Only

      — Ого, — протянул Питер, разглядывая себя в зеркало.       — Ого! — Дэдпул схватил его за плечо и начал щупать мускулы, восторженно пища. — Приятель, да ты теперь как Тор! Пресвятая чимичанга! Все девочки твои! Да что там, мальчики тоже! Чувак, у тебя пресс блядского асгардского божка! Уииииии!..       Паркер не отреагировал. Он удивлённо смотрел на себя и нихрена не понимал. Вчера он ложился тощим ботаном с отравлением паучьим ядом, а сегодня заимел мышцы капитана школьной команды по футболу.       — Какого?.. — Питер неуверенно тыкает пальцем себе в живот. — Ауч! — палец начинает неприятно ломить.       Визг со стороны Уэйда переходит в ультразвук.       — Тебе нужен фанклуб, — посещает Уилсона светлая мысль, отражаясь на лице дебильноватой улыбкой. — Свой сайт и фотосессия для Hugo Boss! Всякие Стэны и Хемсворты могут отсосать!       Паркер не отреагировал и на это. Он хмурился и представлял, как ему влетит от Мэй. Питер не совсем понимал за что, но точно знал — так и будет. Ему конец.       — Мне конец, — шепчет Пит. Дэдпул замолкает и удивлённо смотрит на него.       — Чё? — глубокомысленно спрашивает Уэйд.       — Мне конец, — повторяет Паркер, вцепляясь себе в волосы и тихонько подвывая от ужаса. — Мэй убьёт меня!       — Да за что?!       — Понятия не имею, но она точно так и сделает! — Питер с силой проводит руками по лицу и замирает так на пару минут.       — Эй, — в смятении начинает Уилсон, но замолкает, когда Пит машет ему рукой. Уэйд ждёт немного и снова пытается что-то сказать. — Я к тому, что…       — Мужик, я тут пытаюсь паниковать вообще-то, — раздражённо бурчит Питер в сомкнутые ладони.       — Именно! — Дэдпул торжествующе трясёт указательным пальцем. — А почему?       Паркер задумывается.       — Ну, мне грозит неотвратимая кончина…       — Пф! Кончина!.. — Уилсон замолкает под суровым взглядом Питера. — Хм, ага. Короче, за что тёте на тебя беситься? — он выжидающе смотрит на Паркера. Тот хмурится.       — Эм… Ну это… Как его…       — Сказал лучший ученик средней школы, — ухмыляется Уэйд. — Ты разве напился?       — Не-а, но…       Дэдпул перебивает Питера:       — Накурился? Украл кошелёк у слепой старушки? Пытал щенят? Трахнул старшеклассницу с низкой социальной ответственностью без резинки, и она залетела? Набил слово «Хуй» на лбу?       — Неееет, — лицо Питера вытягивается пропорционально тому, как брови ползут вверх.       — Ну так схуяли милой тётушке тебя убивать?! Или Бену захотелось детских пыток? Не думаю, что его кинки, если они вообще есть, выглядят так!       Паркер глубоко вздыхает и немного успокаивается. Он трясёт головой, пытаясь придумать хоть один довод в защиту своей истерики. Питер снова смотрит в зеркало и находит тот самый довод.       — Она подумает, что я подсел на стероиды. Это вредно. Мне конец.       — Ты издеваешься, что ли? — Уилсон подозрительно прищурился и ткнул Пита пальцем в бок. — Возьми себя в руки, тряпка! Просто надень худи, никто и не подумает под него лезть.       Дэдпул сиял гордостью за свою находчивость. Питер тихо негодовал из-за собственной несдержанности. В Квинсе начинался новый день.

