Хуарачи

Виталик словил тревожный звоночек едва ли ни за неделю до этого. Ходил и беспокойно поводил плечами, словно пытался стряхнуть давящую скованность или навязчивый взгляд между лопаток. Андрея, как назло — или слава Богу, — не было в городе, он бы обязательно что-то заподозрил. А Виталик и сам не понимал — чего. Не хватало им еще этой нелепой паранойи на двоих. Но Андрей вернулся. В его присутствии как будто попустило. Даже после недолгой разлуки в его присутствии Виталик в принципе не мог ни о чем другом думать. Думать вообще сложно, когда не отпускают ни на шаг, голодно, с маньячной настойчивостью, отводят к краю и падают за компанию. К выходным они вместе выбрались до супермаркета за продуктами и всякой всячиной. Там-то между рядов Виталик и углядел знакомый разворот плеч в синей ветровке, и живот моментально скрутило. — Виталь?.. — Андрей обернулся к нему с каким-то вопросом и насторожился, различив затравленное выражение лица. — Что? Виталик беспомощно посмотрел ему за спину, где никого уже не было, и отвел глаза. Прошло уже почти полгода, а прошлое мучило и пугало Виталика все так же. — Здесь Олег. Тот парень, — тихо признался он. И добавил: — Прости. Я не хотел бы, чтобы это выяснилось каким-нибудь другим способом. Андрей наклонил голову, однако разозленным или расстроенным не выглядел. Подтянул к себе Виталика за ворот своей же толстовки и коротко коснулся губ. — Ты все нашел, что хотел? Виталик на чистом автомате закивал. Потом подумал еще и с сожалением помотал разнывшейся головой. — Я быстро. Яснее ясного, что по закону подлости он просто обязан был наткнуться на Олега на обратном пути. И наткнулся. — Привет, — улыбнулся тот с удивлением. — Успешно прячешься, тебя не разыскать. — Зачем тогда искать? И так ведь все понятно. — Ну, вдруг бы мне удалось тебя уговорить. — Уговорить? — Виталик даже перестал дергаться от абсурдности этого предположения. — Олег, ты не настолько плох, чтобы нужно было уговаривать. — Но когда Олег протянул к нему руку, аккуратно увернулся: — Только не в моем случае. У меня есть парень, и твои уговоры неуместны. — Андрей? — вдруг спросил тот. — Что? — Твоего парня зовут Андрей? Растерянное молчание сказало все за Виталика. — Ты назвал меня. Случайно, — объяснил Олег и неловким жестом спрятал руки в карманы. — Если так, мне жаль. Надеюсь, он не узнает… — Он в курсе, — перебил его Виталик и наконец-то сумел посмотреть ему в глаза прямо. — Прости и ты меня. Олег медленно пожал плечами и улыбнулся. — Дерьмо случается. Больше так не тупи, мартышка. — Ах ты гребаный ишак… И тут в разговор вклинился голос Андрея: — Вот так обмен любезностями. Виталик лишь чудом не вздрогнул. После чего спиной шагнул к Андрею под крылышко и посмотрел на Олега, чувствуя себя по всем фронтам виноватым. Олег, в свою очередь, пристально оглядел Андрея и только тогда протянул ему крепкую руку. — Наслышан. Рад познакомиться. Андрей ответил на пожатие молча и без неприязни. На том и разошлись. — Скажи, если есть что, — обратился к нему Виталик, когда они вернулись домой. — Сказал бы, если б было, — откликнулся Андрей. Но верилось в это почему-то с трудом. Виталик сверлил взглядом его спину еще час или два — на сколько хватило терпения, — а потом сел за стол напротив, вытащил из руки маркер и захлопнул скечбук, над которым Андрей медитировал. — Правда или выкуп? Брови Андрея с недоверием поползли вверх. — Выкуп. — Вытаскивай стаканы, будем разговаривать. Твоя очередь. — А если я не хочу? Виталик упрямо покачал головой. — Ты не предложил выбор. — Правда или выкуп? — Правда. Вместо повторения вопроса, Андрей прищурился, отвернулся, дотягиваясь до бутылки со стаканами. Налил им и, не дожидаясь Виталика, опрокинул