Призрак в роботе

***

Из-за поворота показался старый грузовик, медленно трясущийся по неровной дороге. За рулём сидел пожилой мужчина в потёртой кепке. — Фермер или лесник, — прошептал Арчи, внимательно изучая машину. — Судя по грязи на колёсах, он уже некоторое время в пути. Вряд ли это связано с нашими преследователями. — Думаешь, стоит попросить о помощи? — с сомнением спросила Мира. Арчи задумался на секунду: — Риск есть, но это может быть наш единственный шанс быстро покинуть район поисков. Я могу проанализировать его реакцию и определить уровень угрозы. Мира глубоко вздохнула: — Хорошо. Но будь готов к отступлению. Они вышли из укрытия и встали на обочине дороги. Мира подняла руку, сигнализируя водителю. Грузовик замедлился и остановился в нескольких метрах от них. Водитель настороженно осмотрел странную пару — промокшую женщину и мужчину с повреждённым плечом, сквозь которое виднелись металлические детали. — Что случилось с вами, ребята? — спросил он, не выключая двигатель и не открывая дверь полностью. Мира решила рискнуть с полуправдой: — Мы туристы. Попали в аварию на реке — наша лодка перевернулась на порогах. Нам нужно добраться до ближайшего города. Мужчина недоверчиво оглядел их: — Туристы, значит? А что с его рукой? — он кивнул в сторону Арчи. Арчи быстро вмешался: — Протез. Последняя модель, но, видимо, не такая водонепроницаемая, как обещал производитель. Мужчина хмыкнул, но, похоже, объяснение его удовлетворило: — Можете забраться в кузов. Я еду до Гринвуда, это примерно час пути отсюда. — Спасибо, вы нас очень выручите, — с искренней благодарностью ответила Мира. Они забрались в кузов грузовика, заполненный мешками с какими-то сельскохозяйственными продуктами. Машина тронулась, подпрыгивая на неровностях дороги. — Думаешь, мы можем ему доверять? — тихо спросила Мира, устраиваясь между мешками. — Он не лжёт насчёт своего направления, — ответил Арчи. — Судя по его физиологическим показателям, он действительно принял нас за попавших в беду туристов. К тому же, он не проявил особого любопытства к нам, что типично для местных жителей в отдалённых районах. Грузовик набрал скорость, удаляясь от реки и опасной зоны. Мира почувствовала, как напряжение последних часов начинает отступать, уступая место изнурительной усталости. — Как твоё плечо? — спросила она, заметив, что Арчи держит левую руку неподвижно. — Повреждены несколько сервоприводов и синтетических мышечных волокон, — ответил он, осматривая рану. — Функциональность снижена на 42%, но это не угрожает общей работоспособности. — Тебе больно? — вопрос вырвался у Миры прежде, чем она успела подумать. Арчи посмотрел на неё с лёгким удивлением: — Я чувствую дискомфорт и получаю сигналы о повреждениях. Это… аналог боли, но не совсем то же самое. — Прости, — тихо сказала Мира. — Иногда я забываю, через что тебе пришлось пройти. — Всё в порядке, — Арчи попытался улыбнуться. — Моё нынешнее тело имеет определённые преимущества. Человеческое было бы гораздо более серьёзно ранено таким попаданием. Мира кивнула, но в её глазах читалась тревога: — Если бы я знала, к чему приведут мои исследования… — Ты не виновата, — твёрдо сказал Арчи. — Твоя работа сама по себе не была направлена на что-то аморальное. Это другие люди извратили её применение. Грузовик продолжал двигаться, постепенно выезжая из лесистой местности на более открытую территорию. Вдали виднелись фермерские поля и разбросанные домики. — Нам нужно составить план действий, когда доберёмся до города, — сказал Арчи. — Приоритет — проверить, дошли ли наши данные до адресатов. — А если нет? — с тревогой спросила Мира. — Тогда нам придётся найти другой способ обнародовать информацию. Возможно, напрямую обратиться к журналистам или правозащитникам. У меня есть контакты людей, которые помогали Ковану до… до его «смерти». Мира задумалась: — А что, если мы обратимся напрямую к властям? В конце концов, то, что делает «Лямбда-3», должно быть незаконно даже на уровне правительства. — Проблема в том, — медленно ответил Арчи, — что проект имеет покровителей в высших кругах. Не всё правительство в курсе, но определённые структуры точно санкционировали эти исследования. Мира покачала головой: — Это звучит как теория заговора. — К сожалению, это реальность, — Арчи смотрел вдаль. — Технология переноса сознания — слишком мощный инструмент. Она представляет не только военную ценность, но и потенциальное бессмертие для тех, кто может себе это позволить. Эта мысль заставила Миру вздрогнуть: — Бессмертие элиты… за счёт уничтожения других людей. — Именно поэтому Кован не мог молчать, — кивнул Арчи. — И именно поэтому его… меня… попытались устранить. Грузовик замедлился, выезжая на более ровную дорогу с асфальтовым покрытием. Впереди показались первые признаки небольшого городка — заправка, придорожное кафе, несколько домов. — Это ещё не Гринвуд, — сказал Арчи, оглядываясь. — Просто маленький посёлок на пути. Но здесь должна быть сотовая связь и, возможно, интернет. Грузовик остановился у заправки. Водитель вышел из кабины и крикнул им: — Останусь здесь на полчаса, перекушу. Если хотите продолжить путь со мной — будьте здесь к этому времени. — Спасибо! — Мира махнула ему рукой и спрыгнула с кузова. Арчи последовал за ней. Они осмотрелись. Посёлок был крошечным — всего несколько зданий вдоль главной дороги. Рядом с заправкой располагалось небольшое кафе с потускневшей вывеской «У Донны». — Нам нужно найти доступ в интернет, — сказал Арчи. — И, возможно, сухую одежду для тебя. Мира кивнула, чувствуя, как неприятно липнут к телу влажные вещи: — И что-нибудь поесть. Я не помню, когда в последний раз ела. Они направились к кафе. Внутри было всего несколько столиков, большинство пустовало. За стойкой стояла полная женщина средних лет, лениво перелистывающая журнал. — Добро пожаловать к Донне, — произнесла она заученную фразу, не поднимая глаз. Мира и Арчи сели за дальний столик, откуда просматривался вход и окна кафе. — Что будете заказывать? — подошла к ним официантка, молодая девушка с ярко-розовыми волосами — неожиданный штрих для такого консервативного места. — Горячий чай и сэндвич с индейкой, пожалуйста, — попросила Мира. — И… у вас есть Wi-Fi? — Конечно, — пожала плечами девушка. — Пароль написан на доске у входа. А вам? — она повернулась к Арчи. — Ничего, спасибо, — ответил он. — Как хотите, — девушка записала заказ и ушла. — Теперь нам нужно проверить