***

      — Ага, — хмуро сказал Питер.       — Ага, — кивнул головой Уэйд. Они оба уставились на прилипший к левой руке Паркера гаечный ключ.       — Ты смазал его суперклеем? — в голосе Питера сквозила слабая надежда.       — Не-а, — покачал головой Уилсон. — Может, это сделал Нед?       — На кой? — Питер потряс рукой ещё раз, но ключ остался на прежнем месте.       — Я ебу?       Питер мученически вздохнул и ухватился другой рукой за гаечный ключ. Тот сразу отстал от левой ладони и прицепился к правой.       — Хыыыыыы! — Паркер завыл на высокой ноте, начиная отчаянно трясти правой рукой.       — Ёбушки! Погодь, пацан. Эй, не распускать нюни!       — Тебе легко говорить! Не к твоим рукам липнут инструменты! — Питер хотел было снова взять ключ левой рукой, но получил по ней от Уилсона. — Ауч!       — Отставить панику на дискотеке! Я сейчас начну тянуть его на себя, а ты тяни на себя, окей?       — Гениально, Шерлок, — съязвил Паркер, забывая, что Дэдпул не очень существует.       — Есть идеи получше? Нет? Заткнись и делай, как сказали!

***

      — Я тебя иногда так ненавижу, — прохрипел Питер, прижимая ко лбу пакет мороженого горошка.       Уэйд, аккуратно ощупывавший свои передние зубы, никак это не прокомментировал, но помощь свою предлагать зарёкся.       На рабочем столе в комнате Пита лежал поверженный гаечный ключ.

***

      — Бля!       Это было сказано синхронно и единодушно. Питер повис и паниковал. Уэйд высунулся из окна и переживал. Потому что Паркер висел на совершенно гладкой стене своего дома, держась за неё пальцами рук и ног, а на плече у него сидел Пират, за которым Пит и полез.       — О боже! — Питер старался не смотреть вниз, но взгляд сам собой периодически съезжал на улицу под ногами. — Лучше бы меня придушили за открытое окно!       — Уже поздно об этом жалеть, лучше ползи сюда, — советует Уилсон.       — Ты себе это как представляешь?! Я уже чуть не сорвался!       — Ну, не ползи. Повиси ещё. Может, тебя заметит кто-то из соседнего дома и вызовет «девять-один-один». Вот шоу будет! — Дэдпул мечтательно прикрыл глаза.       Питер понимал, что это провокация. Он слишком долго «знал» Уилсона, чтобы не понять. И, тем не менее, приём сработал. Паркер зажмурился и оторвал одну руку от здания. Ничего не изменилось. Пит потянулся в сторону окна и вцепился пальцами в подоконник, подтянулся и, перевалившись через оконную раму, кубарем упал на пол гостиной, придавив Пирата. Животное взмякнуло и унеслось прочь.       — Пит, у тебя таки есть яйца, — торжественно сообщил Уэйд, присев рядом с распластавшимся на ламинате Паркером. — Осталось понять, что за магия вне Хогвартса с тобой творится.       Питер продолжал лежать, пытаясь восстановить дыхание. Его взгляд случайно упал на паутину возле люстры. И в мозгу у Паркера что-то щёлкнуло.       — Это из-за паука, — сказал Пит, глотая гласные.       — Не думаю, что Арагог тут как-то замешан, но версия классная.       — Нет. Это из-за укуса того паука в лаборатории. Все странности после этого начались. Питер тяжело сел, опираясь руками позади себя. Уилсон нахмурился и молчал, что было ему совсем не свойственно.       — Ну пиздец, — резюмировал Уэйд.

***

      — Уэйд, нет, — скривился Питер, уворачиваясь от цепких лап Дэдпула.       — Уэйд, да! — Уилсон бегал за Паркером по всей пустой — к счастью! — квартире и совал под нос муху. Откуда он её взял, Пит так и не понял.       — Жри её сам, псих грёбаный! — Паркер перепрыгнул через спинку кресла и заскользил по полу, но упал, врезавшись в журнальный столик. Сзади раздался победный клич Дэдпула.       — Я на двести процентов уверен, что тебе понравится! — Уэйд плюхнулся на пол около Паркера и снова начал тыкать ему в лицо несчастную муху.       — Я на триста процентов уверен, что меня вывернет! — Питер, как мог, закрывал рот руками, из-за чего говорил глухо и невнятно.       — Да ладно! Где твой азарт экспериментатора?       — Съебался от тебя подальше, — огрызнулся Пит, тихонько отползая в сторону ванной комнаты, пока Уэйд увлечённо размахивал руками.       — Да что не так с нынешним поколением?! — Уилсон схватился за лысую черепушку и попытался начать рвать на себе отсутствующие волосы. — В вас пропал дух авантюризма! Вы перестали делать большие хорошие глупости и пробовать что-то новое! — он замер, потом поднёс пустые руки к глазам. Повертел ими, но ситуация не изменилась. — А где муха?! Ты тайком её уже слопал? — Уэйд обличительно ткнул пальцем в облокотившегося на диван Питера.       — А вот и нет, — покачал головой Паркер. Он поднял руку и указал на трепыхающуюся в нитях паутины муху, к которой медленно подбирался небольшой паучок.       — Прости, приятель. Ты сегодня без обеда, — сказал Уилсон, сочувствующе похлопав Пита по плечу.

