Top secret

Хмурое небо укрывало Нью-Йорк, грозя хорошим ливнем. Однако напряжённые низкие облака словно из последних сил сдерживали свои октябрьские холодные слезы, помня о теплом празднике одной светлой девушки. Двое друзей давно покинули пределы города. Теперь их путь сопровождал редкий лес, что с каждым километром от последних построек Большого Яблока становился гуще. — Ты всё же решил увезти меня в лес, Итен? — улыбнулась девушка, вскинув на шатена заинтересованный взгляд. — Что-то вроде того, — усмехнулся он. — А ты боишься? — Конечно, — хохотнула девушка. — Вдруг в тебе проснулись замашки маньяка? — Не сегодня, — легко отмахнулся он, сворачивая с трассы на узкую асфальтированную дорогу, теряющуюся среди деревьев. — Так куда мы едем? — Этот вопрос звучал слишком часто за сегодняшний день, не находишь? — он бросил на неё короткий взгляд, растягивая губы в лукавой улыбке. — И я всё ещё надеюсь хоть раз получить на него ответ, — скрестила девушка руки на груди. — Напрасно. — Я жду, Хеддок, — не меняя положения, она сверлила его пристальным взглядом. Но сейчас парня это вовсе не колышело, и он продолжал спокойно пялиться в лобовое. — Спокойно, Хофферсон. Неужели ты не узнаешь маршрут? Астрид недоуменно выгнула бровь, оглядываясь. Вдали показался высокий кованый забор, и она, наконец, поняла. Итен привёз её в своё поместье. В место, где всё началось. Когда они достигли ворот, привратник услужливо распахнул их перед ними. Шатен приветливо кивнул ему и направил автомобиль по мощеной камнем дорожке к усадьбе. Астрид крутила головой, примечая окружающее её убранство уже более трезвым взглядом, нежели в прошлый раз. Тогда она, обескураженная новостями, и подумать не могла, что сможет ещё хоть раз появиться здесь. Однако парень предоставил ей прекрасную возможность, даже не догадываясь, как она этого хотела. Она разглядывала небольшие постройки, которые возникали по мере их продвижения, аккуратные фонтаны, живую изгородь, остриженную в форме причудливых фигур. Но больше всего её взгляд притягивали кусты царственных роз. По-прежнему ярко цветущие, хоть на дворе и октябрь, они пёстрым ковром расстилались по территории векового поместья. Самых разных, порой невообразимых оттенков, они гордо красовались на каждом метре предусадебного сада, превращая каменные дорожки в сказочные тропинки Страны Чудес. — Здесь так много роз, — тихо пробормотала девушка, завороженно оглядываясь, когда они вышли из машины. — Мама очень любила их, — тяжело вздохнул Итен, проваливаясь в воспоминания. — Однажды она лишь раз обмолвилась об этом моему отцу. И он в безумном порыве засадил всю территорию этими кустами. Из года в год, как сумасшедший, скупал их, где только мог, заказывал из других стран, жёстко следил, чтобы садовники хорошо ухаживали за ними. И не приведи Тор, если хоть один куст завянет. Мама была в восторге. Первое время смущалась, конечно, но каждую из этих роз они посадили сами, только вдвоём, как она и хотела. Не смотря на занятость, он регулярно срывался с работы или откуда-то ещё, если появлялись новые цветы, и спешил домой, чтобы вместе с женой добавить их к своему саду. На самом деле, ему было плевать на них, абсолютно. Единственное, что было для него важно, это счастье в глазах мамы. — Он так сильно любил её... — удивлённо прошептала Астрид, глядя на парня. — Да, — вновь вздохнул он. — Отец всегда повторял, что важнее семьи в его жизни не будет ничего и никогда. Клялся, что защитит свою семью любой ценой. И он сдержал слово, но заплатил слишком высокую цену... Шатен не договорил. Да и вряд ли собирался продолжать. Девушка, не рискнув нарушить тишину, наблюдала, как его взгляд, проходясь по нежным цветкам, наполнялся тоской. Как тяжёлой тенью