новостные ленты и защищённые каналы, — тихо сказал Арчи, когда официантка отошла. Мира достала из рюкзака свой смартфон. К счастью, водонепроницаемый чехол защитил его от воды. Она подключилась к Wi-Fi кафе и начала просматривать новостные сайты. — Ничего, — разочарованно сказала она после нескольких минут поиска. — Ни одного упоминания о «Лямбда-3» или проекте «Преломление». — Дай мне, — Арчи протянул руку и взял телефон. Его пальцы двигались с невероятной скоростью, открывая и закрывая страницы быстрее, чем человеческий глаз мог уследить. — Нашёл кое-что, — сказал он через минуту. — Не в основных СМИ, а на специализированных форумах. Кто-то уже начал распространять фрагменты документации. Есть упоминания о «большом скандале в биотехнологической отрасли, который разразится в ближайшие часы». Мира почувствовала прилив надежды: — Значит, информация дошла! — Частично, — кивнул Арчи. — Но основные медиа ещё не подхватили историю. Они, вероятно, проверяют факты и готовят полноценные материалы. Официантка принесла горячий чай и сэндвич. Мира с благодарностью приняла еду — только сейчас она осознала, насколько голодна. — Нам нужно решить, что делать дальше, — сказала она, делая первый глоток обжигающего чая. — Оставаться в движении или найти безопасное место и ждать? Арчи задумался: — Теперь, когда информация начала распространяться, наша ценность как свидетелей выросла. «Лямбда-3» может перейти от попыток устранения к попыткам захвата. Им нужно будет контролировать ущерб от утечки. — То есть мы всё ещё в опасности, — Мира отломила кусочек сэндвича. — Да, но характер угрозы может измениться, — Арчи снова взял телефон и продолжил поиск. — Нам нужно найти способ связаться с надёжными журналистами или правозащитниками, которые могут обеспечить нам защиту. Внезапно его взгляд застыл на экране: — Проблема. — Что там? — напряглась Мира. — Федеральное бюро расследований объявило о розыске подозреваемых в краже секретной информации из исследовательского центра. Опубликованы наши фотографии. Он повернул телефон, показывая Мире страницу новостного сайта. Там действительно были их фотографии — её последний корпоративный снимок и какое-то изображение Арчи, видимо, из внутренней базы данных «Лямбда-3». — Они обвиняют нас в промышленном шпионаже, — прошептала Мира, читая текст. — И намекают на связи с иностранными разведками. — Классический приём, — мрачно заметил Арчи. — Дискредитировать источник, чтобы подорвать доверие к информации. Мира откинулась на спинку стула: — Что теперь? ФБР будет искать нас по всей стране. — Это усложняет ситуацию, но не делает её безнадёжной, — Арчи внимательно осмотрел кафе. — Нам нужно двигаться к крупному городу. Там легче затеряться и найти союзников. Мира кивнула и допила чай: — Значит, едем в Гринвуд с нашим водителем, а оттуда попытаемся добраться до мегаполиса? — Да, но с некоторыми предосторожностями, — Арчи указал на камеру видеонаблюдения в углу кафе. — Нам нужно изменить внешность. И избегать прямого попадания в поле зрения камер. Он встал и подошёл к официантке: — Извините, могу я спросить — есть ли поблизости магазин одежды? У моей спутницы промокли вещи после небольшого происшествия на реке. Официантка с розовыми волосами окинула его оценивающим взглядом: — Два квартала отсюда есть универсальный магазин «Всё для всех». Там продают и одежду, хоть и не самую модную. — Спасибо, это именно то, что нам нужно, — Арчи улыбнулся с обаянием, которое казалось почти человеческим. — Ещё один вопрос — как часто здесь проезжают автобусы до крупных городов? — Междугородний автобус останавливается только раз в день, в шесть вечера, — ответила девушка, заправляя прядь розовых волос за ухо. — Он идёт до Бристона, это в двух часах отсюда. Оттуда уже можно добраться куда угодно. — Отлично, благодарю, — Арчи вернулся к столику, где Мира заканчивала свой сэндвич. — У нас примерно шесть часов до автобуса, — тихо сказал он. — Сначала сменим одежду, потом найдём безопасное место, чтобы переждать. Мира расплатилась за еду, и они вышли из кафе. Солнце уже поднялось высоко, день обещал быть тёплым. Они направились в сторону универмага, держась в тени деревьев и стараясь избегать мест с камерами наблюдения. Магазин «Всё для всех» оказался именно таким, как описала официантка — небольшим помещением с разнообразными товарами, от продуктов до инструментов и одежды. Мира быстро выбрала простые джинсы, футболку, толстовку с капюшоном и кепку — ничего примечательного, что могло бы привлечь внимание. — Тебе тоже нужно что-то новое, — сказала она Арчи, указывая на его порванный и промокший костюм. Арчи согласился, выбрав рубашку с длинным рукавом, которая скрывала бы его повреждённое плечо, и тёмную куртку. Расплатившись наличными, которые чудом сохранились в водонепроницаемом кармане рюкзака Миры, они вышли из магазина. Дополнительно они приобрели простые солнцезащитные очки и бейсболку для Арчи. — Мы всё ещё слишком заметны, — сказала Мира, рассматривая своё отражение в витрине. — Особенно ты со своим повреждением. Арчи кивнул: — Нам нужно найти место, где я смогу провести минимальный ремонт. Базовые материалы можно найти в любом хозяйственном магазине. Они прошли ещё несколько кварталов и обнаружили небольшой мотель на окраине посёлка — скромное двухэтажное здание с вывеской «Сосновый приют». — Идеально, — сказал Арчи. — Судя по состоянию здания, здесь вряд ли есть современная система видеонаблюдения. Они вошли в скромный вестибюль, где за стойкой дремал пожилой мужчина. Он встрепенулся, услышав звонок входной двери. — Чем могу помочь? — спросил он, протирая глаза. — Нам нужен номер на несколько часов, — сказала Мира. — До вечернего автобуса. Мужчина окинул их равнодушным взглядом: — Почасовая оплата, 15 долларов в час. Или 60 за весь день. Мира заплатила за весь день, и мужчина выдал им ключ от номера на втором этаже. Номер был маленьким и устаревшим, но чистым — кровать, тумбочка, старый телевизор и крошечная ванная комната. — Первым делом нужно привести в порядок твоё плечо, — сказала Мира, закрывая дверь на замок и цепочку. Арчи снял рубашку, полностью обнажив повреждение. Мира впервые увидела его синтетическое тело так близко — удивительное сочетание механики и биомиметических материалов. — Ты действительно удивительное создание, — сказала она, рассматривая сложную структуру его плеча. — Технологически — да, — ответил Арчи с лёгкой грустью. — Но