Only

      Когда ты переходишь в среднюю школу, многое меняется. В жизни Питера как раз много чего поменялось.       Во-первых, финансовое положение. В начале лета Бена сократили, и теперь он искал новую работу, пока безуспешно, поэтому перебивался подработками. Мэй же взяла несколько дополнительных часов вместо своей беременной коллеги, и, благодаря этому, у них выходило сводить концы с концами.       Во-вторых, окружение. В средней школе было много кружков, в том числе по робототехнике. Здесь Питер и нашёл своего друга. Нед был классным и мог поддержать разговор про отличия Звёздных войн и Стартрека, чего не мог даже Бен. Но было и кое-что напрягающее.       — Эй, Паркер!       Питер стоял возле своего шкафчика, пытаясь одной рукой удержать недоделанную модель лунохода, другой запихивая учебники в рюкзак, пристроенный на согнутом колене. И последнее, что ему сейчас было нужно, так это внимание Фишера.       — Эй, Денни! Что такое, опять оставался после уроков?       — Тобой сегодня снова вытрут пол, сопляк, — раздражённо вздохнули из-за дверцы шкафчика. Следом послышался шелест доставаемой из ножен катаны. — Если Мэй опять перейдёт на ультразвук, будешь сам выпутываться.       — Я и так всегда сам выпутываюсь, — прошипел Питер, чтобы его не услышал приближающийся Фишер.       Ах да! И в-третьих.       Дэдпул вернулся.       Случилось это после первой серьёзной драки со сворой Фишера, которая решила, что перекидывать друг другу ланчбокс Неда — это весело. Паркеру тогда здорово прилетело в голову, когда он отвлёкся на вернувшегося воображаемого не-друга. С тех пор Дэдпул то приходил, то уходил. Например, до сегодняшнего дня он отсутствовал почти неделю.       — Нет, придурок, — почти беззлобно ответил подошедший Денни. — Меня взяли в команду по баскетболу, так что у меня не будет времени, чтобы научить тебя уму-разуму, — Фишер широко ухмыльнулся и уставился на Питера, ожидая реакции.       (Которая, кстати говоря, сошла на нет с появлением мистера «Эй-смотри-я-проткнул-твоего-учителя-вот-угар». Сложно продолжать реагировать на оскорбления, когда каждый день делаешь вид, что не видишь того, что видишь).       — Какое облегчение, — пробормотал Паркер, наконец-то закрывая рюкзак и надевая его на плечо. — Удачи в спорте, может, хоть там тебя ждёт успех, — Питер закрыл свой шкафчик, и хотел было уйти, как Денни сказал:        — Не расслабляйся. Брук всё ещё бесится. И уж он-то с тебя живого не слезет. Питер ничего не ответил и пошёл домой.

***

      — Почему нельзя сделать из сучьих выродков кебаб? — Дэдпул ходил по небольшой кухне и размахивал руками. — Почему ты не двинул ему по тупой башке? До сих пор добренький?       — Потому что это нарушение поведения в школьном коридоре, — вяло отбивался Паркер, следя за закипающей в кастрюле водой. — Я вообще не должен перед тобой оправдываться. Ты — галлюцинация.       Возмущённое ворчание Дэдпула было прервано звуком открывающейся двери.       — Есть кто дома?       — Я, — крикнул Питер, выходя навстречу дяде. Бен как раз вешал куртку и что-то напевал. — Хороший день?       — Да, — кивнул Бен и хитро прищурился, — я нашёл работу!       — Круто! И где? — Питер посторонился, пропуская дядю на кухню. Тот подошёл к плите, проверил воду и высыпал в кастрюлю, стоящую рядом, пачку макарон.       — Мой друг из колледжа пристроил к знакомым в таксопарк. Придётся работать каждый день, с утра и до вечера, но платить будут неплохо, — он подмигнул Питеру и потрепал его по волосам. — А как твой день?       — Ну, началось. Я отчаливаю, ваша семейная идиллия вызывает у меня изжогу, геморрой и плоскостопие, — сказал Дэдпул и исчез до того, как Питер повернул голову в его сторону. На глаза ему попался луноход.       — Да вот, — Паркер кивнул в сторону стола, — сделал сегодня. Нужно закончить до конца месяца, тогда возьмут на выставку в какой-то старшей школе для умников.       — «Какая-то старшая школа для умников» звучит как твоя ожившая мечта, — поддразнивал Бен, помешивая в кастрюле шумовкой. — Уверен, Пит, ты победишь на этой выставке, — сказал он и потрепал Питера по чёлке.

