Призрак в роботе

***

      В это же время Арчи стоял в просторном кабинете с видом на ночной исследовательский комплекс. Перед ним сидел сам Санджив Дартуни — элегантный мужчина средних лет с проницательными тёмными глазами и безупречно подстриженной бородой. Его лицо выражало странную смесь любопытства и настороженности. — Значит, Мира создала полностью автономного андроида, — задумчиво произнёс он, разглядывая Арчи. — И не сочла нужным доложить об этом руководству. Интересно. — Это экспериментальная модель, сэр, — ровным голосом ответил Арчи. — Доктор Дартуни планировала представить проект после завершения базового тестирования. Санджив поднялся из-за стола и медленно обошёл вокруг Арчи, внимательно его изучая. — Невероятно реалистично, — пробормотал он. — Мимика, движения, интонации… Моя племянница превзошла саму себя. Он остановился прямо перед Арчи: — И всё же, что-то здесь не так. Охрана сообщила, что вас обнаружили выходящими из архивного отдела. Что вы там делали? — Я проводил диагностику систем, — не моргнув глазом, ответил Арчи. — Моя программа требует доступа к историческим данным для калибровки аналитических алгоритмов. — И где же сейчас моя племянница? — Насколько мне известно, она должна была присутствовать на презентации в корпусе B. Санджив тонко улыбнулся: — Мы оба знаем, что это неправда. Мира сообщила, что не сможет присутствовать из-за эксперимента. Очевидно, этот эксперимент — вы. И очевидно, вы были вместе в архиве. Он вернулся за стол и нажал кнопку на коммуникаторе: — Охрана, усильте поиски доктора Миры Дартуни. Проверьте записи с камер на выходах из комплекса. Она всё ещё может быть на территории. Отключив связь, Санджив снова обратил взгляд на Арчи: — Знаете, есть определённая ирония в том, что происходит. Я всегда гордился интеллектом и независимостью Миры. Эти качества делают её блестящим инженером. И эти же качества делают её… проблемой. — Не понимаю, о чём вы, сэр, — Арчи сохранял невозмутимое выражение лица. — Конечно, понимаете, — Санджив наклонился вперёд. — Вы не просто андроид, не так ли? Ваше поведение выходит за рамки стандартных протоколов. Вы действуете целенаправленно и осознанно. Он постучал пальцами по столу: — Скажите, Мира загрузила в вас сознание Арчибальда Кована? Арчи почувствовал, как что-то холодное пробежало по его искусственному телу — ощущение, похожее на человеческий страх. — Я не знаю никакого Арчибальда Кована, сэр, — произнёс он. — Любопытно, — Санджив откинулся в кресле. — Потому что система распознавания лиц идентифицировала ваши мимические паттерны как идентичные доктору Ковану. А анализ речи показывает 97% совпадение с его голосовыми характеристиками. Он улыбнулся, видя, как меняется выражение лица Арчи: — О, не стоит удивляться. У нас превосходные системы безопасности. И обширный архив данных на всех сотрудников, включая биометрические параметры. Арчи понял, что отрицать дальше бессмысленно. — Чего вы хотите? — прямо спросил он. — Откровенности, для начала, — ответил Санджив. — Мира действительно воссоздала ваше сознание, или это просто очень хорошая имитация? — Это я, — твёрдо сказал Арчи. — Со всеми воспоминаниями, включая то, как вы приказали меня убить. Санджив не выглядел удивлённым или раскаявшимся. Он просто кивнул с задумчивым видом: — Поразительно. Технологический прорыв такого масштаба… И Мира сделала это самостоятельно, без поддержки корпорации. Он встал и подошёл к окну, глядя на тускло освещённые здания комплекса. — Знаете, доктор Кован, я никогда не имел ничего против вас лично. Вы были великолепным учёным. Возможно, слишком великолепным. — Вы убили меня, — холодно сказал Арчи. — Из-за того, что я обнаружил в проекте «Преломление». — Мы устранили угрозу проекту национального значения, — поправил его Санджив. — Ваши моральные сомнения могли подорвать работу десятков людей и миллиардные инвестиции. — Моральные сомнения? — Арчи невесело рассмеялся. — Вы называете так фундаментальную ошибку в расчётах, которая могла привести к катастрофе? Санджив повернулся к нему: — Не ошибка, а допустимый риск. Любая революционная технология требует жертв. — Человеческих жертв? — Если потребуется, — спокойно ответил Санджив. — Исход войн, судьбы наций решаются не сантиментами, а технологическим превосходством. «Преломление» даёт нам это превосходство. Арчи