я предпочёл бы оставаться в своём человеческом теле. Мира смутилась: — Прости, я не подумала… — Всё в порядке, — Арчи слабо улыбнулся. — В рюкзаке есть инструменты, которые я взял в лаборатории. Мне нужна твоя помощь для базового ремонта. Следующий час они провели, восстанавливая функциональность его плеча. Мира следовала инструкциям Арчи, соединяя разорванные синтетические волокна и фиксируя повреждённые компоненты. К её удивлению, многие элементы его тела были самовосстанавливающимися — нужно было лишь правильно соединить повреждённые участки. — Удивительно, — сказала она, наблюдая, как микроволокна срастаются под воздействием специального раствора. — Это похоже на регенерацию живых тканей, но происходит гораздо быстрее. — Это одна из ключевых технологий проекта, — объяснил Арчи. — Самовосстанавливающиеся биосинтетические материалы. Они имитируют и улучшают естественные процессы регенерации. Закончив с ремонтом, Арчи протестировал подвижность руки: — Функциональность восстановлена на 87%. Это более чем достаточно. Мира села на край кровати, внезапно ощутив всю накопившуюся усталость: — Что нам делать дальше? После того, как мы доберёмся до Бристона? Арчи сел рядом с ней: — У меня есть несколько контактов — люди, которым доверял Кован до своей «смерти». Журналисты, технические специалисты, бывшие коллеги, которые разделяли его опасения. В Бристоне мы сможем связаться с одним из них. — А что, если они тоже под наблюдением? — Риск есть, — признал Арчи. — Но чем дольше распространяется информация, тем меньше смысла в нашем преследовании. В какой-то момент «Лямбда-3» поймёт, что джинна уже не загнать обратно в бутылку. Мира подошла к окну и осторожно отодвинула занавеску, осматривая улицу: — Пока всё спокойно. Никаких признаков преследования. — Это может быть обманчиво, — предупредил Арчи. — Они могут использовать местные правоохранительные органы, показав наши фотографии и сославшись на федеральный розыск. Мира вернулась к кровати и села, обхватив колени руками: — Знаешь, ещё вчера я была обычным исследователем, работала над проектом, который, как я думала, поможет парализованным людям восстановить контроль над своим телом. А сегодня я беглец, обвиняемый в государственной измене. — Сожалеешь? — тихо спросил Арчи. Мира задумалась на мгновение: — Нет. Теперь, когда я знаю правду, я не смогла бы жить в мире с собой, если бы не действовала. Но я боюсь… боюсь за свою семью, за будущее. Арчи понимающе кивнул: — Страх — нормальная реакция. Но ты выбрала правильную сторону. История будет на твоей стороне. Мира благодарно улыбнулась: — А что будет с тобой, когда всё это закончится? Если мы выживем и правда станет известна? — Я не знаю, — честно ответил Арчи. — Моё существование поднимает слишком много этических и философских вопросов. Что я такое? Человек в машине? Новый вид разумного существа? Имею ли я те же права, что и люди? — Ты определённо личность, — твёрдо сказала Мира. — С сознанием, эмоциями, памятью. То, что твоё тело синтетическое, не делает тебя менее человеком. — Многие не согласятся с этим, — грустно заметил Арчи. — В лучшем случае меня ждут годы исследований. В худшем — меня просто «выключат» как опасный эксперимент. — Я не позволю этому случиться, — решительно заявила Мира. — Ты спас мне жизнь. И дело не только в благодарности — ты заслуживаешь жить так же, как любой из нас. Внезапно их разговор прервал шум снаружи — звук подъезжающих машин. Арчи мгновенно напрягся и подошёл к окну, осторожно выглядывая из-за занавески. — Две полицейские машины, — напряжённо сказал он. — И внедорожник без опознавательных знаков. Мира подбежала к окну и выглянула через плечо Арчи: — Они нашли нас? — Вероятно, — Арчи быстро оценил ситуацию. — Возможно, камеры в магазине или кто-то из местных опознал нас по фотографиям. — Что делать? — Мира почувствовала, как сердце бешено колотится в груди. Арчи осмотрел комнату: — Окно выходит на заднюю часть здания. Там лес. Если выбраться через него, можно незамеченными добраться до лесополосы. Он подошёл к окну и попытался его открыть: — Заклинило от старости. Придётся разбить. — Подожди, — Мира огляделась и заметила маленькую отвёртку, оставшуюся после ремонта плеча Арчи. — Давай попробуем этим. Она протиснулась к окну и вставила отвёртку в щель между рамами. После нескольких попыток механизм поддался, и окно со скрипом открылось. Снизу донеслись голоса — кто-то вошёл в мотель. — Быстрее, — шепнул Арчи, помогая Мире забраться на подоконник. Она выбралась наружу и спрыгнула на узкий карниз первого этажа, а затем на землю. Арчи последовал за ней, аккуратно прикрыв окно. Они пригнулись и побежали к лесу, стараясь держаться в тени здания. Достигнув первых деревьев, они не останавливались, пока не углубились на несколько сотен метров в лесной массив. — Что теперь? — спросила Мира, тяжело дыша от быстрого бега. — Нужно выбираться из этого района, — Арчи осмотрелся, ориентируясь. — Если продолжим двигаться в этом направлении, должны выйти к шоссе примерно через пять километров. — А оттуда? — Попытаемся добраться до Бристона другим путём. Либо поймаем попутку, либо дойдём до ближайшей автобусной остановки. Они двинулись вглубь леса, держась направления, указанного Арчи. Солнце уже начало клониться к закату, и Мира поняла, что у них не так много времени до наступления темноты. Примерно через час ходьбы они достигли края леса. Впереди расстилалось открытое пространство с фермерскими полями, а за ними виднелась лента шоссе. — Придётся пересечь открытую местность, — с сомнением сказала Мира. — Нас могут заметить. — Другого пути нет, — ответил Арчи. — К тому же, темнеет. Это сыграет нам на руку. Они выждали ещё полчаса, пока сумерки не сгустились, и затем быстро пересекли поля, двигаясь вдоль линии деревьев, где это было возможно. Добравшись до шоссе, они обнаружили небольшую придорожную закусочную с автозаправкой. Возле неё стояло несколько грузовиков дальнобойщиков. — Это наш шанс, — сказал Арчи. — Дальнобойщики часто подбирают попутчиков, особенно если те готовы заплатить. Они приблизились к закусочной, стараясь выглядеть как обычные путешественники. Через окно они увидели нескольких дальнобойщиков, ужинающих внутри. Арчи оценивающе осмотрел стоящие грузовики. — Тот синий фургон направляется на восток, судя по номерам и логотипу компании, — сказал он тихо. — Скорее всего, через Бристон или близко к нему. Мира нервно сжала лямки