на его лицо наплывает грусть, отражаясь в ясных глазах тянущей болью от когда-то счастливых воспоминаний. Она подошла к нему и аккуратно обхватила его ладонь, почувствовала, как он тут же мягко сжал её руку в ответ. Парень наконец обернулся к ней и тепло улыбнулся, прогоняя грустные мысли. — Пойдём? Не дожидаясь ответа, он потянул её к крыльцу. Поднимаясь по широким ступеням, Астрид во все стороны вертела головой, оглядываясь. Величественный готический замок (по-другому этот дом не назовешь) будоражил фантазию, рисуя в мыслях картинки из исторических или фэнтезийных романов. Казалось, что сейчас из массивных дубовых дверей легко выбежит прекрасная королевна, вскочит на своего ездового дракона и стремительно взлетит на нём в холодное небо, стягая пятками, навстречу битве или другому, наверняка захватывающему, приключению. — О чем ты думаешь? — смерил её ехидным взглядом Итен, заметив её мечтательную улыбку. Девушка слегка смутилась, отгоняя наваждение, но, подумав, всё же поделилась с другом мимолетным видением. — А ты, оказывается, очень романтична, Хофферсон, — засмеялся в ответ шатен. За что получил обиженный удар в плечо. — Только не говори, что в детстве ты ни разу не представлял такого, — проворчала она. — О, что я только не творил здесь в детстве, — довольно протянул зеленоглазый, покачав головой. — И я очень надеюсь, что этого больше никогда не повторится. — откуда не возьмись донёсся мужской голос. — Иначе я этого уже не переживу. У входа их встречал дворецкий – мужчина лет шестидесяти, в строгом чёрном костюме, очках и со смешными закрученными усами. Он услужливо распахнул перед гостями двери, пропуская их внутрь. — Здравствуй, Итен. Добро пожаловать, мисс Хофферсон, — вежливо склонил он голову в приветствии. Астрид машинально повторила его действие. — Здравствуйте, э... — замешкалась она, забыв имя мужчины. Хотя, она не могла припомнить, представлялся ли он в прошлый раз. — Виктор, управляющий поместья, — подсказал он. — Здравствуйте, Виктор, — наконец улыбнулась ему блондинка. — Будет тебе, дружище! Ты ещё меня переживёшь, — усмехнулся парень, протягивая смотрителю руку. Тот пожал её. — Не дай бог. — отчеканил он. Пусть его лицо оставалось невозмутимым, но Астрид уловила отчётливые нотки веселья и сарказма. Хеддок на такой ответ лишь засмеялся. — Мы здесь задержимся, Виктор. Попроси Амму приготовить нам что-нибудь съестного и лёгкого, примерно через час. — Конечно, Итен, — кивнул управляющий. — Ганс у себя? — Как и всегда, — вновь кивнул он и удалился. — Он забавный, — тихо проговорила девушка, едва мужчина скрылся за дверями гостиной. — Да, — легко согласился Хеддок, усмехнувшись. — Хоть и строит из себя серьёзную, бесчувственную глыбу. Ребёнком я частенько называл его Истуканом. Возможно, он до сих пор обижается. Астрид весело рассмеялась и огляделась. Гостиная была очень богато обставлена: высокие потолки украшала резная лепнина, темно-зеленые обои на стенах не делали обстановку мрачной и холодной, а наоборот создавали ощущение тёплого уюта, дорогая бархатная мебель из красного дерева поблескивала лакированной поверхностью в свете ярких всполохов огня из огромного камина. На стенах висели большие картины в позолоченных тяжёлых рамах: куда ни глянь, глаза цепляли лесные и горные пейзажи, сцены охоты или встречались с серьёзным взглядом изображённых на портретах людей. — Тут очень уютно, — заметила Астрид, обернувшись на парня. — Обычно подобные усадьбы все, как одна, похожи на музей истории. А здесь будто ощущаешь себя дома. — Мой прадед возвёл это поместье, когда переехал в Америку, — пояснил он. — Он всегда плевал на правила и чьё-то мнение и, не смотря на то, что тогда был модным стиль барокко, построил свой дом так, как