почувствовал глубокое отвращение. Этот человек говорил о возможной гибели тысяч людей как о строке в бухгалтерском отчёте. — И что теперь? — спросил он. — Вы «устраните» и меня снова? И Миру тоже? — Не скрою, — задумчиво произнёс Санджив, — самым простым решением было бы… исключить вас обоих из уравнения. Он вернулся к столу: — Но я предпочитаю более продуктивный подход. Мира создала технологию переноса сознания — это потрясающе ценное достижение. А вы, доктор Кован, уже однажды нашли нестандартное решение сложной проблемы. — К чему вы клоните? — К сотрудничеству, — улыбнулся Санджив. — Мира получит полную свободу исследований, щедрое финансирование, собственную лабораторию. А вы… вы получите новую жизнь. Более продвинутое тело, официальный статус, возможность продолжить научную работу. — В обмен на что? — На лояльность. И молчание о прошлом. Арчи покачал головой: — Вы действительно думаете, что мы согласимся? После всего, что вы сделали? — Думаю, вы как минимум рассмотрите предложение, — Санджив открыл ящик стола и достал небольшой металлический предмет размером с монету. — Знаете, что это? Арчи напряжённо всматривался: — Дистанционный деактиватор? — Умно, — кивнул Санджив. — Одно нажатие — и ваше сознание исчезнет из этого тела. Навсегда. Без возможности восстановления. — Вы блефуете, — Арчи старался говорить уверенно. — Вы не знаете архитектуру системы, созданной Мирой. — Возможно, — Санджив повертел устройство в пальцах. — Но готовы ли вы рискнуть? Вторая смерть может оказаться куда более окончательной, чем первая. Арчи молчал, лихорадочно обдумывая варианты. — Я даю вам и Мире время до утра, — Санджив положил деактиватор на стол. — Подумайте о моём предложении. Оно великодушнее, чем вы заслуживаете. Он нажал кнопку на коммуникаторе: — Охрана, сопроводите андроида в лабораторию доктора Дартуни и обеспечьте постоянное наблюдение. Никаких контактов с персоналом. Дверь открылась, и вошли двое охранников. — Ещё одно, доктор Кован, — сказал Санджив, когда Арчи уже направлялся к выходу. — Я действительно хочу, чтобы вы оба приняли моё предложение. Но если вы откажетесь… — он многозначительно посмотрел на деактиватор, — не думайте, что сможете скрыться. У «Лямбда-3» длинные руки.

***

Мотель «Голубая сосна» полностью соответствовал своему названию — обшарпанное двухэтажное здание с выцветшей вывеской, на которой красовалось стилизованное изображение хвойного дерева. Мира припарковала машину на почти пустой стоянке и некоторое время сидела неподвижно, собираясь с мыслями. Последние часы превратили её жизнь в хаос. Она нарушила корпоративные протоколы, украла секретную информацию, бросила созданного ею андроида — всё это из-за истории, которая ещё вчера показалась бы ей бредом сумасшедшего. «Я поступила правильно», — убеждала она себя, выходя из машины. — «Если Арчи говорил правду, я не могла поступить иначе». На стойке регистрации дремал пожилой мужчина с пышными седыми усами. Он вздрогнул, когда Мира осторожно постучала по звонку. — Ох, извините, мэм, — он поправил очки. — Чем могу помочь? — Мне нужна комната, — сказала Мира. — На имя Брауна. Мужчина прищурился, внимательно глядя на неё, затем кивнул и достал ключ: — Комната 14, второй этаж. Ваш… друг уже ждёт. Мира удивлённо подняла брови: — Он уже здесь? — Прибыл минут десять назад, — мужчина протянул ей ключ. — Хорошего вечера, мэм. Поднявшись по скрипучей лестнице, Мира нашла комнату 14 и осторожно постучала. Дверь открылась практически мгновенно. Джонатан Рейс оказался высоким, худощавым мужчиной лет сорока, с острыми чертами лица и внимательными серыми глазами. Он быстро оглядел коридор и жестом пригласил её войти. — Доктор Дартуни, — он протянул руку. — Рад, что вы добрались без проблем. — Как вы оказались здесь раньше меня? — спросила Мира, пожимая его руку. — Я живу недалеко, — он запер дверь и задёрнул шторы. — И знаю короткие пути. Прошу прощения за конспирацию, но в моей работе лишняя осторожность не бывает избыточной. Комната была маленькой и скромной: две кровати, старый телевизор, стол у окна. На столе стоял открытый ноутбук. — Присаживайтесь, — Рейс указал на стул. — И расскажите, что происходит. Мира глубоко вздохнула и начала свою историю — о появлении странного андроида, о воспоминаниях Арчибальда Кована, о тайнах проекта «Преломление» и