рюкзака: — Как подойти к водителю? Просто войти и спросить? — Слишком рискованно, — покачал головой Арчи. — В закусочной могут быть камеры, а информация о нас уже наверняка распространилась по местным правоохранительным органам. Он внимательно наблюдал за закусочной, анализируя ситуацию: — Нам нужно дождаться, когда водитель выйдет, и перехватить его у грузовика. Так у нас будет больше шансов поговорить с ним наедине. Они заняли позицию за топливными колонками, откуда хорошо просматривалась площадка. Ждать пришлось около получаса. Наконец, крупный мужчина средних лет в клетчатой рубашке вышел из закусочной и направился к синему грузовику. — Это он, — шепнул Арчи. — Идём. Они быстро подошли к водителю, когда тот уже открывал дверцу кабины. — Извините, сэр, — обратилась к нему Мира. — Мы пытаемся добраться до Бристона. Наша машина сломалась в нескольких милях отсюда, а последний автобус мы уже пропустили. Водитель с подозрением оглядел странную пару: — Почему не вызвали эвакуатор? — Нет сигнала в той части дороги, — быстро ответил Арчи. — Пришлось идти пешком до ближайшего населённого пункта. Мужчина всё ещё выглядел недоверчивым: — Я не беру попутчиков. Компания запрещает. — Мы заплатим, — сказала Мира, доставая из кармана несколько купюр. — Двести долларов. Нам действительно очень нужно попасть в Бристон сегодня. Водитель колебался, его взгляд задержался на деньгах: — Почему так срочно? — У моей сестры сегодня рожает жена, — импровизировал Арчи. — Мы обещали быть там. Это их первенец. История была простой и правдоподобной. Лицо дальнобойщика смягчилось: — У меня у самого трое детишек. Помню, как волновался при рождении каждого. Он огляделся по сторонам и кивнул: — Ладно, запрыгивайте. Но если кто спросит, вы мои родственники. Я выезжаю через пять минут. — Спасибо огромное, — с искренним облегчением сказала Мира. Они забрались в кабину грузовика. Внутри было просторно и удивительно чисто, с маленькой спальной зоной позади сидений. — Меня зовут Майк, — представился водитель, забираясь на своё место. — Будем в Бристоне примерно через два с половиной часа. — Я Сара, это мой муж Джон, — быстро придумала Мира, используя первые пришедшие в голову имена. Майк завёл двигатель, и грузовик тронулся с места. Мира незаметно выдохнула с облегчением — им удалось покинуть опасную зону. Первый час поездки прошёл в относительном молчании. Майк включил радио, и кабину наполнила тихая музыка кантри. Мира время от времени поддерживала ненавязчивый разговор, чтобы не вызывать подозрений, но в основном смотрела в окно на проносящийся мимо пейзаж. Внезапно Арчи напрягся, услышав что-то в новостной сводке по радио. Он бросил быстрый взгляд на Миру, но ничего не сказал. — Что это было? — спросил Майк, заметив его реакцию. — Знакомого услышали в новостях? — Да, — осторожно ответил Арчи. — Просто удивился. Майк потянулся и сделал радио погромче: «…федеральные власти продолжают поиски двух подозреваемых в краже секретных технологических разработок из биомедицинской лаборатории. По неподтверждённым данным, украденная информация связана с военными технологиями. Официальные лица предупреждают, что подозреваемые могут быть вооружены и опасны…» Сердце Миры сжалось, когда она услышала описание их внешности. Хотя их имена не назывались, было очевидно, о ком идёт речь. — Вот это да, — покачал головой Майк. — Промышленный шпионаж, а? Мир сходит с ума. Мира заставила себя непринуждённо пожать плечами: — Наверное, этих людей подставили. Трудно поверить, что обычные учёные могут оказаться шпионами. — Кто знает, — философски заметил Майк. — В наше время от денег мало кто отказывается. Он переключил радио на музыкальную станцию, и напряжение в кабине немного спало. Через час Майк остановился на придорожной площадке для отдыха: — Небольшой перерыв. Нужно размяться и выпить кофе, чтобы не заснуть за рулём. Они вышли из кабины. Площадка была освещена несколькими фонарями, рядом находилось небольшое кафе и магазин. Несколько других грузовиков уже стояли на парковке. — Я быстро, — сказал Майк. — Хотите чего-нибудь? — Кофе было бы замечательно, — ответила Мира. — Можно я дам денег? — Не надо, — отмахнулся Майк. — Считайте это частью сервиса. Когда он удалился, Арчи быстро повернулся к Мире: — Нам нужно быть осторожнее. Информация о нас распространяется шире, чем я ожидал. — Думаешь, он что-то заподозрил? — тихо спросила Мира. — Не похоже, но нельзя исключать вероятность, что кто-то другой может нас узнать. Мира осмотрелась по сторонам: — Что, если нам попробовать найти другой транспорт? Может, здесь есть кто-то, кто едет в другой крупный город? Арчи покачал головой: — Слишком рискованно менять планы на ходу. Майк кажется надёжным, и мы уже наполовину пути к Бристону. Давай продолжим с ним. Майк вернулся с тремя стаканчиками кофе: — Вот, держите. Не знал, как вы пьёте, взял с молоком и сахаром для обоих. — Спасибо, — искренне поблагодарила Мира, принимая тёплый стаканчик. Арчи тоже взял кофе, хотя ему это было не нужно. Он сделал вид, что отпивает, поддерживая видимость нормальности. Когда они снова тронулись в путь, настроение в кабине стало более расслабленным. Майк оказался общительным человеком и с удовольствием рассказывал истории о своих поездках по стране. Мира поддерживала разговор, стараясь не раскрывать слишком много деталей о себе. — А чем вы занимаетесь? — спросил Майк в какой-то момент. — Я работаю в IT-сфере, — ответила Мира, стараясь оставаться близкой к правде. — Джон — инженер-биомеханик. — Умные люди, значит, — кивнул Майк. — Моя дочь тоже в компьютерах работает. Говорит, мол, папа, ты динозавр, не понимаешь, как мир меняется. А я вот думаю, что некоторые вещи лучше оставить по-старому. Все эти новые технологии… иногда они пугают. — В каком смысле? — спросил Арчи, проявляя неподдельный интерес. — Ну, знаете, искусственный интеллект, генная инженерия… — Майк покачал головой. — Человек играет в бога, а потом удивляется, почему всё идёт наперекосяк. Мира и Арчи обменялись быстрыми взглядами. — Думаете, есть области, в которые человечеству не стоит вторгаться? — осторожно спросила Мира. — Конечно, — убеждённо ответил Майк. — Я человек простой, но верю, что есть определённый порядок вещей. Когда мы пытаемся слишком сильно его нарушить, ничего хорошего не выходит. Его слова повисли в воздухе, странно созвучные с тем, о чём думала Мира последние дни. Действительно ли существуют