удобно ему. — Теперь понятно, в кого ты такой упрямый, — хохотнула блондинка, краем глаза заметив его довольную согласную ухмылку. Хофферсон продолжила осматривать картины. Совершенно разные, непохожие друг на друга мужчины и женщины смотрели на неё с полотен строгим взглядом. Существовали ли они когда-нибудь или были лишь выдумкой автора, оставалось загадкой, но спросить об этом шатена она не решилась. Вряд ли он захочет читать ей лекции о представленном здесь искусстве. Медленно проходясь по залу, она не заметила, как оказалась у камина. Невольно протянула ладони к огню, пытаясь согреть окоченевшие пальцы. Пусть на улице было не слишком холодно, и осень только вступала в свои права, однако её руки все равно мёрзли. Кажется, даже летом, в невыносимую жару, её пальцы оставались ледяными. Она плавно водила ладонями над пламенем, завороженно следя за его неторопливыми всполохами и слушая мерный треск поленьев. Это пение огня успокаивало, убаюкивало мечущиеся мысли, выстраивая их в ленивую гармонию, принося тёплое удовлетворение. Итен молча наблюдал за девушкой, не мешая ей привыкать к обыденным для него вещам. Сейчас, окутанная мягким светом огня, она была необычно очаровательна. По казавшимся медными волосам гуляли причудливые тени, создаваемые языками пламени, синие глаза стали нежно-васильковыми, а её мягкая улыбка, невольно растянувшаяся на губах от ласкового тепла камина, обезоруживала. Мгновенно забылись и все её выпады, и острые слова, и даже дурной, упрямый характер. Сейчас не хотелось называть её пигалицей, как он успел окрестить её, даже в мыслях. Сейчас она казалась ему маленькой лесной ведьмой. Заметив, как дрожат над огнём её пальцы, он аккуратно обхватил её ладонь и переплел их вместе, согревая своим теплом. Неожидавшая такого, она вздрогнула, но руки не отняла. — Ты замерзла? — тихо выдохнул он в её волосы, украдкой вдохнув их запах. Травяной и сладковатый, он никак не мог понять, чем же все-таки они пахнут. — Нет, — она смущённо опустила глаза, чуть сжав пальцы. — Мои руки всегда холодные. И я не могу объяснить, почему. — Говорят, что у людей с холодными руками горячее сердце, — лукаво выгнул бровь он. — Спорное заявление, — весело хмыкнула она, отгоняя непрошенное смущение и ненужные мысли. — Не замечала за собой особой эмоциональности. — До сегодняшнего дня и я не замечал, — хитро усмехнулся он, следя за её вновь отведенным в сторону взглядом. — Это разовая акция, не обольщайся, — буркнула она, высвободив руку. Понимающе хмыкнув, он проследил, как она подошла к большому окну и выглянула из него. Её взгляду открылась другая часть поместья. Здесь был сад. Внизу ровными линиями тянулись низкие фруктовые деревья и ягодные кустарники, а между ними ютились всё те же прежние розы. Яркими пятнами белели небольшие беседки, оплетенные диким виноградом. Повсюду виднелись приземистые хозяйственные постройки, а в отдалении, примыкая к широкому, огороженному полю, стояло низкое и длинное каменное здание. — А что там? — девушка пальцем указала в интересующий её домик. — Конюшня. — легко пожал плечами шатен. Она, неверяще округлив глаза, обернулась к нему. — Ты серьёзно? — опешила Астрид. Тот кивнул, усмехнувшись. — Сколько же у тебя денег, Хеддок? — У меня – немного, — притворно задумавшись, протянул парень. — У моей семьи – заметно больше. — рассмеялся он. Хофферсон насмешливо покачала головой, закатив глаза. Шалопай. И вдруг подобралась. — А сейчас лошади там есть? — как бы невзначай поинтересовалась она, вновь прилипнув к стеклу. — Есть, — в тон ей ответил Итен, следя за её реакцией и ожидая, что за этим последует. Её глаза, как он и надеялся, направляясь сюда, предвкушающе заблестели. — А ты с какой целью интересуешься? — Хочу на них посмотреть! — она вскинула на него восторженный взгляд. — Только посмотреть? — ехидно усмехнулся он. Она лишь загадочно пожала плечами.