***

      — Интересно, — протянул Дэдпул, — а паутина у тебя есть?       — Не думаю, — Паркер устало вздохнул и вновь попытался вчитаться в учебник по истории. Он сидел за кухонным столом, сторожа курицу в духовке. В течение получаса должны были вернуться Бен и Мэй. Ни один из них за прошедшую с укуса неделю ничего так и не заподозрил. Пит мог с полной уверенностью гордиться своим актёрским мастерством, хотя до этого у него тоже не было никаких сомнений. В конце концов, Паркер половину жизни игнорирует Дэдпула. А это о чём-то да говорит!       — А что, если она у тебя, как у обычных пауков…       Уилсон выдержал паузу, во время которой Питер успел глотнуть чаю.       — …Из задницы должна торчать?       Чёрный чай резко встал Питеру поперёк горла и двинулся назад через нос, параллельно завернув в лёгкие.       Паркер хрипел и стучал кулаками себе по груди.       Уэйд стоял напротив и ржал.

***

      Питер судорожно пытался спрятать помятую сковороду из стали, на которой Уилсон предложил опробовать новые мышцы. Обежав всю квартиру по периметру раз пять, он не придумал ничего лучше, чем бросить посудину в свой шкаф.       — Я больше никогда, никогда, никогда…       — Не бухти, ведь весело же было!       — …Никогда, никогда, ни-ког-да в жизни не буду слушать твои тупые идеи. Ясно тебе, Уэйд?!       — Вопрос о короне Королевы драмы открыт до сих пор, — сказал Уилсон, уворачиваясь от оплеухи.       — Гори в аду, я тебя по-человечески прошу!       — Спайди, ты даже не представляешь, какая мясорубка у меня вот здесь, — Дэдпул постучал указательным пальцем себе по лбу. — Любые черти сдохнут от зависти.       — Ты даже не реален, как такое может быть? — Питер скривился, представляя замес внутри головы Уэйда. С условием того, что он хоть немного фильтровал то, что говорил вслух, картинка получалась так себе.       — Всё тебе расскажи. Вот вынь да положь. А ты мне что? — Уилсон скрестил руки на груди и выжидающе уставился на Питера.       — Как всегда — отсутствие вокруг добрых людей в белых халатах.       Лицо Уэйда приняло озадаченное, удивлённое и расстроенное выражение одновременно.       — Аргумент, — пробурчал он, сразу же переводя тему. — Ты даже не заметил, как я тебя назвал! Ты меня не любишь!       — Нет, — ошарашено сказал Пит, сразу же пожалев об этом. Дэдпул зарыдал (?!), больше напоминая циркулярную пилу, чем плачущего человека.       — Это грязный приём даже для тебя! — Питер зажал уши ладонями, пытаясь при этом посильнее пнуть Уэйда. Реакция была отлична от ожидаемой — Уилсон только набирал децибелы. — Ладно-ладно! Хорошо! Хрен с тобой, я терплю тебя!       Дэдпул подавился воздухом на половине вопля и закашлялся.       — В смысле?       — В прямом! — Паркер растёр занывшие виски. В последнее время все органы чувств будто свихнулись за компанию с хозяином, и каждый громкий звук или яркий свет грозил сенсорной перегрузкой и мигренью. — Я тебя не ненавижу. По большей части.       — Оки-доки, — просиял Уэйд. — Но я тебе всё равно ничего не расскажу.       — Ладно, — пожал плечами Питер.       — Ладно?       — Ага. Я просто пойду сегодня ночью в школьную лабораторию без тебя.       — В лабораторию, — заторможено повторил Уэйд. Питер кивнул. — Без меня? — Пит снова кивнул. — ТОЛЬКО ЧЕРЕЗ МОЙ ТРУП!!!