обнаруженных в архиве документах. Рейс слушал, не перебивая, лишь изредка делая заметки в небольшом блокноте. — И у вас есть доказательства? — спросил он, когда она закончила. Мира достала накопитель: — Здесь часть файлов из архива. Не всё, но, думаю, достаточно, чтобы подтвердить слова Арчи. Рейс подключил устройство к ноутбуку и быстро просмотрел содержимое. Его лицо становилось всё серьёзнее с каждым открытым документом. — Боже мой, — пробормотал он. — Это… это бомба. Преднамеренное убийство, сокрытие фактов, саботаж государственной безопасности… Он поднял глаза на Миру: — Вы понимаете, что это не просто корпоративное преступление? Здесь замешаны высокопоставленные чиновники, военные, разведка. «Лямбда-3» — это только верхушка айсберга. Мира прикрыла лицо руками: — Я не представляла масштаба… Думала, это касается только компании и Арчи. — Это намного серьёзнее, — Рейс продолжал просматривать документы. — Проект «Преломление» — это попытка создать систему контроля гражданской инфраструктуры через нейронные сети. Электросети, водоснабжение, транспорт — всё под управлением искусственного интеллекта с потенциальной возможностью удалённого вмешательства. — Но это же… — Мира запнулась, подбирая слова. — Инструмент тотального контроля? — закончил за неё Рейс. — Именно. В официальной документации проект преподносится как революционная система обеспечения безопасности. В реальности — механизм шантажа и давления на целые города, а потенциально — и страны. Он закрыл ноутбук и внимательно посмотрел на Миру: — Доктор Дартуни, вы находитесь в чрезвычайно опасном положении. Люди, стоящие за этим проектом, не остановятся ни перед чем, чтобы защитить свои секреты. — Что мне делать? — тихо спросила она. — И что будет с Арчи? — Первое — обеспечить вашу безопасность, — твёрдо сказал Рейс. — Затем — подготовить публикацию материалов таким образом, чтобы её нельзя было заблокировать или дискредитировать. У меня есть контакты в международных медиа, которые помогут распространить информацию одновременно в нескольких странах. Он задумчиво потёр подбородок: — Что касается вашего андроида… честно говоря, я не знаю. Если он действительно обладает сознанием Кована, он — важнейший свидетель. Но вытащить его из «Лямбда-3» будет крайне сложно. — Я не могу бросить его там, — решительно сказала Мира. — Он рисковал всем, чтобы помочь мне раскрыть правду. Рейс встал и прошёлся по комнате: — Понимаю ваши чувства, но сейчас вы не в том положении, чтобы планировать спасательную операцию. «Лямбда-3» наверняка уже ищет вас. У них есть ресурсы, связи, технологии. — И что вы предлагаете? — в голосе Миры появились нотки раздражения. — Просто спрятаться и забыть о нём? — Предлагаю действовать разумно, — спокойно ответил Рейс. — Сейчас наш приоритет — сохранить информацию и обеспечить её публикацию. Это единственный способ по-настоящему помочь и вам, и вашему андроиду. Он открыл сумку и достал новый телефон: — Возьмите. Это защищённая линия, не привязанная к вашим личным данным. На нём только мой номер. Используйте только в крайнем случае. Мира взяла телефон, ощущая, как её охватывает волна усталости и страха: — Что теперь? — Теперь вам нужно отдохнуть, — мягко сказал Рейс. — А утром мы поедем в безопасное место, где я смогу подготовить материалы к публикации. У меня есть убежище в горах, о котором знают только доверенные люди. Он собрал свои вещи: — Я оставлю вас одну. В соседнем номере будет мой коллега — просто для подстраховки. Не выходите на улицу, не используйте обычные каналы связи. Завтра в шесть утра я заеду за вами. Мира кивнула, чувствуя странное оцепенение: — Спасибо вам. За всё. — Не благодарите раньше времени, — серьёзно ответил Рейс. — Мы только в начале пути. Когда он ушёл, Мира осталась одна в тихой комнате. События дня накатили на неё волной, вызывая головокружение и тошноту. Она легла на кровать, не раздеваясь, и уставилась в потолок. «Где сейчас Арчи? Что с ним делают? Знает ли уже дядя Санджив о моей причастности?» Мысли кружились в голове, не давая уснуть, хотя глаза закрывались от усталости. Она думала о секретных документах, о жестоком убийстве Кована, о проекте «Преломление», о предательстве близких людей. И где-то в глубине души зрела решимость — не просто опубликовать правду, но и спасти Арчи, чего бы это ни стоило.