***

      — Так, ну череп определённо цел.       Доктор Селби аккуратно ощупывал висок Питера, пытаясь не давить пальцами на гематому. Он вздыхал и охал, что-то бурчал про нрав современной молодёжи, но никак не обвинял Паркера в случившемся. Питер мысленно поставил ему за это плюсик.       — Мэм, как бы то ни было, я настаиваю на МРТ, — сказал доктор, поворачиваясь к Мэй, нервно шагавшей за его спиной. — То, что с костями всё в порядке, ещё ничего не значит.       Тётя нервно поджала губы и нахмурилась. Директор средней школы, в которой учился Питер, позвонил ей в середине рабочего дня. Уже это не предвещало ничего хорошего. Но кто знал, что всё настолько серьёзно?       Доктор Селби видел такое выражение лица у многих. Он называл его «Я люблю этого ребёнка, но это не отменяет моего негодования от увеличения счёта за страховку». Доктор тяжело вздохнул:       — Знаете, мэм, мы успели побеседовать с Вашим племянником. Очень смышлёный юноша, очень. Сказал, что вряд ли теперь попадёт на выставку в старшей школе, ведь собранный им луноход разбили об его же голову, — Селби посмотрел на Мэй и многозначительно поднял брови. — Обычно родители или, в нашем случае, опекуны, решают вопрос по оплате счетов посредством директора. Или полиции, — буркнул он, протягивая направление на МРТ.

***

      Питер лежал на полу в своей комнате, почёсывая Пирата за ухом. После обследования МРТ стало совсем непонятно, почему он видит Дэдпула. Ведь всё в полном порядке. С другой стороны, большинство справочников и учебников по психиатрии не называет магнитно-резонансную томографию панацеей, особенно, если речь идёт о шизофрении. Неожиданно в бок ткнулась чья-то пятка. Питер закатил глаза и выдохнул:       — Ещё раз так сделаешь, и я пойду к врачам, клянусь, — он поскреб по стопе недониндзи и услышал набор непонятных звуков вперемешку с непечатными выражениями. — Вот выпишут гору пилюль, убьют печень и IQ, но хоть без тебя поживу! Дэдпул, я серьёзно, — сказал Паркер, уворачиваясь от очередного пинка.       — Да хорош заливать, пацан! — Дэдпул встал со стула Питера, на котором до этого сидел в позе «Да-мои-ноги-должны-быть-выше-головы», умудряясь почти завязываться в узел и доставать Питера. — И вообще, мы с тобой столько лет знакомы…       — В сумме, меньше пары месяцев, — лицо Паркера не выражало воодушевления.       — У нас дофига общего! — в отличие от голоса Дэдпула.       — Целое нифигашечки, с ума сойти, — хрюкнул от смеха Питер.       — Завали, стэндапер-каламбурщик. Дай сказать старшим! — Дэдпул схватил Питера за шкирку и поднял так, что теперь их лица оказались на одном уровне. — Я к тому, что мы с тобой уже и огонь с водой прошли, и вот-вот будут медные трубы, — он ткнул в обломки лунохода. Питер нахмурился. — Не ной, по-братски. Починишь ты эту как-его-там-фигню, и всё будет шпили-вили!       — Это что вообще должно значить? — брови Паркера поползли вверх.       — Вырастешь — узнаешь. И, на самом деле, я это к тому говорю, что мы с тобой, считай, лично не знакомы. Так сказать, лицом к лицу, — усмехнулся Дэдпул. — Меня зовут Уэйд Уилсон.       И снял маску.       Питер заорал.