***

      — Так как ты меня там назвал?       Время перевалило уже за час ночи, когда Питер сполз по стене дома на улицу. Он несколько раз чуть не умер от разрыва сердца, но оно того стоило!       — Спайди! — Уэйд сидел в позе лотоса на мусорном баке и ковырял катаной кирпичную кладку здания.       Паркер на это только хмыкнул.       — Ну, пусть так, — сказал он, накидывая капюшон толстовки. Пит на ходу надевал перчатки, направляясь прочь из переулка. Ранняя весна в Нью-Йорке не радовала тёплыми ночами. — Увидимся на месте.       — Ага.       В следующий момент на месте Уэйда никого не было. Только оцарапанная стена и бетонная крошка вокруг.

***

      — Вашу мамашу, — задумчиво тянет Уэйд, скребя шею и подбородок рукоятью катаны. — Эй, Спайди, а так и надо? — он тычет пальцем в химическую колбу, из которой безостановочно валит пена. Питер, пытавшийся до этого остановить реакцию, ссыпая в сосуд реагенты и ругаясь под нос, устало приваливается к лабораторному столу.       — Ага, конечно, — ворчит Паркер. — Это совершенно точно часть плана.       — Малой, так хер проссышь, чё у тебя за план. Мало ли, вдруг ебанутый?       — Точно. С тебя пример беру, — Питер предпринял последнюю попытку локализовать пиздец, как сказал Уилсон, и долил в колбу воды. Пенообразование прекратилось, жидкость внутри приобрела одинаковый белый цвет. Паркер от восторга чуть не заорал, вовремя вспоминая, что школьный охранник может прибежать на шум. — Получилось!       Дэдпул недоверчиво посмотрел сначала на колбу, потом на Питера.       — Зашибись! А что именно?       — Паутина.       — Паутина?       — Ага, — Питер осторожно взял колбу и поболтал жидкость в ней. — Пока ничего путного не придумал, но начало положено!       Уэйд подвисает на несколько секунд, но потом спрашивает:       — А она будет у тебя из?..       — Нет, не из задницы.       — Жаль.

***

      Следующим вечером к ним в квартиру приходят копы. Питер судорожно вспоминает, что он забыл убрать, и как это навело на него полицию. И вдруг слышит это:       — Примите мои соболезнования, миссис Паркер.       В эту ночь Мэй становится вдовой и стареет лет на десять.

***

      — Спайди?       Уэйд поднимает с лица Питера подушку. Глаза у того красные, но сухие.       — Это опять случилось, — хрипит в потолок Пит, ни к кому конкретно не обращаясь. Он не спал уже два дня. В любом шорохе ему слышится щелчок входного замка и смех Бена. В любой тени видится оставленная впопыхах кепка или куртка. Вся квартира наполнена следами человека, которого сегодня они закопают в землю. — Я не хочу туда идти.       — Тебе придётся, — вздыхает Уилсон. — Или ты бросишь Мэй разгребать соболезнования и чужие слёзы в одиночестве?       Питер переводит на него злой и потухший взгляд. А потом говорит невпопад:       — Он меня звал с собой.       — М? — Уэйд прекрасно понимает, о чём говорит Питер, но решает засунуть себе это понимание поглубже в задницу.       — Звал на ночное дежурство. Говорил, будем пить колу и есть сандвичи мистера Долмара. Прям как раньше, — Пит улыбается, но губы у него дрожат, и глаза опять на мокром месте. — А я сказал: «Прости, много домашки». Представляешь? Последнее, что я ему сказал, это «много домашки».       Голос Паркера сорвался, нос захлюпал. Он лежал и плакал впервые за много лет.       — Если бы, — начал Питер, но всхлипывал так часто, что не мог говорить. — Если бы я с ним поехал…       — Тоже бы умер, — неожиданно резко перебил его Уэйд. Паркер не мог выдохнуть от удивления. — Ты бы ничем ему не помог, просто помер рядом.       — Даже если так…       — Даже если так, ты, тупой паутиноголовый, не понимаешь, что ведёшь себя, как эгоистичная малолетка, то я тебе прямо скажу — ты идиот, Питер! Это ничего бы не исправило, а сделало б только хуже.       Питер часто и зло дышал, пытаясь подобрать слова. Пытаясь сказать, что нет, Дэдпул не прав, он бы уберёг дядю. Он бы остановил урода с пистолетом. Он бы…       Он бы умер, пытаясь спасти Бена, и оставил бы Мэй совсем одну.       — Блядь, — прохрипел Паркер, начиная рыдать снова.       — Ничего, — Уэйд положил руку на лоб мальчика, от чего тот стал выть в голос. — Ничего, Спайди. Нет ничего плохого, в том, что ты плачешь, когда тебе больно.