***

В лаборатории Миры Дартуни было тихо и темно — только тусклый свет аварийного освещения создавал мрачные тени. Арчи сидел неподвижно, подключённый к диагностической станции, окружённый охранниками. Его сознание, однако, работало активно, просчитывая варианты. Он понимал, что Санджив блефует лишь отчасти. «Лямбда-3» действительно разрабатывала системы удалённого контроля цифровых устройств, и скорее всего их технические специалисты могли создать что-то, способное нарушить работу его искусственного мозга. Но вряд ли они уже адаптировали эту технологию под уникальную архитектуру, разработанную Мирой. «У меня есть время», — думал Арчи. — «Пока они изучают мою структуру, пытаясь понять, как меня выключить, я могу действовать». Он осторожно активировал встроенную систему связи, которую Мира интегрировала в его тело. Это был экспериментальный модуль, предназначенный для взаимодействия с другими устройствами без использования стандартных протоколов. Охранники не знали о его существовании, и системы безопасности не были настроены на его обнаружение. Арчи медленно сканировал доступные частоты, пытаясь найти выход во внешние сети. Это было рискованно — любая аномальная активность могла быть замечена, но другого выхода он не видел. Внезапно он обнаружил открытый канал — старая служебная линия, используемая для технического обслуживания. Вероятно, она осталась от предыдущей системы безопасности и не была интегрирована в новую. Через этот канал Арчи получил ограниченный доступ к внешней сети. Недостаточно для полноценной коммуникации, но вполне достаточно для простого текстового сообщения. Он сформировал короткое послание с координатами своего местоположения и предупреждением об опасности. Но куда его отправить? У него не было контактов Миры, и он не знал, где она сейчас. После секундного размышления Арчи решил рискнуть и отправил сообщение на все известные ему адреса, связанные с независимыми журналистами и организациями по защите прав. Шансы, что оно достигнет нужного получателя, были невелики, но это было лучше, чем ничего. Закончив передачу, он отключился от канала и вернулся в режим ожидания, внешне оставаясь неподвижным и безучастным. Охранники, стоявшие у дверей, даже не заметили его активности. Теперь оставалось только ждать и надеяться, что Мира смогла скрыться и уже работает над публикацией добытой информации. *** Утро наступило внезапно — Мира не помнила, как уснула. Она подскочила на кровати, дезориентированная и встревоженная, пока не вспомнила, где находится. Часы показывали 5:30 утра. Скоро должен был приехать Рейс, чтобы забрать её в безопасное место. Она встала, умылась холодной водой из крана и попыталась привести себя в порядок. Внезапно экран телефона, который дал ей Рейс, засветился. Мира осторожно взяла его. На дисплее отображалось сообщение: «Включите телевизор. Канал 7.» Она нашла пульт и включила старый телевизор в углу комнаты. На экране была экстренная новостная передача. Ведущая с серьёзным выражением лица говорила: «…пожар в исследовательском центре корпорации «Лямбда-3» начался около трёх часов ночи. По предварительным данным, возгорание произошло в секретной лаборатории на нижнем уровне комплекса. Пожарные бригады до сих пор борются с огнём. О жертвах пока не сообщается…» Камера показывала горящее здание, окутанное клубами дыма. Пожарные машины окружали комплекс, струи воды бессильно разбивались о пламя, вырывающееся из окон нижних этажей. Мира в ужасе смотрела на экран. Её лаборатория… её проекты… и Арчи. Всё могло быть уничтожено. В дверь постучали. Она вздрогнула и осторожно подошла