***

По тропинке, ведущей к конюшне, Астрид едва ли не вприпрыжку бежала к домику. Парень еле поспевал за ней, посмеиваясь. — Ну, что ты там копаешься, Хеддок? Давай быстрее! — ворчливо подгоняла она. — Тебе так не терпится увидеть лошадок? — ехидно усмехнулся он. — Конечно! — воскликнула блондинка, оборачиваясь. — Я видела их только в роликах в интернете. А вживую вообще никогда! Хотя, был один раз. Когда я была маленькой, Роуз водила меня в парк развлечений, и там была одна лошадь. Я даже смогла прокатиться на ней. Но, возможно, это был пони. Шатен рассмеялся, глядя на эту детскую непосредственность и её живой восторг. Стоило им войти в конюшню, как они услышали радостное ржание и ворчливые причитания Ганса. Ганс – конюх, ухаживающий за табуном семьи Хеддок. На самом деле, табуном это уже не назовешь. Когда были живы родители Итена, стадо было очень большим, около пятидесяти голов. Его отец продолжал дело деда и занимался разведением редких и не очень пород. Но после их смерти парень попросил Мэтью распродать огромный табун, так как заниматься им у него не было ни опыта, ни сил, ни времени. Однако, знакомый с этими величественными и гордыми созданиями с самого детства, он не смог расстаться с ними окончательно. Поэтому сейчас в его владении остались лишь четыре лошади, которых он и Пожиратели регулярно навещали. — Тише, Бес, тш-ш-ш, — услышали друзья голос Ганса, приближаясь к деннику. Фризский жеребец чистой вороной масти никак не хотел успокаиваться, радостно топчась и вырывая узду из рук конюха. — Спокойно, вот придёт твой всадник, и я тебя выпущу. И ни секундой раньше! Протестующе забурчав, конь боднул массивной головой мужчину, выказывая своё недовольство. Всплеснув руками, тот бросил всякие попытки успокоить жеребца. — А я уже здесь, — улыбнулся шатен и подошёл к деннику. Конь тут же радостно фыркнул и вновь затопал ногами, приветствуя старого друга. — Итен, наконец-то, — выдохнул конюх. — Когда он узнал, что ты приехал и решил на нём проехаться, я думал, что он разнесёт тут всё к чертовой матери. — О чем ты говоришь? — усмехнулся Хеддок, поглаживая морду своего питомца и прекрасно понимая, что мужчина имел ввиду, ведь знал его игривый и непокорный нрав, как никто другой. — Бес самый спокойный и послушный конь мире, правда? Фриз активно закивал головой. — Вот видишь, — улыбнулся парень. — Лицемер он, — буркнул мужчина, усмехаясь. — Спокойным и послушным он становится только в твоих руках. А когда тебя нет, так всю конюшню вверх дном перевернёт, даром, что фриз. Здравствуйте, юная леди, — наконец заметил он присутствие девушки. — Ганс, конюх. К вашим услугам. Мужчина учтиво кивнул головой и подхватил руку блондинки, едва ощутимо прикоснувшись губами к тыльной стороне. Итен проследил за этим жестом пристальным взглядом, не отрываясь от поглаживания жеребца. — Астрид, очень приятно, — представилась девушка в ответ, вежливо улыбнувшись. И, не придав никакого более значения потугам мужчины, обернулась к коню. — Привет, малыш. Какой ты красавец! Она, слегка побаиваясь открыто прикасаться к коню, едва дотронулась до сбруи. Но Итен мягко её одернул. — Осторожнее, — предостерёг он. Она вскинула на него удивлённый взгляд. — Лошади очень чутко чувствуют любое колебание узды. Если ему не понравится, он может возмутиться и лягнуть тебя. Лучше погладь его по морде, — обхватив её ладонь, он аккуратно направил её к носу фриза. Позволив прикоснуться, он накрыл её руку своей, удерживая. Астрид, почувствовав горячее дыхание коня, в полнейшем восторге затаила своё. Под внимательным взглядом жеребца она