In Trutina

В поезде их ожидал сюрприз в виде Агнес Макбин. Невозмутимая, всегда спокойная, с сильным шотландским акцентом, она показала им, где разложить вещи и удалилась по своим делам. Позже, вспомнив её довольную ухмылку при новости о смерти Кейлока, Джейкоб напомнил себе оставаться с ней в хороших отношениях. Когда дело дошло до выяснения, где кто будет спать, ему достался диван. Он не возражал, но тем не менее показательно возмутился этой несправедливостью. Переехать было легко. Из Кроули он привёз несколько чистых рубашек, и, закинув их на полку рядом с оружием, он почувствовал себя почти как дома. Ещё несколько минут Джейкоб посидел на диване, привыкая к поезду. Почти сразу заскучав, он отправился донимать Иви. Она была занята раскладыванием книг возле её кровати, аккуратно складывая рядом стопку своих заметок. Джейкоб нахмурился. — Где ты нашла их? Я не помню, чтобы ты брала из дома книги. — Они от мистера Грина, — спокойно ответила она. — Взяла на время? — Нет, — улыбнулась Иви, — это подарок. — Неужели? — сузил он глаза. Иви проигнорировала подтекст. — Даже если ты потратил восемь месяцев на чтение "Вампира Варни", Джейкоб, это не значит, что для всех остальных чтение — пытка. Иви нравилась Грини. Это было так же очевидно, как то, что небо голубое, подумал Джейкоб, и собирался сказать что-нибудь ехидное, когда до него дошла её последняя фраза. — Погоди... — Ммм? — Иви уже не обращала на него внимания, поглощённая своими записками. — Откуда ты знаешь, что на "Вампира Варни" я потратил восемь месяцев? Он заметил, как она нервно сжала губы, прошёл через комнату и сел рядом с ней, окинув её своим самым многозначительным взглядом. — Я точно знаю, что эта книга никогда не покидала моей комнаты, — тихо сказал он, — и вообще, насколько я помню, она даже не покидала закрытого шкафа у моей кровати. Так откуда же ты, сестрёнка, откуда же ты знаешь, сколько времени я её читал? Сидя рядом с ней так близко, он чувствовал аромат её волос; если бы сейчас был не полдень и людей вокруг бы не было, он наклонился бы вперёд и вдохнул бы её чистый, свежий запах полной грудью. Практически каждую ночь теперь они, оставаясь наедине, терялись в объятиях друг друга, практически без одежды, со сбившимся дыханием, припухшими губами. Но она всегда отталкивала его именно на самом интересном моменте, и было бы неплохо, подумал он, получить хоть немного внимания не от собственной руки. — Кто-то же должен был убираться у тебя, — пробормотала она, возвращая его к реальности, всё ещё стараясь не встречаться с ним взглядом. Дверь вагона распахнулась, в проёме появился Грини с крюком Кейлока. — Джейкоб, я думаю, что нашёл человека, который может это починить, — кивнул он на крюк. — Мы можем встретиться с ним завтра. — Ещё бы ты его не нашёл, — удовлетворённо кивнул Джейкоб. Придётся отложить допрос Иви о её шпионских интересах на потом.

