приводит с собой, — Билл засмеялся, вспоминая несуразный, слишком простецки простой образ ее спутника: — бородатого б. б-бродягу. — Не-не! Все в норме! Там с минуты на минуту должен еще Крис Рок был подъехать просто, — на этой ноте, посмеиваясь, Ричи поправил очки и хлопнув Билла по плечу, отсалютовал, — позвони Эдсу, как дома будешь, ок? С губ Билла все еще не сходила улыбка. Ричи счел это за положительный ответ. — Будь осторожен. Билл всегда отделялся от компании самым последним и не потому что его родителям наплевать на время возвращения их сына, просто он хороший парень и переживал за своих друзей. Как и они. Скоростное жужжание колес в какой-то момент слилось с шелестом мелко-мелко накрапывающего дождя. Погода на улице еще с утра была мерзкой, словно лицо бывшей. А к вечеру и вовсе дала течь, накрывая Дерри летним приятным дождем. Лысая резина проскальзывала по асфальту, будто по льду. А ведь это только подъем. Сцепление с дорогой оставляло желать лучшего и в какой-то момент, Билл сбавил обороты, не уверенный в том, что удержит Сильвер. Как вдруг, сзади послышался прорывающийся сквозь дождь свист. — ДеБилл Денбро! — обещание Ричи быть осторожным растворилось в крике Генри Бауэрса. И наученный на горьком опыте еще с четвертого класса, услышав этот голос, он втопил педаль газа. И активно заработал ногами, разгонял Сильвер вновь. Заставляя того карабкаться на пригорок, через раз пропуская обороты. С гулом, мимо пронесся автомобиль, едва не задевая самого Билла. Едва. Рыгало Хаггинс был тем еще отморозком, но за правонарушения на дороге пока не привлекался. Значит, старался. Но испытывать судьбу Билл не стал, зная, что «бог не играет в кости». Он выкрутил руль, уходя в смежную улочку. Он сглотнул подступающий к горлу ком страха, вновь заслышав рык двигателя и голоса тех парней. И из последних сил толкнул своего неимоверно тяжелого стального коня вперед и бездумно сиганул вниз по улице. Он-то знал наверняка — эти придурки станут его преследовать. Как не сомневался и в том, что они достаточно конченные, чтобы смеха ради, в идиотской манере понтоваться, подрезать его, допустим. А то и вовсе посадить на капот и как следует отделать прямо на нем. — Давай-давай, мелкий пиздюк, скорее перебирай ногами! — вырвал его из мыслей крик Патрика. Этот парень был известен особым отношением к животным, бисексуальностью и нелюбовью вступать в баталии с совестью. Сильвер набрал невероятную скорость. Асфальт под колесами слился в одно темно-серое пятно и не дай бог на пути встанет камень — Билл не досчитается своих костей, если сиганет головой через велик вперед. А то и грозит попасть под колеса гнавшего его автомобиля. Преодолев один перекресток, на втором он поздно заметил помеху справа. Шквал мыслей одолел его моментально, представляя выпавшие перспективы: либо он попытается затормозить и его боднут в жопу на длинном тормозном пути, либо проскочит и оторвется от Бауэрса. На подумать Хорошенько времени не было. — ААААА! — достигнув точки невозврата, Билл отчаянно зажмурился, сжимая руль до побеления костяшек пальцев. Скрежет тормозов. Смазанный автомобильный вой. Удар прошелся по касательной, от чего заднее колесо сильно повело, но Билл удержался в седле и вздохнул полной грудью, распахивая глаза. Он сделал это! И в ужасе обомлел. Затем, раздался короткий вскрик и велик вбился в ограждение дома, выбрасывая мальчишку из седла одним мощным рывком. И тот должен благодарить вселенную за то, что пронесся над острыми пиками ограды, только потому что Сильвер был достаточно высоким. С палящим ударом, из тела выбило дыхание, когда мальчишка упал на землю. Его еще пару метров протащило вперед, напрочь сдирая рубашку. Очнувшись, Билл не мог пошевелиться. Не был уверен сколько продлилось его беспамятство, потому что, когда ощутил себя — еще до того как открыл глаза или издал болезненный стон — уже слышал разрывающий колонки хардрок из хрипящих колонок авто Рыгалы Хаггинса. «Бауэрс!» Билл тяжело застонал, переворачиваясь на живот и предпринял попытку встать. С раза третьего у него это вышло и он, не разбирая дороги, сиганул к крыльцу. Ступенька… третья. Двери хлопнули за спиной, и Билл крепко прижался к ней, сползая на пол. Ветхая, с облупленной краской на сбитых досках, дверь сейчас внушала иррациональное чувство безопасности. Хотя, рыгало Хаггинсу ничего не стоило бы ее вынести толчком плеча. Билл закашлялся, вдохнув спертый воздух, с поднятой в суматохе пылью. На глаза накатила влага. Он даже не понимал где у него болит. Если есть определение этому слову более научное, то он его не знал и охарактеризовал бы эту боль сейчас, как ушиб всего тела. Он отбил себе, казалось, все, кроме яиц. На пороге дома кто-то топтался. Билл глубоко вздохнул и собрав последние силы, поднялся на ноги, отходя к лестнице. Ладонь легла на поручень, находя в нем хорошую опору и мальчишка вбежал вверх по винтовой лестнице, останавливаясь где-то на середине, после чего замер. Никакого шума за дверью теперь не было слышно. Ушли? Топот перебегающих детских — он был в этом уверен, теперь как следует расслышав — ножек повторился, но уже на втором этаже. Там кто-то прятался. Билл вскинул голову вверх, медленно отступая на ступеньку ниже. И вторя его шагу, там кто-то сделал шаг навстречу. Только сейчас он обратил внимание на обшарпанные стены дома, побитые окна, заколоченные досками изнутри, грязь. Темнота, в которой едва различались силуэты. Билл боялся пошевелиться. Он нутром чуял, что тут что-то неладно. Одна из ступенек сзади заскрипела. К нему кто-то подкрался… или пытался это сделать. Билл резко развернулся лицом к лицу сталкиваясь с чем-то в пестрых тряпках. Слишком близко! Буквально в ступеньке от него. Оно смотрело своими темными впадинами вместо глаз, рвануло вперед, издавая нечленораздельное мычание отсутствующим ртом. Билл вскрикнул и рухнул спиной на перила, с хрустом их проламывая и падая в никуда. Но радуясь в этот момент, что гремя когтями безликая тварь тенью метнулась на второй этаж. За доли секунды до падения, Билл боковым зрением уловил стоящий в дверях нелепый светлый силуэт до ужаса ему знакомый своим янтарным блеском в нечеловеческих глазах. Багровая влажная улыбка с потешно выступающими вперед передними зубами ему скалилась.