Pain

Лидия сидит на краю кровати, поджав к себе колени. Это то чувство, когда хочется плакать, но не получается. Что-то ломается там, внутри, но капли слёз из глаз не текут. Пока. Он ушёл. Оставил её. И ничего не сказал. Очередной раз разбил ей сердце. Мысли добивают Лидию ещё сильнее. Она не хочет, чтобы он вернулся, сказав, чтобы сделала аборт. Боже, только не это. Она не хочет убивать собственного ребёнка. Не хочет думать о том, что он мог бы родиться, а она лишила его этого права. Права жить. А как она поступит в таком случае? Сделает аборт и останется с ним, или же лишит ни в чём неповинного ребёнка возможности жить? Та сама прекрасно понимает, что выберет первое. За что она себе ненавидит. У рыжеволосой сегодня утром состоится сессия, а как она будет её сдавать, если находится в таком положении? Да, Лидия готовилась, и даже догадывалась, нет, была уверена, что всё этим и обернется, но язык сам потянулся… Она не сдержалась… Всё же не выдерживает, плачет, утыкаясь лицом в колено. Лидия знает Стайлза, поэтому плачет, понимая, что её ждёт, когда он вернётся. Зеленоглазая закрывает глаза и старается отогнать мысли, уснуть, потому что день будет тяжёлым, а поспать надо. Проходит всего лишь полчаса, и девушка проваливается в сон, так как ранее мысли её всё не оставляли.

***

Мартин открывает глаза и сразу старается встать с постели, потому что надо быстро привести себя в порядок, так как времени у неё, чтобы добраться до учреждения, мало. У Лидии нет желание туда ехать. У неё нет желания ни для чего. Еле встаёт с постели, хотя каждая косточка молит её, чтобы она осталась в кровати. Собирает вещи, разбросанные по комнате, и аккуратно их складывает. Девушка переодевается уже в другую одежду, быстро, но с неохотой умывается, и также быстро расчесывает волосы. Телефон резко вибрирует, что та даже вздрагивает. Это звонит её мама. — Алло, мам?, — как нежно произносит, чтобы она ни о чём не догадалась. — Лидия, солнышко, надеюсь, я не прервала тебя от сна? — Нет, мама. Я как раз собиралась в ВУЗ. У меня сегодня сессия. — Желаю удачи, милая. И да, не забудь, сегодня жду тебя у себя. Ты ведь не забыла про мамин день рождения? — Конечно нет, мама. Я приеду. — Хорошо, милая, тогда пока, целую. — Пока, мама. И я. Нет, Лидия совсем забыла про мамин день рождения. С таким стрессом и не это забудешь. Девушка открывает дверь и покидает помещение, затем вовсе выходя из дома.