***

— За Грачей! Паб "Чёрный лебедь" был набит под завязку буйно веселящимися людьми, одетыми во всевозможные оттенки зелёного. Все упивались первым успехом. Поводов горевать не было, и никто не хотел думать о будущем прямо сейчас; балом правило желание праздновать. Алкоголь лился рекой, на стол уже взобрался скрипач, провожающий гневным взглядом пару пожилых джентльменов, выходящих из паба. Иви устроилась в уголке с Недом Вайнертом, который увлечённо вещал о новейших достижениях транспортных систем Лондона. — За этим будущее, я уверен, больше того, на этом можно неплохо заработать... кстати о заработке, — заговорщически придвинулся он ближе, — как вы двое отнесётесь к небольшой прибыли на стороне? — Я знаю, мы едва знакомы, но мы всё же не наёмные убийцы? — Конечно, — усмехнулся он, — но в руках Висельников торговля разными интересными вещами — чаем, табаком, например? — Так, — кивнула Иви, быстро пригнувшись, когда из ниоткуда в её сторону пролетел чей-то ботинок и ударился о стену точно там, где секунду назад была её голова. — Представь себе, как будет неловко, — продолжил Нед, задумчиво крутнув в руках кружку, — если бы часть этого груза исчезла и кто-нибудь продавал бы его по сниженным ценам? Висельникам ужасно не понравится, если кто-то всё же останется с прибылью, товар ведь изначально был краденым? — Я правильно понимаю, что мы примем участие в моменте пропажи груза? — сухо поинтересовалась Иви. — Быстро соображаешь, это хорошо, — ответил Нед, — тридцать процентов прибыли устроит? — Шестьдесят, — сузила глаза Иви. Нед присвистнул. — Амбициозно. Тридцать пять? — Пятьдесят и ни пенни меньше. — Как насчёт сорока процентов и моего личного присмотра за тем, что в вашем поезде всегда будет топливо? — Согласна, — протянула руку Иви. Нед выглядел довольным. — Я знал, что мы сработаемся. Мне самому поговорить с твоим братом? — Я поговорю, не сомневайся, он не откажется, — ответила она. — Кстати, да, мне надо посмотреть, не сломал ли он ещё чего-нибудь... — она отставила кружку и начала пробираться сквозь толпу, слыша, как Нед крикнул ей в спину, что будет на связи, чтобы уточнить детали. Она направилась в самый шумный угол комнаты, и, разумеется, Джейкоб был именно там. Он был обнажён по пояс и стоял на одной руке, полная пива кружка осторожно была поставлена на его ботинок, все мышцы спины напряжены от усилия удерживать баланс. Толпа вокруг него громче и громче скандировала "двадцать пять, двадцать шесть, двадцать семь, двадцать восемь, двадцать девять, и... ТРИДЦАТЬ!", и наконец взорвалась смехом и радостными вскриками. Джейкоб легко вскочил обратно на ноги, едва не расплескав всё содержимое кружки, поймав её в воздухе и закинул голову назад, допивая остатки под бурные восторги и аплодисменты вокруг. — Спасибо, спасибо, — прокричал он, — а сейчас, господа, самое время рассчитываться, — он кинул озорной взгляд на группу явно разочарованных мужчин рядом с ним, которые собрали стопку чеков и передали их ему. — Пьём за мой счёт, — воскликнул он к ещё большему удовольствию толпы. — Как долго ты учился этому? — поинтересовалась Иви, усевшись рядом с ним, как только он дошёл до барной стойки. — Месяц. По крайней мере, так я сказал, хотя вообще-то примерно два года. — Джейкоб отдал чеки бармену, который выглядел так, словно наступило Рождество. — Впрочем, оно того стоило, всем безумно нравится. — Где твоя одежда? — с невольной улыбкой спросила она? — Понятия не имею. Где-то тут, — махнул он рукой, — наши новые Грачи хотели увидеть мои татуировки, а кто я такой, чтобы отказываться? Иви закатила глаза, не переставая улыбаться. — Вайнерт хочет, чтобы мы грабили торговые суда Висельников. — Отлично, — довольно ухмыльнулся он. — Я выторговала сорок процентов. — О, так он ещё и платит? — Джейкоб взял очередную кружку у бармена. — Я бы и бесплатно этим занялся. — Пожалуйста, не говори ему об этом, — ответила она. — Смотри-ка, у тебя снова зрители. Джейкоб круто развернулся, чтобы проследить за направлением её взгляда, и увидел маленькую группу девушек, которые слегка смущённо посмотрели на него, перешёптываясь о чём-то между собой и улыбаясь ему со всем возможным обаянием. Он приветственно помахал им рукой, и они засмеялись, некоторые кокетливо помахали в ответ. Иви прикусила губу и отвернулась. Её ревность относилась не столько к девушкам, сколько к самой возможности открыто проявлять свои чувства. Она никогда не задумывалась всерьёз, как сильно повлияет на её жизнь ещё и эта тайна. Открыто выразить свои чувства на людях, не скрываться, спокойно жить и не оглядываться вокруг было теперь невозможно. И рука об руку с очередными секретами шли невозможность раз и навсегда прекратить кокетство других девушек; невозможность почувствовать себя собственницей. Джейкоб снова забрался на стол и встал в стойку на руках – точнее, уже на одну руку – под одобрительные крики толпы. Кто-то поставил ему на ботинок очередную кружку пива, пока остальные вновь начали скандировать: «раз, два, три...» Иви снова обернулась на стайку девушек, которые всё ещё о чём-то перешёптывались, потом перевела взгляд обратно на своего идиота-братца, поневоле признавая, что для этого дурацкого трюка и сила, и умение держать равновесие должны быть поистине впечатляющими. Собственно, такими и были мышцы его спины. Иви глубоко вдохнула, сделала большой глоток пива из собственной кружки и решительно отставила её на стойку. Хватит колебаться, решила она. К чёрту принципы. Если уж ей не дозволено показывать свои чувства к Джейкобу на людях, по крайней мере она всё ещё может делать это наедине с ним.