к ней: — Кто там? — Это Рейс. Открывайте, нам нужно срочно уезжать. Мира открыла дверь. Рейс выглядел встревоженным: — Вы видели новости? — Только что, — кивнула она. — Что происходит? Это связано с нами? — Почти наверняка, — мрачно ответил он. — Либо это попытка уничтожить улики, либо… диверсия против нас. — Арчи был там, — Мира почувствовала, как к горлу подступает ком. — Он мог пострадать. — Сейчас главное — ваша безопасность, — Рейс забрал телефон, который дал ей. — Собирайтесь. Машина ждёт. Мира механически собрала свои немногочисленные вещи. Внутри нарастало ощущение катастрофы. Пожар не был случайностью — слишком удобное совпадение после их ночного вторжения в архив. Но кто стоял за этим? Санджив? Или кто-то ещё? Они вышли через служебный вход и быстро направились к неприметному серому седану, припаркованному в стороне от основной площадки. — Садитесь, — Рейс открыл для неё переднюю дверь. — Нам предстоит долгая дорога. Мира села в машину, не переставая думать об Арчи. Если его тело уничтожено, означает ли это окончательную смерть сознания Кована? Или у неё остались резервные копии в лабораторном сервере? Рейс завёл двигатель и плавно выехал с парковки: — Через час мы будем за пределами города. Там безопаснее. — Куда мы направляемся? — спросила Мира, глядя в окно на проплывающие мимо дома. — В горную хижину, о которой я говорил. Там есть всё необходимое для жизни и работы. И главное — абсолютная приватность. Он бросил на неё быстрый взгляд: — Не беспокойтесь о своём андроиде. Если его создала такая блестящая учёная, как вы, у него наверняка есть шанс выжить. Мира слабо улыбнулась: — Спасибо. Хотела бы я разделять вашу уверенность. Они ехали по почти пустым утренним улицам. Город просыпался — открывались кафе, дворники подметали тротуары, ранние пешеходы спешили по своим делам. Обычная жизнь, не затронутая драмой, разворачивающейся вокруг «Лямбда-3» и проекта «Преломление». «Если мы успешно опубликуем документы», — думала Мира, — «всё это изменится. Скандал такого масштаба затронет не только корпорацию, но и правительственные структуры, военных, международные отношения. Мир уже не будет прежним». Эта мысль одновременно пугала и придавала решимости. Она чувствовала огромную ответственность за информацию, оказавшуюся в её руках. — Мистер Рейс, — сказала она, прерывая долгое молчание. — Как вы думаете, что произойдёт, когда правда выйдет наружу? Рейс задумчиво постучал пальцами по рулю: — Сначала будет отрицание, потом попытки дискредитировать источник, затем кампания по минимизации ущерба. Стандартная реакция на крупный скандал. Но с документами такого уровня им будет сложно отвертеться. Он повернул на пригородное шоссе: — Наверняка будет расследование. Возможно, несколько крупных отставок. Но истинные виновники редко получают справедливое наказание. Слишком хорошо защищены, слишком глубоко в системе. — Значит, всё это может оказаться бессмысленным? — горько спросила Мира. — Нет, — твёрдо сказал Рейс. — Даже если не будет серьёзных юридических последствий, общественный резонанс может остановить проект. А это уже немало. Он добавил после паузы: — И не забывайте о своём личном стремлении к справедливости. Вы делаете это не только ради общества, но и ради Кована. Ради правды. Мира кивнула, чувствуя странную признательность этому сдержанному, серьёзному человеку. Впервые за последние сутки она почувствовала, что не одинока в своей борьбе. Машина плавно двигалась по шоссе, оставляя позади город с его шумом, огнями и опасностями. Впереди виднелись зелёные холмы, а за ними — горы, затянутые утренней дымкой.