уже смелее провела ладонью по его морде, почесав за щекой. Вороной вновь радостно фыркнул, принимая ласку, и слегка мотнул головой в сторону её ладони. Блондинка рассмеялась. — Бес, да? — пропела она, продолжая водить пальцами по короткой гладкой шерсти. — Тебе нравится, когда тебя гладят? — Вообще, по паспорту он Вельзевул, — пожал плечами Ганс. — Но для близких да, Бес. Не понимаю, как тебе это удалось – обычно он не даёт чужакам даже прикоснуться к себе. — А у нас с ним теперь взаимная любовь, да, малыш? — улыбнулась девушка. В подтверждение её слов фриз потянулся к её лицу и губами щипнул локон волос за её ухом. Она весело рассмеялась. — Эй, это не сено, а мои волосы! Тут из соседнего денника показалась голова другой лошади. Заинтересованная оживлением в конюшне она выглянула из своего загона и внимательно осмотрела компанию. Едва заметив хозяина, что стоял прямо у её ворот, она радостно фыркнула и умостила голову на его плечо. — Здравствуй, милая, здравствуй, — рассмеялся Итен, коротко приник своим лбом к её и провёл рукой по короткой шерсти. — Ты тоже скучала по мне, Буря? Серая марвари весело пробурчала и легко боднула его головой, подтверждая его слова. Но любопытная кобылка, углядев кого-то нового и более интересного, чем привычный ей хозяин, тут же подошла ближе к девушке. — Вот как? — усмехнулся шатен. — Теперь я для тебя уже и не такой привлекательный? Счастливая от такого внимания блондинка наконец оторвалась от фриза и погладила новую знакомую. — Хеддок, только не говори, что ты ревнуешь лошадь ко мне, — ехидно усмехнулась она. Бес, лишённый ласковых поглаживаний, протестующе заржал и затопал ногами, призывая девушку вернуться к своему занятию. Хохотнув, она положила руку на его морду, успокаивая. — Да ты теперь у них нарасхват, — улыбнулся Итен, наблюдая, как Хофферсон двумя руками почесывает обоих лошадей. — Ганс, запряги Бурю тоже. Раз они так сдружились, думаю, она позволит Астрид проехаться на ней. — Сейчас сделаем, — пожал плечами конюх и отправился за снаряжением. Девушка вскинула опасливый взгляд на друга, останавливаясь. — Но я не умею ездить верхом... — растерянно начала она. — Вот и научишься, — хмыкнул тот и ехидно прищурился. — Или ты боишься? Блондинка, вмиг оставив невольный страх, смерила его острым взглядом. Он берёт её на слабо? Паршивец. — Никогда. — процедила она и гордо вскинула голову. Итен улыбнулся. Уловка сработала. Его окликнул Ганс. Оставив девушку наедине с лошадьми, он отвёл парня в сторону под предлогом помочь ему с седлом. — Где ты откопал её, Хеддок? — выгнув бровь, он достал новое снаряжение для марвари. — Хедер и Оливия поначалу визжали в истерике, увидев лошадей. — Эту девушку трудно напугать, — усмехнулся шатен, помогая конюху. — Я заметил, — хмыкнул тот. — Какая-то она странная. — Почему ты так думаешь? — Посмотри, как реагируют на неё лошади, — кивнул он в сторону денников. — Ластятся к ней, словно заколдованные. Если со спокойной Бурей ещё понятно – она к чужакам лояльна, то Бес меня удивил. Усмирить его крутой нрав не каждый сможет. Даже тебе это не сразу удалось. — Да, Хофферсон та ещё ведьма, — шатен растянул губы в короткой ухмылке, качая головой и глядя на девушку. Та, словно почувствовав его взгляд, обернулась в их сторону, но быстро отвернулась обратно. — О, теперь я вижу, — усмехнулся Ганс. Быстро снарядив ещё одну лошадь, они с Итеном вывели питомцев в леваду. Неугомонный фриз тут же вырвался из рук шатена и понёсся вдоль забора, обводя свой "круг почёта", даже не дожидаясь всадника. Буря же терпеливо стояла рядом с новой наездницей, тихо фыркая, глядя на вороного жеребца. Со стороны можно было заметить, как она едва не закатила глаза от такой картины, а в них так и