***

Джейкоб, слегка пошатываясь, вернулся к поезду, уже не имея ни малейшего понятия, который час. Его часы в какой-то момент вечера пропали; в любом случае, было поздно. Всё, о чём он мог думать в данный момент, был его мягкий диван, но тут в дверях появилась Иви в лёгкой накидке и с распущенными волосами – что всегда его радовало, потому что практически всегда они были заплетены и убраны. Он радостно потянулся к ней, забыв о диване и желая получить поцелуй; она остановила его, положив руку ему на грудь. – Кажется, ты спрашивал, откуда я знала о твоих сложностях с чтением? – на её щеках играл румянец, глаза странно блестели. – Что? – непонимающе переспросил он. Вместо ответа Иви взяла его за руку и повела в свою часть поезда, закрывая за собой дверь на ключ. Джейкоб остался стоять возле кресла, всё ещё не понимая, что происходит, когда она присела на край кровати. – После того, как ты начал уходить по вечерам, – нервно начала она, заправив прядь волос за ухо, – я скучала по тебе. И я часто сидела в твоей комнате, иногда читала твои книги, иногда просто лежала в твоей кровати. Правда, иногда я… – она замялась, и румянец под её веснушками порозовел ещё сильнее, – впрочем, нет, проще показать. Джейкоб задавался мысленным вопросом: он всё ещё пьян? Что-то явно ускользало от него. – Я всё ещё не… о, – глупо охнул он, когда Иви откинулась назад, приподнимая накидку так, что были видны бёдра, и её рука скользнула между её ног. – Ох, – выдохнул он, ухватившись за ближайшую стенку, когда голова легко закружилась, а к бёдрам прилила кровь. Она сосредоточенно закрыла глаза, краснея (от смущения или от возбуждения – Джейкоб не был уверен), продолжая маленькие круговые движения рукой, явно отточенные. Джейкоб снова почувствовал, как что-то гулко гудит в голове. – Ты занималась этим в моей постели? – изумился он, и заведённый и разочарованный тем, что он не узнал это раньше. – Богом клянусь, Иви, ты не представляешь, как я… если бы я знал, – он запнулся, и его слова вылетели как сдавленный стон, когда она слегка выгнулась в спине, приподнимая бёдра. Она остановилась, но только для того, чтобы поманить его пальцем. Джейкоб рывком подошёл к ней, скидывая шляпу и плащ, стягивая через голову рубашку, приглушённо ругаясь, когда она запуталась вокруг его шеи, едва не отрывая от неё пуговицы, чтобы скорее избавиться от ткани вокруг него. Слишком много чёртовой ткани между ними. Он опустился на постель рядом с ней и ещё немного приподнял её накидку, надеясь увидеть больше. Джейкоб краем сознания беспокоился, что она снова остановится, но в этот раз, похоже, она слишком сильно отвлеклась для смущения. Чёрт возьми, это невозможно, подумал он, не веря в свою удачу, отчасти желая ущипнуть себя и убедиться, что это не сон. Подобное и правда снилось ему. Хотя нет, происходящее было куда лучше его снов. Как вообще это было возможно? – Не смотри... так, – открыла глаза Иви, явно смущённая и покрасневшая ещё сильнее. Вместо ответа Джейкоб медленно провёл рукой по внутренней стороне её бёдра, двигаясь всё выше. Он коснулся её там, чувствуя на пальцах влагу, абсолютно уверенный в том, что она безумно смущена и разрывается между стыдом и желанием, чтобы он не останавливался. Она всегда выглядела невероятно милой, когда смущалась, и это придавало Джейкобу странного чувства власти – знать, что никто, кроме него, не видел её такой. Для всех она была уверенной в себе, всё контролирующей Иви. Здесь и сейчас от прежней уверенности не осталось и следа. Джейкоб не останавливался, наблюдая, как желание вытесняет стыд. Чёрт, как же сильно он хотел её. Он медленно ввёл в неё один палец, слегка боясь причинить ей боль, но его волнение было излишним: поначалу она напряглась, но практически сразу расслабилась и с удовольствием прогнулась в спине ещё сильнее. Его мысли смешались в один большой клубок радостного волнения и желания, когда он навис над ней, наконец целуя её со всей страстью. Когда её рука потянулась к его штанам и потянула за ремень, он задумался, не умер ли он и попал в рай. Нет, внезапно мелькнула мысль, это точно не могло бы происходить в раю, Господь бы совершенно точно не одобрил бы – Тёплая маленькая рука Иви коснулась его члена и он перестал соображать. Он заставил себя сосредоточиться, иначе, он был уверен, всё происходящее могло закончиться быстрее, чем хотелось бы его гордости. Её руки были маленькими, намного менее уверенными, чем его, но всё же это была она. Он слегка согнул пальцы внутри неё, вспоминая всё, что знал о девушках и удовольствии. Это помогло; её дыхание участилось, тихие стоны стали громче. Джейкоб не останавливался, пока она резко не напряглась, со звонким стоном выгнув спину. По всему её телу прошла дрожь, и он приглушил её стон поцелуем, втайне мечтая о каком-нибудь способе сохранить эти звуки с собой навсегда. – Выглядело интересно, – жизнерадостно заявил Джейкоб, когда она наконец расслабилась под ним и легла обратно. Иви стрельнула в него глазами и оттолкнула его, переворачивая на спину, садясь сверху и не прекращая движений рукой. Теперь она целовала его всё более напористо, и он позволил себе разгуляться руками по её телу, восхищаясь тонкой талией, упругой грудью. Она резко сжала руку и он застонал – чёрт, это было плохо. Сосредоточься, Джейкоб, подумал он, соберись, давай, сто, девяносто семь, девяносто четыре – чёрт, он сейчас… Он кончил ей в руку, выдыхая её имя, и откинулся обратно на подушку, чувствуя её губы на своей шее. В его голове было блаженно пусто, всё тело устало звенело от счастья. Иви хихикнула и скатилась с кровати, чтобы снова подойти к нему с влажной тряпицей. – Чёрт, – наконец смог он выжать из себя, пока она легко проводила тряпочкой по его телу, – что я сделал, чтобы заслужить это? Это всё та стойка в баре? Ты же знаешь, что я тренировал её два года… – Тише, Джейкоб, – наклонилась она поцеловать его. – Тише. Они ещё несколько секунд лежали в тишине, пока он снова не поднял голову, чтобы посмотреть ей в глаза. – Где ты этому научилась? – прошептал он. – Из книг можно узнать много всего, – усмехнулась она, – если это, правда, не «Вампир Варни». Французские обычно очень информативны. Устроившись на маленькой кровати, они оба погрузились в сон.