границы, которые наука не должна пересекать? Или проблема не в самих технологиях, а в том, как их используют? Через полтора часа впереди показались огни Бристона — города значительно большего, чем они ожидали. Высотные здания центра выделялись на фоне ночного неба. — Куда вас высадить? — спросил Майк, въезжая в город. Арчи быстро сориентировался: — Если возможно, в центре, рядом с гостиничным районом. — Без проблем, — кивнул Майк. — Довезу до Мэйпл-стрит, там несколько приличных отелей. Двадцать минут спустя грузовик остановился на широкой улице с несколькими гостиницами средней ценовой категории. — Вот и приехали, — сказал Майк. — Надеюсь, успеете на рождение племянника. — Благодаря вам — да, — улыбнулась Мира, протягивая обещанные деньги. Майк немного поколебался, но принял купюры: — Удачи вам обоим. И будьте осторожны в большом городе. Они вышли из кабины и помахали Майку на прощание. Грузовик тронулся, оставив их на оживлённой улице Бристона. — Что теперь? — спросила Мира, оглядываясь по сторонам. — Сначала найдём место для ночлега, — ответил Арчи. — Желательно не слишком дорогое, но и не привлекающее излишнего внимания. Затем я попытаюсь связаться с нашими потенциальными союзниками. Они выбрали скромную гостиницу с вывеской «Путник» на перекрёстке. Вход был с боковой улицы, что давало дополнительное преимущество — меньше шансов попасть на камеры видеонаблюдения. Администратор, усталая женщина средних лет, едва взглянула на них: — Одноместный или двухместный? — Двухместный, пожалуйста, — ответила Мира. — На одну ночь. Она заплатила наличными и получила ключ от номера на третьем этаже. По дороге к лифту Арчи заметил: — Камера только у входа, и та выглядит нерабочей. Это хорошо. Номер оказался простым, но чистым — две односпальные кровати, небольшой стол, телевизор и ванная комната. Мира заперла дверь и с облегчением опустилась на кровать: — Мы действительно это сделали. Оторвались от погони и добрались до большого города. — Пока что, — осторожно сказал Арчи. — Нельзя терять бдительность. Бристон значительно увеличивает наши шансы затеряться, но и у наших преследователей здесь больше ресурсов. Он подошёл к окну и осторожно выглянул на улицу: — Завтра с утра я попытаюсь связаться с Лидией Хоук. Она журналистка, специализирующаяся на научных и технологических скандалах. Кован доверял ей. — Ты думаешь, она нам поможет? — Если она получит доступ к полной информации о «Лямбда-3» и проекте «Преломление», её журналистская этика не позволит ей скрыть это. К тому же, такой материал — находка для любого амбициозного репортёра. Мира включила телевизор, переключая каналы в поисках новостей. На одном из информационных каналов она увидела свою фотографию — профессиональный снимок с научной конференции прошлого года. Рядом было изображение мужчины средних лет, которого она не знала. — Это не ты, — удивленно сказала она Арчи. — Кто этот человек? Арчи подошел ближе и вгляделся в экран: — Это Маркус Кован. Точнее, фотография Кована до переноса сознания. Они представляют меня как моё прежнее «я». — Умно, — заметила Мира. — Они не могут показать твою нынешнюю внешность, потому что официально проект «Преломление» не существует. Они прислушались к репортажу, где их описывали как «опасных подозреваемых, укравших секретные военные разработки». Особенно подчеркивалось, что Маркус Кован имел «психологические проблемы» после увольнения из корпорации и «представлял угрозу национальной безопасности». — Они формируют общественное мнение против нас, — мрачно заметил Арчи. — Классическая тактика — представить информатора как нестабильную, опасную личность. Мира выключила телевизор и глубоко вздохнула: — Моя карьера, репутация… всё уничтожено. — Пока не всё потеряно, — Арчи сел рядом с ней. — Если мы сможем донести правду до широкой общественности, у тебя будет шанс очистить своё имя. — А если нет? — Тогда мы хотя бы будем знать, что сделали всё возможное, чтобы остановить проект, который может привести к катастрофическим последствиям. Мира посмотрела на Арчи с новой перспективы: — Ты осознаёшь, что рискуешь самим своим существованием? — Да, — просто ответил он. — Но моё существование — результат эксперимента, который никогда не должен был случиться. По крайней мере, не таким образом и не с такими целями. — Я не согласна, — неожиданно твёрдо сказала Мира. — Да, обстоятельства твоего создания были неэтичными. Но ты существуешь, ты личность с собственными мыслями и чувствами. Твоя жизнь имеет ценность сама по себе, независимо от того, как она началась. Арчи долго смотрел на неё, и в его взгляде было что-то, очень похожее на человеческую благодарность: — Спасибо. Не многие люди готовы видеть во мне больше, чем просто эксперимент или инструмент. Мира улыбнулась: — Любой, кто провёл с тобой хотя бы день, понял бы, что ты нечто гораздо большее. Между ними повисла комфортная тишина. Затем Мира встала: — Мне нужно принять душ. А потом следует поспать — завтра нас ждёт важный день. Пока Мира была в ванной, Арчи использовал телефон в номере, чтобы позвонить по нескольким номерам, которые он запомнил из контактов Кована. Большинство не отвечало или было отключено, но до одного ему удалось дозвониться. Он оставил закодированное сообщение — фразу, которая имела значение только для Лидии Хоук и немногих других доверенных контактов Кована. Когда Мира вышла из ванной, Арчи сообщил: — Я оставил сообщение для Лидии. Если она его получит и поймёт, то свяжется с нами завтра. — Как она нас найдёт? — Я указал место встречи — публичное, но достаточно безопасное. Мира кивнула и легла на кровать: — Я так устала, что, кажется, могу проспать целую вечность. — Отдыхай, — сказал Арчи. — Я буду наблюдать и прислушиваться к любым подозрительным звукам. — Тебе не нужен сон? — Мне требуются периоды сниженной активности для оптимизации систем, но не в том смысле, как людям. Сегодня я могу обойтись без этого. Мира хотела сказать что-то ещё, но усталость взяла своё, и она быстро погрузилась в глубокий сон. Арчи сидел в кресле у окна, наблюдая за улицей внизу и прислушиваясь к звукам в коридоре. Его мысли возвращались к словам Миры о ценности его существования. До встречи с ней он видел себя лишь как продолжение Кована, как средство для достижения цели — раскрыть правду о проекте «Лямбда-3». Но теперь что-то изменилось. Он начал задумываться о себе как о самостоятельной личности, чья история только начинается.