***

      Когда за последним из гостей закрылась дверь, Питер вздохнул с облегчением. Ещё раньше он отправил тётю спать, предварительно напоив успокоительным. Потому что смотреть на красивое посеревшее лицо Мэй не было никаких сил.       А люди всё шли и шли. Говорили, каким Бенджамин Паркер был замечательным, и как страшно, что его больше нет среди них. Один из лучших членов общества. А потом уходили домой к семьям, где-то в душе радуясь, что это всё не с ними.       Питер почти ничего не помнил о похоронах родителей. То ли возраст, то ли подсознание, скрывающее травмирующие воспоминания, тому виной. Это не важно. Важно то, что он помнил, как о нём заботился Бен. Как убаюкивал его, убеждал перестать плакать и попробовать поесть. И теперь Питер понимал, насколько тяжело было дяде. Насколько тому хотелось лечь рядом и тоже рыдать до сорванного горла. Но он не мог. На него смотрел Питер.       Теперь на самого Питера смотрела Мэй. Она храбрилась, держала спину ровно, но взгляд был таким потерянным, что хоть вой. Но Пит не мог. Ведь Мэй смотрела на него.       Закрыв дверь на замок, Паркер прислонился к прохладному дереву лбом. Ему нужно было куда-нибудь деться отсюда. Ему нужно было вырваться из собственного дома, который больше не принимал его и душил.       — Небо сегодня ясное, — ровным тоном сказал Уэйд, появившийся за его спиной. Питер оглянулся на него, зная, что Уилсон предложит. Сам он бы не решился.       — Давай, Питти, затусим на крыше.

***

      Луна была на месте. Не вся, но тем не менее. Звёзды слабо пробивались на чернильном небе, не справляясь с многоваттным освещением мегаполиса. Город внизу шумел и светился.       Весь мир жил, будто ничего и не случилось.       Всему миру было плевать.       Порыв весеннего ветра задул холодный ночной воздух Питеру под рубашку, заставляя поёжиться. Он стоял на самом краю крыши и слушал гул города. Уэйд сидел рядом, свесив ноги вниз и что-то рисуя на тетрадном листе восковыми мелками.       Паркер дышал полной грудью, доводя себя до головокружения.       — Ты ведь не собираешься свалиться отсюда? — Уилсон настороженно покосился на него, одной рукой прикрывая каракули, а другой придерживая Питера за штанину. Пит пожал плечами. — И что бы это значило?       — Что я пока не знаю. Вернее знаю, но делать этого всё равно не стану.       Питер нахмурился, вслушиваясь в гомон подвыпивших прохожих.       — Ты был прав.       — Естественно! А в чём именно? — Уэйд положил подбородок на кулак и в ожидании посмотрел на Паркера.       — Я бы умер. Я ничего не умею. То, что я теперь сильнее и быстрее, чем другие, ничего мне не даёт, — он растёр замёрзшие руки и посмотрел на Уилсона. — Но я это исправлю.       — Да? И как? — Дэдпул недоверчиво выгнул бровь.       — Стану супергероем.       Уэйд замер на полминуты, а потом заржал.       — Дитя моё, — сквозь смех пытался выдавить из себя Уилсон, — всё не так просто!       — Я знаю, — хмуро перебил его Питер. — И поэтому ты мне поможешь.       — Это как же?       — Для начала, дизайном костюма для Человека-Паука.       — Есть у меня! — Уэйд радостно замахал тетрадным листом.