читалось "Выпендрежник", и провести аналогию с двумя наблюдающими за этим друзьями, ведь взгляд серой кобылки полностью повторял взор блондинки на парня, ставший слишком частым за последнее время. Однако никто из них так и не заметил поразительного сходства между двумя парочками. — Бес не изменяет своим привычкам, — хохотнул конюх. — Ну что, Хеддок, дальше без меня справишься? У меня ещё дел полно. — Иди, Ганс, инструктаж я проведу как-нибудь сам, — усмехнулся шатен. Проводив взглядом мужчину, он перевёл его на подругу, что взволнованно переминалась на месте, теребя узду Бури. Как бы она не пыталась храбриться, он видел, как нервно мечутся её глаза и подрагивают руки. Он подошёл к девушке и сжал её дрожащую ладонь. Та, вздрогнув, наконец сфокусировалась на нём. — Не передумала? — тихо спросил он, слегка пригнувшись к ней. Астрид, решительно выдохнув, покачала головой. Хеддок улыбнулся. — Тогда начнём. Он зашёл ей за спину, подробно показал, как удобнее садиться в седло, и рассказал, как управлять лошадью. Едва блондинка поставила ногу в стремя, ощутила, как с глухим охом резко взлетает вверх. Итен легко подхватил её, усаживая в седло, поддерживая, чтобы девушка не упала с непривычки. — Я могла и сама залезть, — тихо проворчала она, скрывая внезапное смущение. Осторожно оглядываясь, она вцепилась в поводья, невольно надеясь, что в случае чего те помогут ей остаться на лошади. — Спокойнее, Хофферсон, — хмыкнул Итен, следя за ней. Его рука по-прежнему лежала на её бедре, удерживая. — Не надо так комкать узду: она должна быть свободна, — он разжал её ладони, высвобождая поводья. — Расслабься. Астрид глубоко вздохнула и медленно выдохнула, успокаиваясь. Это всего лишь лошадь, всего лишь полтора метра над землёй, всего лишь триста пятьдесят килограмм неуправляемой мощи, которую ей придётся сдерживать собственными руками и ногами. Проще простого. Итен хитро усмехнулся, наблюдая за её реакцией. И решив, что такими темпами девушка ни за что не начнёт сама, хлопнул лошадь по крупу, издав специфичный звук. Буря медленно тронулась с места. — Эй-эй, а дальше ты учить меня не будешь? — заозиралась девушка, сжав поводья, нервно пытаясь найти его глазами. — Практика, Астрид, твой самый лучший учитель, — ухмыльнулся он, глядя ей вслед. — Хеддок!!! Услышав лишь его громкий смех позади, блондинка только что-то прорычала себе под нос. — Ладно, малышка, теперь мы с тобой сами по себе, — нервно хмыкнула она, пригладив лошадь по гриве. — Нам стоит поскорей привыкнуть друг к другу и научиться слушаться друг друга. Это ведь не сложно, правда, подруга? Сжав бёдрами бока марвари, она попыталась расслабить напряжённую спину, подстраиваясь под движения кобылки. Осторожно потянула правую ленту узды. Буря неспеша пошла ближе к правому ограждению левады. Астрид счастливо выдохнула. У неё начинает получаться. — А теперь мы аккуратно постоим и подождём этого паршивца, который бросил нас с тобой на произвол судьбы. Бр-р-р, — она натянула уздцы и обернулась. Выискивала глазами Хеддока, ведь, как оказалось, они успели уйти на довольно приличное расстояние. И её вгляду открылась потрясающая картина. Итен следил за ней, ехидно улыбаясь. Заметив ее удачные попытки, шатен довольно кивнул. Он не ошибся в ней, и она прекрасно справляется. Теперь стоило попытаться усмирить наконец Беса и догнать ожидавшую его Хофферсон. Фриз продолжал резво наматывать круги по леваде, весело ржа и поднимая в воздух столпы пыли и куски земли. Он уже давно сидел взаперти и сейчас был несказанно рад новообретенной свободе, и его вовсе не волновало, что хозяин даже не успел сесть в седло. Итен ведь рядом, значит, это уже считается. Парень коротко свистнул, подзывая коня. Но раззадоренный своевольный