***

Иви не собиралась вставать. Умиротворённая, счастливая намного больше, чем в последнее время, она позволила себе остаться в постели пару лишних часов, наслаждаясь тёплым одеялом. Джейкоб был где-то в поезде, она слышала его, говорящего с мистером Грином и Агнес. Поезд остановился на станции, когда в её дверь постучали. Она никого не ждала. Иви накинула ночную рубашку и открыла дверь; там стояла вчерашняя брюнетка из паба – та, что с кокетливым смехом – и протянула Иви свёрток, который та взяла с недоумением. – Ваши письма, – с акцентом пояснила она. – Джейкоб сказал передать их. – Мои письма? – моргнула Иви. – Письма мисс Торн? – уточнила она. – Он попросил достать их вчера ночью. Я проследила за ней, она всегда отправляет письма с одним и тем же человеком, ничего сложного, украсть, скопировать и положить обратно, – гордая улыбка мелькнула по её лицу. Это могла быть информация о Плащанице. Иви почувствовала прилив возбуждения. – Спасибо. – А Джейкоб здесь? – с надеждой поинтересовалась девушка, обернувшись через плечо. – Нет, извини, – соврала Иви и захлопнула дверь прямо перед её разочарованным лицом. Может быть, это было некрасиво, но так приятно; девушка на свою беду была слишком симпатичной. Почти сразу в другом конце вагона появился Джейкоб. – Кто-то меня звал? – Тебе показалось, – улыбнулась Иви; раздался свисток, и поезд тронулся. По крайней мере здесь она не собиралась делиться.

***

Джейкоб впервые был в психиатрической лечебнице и искренне надеялся, что это посещение станет последним. Он предпочитал думать, что его сложно было выбить из колеи, но сильный запах хлорки и крики, доносящиеся отовсюду, могли вывести любого из равновесия. Джейкоб стащил мёртвое тело с каталки, оглядываясь вокруг, куда можно было его спрятать. Труп чувствовался как мешок с мясом – чем, подумал Джейкоб, он, в сущности, и был. Не то что бы он ни разу в жизни не видел трупов, но обычно они были мертвы не так долго. Занимался ли Дарвин вскрытием тел? Наверняка, он же изучал анатомию. Видимо, образованные люди занимались такими вещами. Джейкоб не понимал этого интереса. Издали послышался звук шагов помощника врача, и Джейкоб торопливо спрятал тело в шкафу и лёг на каталку, натянув простынь на лицо. Фу, она пахла мёртвым телом, подумал он, стараясь дышать как можно тише, пока каталку везли наверх. Иви наверняка заставит его вымыться несколько раз до того, как позволит себя поцеловать. Над ним раздался голос доктора Эллиотсона. – А здесь у нас отличный экземпляр... постойте, что это, откуда на трупе ботинки? Момента лучше быть не могло. Сорвав простынь с себя, Джейкоб вскочил и вонзил клинок в горло доброго доктора. Одной целью меньше, подумал он, когда Эллиотсон повалился на пол, хрипя. Студенты вокруг с криками разбегались, пока он испускал последний вздох. И больше никакого сиропа спокойствия, с удовлетворением добавил Джейкоб, глядя на мёртвое тело у его ног. Это было многообещающее начало.