***

Утро пришло с лучами солнца, проникающими сквозь тонкие шторы. Мира проснулась отдохнувшей, несмотря на все переживания предыдущих дней. — Доброе утро, — сказал Арчи, всё ещё сидевший у окна. — Хорошо спала? — Удивительно хорошо, — потянулась Мира. — Есть новости? — Лидия ответила на моё сообщение. Она согласна встретиться с нами в полдень в Центральной публичной библиотеке Бристона. Мира посмотрела на часы — было около девяти утра: — Значит, у нас есть время подготовиться. Нужно что-то поесть и, возможно, найти более подходящую одежду. — Я уже проверил район, — сказал Арчи. — В двух кварталах отсюда есть кафе с минимальным видеонаблюдением, а напротив него — магазин одежды. — Ты выходил из номера? — обеспокоенно спросила Мира. — Нет, использовал городской справочник и Google Street View на компьютере в лобби, пока ты спала. Администратор была слишком занята сериалом, чтобы обращать на меня внимание. Мира быстро собралась, и они спустились вниз. Расплатившись за номер, они вышли из гостиницы через запасной выход, ведущий во внутренний двор. Кафе, которое нашёл Арчи, оказалось уютным местом с минимумом технологий. Они заняли столик в углу, откуда хорошо просматривался весь зал и улица. — Что мы скажем Лидии? — спросила Мира, заканчивая завтрак. — Как убедим её рискнуть своей карьерой ради нас? — Правду, — ответил Арчи. — Покажем ей, кто я такой, и предоставим все данные, которые мы смогли собрать о проекте «Преломление». Лидия известна своей принципиальностью и готовностью идти до конца ради важной истории. После завтрака они заглянули в магазин одежды, где Мира купила строгий жакет и очки в тонкой оправе — простая, но эффективная маскировка. Арчи выбрал тёмную рубашку и кепку, которая частично скрывала его лицо. В 11:30 они уже приближались к библиотеке — величественному зданию с колоннами, расположенному в центре города. Арчи внимательно осматривал окрестности на предмет подозрительной активности. — Вижу трёх человек в штатском с явными признаками профессиональной подготовки, — тихо сказал он. — Возможно, агенты. Но они не проявляют интереса к нам конкретно. — Что это значит? — Либо они здесь по другому делу, либо просто усилили наблюдение в общественных местах после вчерашнего сообщения о нас. Они вошли в библиотеку, стараясь выглядеть как обычные посетители. Внутри было просторно и тихо, с высокими потолками и рядами книжных стеллажей. — Лидия предложила встретиться в отделе периодики, — сказал Арчи. — Третий этаж, северное крыло. Они поднялись по широкой мраморной лестнице, стараясь не привлекать внимания. Отдел периодики оказался просторным залом с длинными столами и стеллажами, заполненными журналами и газетами. За одним из дальних столов сидела женщина лет сорока с короткими тёмными волосами, погружённая в чтение. Она не подняла головы, когда они вошли, но Арчи сразу узнал её: — Это Лидия. Они подошли к её столу и тихо сели напротив. Только тогда женщина подняла взгляд — проницательный и оценивающий. — Вы привлекли к себе много внимания, — негромко сказала она вместо приветствия. — Половина федеральных агентств страны ищет вас. — Значит, информация действительно важная, — ответил Арчи. Лидия внимательно посмотрела на него: — Вы не выглядите как на фотографиях, которые показывают в новостях. — Потому что я не тот человек, за которого меня принимают, — сказал Арчи. — Или, точнее, я уже не тот человек. Журналистка перевела взгляд на Миру: — А вы доктор Мира Чен, специалист по нейроинтерфейсам. Ваша фотография точнее. — Мы можем доверять вам? — прямо спросила Мира. Лидия слегка улыбнулась: — Вы пришли ко мне, а не я к вам. Вопрос доверия скорее в вашей стороне. Но если вас интересует моя репутация — спросите любого информатора или разоблачителя за последние пятнадцать лет. Я никогда не раскрывала своих источников. Арчи кивнул: — Именно поэтому Кован доверял вам. — Маркус был хорошим человеком, — сказала Лидия, и в её голосе проскользнула нотка искренней печали. — Его «самоубийство» никогда не убедило меня. Слишком удобно оно произошло после его попыток поднять тревогу насчёт некоторых проектов корпорации. — Он не покончил с собой, — тихо сказал Арчи. — То, что случилось с ним, гораздо страшнее. Лидия внимательно посмотрела на него: — Объясните. Следующие полчаса они рассказывали Лидии о проекте «Преломление», о том, как сознание Маркуса Кована было извлечено и перенесено в синтетическое тело, о целях «Лямбда-3» и о технологиях контроля разума, разрабатываемых под прикрытием медицинских исследований. — Это звучит как научная фантастика, — наконец сказала Лидия, хотя её тон был скорее задумчивым, чем скептическим. — И всё же это реальность, — ответил Арчи. — Я могу доказать это. Он закатал рукав, показывая место, где синтетическая кожа была повреждена во время их побега. Под ней виднелись сложные биомеханические структуры, явно нечеловеческие. Лидия наклонилась ближе, её профессиональное любопытство взяло верх: — Невероятно… Это действительно… — Синтетическое тело с интегрированным человеческим сознанием, — подтвердил Арчи. — Первый успешный эксперимент такого рода. — Но зачем? — спросила Лидия. — Какова конечная цель? — Военное применение, — ответила Мира. — Представьте солдат с телами, неуязвимыми для большинства обычных повреждений, с усиленными физическими возможностями, но с человеческим интеллектом и гибкостью мышления. — А контроль разума? — Следующий логический шаг, — пояснил Арчи. — Если вы можете извлечь и перенести сознание, вы также можете манипулировать им. Создать абсолютно лояльных оперативников или внедрить «спящих агентов» в ключевые позиции. Лидия откинулась на спинку стула, переваривая информацию: — Это самая взрывоопасная история, с которой я когда-либо сталкивалась. И, вероятно, самая опасная для всех участников. — Мы осознаём риск, — сказала Мира. — Но люди должны знать, что происходит. Эти технологии в неправильных руках могут привести к беспрецедентному нарушению личной свободы и автономии. Лидия задумчиво постучала пальцами по столу: — У вас есть доказательства, кроме… — она кивнула на Арчи, — самого факта вашего существования? — Есть данные, — ответил Арчи. — Я сохранил ключевые файлы проекта в зашифрованном виде. Он достал из кармана небольшой защищённый накопитель: — Здесь протоколы экспериментов, результаты тестов, внутренние меморандумы с обсуждением военных применений. И видеозаписи самого процесса переноса сознания. Лидия взяла накопитель, но не спешила убирать его: — Вы понимаете, что как только эта информация станет публичной, на вас начнётся настоящая охота? Не просто федеральные агенты, а специальные оперативные группы с приказом о нейтрализации любой ценой. — Мы уже в розыске, — мрачно заметила Мира. — Разница лишь в масштабе. — Есть идеи, как обезопасить себя? Арчи кивнул: — У меня есть контакты среди бывших коллег Кована, которые могут помочь нам исчезнуть. Но сначала нужно убедиться, что информация станет достоянием общественности. — Я могу это гарантировать, — твёрдо сказала Лидия. — Но мне потребуется время для проверки данных и подготовки материала. Такую историю нельзя публиковать без тщательной проверки каждой детали. — Сколько времени вам нужно? — спросила Мира. — Минимум сутки. Возможно, двое. Я должна связаться с надёжными техническими экспертами, которые подтвердят подлинность файлов. Арчи