фриз сделал вид, что не услышал, изволя играться. Итен нахмурился. Бес снова начал показывать характер, а это плохо. Совсем не вовремя, ведь сейчас его ждёт Астрид, и время для выходок вороного неподходящее. Шатен засвистел уже громче и протяженнее, топнул ногой и хлопнул по бедру, показывая, что не намерен играться. Конь, заметив это, громко фыркнул и трусцой побежал в сторону друга. Однако бросать свою забаву был не намерен. Ускоряясь с каждым шагом, он уже во весь опор спешил к всаднику. Хеддок закатил глаза и цокнул. Взрослый конь, а ведёт себя, как малолетний жеребёнок. Но делать нечего, успокоить его получится лишь в седле. Итен, вытянув руку, напряжённо следя за жеребцом, спиной пошёл в направлении его бега, готовясь поймать его. Чем ближе становился Бес, тем быстрее он шёл. И вот, когда конь был уже в считанных метрах, изловчившись, схватил его за гриву, и потянувшись, запрыгнул в седло. Бес весело заржал, довольный своей выходкой и радуясь нерастерянной ловкости своего всадника. Понёсся ликующим галопом, но Итен натянул поводья, вновь сердито цокая. — Спокойнее, друг. У нас сегодня гости, и мы должны ей понравиться, — он направил коня к шокированной девушке, что всё это время наблюдала за ним, раскрыв рот. Фриз ворчливо зафыркал, но смиренно пошёл в сторону серой марвари, ведь красоваться он любил едва ли больше своей беззаботной свободы. А перед такой публикой грех не показать себя. — Это было впечатляюще, — наконец обрела дар речи блондинка и улыбнулась. Итен самодовольно ухмыльнулся. — Спасибо. — Я говорила с Бесом. Ухмылка тут же спала с лица. Он вскинул возмущённый взгляд на девушку, но та уже отвернулась. Лишь краем он заметил её ехидную усмешку. Парень пробурчал что-то неразборчивое, заставив её сильнее растянуть губы. Они направили лошадей вдоль левады. Итен иногда подсказывал девушке, как правильно пустить Бурю рысью, и она на удивление смиренно и внимательно слушала его. Всё же Астрид понимала, что это совсем не та ситуация, где можно гордо отмахнуться от его помощи и сделать всё самой. После пятнадцати минут такой размеренной прогулки шатен вдруг спросил: — Ну что, Хофферсон, готова? — К чему? — не поняла девушка. — К новому уровню, — улыбнулся он. — Ты же не думала, что мы будем только круги по леваде нарезать. Лошадей стоит хорошо выгулять, они слишком долго простояли в стойлах. Слегка повернув Беса влево, он пустил его в галоп. Прямо перед ним показались низкие ворота левады, за которыми был лес. Приблизившись к ним, Итен вскинул поводья, и фриз легко перепрыгнул загон. Весело рассмеявшись, он остановился и обернулся к девушке. Та сверлила его возмущённым взглядом. — Хеддок, ты издеваешься?! А если она скинет меня?! — гневно кричала блондинка. — Буря не станет этого делать. Давай, Астрид, это не сложно. Для человека, державшего в руках СВД, проще простого перескочить через какое-то препятствие, — усмехнулся он, придерживая Беса. — Отведи ногу назад и прижми к её боку, она пойдёт в галоп, а после потяни удила вверх, Буря всё сделает сама. Запомни три главных правила, — шатен выставил вперёд руку, разгибая пальцы. — Ничего не бойся. Никогда не закрывай глаза. И держись. И всё получится. Сердито сжав губы и взглядом пообещав парню все кары небесные, она последовала его инструкциям. Тяжело выдохнув, сосредоточившись, ткнула лошадь в бок. Марвари сорвалась с места. Уже у ворот она интуитивно прижала бёдра и вскинула поводья, совсем как Хеддок минуту назад. За время в воздухе она успела вспомнить всех своих богов, но вот Буря уже мягко приземлилась за ограждением. "Умница, Астрид, – похвалила она себя. – Даже не закричала, хоть и хотелось безумно." Напустив на себя позабытую за этот день невозмутимость, она медленно