***

Сессия началась, и Лидия только нервно прикусывает губу. Хорошо, что девушка столкнулась с другом Стайлза, Скоттом Макколом. Девушка всегда ждала с нетерпением очередной приход Скотта, так как он всегда мог её рассмешить. Маккол весёлый, добрый, и у него просто большое и доброе сердце. Даже не скажешь, что он со Стилински лучшие друзья. Девушка подходит к столу преподавателя. Попадается вопрос, на который она знает ответ, только случается то, чего она так боялась. Чёрт. Её всю трясёт. Из её головы не выходят ребёнок и предстоящий разговор со Стайлзом. Она всё забывает. Всё, что она учила — все старания уходят на смарку. Хотя она всё учила. Чёрт. Лидия знала, что так случится. У неё всегда так бывает. Если волнуется, может растеряться или что-то забыть. Иногда бывает обидно, нет, каждый раз, когда ты так всё усердно учишь, все дни напролёт, сосредотачиваясь именно на учёбе, а в итоге получаешь низкую оценку, или же просто проваливаешься. Это было ожидаемо. Лидия быстрыми шагами выходит из аудитории, так как ей становится душно и плохо одновременно. Преподавателя, что естественно, приводит в некий ступор поведение девушки. Хотя, за всю свою жизнь он видел многое, что уже так запросто его не удивишь. Слёзы предательски начинают течь по щеке вниз, а Лидия их всё время смахивает рукой. Ей так хреново. Она покинула аудиторию, хотя и знала, что поступает глупо. Открыв дверь, выходит, вздыхая свежего воздуха. Опускается, закрывая лицо, всхлипывая. Ей надоедало чувствовать каждый раз пустоту, каждый день, каждую грёбанную секунду страдать от чего-то. Ей так это надоело. Лидия хочет, чтобы всё было как прежде. Чтобы её преждений Стайлз вернулся. Этого она хочет большего всего на свете. Ей так не хватает его «маленькая», «родная». Стайлза, который всегда поддерживал её, что бы не случилось. Обнимал, говорил, что пройдёт, что всегда будет рядом. Ей этого чертовски не хватает. С дрожащими руками девушка берёт в руки телефон, набирая номер брюнета. Ей больше некому звонить, а Скотт, который сказал, что обратно отвезёт её домой, уехал. Она не хочет ему надоедать. Идут гудки. Берёт трубку. — Алё? — выговаривает посторонний женский голос, от чего у Лидии сжимается сердце. — Алло, — отвечает, и надеется, молит Бога, чтобы это не было то, о чём она подумала, продолжая — Вы кто? — Вы звоните Стайлзу? Он сейчас спит, когда проснётся, скажу, что Вы ему звонили. Девушка с удивлением смотрит на экран телефона, так как после этих слов она бросает трубку. Очередная любовница Стилински кладёт его телефон обратно на тумбу, а сама вновь медленно возвращается на обратно, кладя голову на его грудь, а руку на торс. Что за чертов день. Лидия хочет покончить с собой прямо здесь и сейчас. Он знает, что делает ей больно. Знает, что носит под сердцем его ребёнка, и всё равно спит с другими. Лгун и Предатель Телефон опять звонит. Посмотрела на экран: на нём высвечивается имя парня. Первый раз она не берёт трубку. А его это начинает раздражать. Звонит второй раз. И снова игнор. Через минуту звонит снова, и, поняв, что когда она вернётся домой, то нехило получит, берёт трубку. Она ведь носит под сердцем ребёнка. И только из-за этого принимает звонок. Стайлз молчит, а начать телефонный разговор решается спустя минуты: — Лидия? В ответ тишина. Две, пять, десять, пятнадцать секунд, и она уже хочет открыть рот, чтобы ответить, как вдруг слышит женский голос, а он старается тихо ей что-то сказать, отодвинув телефон на максимальное расстояние. Мартин обрывает разговор. Её это добило. Так посчитала она. Он в очередной раз с кем-то переспал. Ничего удивительного. Лидия встаёт, начиная ходить то в одну сторону, то в другую, снова и снова повторяя этот процесс. Она пытается успокоить себя, но всё тщетно. Ей больно представлять, что он проводит с кем-то ночь, целует их, трогает, и, как ни в чём не бывало, возвращается домой, как будто вовсе ничего нет. Ей не хочется думать об этом, но это трудно, когда узнаёшь об очередной измене. И самое хреновое то, что она его прощает. Любит — поэтому и прощает. Любит больше кого-либо на свете. И жить без него не может. Эта боль заставляет сжаться сердце в очередной раз, опять в лёгких перестаёт хватать воздуха, а ноги становятся ватными. Лидия опускается на плиту, давая волю эмоциям. Хорошо, что никого на улице не было, и ей не нужно было вести так, как будто всё хорошо. Потому что это не так. Всё плохо. Этот разговор у неё не выходит из головы. Как он может с ней так поступать? Чего ему вообще в ней не хватает? Чем другие лучше неё? И, раз он не может быть верным одной, то почему живёт с ней? Его мучает совесть? Он вообще её любит? Те же самые вопросы каждый грёбаный день Лидия задаёт самой себе. Потому что ей страшно спрашивать у Стайлза. Зеленоглазая встаёт, смотрит в одну точку и попадает в некий транс, а из него, минут через семь, выводит сигнал машины. Чёрт. Это он. Меньше всего на свете Лидия хочет его видеть. Парень выходит из машины, и быстрыми шагами направляется к девушке. Стайлз знал, что у неё сегодня была сессия, а сразу после их разговора, Скотт позвонил ему, сказав, что Лидию нужно забрать с учреждения. Так что, о её местонахождении он знал. Она, в свою очередь, убирает капли слёз, стараясь привести себя в порядок. — Что с тобой? Он, наверное, издевается. Лидия чувствует себя, как психушке. Вроде бы, она — нормальная, это с остальными не всё в порядке. Мартин не хочет на него смотреть. Видеть или слышать. Стайлз берёт в руки её лицо, большим пальцем проводя по щеке, что как-то странно. Он редко так делает. Он точно издевается. — Ничего, со мной всё в порядке. Меня мама ждёт. У неё сегодня день рождения, — старается как можно спокойнее произнести, и у неё это хорошо получается. Стайлз убирает руки, и с безразличием смотрит на неё, направляясь к машине. Лидия идёт за ним, опустив взгляд. Он так легко отстал от неё, как будто ему всё равно на её чувства. Собственно говоря, на неё тоже. От этого появляется некая обида. Хотя она ничего и не показывает, но в душе бушует буря. Она не хочет садиться рядом с ним, поэтому садится на заднее сиденье. О чем жалеет. Машина двигается с места, и она, опуская взгляд, замечает элемент женской одежды. Казалось, что у неё уже закончились все слёзы, что есть. Лидия прикрывает глаза рукой, чтобы Стайлз не видел, как она плачет. У неё каждый раз сердце разбивается на маленькие кусочки. Он занимался этим здесь. Думала, что хуже уже не будет. Ошиблась. Как и всегда. — Останови машину, — вдруг произносит, но парень не реагирует. — Пожалуйста, Стайлз, — вновь молвит, и машина наконец останавливается. Зеленоглазая быстро выходит, жадно глотая свежий воздух. Убирает слёзы, и быстро осматривается вокруг. Она всегда так делает, когда ей плохо. Опять та пустота, горькие слёзы и боль, ощущаемая в сердце. Когда это уже закончится… Когда она перестанет это чувствовать. Стилински бросает взгляд на девушку, видит, что ей плохо. Догадывается, почему, но его догадки не совсем верны. Мартин открывает дверь, но на этот раз садится рядом с парнем. Стайлз кидает на неё взгляд, отмечая про себя, что у неё мешки под глазами, а из-за слёз глаза и вовсе покраснели. Машина опять начинает ехать, и, время от времени, он смотрит на неё. Странно, но он совсем не обращал внимание на то, красится она или нет. И без косметики она чертовски красива. Весь путь они молчат. Лидия куда-то смотрит, а Стайлз иногда на неё. Наконец подъезжают до дома, а она поспешно выходит из машины. Сейчас случится то, что разрушит всю её жизнь. Совсем скоро.