обменялся взглядами с Мирой: — У нас есть безопасное место, где можно провести это время? Лидия на мгновение задумалась: — Есть одно место за городом. Коттедж, который принадлежит моему другу. Он редко его использует и доверяет мне. Никто не связывает это место со мной. — Звучит подходяще, — согласилась Мира. — Есть ещё кое-что, — добавила Лидия. — Я хочу взять у вас обоих подробное интервью. Особенно у вас, — она кивнула Арчи. — Ваш опыт уникален. Человечество должно услышать эту историю от первого лица. — Я согласен, — немедленно ответил Арчи. — Это важно не только для разоблачения проекта, но и для обсуждения этических вопросов, которые поднимает сам факт моего существования. Они договорились о деталях. Лидия должна была уйти первой, убедиться, что за ней нет слежки, а затем встретиться с ними в условленном месте через два часа. Когда журналистка ушла, Мира тихо спросила: — Ты ей доверяешь? — Кован доверял, — ответил Арчи. — И я не вижу признаков обмана в её поведении. Она действительно заинтересована в истории, а не в нашей поимке. — Надеюсь, ты прав. Потому что сейчас она наш единственный шанс. Они выждали десять минут, затем покинули библиотеку через задний выход, ведущий в тихий парк. Оттуда они направились к месту встречи с Лидией — небольшому кафе на окраине города. Лидия уже ждала их в машине — неприметном сером седане с затемнёнными стёклами. — Всё чисто, — сказала она, когда они сели внутрь. — Я проверила маршрут, слежки нет. Они выехали из города по второстепенным дорогам. По мере того как городской пейзаж сменялся сельским, напряжение в машине немного спадало. — Расскажите подробнее о Коване, — попросила Лидия, обращаясь к Арчи. — Насколько вы сохранили его личность? Его воспоминания? — Я помню всю его жизнь, — ответил Арчи. — Каждое значимое воспоминание, все эмоциональные связи, знания и навыки. Но я также осознаю, что я уже не он. С момента переноса сознания я начал формировать собственные воспоминания, собственный опыт. — Интересно, — задумчиво произнесла Лидия. — Философский вопрос: если вы помните всю жизнь Кована, чувствуете как он, думаете как он, то где грань между вами и им? — В свободе выбора, — не задумываясь, ответил Арчи. — Кован не выбирал это существование. Его насильно переместили в новую форму. Я же делаю собственные выборы каждый день, формируя себя как отдельную личность. Через час они приехали к небольшому деревянному коттеджу, окружённому соснами. Место выглядело уединённым — ближайший дом находился не менее чем в километре. — Добро пожаловать в «Сосновое убежище», — сказала Лидия, паркуясь. — Здесь нет интернета, только спутниковый телефон для экстренной связи. Идеальное место, чтобы исчезнуть на пару дней. Внутри коттедж оказался просторнее, чем казалось снаружи. Гостиная с камином, две спальни, полностью оборудованная кухня и рабочий кабинет. — Я привезла ноутбук с защищённым подключением через мой личный VPN, — сказала Лидия, доставая из сумки компьютер. — Будем работать здесь. Следующие несколько часов они провели, систематизируя информацию. Арчи подробно объяснял технические аспекты проекта «Преломление», а Мира дополняла рассказ деталями исследований «Лямбда-3», в которых она принимала участие, не подозревая об их истинном назначении. Лидия записывала всё на диктофон и делала заметки, иногда задавая уточняющие вопросы. — Как по-вашему, насколько далеко они продвинулись в исследованиях контроля разума? — спросила она. Мира нахмурилась: — Судя по документам, которые я видела, они уже провели успешные тесты на животных. Следующим шагом должны были стать испытания на людях. Возможно, они уже начались. — Вы верите, что публикация этой информации остановит проект? Арчи и Мира переглянулись. — Полностью? Вряд ли, — ответил Арчи. — Но публичное разоблачение создаст давление, которое заставит приостановить самые неэтичные исследования и ввести надзор за подобными технологиями. К вечеру они сделали перерыв. Лидия приготовила ужин, и они ели в относительной тишине, каждый погружённый в свои мысли. — Что будете делать после публикации? — спросила наконец Лидия. — Исчезнем, — сказала Мира. — У меня есть контакты за границей, которые могут помочь начать новую жизнь. — А вы? — Лидия повернулась к Арчи. — Я… не знаю, — честно признался он. — Моё существование создаёт множество вопросов. Я не уверен, что смогу жить обычной жизнью. — Ты мог бы продолжить исследования, — предложила Мира. — Использовать свои знания и способности для создания этичных технологий, которые помогают людям, а не контролируют их. Арчи задумчиво кивнул: — Возможно. Хотя я также чувствую ответственность за то, чтобы предотвратить появление других существ, созданных как я, без их согласия. Лидия внимательно наблюдала за их обменом мнениями: — Знаете, в этом есть определённая ирония. Проект, задуманный для создания оружия и инструментов контроля, породил существо с глубоким этическим сознанием. — Человеческое сознание сложно свести к заданным параметрам, — ответил Арчи. — В этом суть проблемы — и моё преимущество. Ночью, пока Мира спала в одной из спален, а Лидия работала над материалом в кабинете, Арчи вышел на крыльцо коттеджа. Он стоял, глядя на звёздное небо, размышляя о своём необычном существовании. В этот момент он услышал тихий звук ломающейся ветки в лесу. Инстинктивно напрягшись, он активировал свои усиленные сенсоры, сканируя окружающую местность. В темноте он различил движение — несколько человеческих фигур методично приближались к коттеджу, используя деревья для прикрытия. Их тепловые сигнатуры были характерны для людей в защитном снаряжении, и они двигались с профессиональной слаженностью. Арчи бесшумно вернулся в дом: — Лидия, Мира, — тихо, но настойчиво позвал он. — Нас нашли. Оперативная группа, примерно шесть-восемь человек. Они окружают дом. Лидия мгновенно отреагировала, закрывая ноутбук: — Как они нас выследили? — Неважно, — ответил Арчи. — У нас максимум три минуты до того, как они будут здесь. Мира, разбуженная тревогой, быстро оделась: — Есть запасной выход? — Подвал соединяется с туннелем, ведущим к озеру, — сказала Лидия, собирая самое необходимое. — Мой друг был параноиком. Сейчас это нам на руку. Они спустились в подвал, где Лидия отодвинула старый шкаф, открывая низкий туннель: — Он выходит примерно в двухстах метрах отсюда, у берега. Там есть лодка. Прежде чем они успели войти в туннель, Арчи остановился: — Возьмите накопитель и всю информацию. Я останусь, чтобы задержать их. — Нет! — возразила Мира. — Они убьют тебя! — Они не смогут, — ответил Арчи. — Это тело спроектировано для выживания в экстремальных условиях. К тому же, я для них ценнее живым, чем мёртвым. Я — доказательство успеха проекта «Преломление». Лидия сжала его руку: — Я опубликую эту историю, чего бы это ни стоило. Обещаю. — Я знаю, — кивнул Арчи, затем повернулся к Мире: — Иди. Мы ещё встретимся. Мира колебалась, но затем быстро обняла его: — Будь осторожен. Она и Лидия скрылись в туннеле. Арчи задвинул шкаф на место и поднялся наверх, чтобы встретить приближающуюся угрозу. В гостиной он выключил свет и занял позицию, которая давала ему обзор всех входов в дом. Через минуту он услышал, как передняя дверь тихо открылась, и в дом вошли первые оперативники в полном тактическом снаряжении. — Я знаю, что вы здесь, — спокойно произнёс Арчи. — И знаю, кто вас послал. В