в себя. — О чем говорили? — О тебе. Андрей красноречиво посмотрел на его вымученную улыбку, молчанием настаивая продолжать, хотя ответ на свой вопрос уже получил. — Оказывается, я назвал его твоим именем. Он так сказал. Я не помню. Правда или выкуп? — Выкуп. Виталик приглашающе махнул рукой в сторону бутылки. — Пей, Андрюш, пей, — и сразу выбрал: — Правда. Андрей выпил и придавил Виталика тяжелым взглядом: — Почему он? По-че-му, Виталик? Виталик его взгляд выдержал — смотрел, пока глаза не заслезились. Снова сделалось страшно, что вот сейчас все и закончится. — Я не знаю. Он сам столько раз над этим думал. Но все, к чему пришел, так и оставалось догадками, весьма расплывчатыми и абстрактными. — Возможно, он показался мне настолько понятным и комфортным, что я просто не заметил момента, когда все зашло слишком далеко. Андрей скрипнул зубами, прикрывая глаза. — Выкуп, — проскрипел он. — Пей. — Сам пей, — огрызнулся Андрей. И хотя это было не по правилам, Виталик не стал перечить. Алкоголь размывал резкий точечный очаг боли в груди до монотонной ломоты во всем теле. Это был выгодный обмен. — Правда. — А я, значит, непонятный? Виталик даже опешил. — Серьезно?.. Да ты вообще самый непредсказуемый человек, которого я когда-либо встречал. Я до сих пор не понял, какого черта ты со мной связался. — Так чего же не уходишь? Пришел черед Виталику скрипеть зубами. — Пей, Андрей, а то херню какую-то порешь. Или уж давай тогда — все вываливай, что накопилось. Андрей резко перегнулся к нему через стол и дернул к себе за грудки. — Я никогда ни с кем не делился и делиться не собираюсь, — прорычал он Виталику в лицо. На что последний четко отчеканил: — Правда. Напоминание об условной игре немного привело Андрея в чувство. А, может, наконец алкоголь добрался до пустого желудка — глаза у Андрея блестели, и в движениях проступила кошачья плавность. Он разжал пальцы и откинулся обратно на спинку стула. — Как бы ты поступил на моем месте? У Виталика сдавило горло от одной мысли, одного этого вопроса. — Я бы ненавидел тебя, — прошептал он и закрыл лицо задрожавшими руками. — Но отпустить бы не смог. Они какое-то время сидели в тишине и каждый в своих мыслях. Пока Андрей снова не заговорил: — Правда. Виталик с шумом выдохнул, шмыгнул носом и, выныривая из-за пальцев, схватился за стакан. — Когда ты попросил меня уехать домой… когда Слава привезла тебя… ты с ней?.. Он даже выговорить это не мог. Андрей понял, покачал головой. — Нет. — Но ты думал? Он мог не отвечать, но все равно ответил: — Да. Виталик допил свою порцию залпом и скривился. В его голове тоже уже шумело. Хотя тошнило совсем от другого. — Правда. — Если бы это случилось, ты правда смог бы меня простить? Впервые в голосе Андрея прозвучала неуверенность. — Я уже ответил. Ты повторяешься. — Ты уверен? — Ты на будущее, что ли, разузнаешь? — нервно хихикнул Виталик. — Охуел? — Я. Уверен. Потому что я думал, что вы... Да. И меня это нихера не остановило. Андрей долго смотрел на него, как будто видел в первый раз. Потом потер руками лицо и собрался что-то сказать, но, видимо, по ходу дела передумал. — Правда. — Ты все еще не доверяешь мне? Ответ на этот простой вопрос был ужасающе важен. Потому что даже Виталик не был уверен, что сам верит себе, в себя, кому-то, кроме Андрея, которому верил слепо и безоговорочно. Взгляд Андрея будто уловил это «ужасающе» и вдруг стал мягче. — Я не не доверяю тебе. Я не доверяю другим. С Виталика будто гора привстала. Он судорожно ухватил Андрея за руку и, подтянув по столу, уткнулся в нее лбом. Вторая рука тут же легла ему на загривок и с нажимом разворошила волосы. — Выкуп, — пробормотал Виталик, прижимаясь губами к коже. — Пойдем спать.