поравнялась с другом. И гордо зарядила ему в плечо. Тот потер его, улыбаясь. — Ты молодец, Астрид. — Знаю. Хеддок усмехнулся. Вот же гордячка. — И куда теперь? — нетерпеливо обернулась девушка. Итен смерил её выразительным взглядом и заговорщицки улыбнулся. — Только вперёд. И он первым повёл коня по тропинке, теряющейся среди деревьев. День мягко перетекал в ранний вечер. Вязкое солнце, еле проглядывающее из свинцовых туч, медленно клонилось к горизонту. Тени густых ветвей рисовали размытые узоры на дороге. Тишину разрезал лишь стук копыт да прохладный ветер, колышаший растущие вдоль тропы кусты. Лес жил, дышал последними тёплыми деньками и медленно, но верно готовился к недолгой, но всё же зиме. Астрид не спешила нарушать их умиротворенное молчание. Сейчас ей было так легко и безмятежно, как не было, наверно, никогда. Размеренный топот лошадей и лёгкая тряска успокаивали мысли, кусающий щеки ветер выгонял из головы лишние переживания, а приятная компания в виде едущего рядом парня придавала уверенности. Все проблемы будто остались там, за воротами левады, оставляя лишь желанный покой. — Я начинаю понимать прелесть конных прогулок, — тихо проговорила она. Шатен обернулся к ней и вопросительно выгнул бровь. — Это успокаивает. Ты словно в своём отдельном мире, где нет всех этих обыденных сложностей, проблем, ответственности. Тут есть только ты и лошадь, а больше ничего и не нужно. — Это верно, — улыбнулся он. — Когда ты в седле, для дурных мыслей просто не остаётся места. Но знаешь, что может быть лучше обычной прогулки верхом? — Что же? — Это. — Астрид заметила, как на мгновение сверкнули его глаза, на грани безумия. Он резво дал шенкеля. Бес радостно заржал, встал на дыбы и поскакал вперёд во весь опор, почувствовав, что всадник наконец созрел. Девушка, удивлённо хлопнув ресницами, но быстро сориентировавшись, повторила его действия. Буря, счастливо фыркнув, припустила за другом. — Вот, что самое лучшее, Астрид! — кричал ей парень, когда они поравнялись. — Когда вся эта мощь мчит тебя вперёд, обгоняя ветер, и лишь ты управляешь ей. Когда ветер вытесняет из головы всё – и плохое, и хорошее – оставляя лишь голые чувства. Ты чувствуешь, как сердце стучит в ушах, как в жилах кипит кровь, разнося вместе с собой лишь одно чувство – чувство свободы. Всё осталось позади, впереди нет ничего. Есть только здесь, сейчас, та самая тонкая грань жизни. Когда нет ничего важнее этого мгновения. Это и есть жизнь. И она чувствовала. Каждое его слово, будто отпечаток, оставалось где-то на подкорках разума, запуская в жаждущее сердце такой нужный ему адреналин. Холодный ветер бил в лицо, резал горящие огнём щеки, путался в волосах и забирал с собой тяжёлый гнёт серой будничной рутины. Ответственность, долг, выбор – всё терялось под сильными ногами Бури, унося всё дальше. Через счастье, боль, слезы и радость. К свободе. Она вскинула руку в сторону, другой удерживая поводья. Почувствовала, как её ладонь сжимает другая. Пальцы переплетаются. Его живое тепло словно было якорем. Но он не тянул её вниз, а наоборот – звал за собой всё дальше, вверх, за горизонт, в небо. Она прикрыла глаза и счастливо рассмеялась. Громко, от всей трепещущей души. Представляя, как за спиной вырастают крылья. Астрид не помнила, как они остановились. Как она буквально выпала из седла в его руки, неспособная удержаться на дрожащих ногах. Как продолжала счастливо смеяться. Опомнилась лишь, когда поняла, что обнимает парня, уткнувшись холодным носом в его шею. Он зарылся рукой в её волосы, другой прижимая к себе на уровне лопаток. Чувствовала, как его горячее, сбивчивое дыхание опаляет кожу на виске. — Спасибо... — на грани слышимости прошептала она. Он лишь сильнее сжал её в объятиях.