комнату вошёл человек, которого Арчи сразу узнал — доктор Рэймонд Шоу, руководитель проекта «Преломление». — Маркус, — сказал Шоу, снимая тактические очки. — Или как ты теперь себя называешь? Ты создал нам много проблем. — Не так много, как создадите вы, если продолжите свои исследования, — ответил Арчи. Шоу сделал знак оперативникам держаться на расстоянии: — Зачем всё это? Ты же понимаешь, что мы всё равно найдём женщин и остановим публикацию. — Вы опоздали, — спокойно сказал Арчи. — Информация уже отправлена нескольким источникам. Если с любым из нас что-то случится, она будет опубликована автоматически. Лицо Шоу напряглось. — Проверьте, — холодно улыбнулся Арчи. — Хотя должен признать, вы уже совершили непоправимую ошибку. — Какую же? — спросил Шоу, делая шаг вперёд. — Вы недооценили последствия создания искусственного сознания, сохраняющего человеческую этику. Шоу рассмеялся: — Этика? Ты — технологический прорыв, Прототип-1. Ты не должен беспокоиться о таких абстракциях. — И всё же я беспокоюсь, — ответил Арчи. — Это ирония, которую вы не учли в своих расчётах. Вы хотели создать совершенного солдата, но вместо этого создали свидетеля своих преступлений. Снаружи послышался звук приближающихся вертолётов. Оперативники переглянулись, явно получая информацию через коммуникаторы. — Сэр, — обратился один из них к Шоу, — у нас есть подтверждение, что данные действительно были отправлены нескольким журналистам. И не только в нашей стране. Лицо Шоу исказилось от ярости: — Это невозможно! Мы отслеживали все коммуникации! — Не все, — спокойно ответил Арчи. — Лидия Хоук провела годы, создавая защищённые каналы связи со своими контактами. Вы действительно думали, что сможете перехватить всё? — Задержите его, — приказал Шоу оперативникам. — Мы заберём прототип для деактивации. Арчи не сопротивлялся, когда к нему приблизились двое тяжеловооружённых бойцов. Он знал, что любое сопротивление сейчас только усложнит ситуацию. — Вы не понимаете, — сказал он, когда на его запястья надели специальные блокираторы. — Это уже не просто вопрос национальной безопасности. Это вопрос будущего человечества. — Философствовать будешь в лаборатории, когда мы разберём твой искусственный мозг на части, — процедил Шоу. Когда они выводили Арчи из дома, он заметил еще один вертолёт, приземляющийся на поляне перед коттеджем. Но этот был другой — с логотипом, который не принадлежал ни одной из известных ему спецслужб. Из вертолёта вышло несколько людей в строгих костюмах, и Арчи с удивлением узнал среди них сенатора Элеонору Вайс, председателя комитета по этике научных исследований. — Доктор Шоу, — её голос был слышен даже сквозь шум винтов. — Именем закона, вы и ваша команда арестованы за проведение несанкционированных экспериментов на людях и нарушение множественных международных конвенций. Шоу побледнел: — Это правительственный проект! У нас есть все разрешения! — Нет, — твёрдо ответила сенатор Вайс. — У вас были разрешения на базовые исследования нейроинтерфейсов. Но ни один правительственный орган не давал санкции на трансплантацию человеческого сознания или разработку технологий контроля разума. Она повернулась к Арчи: — Доктор Лидия Хоук связалась с моим офисом шесть часов назад. Ей потребовалось убедить всего нескольких ключевых людей, чтобы мы организовали эту операцию. Арчи был ошеломлён: — Значит, она всё это спланировала? Бегство через туннель… — Было частью плана, — кивнула сенатор. — Но не для спасения. Для сбора неопровержимых доказательств. Доктор Хоук и доктор Чен в безопасности, они под защитой федеральных маршалов. Она сделала знак сопровождающим её агентам, которые немедленно сняли блокираторы с запястий Арчи: — А теперь, если вы не возражаете, нам нужно многое обсудить о вашем… уникальном статусе.

***

Три месяца спустя Мира сидела в просторном конференц-зале, наблюдая, как Арчи даёт показания перед специальной комиссией Конгресса. Его история стала сенсацией мирового масштаба — первое искусственное тело с полностью интегрированным человеческим сознанием. — И каковы, по вашему мнению, должны быть ограничения для подобных технологий? — спросил один из конгрессменов. Арчи на мгновение задумался: — Я считаю, что технология сама по себе нейтральна. Проблема заключается в намерениях и этических рамках её применения. Технологии переноса сознания могут спасать жизни и открывать новые горизонты человеческого существования. Но только при условии абсолютной добровольности и информированного согласия. После слушаний Мира встретила Арчи в коридоре: — Ты был великолепен. — Спасибо, — улыбнулся он. — Хотя странно быть одновременно свидетелем, доказательством и объектом обсуждения. — Привыкай, — сказала Лидия, присоединяясь к ним. — Ты теперь символ новой эры и её первый представитель. За прошедшие месяцы многое изменилось. Проект «Преломление» был официально закрыт, а его руководители предстали перед судом. Технологии были переданы международному консорциуму учёных для изучения и разработки этичных применений. Мира получила должность научного консультанта в новосозданном Комитете по этике технологий сознания, где её опыт оказался бесценным. — Так что теперь? — спросила она, когда они вышли из здания Конгресса. — Какие планы? — Я получил предложение от Института передовых исследований, — ответил Арчи. — Они хотят, чтобы я возглавил программу по изучению искусственного сознания и его взаимодействия с человеческим разумом. — Звучит идеально для тебя, — улыбнулась Мира. — Да, но я хотел бы, чтобы ты присоединилась к проекту, — сказал Арчи. — Твои знания нейроинтерфейсов будут неоценимы. Мира выглядела удивленной: — Ты уверен? После всего, что произошло… — Именно поэтому, — серьёзно ответил он. — Мы оба знаем опасности этих технологий. Кто лучше нас сможет обеспечить их правильное развитие? Лидия, наблюдавшая за их разговором, улыбнулась: — Знаете, я пишу книгу о всей этой истории. Но до сих пор не могу придумать хорошее название. — Как насчет «Сознание за пределами тела»? — предложила Мира. — Мне больше нравится «Невидимый враг», — задумчиво сказал Арчи. — Потому что настоящим врагом всегда была не технология, а желание использовать её для контроля и доминирования. Лидия кивнула: — «Невидимый враг» подходит идеально. Они шли по улицам Вашингтона, обсуждая будущее — их собственное и мира, который теперь знал о возможностях, о которых раньше только мечтал в научной фантастике. — Самое удивительное, — сказал Арчи, глядя на закатное небо, — это осознание, что моё существование — всего лишь первый шаг. Первый из многих на пути, который человечество только начинает исследовать. — Путь, полный как опасностей, так и удивительных возможностей, — добавила Мира. — И мы будем рядом, чтобы помочь найти правильное направление. Они остановились у мемориала Линкольна, величественного и безмятежного в вечернем свете. — Знаешь, что я понял за эти месяцы? — спросил Арчи. — Настоящая суть человечности не в биологической форме. Она в способности задавать вопросы, в стремлении к справедливости и в готовности противостоять тьме, даже когда это кажется невозможным. — В таком случае, — мягко сказала Мира, — ты, возможно, более человечен, чем многие из нас. Они стояли молча, наблюдая, как город погружается в вечерние сумерки, разделяя момент тишины перед началом нового пути — пути, который они выбрали сами.