***

Лидия открывает дверь и не спеша входит в помещение. За ней заходит и Стайлз. Быстро заходит в их общую комнату, дабы взять поскорее вещи и поехать к своей маме. Дверь комнаты закрывается. Это даёт ей знать, что парень уже в комнате. — Меня удивила новость о ребёнке, так как заводить детей я не собирался. Чёрт, чёрт, чёрт. У Лидии начинаются слезиться глаза, но, она не плачет, для этого ещё будет время. Ей так не хочется слышать эти слова, которые добьют её, сломают всю её жизнь. Лидия любит его, даже если он ещё не родился. — Но отказываться от него я не стану. Отцу я уже сказал, он был рад. Нет, счастлив. Очень. Её приводит в полный ступор его слова. А что за реакция была ночью? Лидия ожидала совсем иного поворота событий. Она даже не могла представить именно такую ситуацию. Значит, её мысли о нём не совсем верны. — Что? — спрашивает, так как Лидия смотрит на него немного в шоке, не сводя сглаза. Это слово приводит Лидию в себя, и, по прежнему смотря на него, с неким удивлением, понемногу начинает всё воспринимать, а на лице начинает появляться улыбка. Может, она ему не так безразлична, раз он не отказался от дитя? Так почему он делает ей больно? Стайлз начинает подходить к ней, что у неё даже начинают меняться мысли, ведь он на всё способен. А зря. Брюнет целует её в лоб и сразу же направляется к двери, при этом сказав, что он её ждёт. Наверное, этот день навсегда останется в памяти рыжеволосой.