In Trutina

Над Лондоном раскинулась глубокая ночь. Джейкоб и Иви стояли на крыше в глубине Сити, ожидая прибытия груза для Люси Торн. Джейкоб опёрся на кирпичную трубу, мечтая о том, чтобы на подобные задания можно было брать с собой пиво. Наступала осень, и ночи были холодные, что ещё больше располагало к тёплым пабам. Вообще, он мог и не приходить сюда, но с самого приезда в Лондон он и Иви работали по отдельности, и он скучал по совместным миссиям. По чему он точно не скучал, так это по ожиданию. – Уверен, если бы я был кем-нибудь другим, – сказал он Иви, которая неотрывно следила за дорогой внизу, – мы бы прямо сейчас целовались. – Не говори глупости. – Это не глупости, – надулся он. – У тебя паранойя насчёт секретности. – Я знаю, ты вряд ли в это поверишь, – кинула она взгляд на Джейкоба, – но я пытаюсь сосредоточиться на задании. – Вот видишь. Ты думаешь, что всё знаешь, но ты не знаешь, каково это – быть с кем-то кроме меня. Это место... как станция поцелуев. Всё время. Никакой слежки, только поцелуи. Она снова отвернулась к дороге. – И ты разбираешься в этом просто отлично, не так ли? – Я не шутил о том, что нравился всем девушкам в Кроули, а тебя отец никогда не отпускал от себя дальше чем на десять шагов. Уверен, он бы убил любого, кто посмотрел бы на тебя не так, – заявил Джейкоб, подумав, что хоть в чём-то они с отцом сошлись во мнениях. Иви же в ответ усмехнулась. – Честное слово, иногда мне кажется, что и ты, и отец думали, что еда появлялась у нас дома по волшебству. Поразительно, как мало вы знаете о женской работе. – Прости? – отлепился Джейкоб от трубы и присел рядом с ней на краю крыши. – Я начала ходить на рынок за едой, когда мне исполнилось десять, Джейкоб. Четыре раза в неделю я ходила в город, каждый поход на два часа, совершенно без присмотра. – И? – Только три раза из четырёх я ходила за покупками, – хитро улыбнулась она самым краешком губ. – Чертовка, – усмехнулся он, одновременно задетый и восхищённый тем, что ни разу не замечал этого. – И чем ты занималась во время этой четвёртой прогулки? – Обычно просто прогулка. Знаешь, хотелось побыть одной. Но иногда… – она резко замолчала и напряглась, когда под ними проехал экипаж, но расслабилась, стоило ему скрыться за поворотом. – Иногда? – повторил он, приподняв бровь и потянувшись к Иви. – Помнишь Джонатана? – спросила она, легко скидывая со своей талии руку Джейкоба. Он перебрал в голове остатки воспоминаний из Кроули. В памяти всплыла смутная картинка. – Сын фермера? Такой коренастый, с тёмными волосами? – Да. И к тому времени, когда мне было семнадцать, та четвёртая прогулка была встречей с ним. – И под "встречей" ты имеешь в виду… – Мы целовались на сеновале. Это тебя интересует? Джейкоб вскочил на ноги. – Что ты делаешь? – нахмурилась Иви, глядя на него снизу вверх. – Мне надо вернуться в Кроули и убить его, – невозмутимо ответил он, делая пару выпадов скрытым клинком. – Какой вокзал мне нужен? Паддингтон? – Сядь, – махнула она рукой с лёгким раздражением в голосе. – Он женат. И ты сам только что рассказывал мне о своих… победах. – Это другое, – пробурчал он, но всё же сел обратно. – Я пытался заменить кем-то тебя. – А если я тоже? Это заставило его задуматься. В конце концов он окончательно успокоился, хотя образ Иви в объятиях кого-то другого всё ещё вызывал лёгкую головную боль. – Ну и ладно. Я всё равно намного красивее его. – Как скажешь, – она отвернулась, чтобы скрыть улыбку, подумал Джейкоб. А что? Так и было. – Ты сказала, что никогда не врала отцу, – продолжил он. – Разве это не ложь? – Он никогда не спрашивал, так что мне и не приходилось, – тихо ответила она, – а даже если бы он и спросил, я сказала бы всё как есть. – Подозреваю, Джонатану не приходилось задумываться об одобрении общества, не правда ли? – Верно, – согласилась она. – А теперь тихо. Это они. – Оба посмотрели вниз, где около двадцати Висельников вышли из дома, рассредотачиваясь по улице, словно муравьи. – На крышах стрелки, – тихо сказал Джейкоб. – Избавишься от них? – А я-то ждал чего-то сложного, – хмыкнул он, довольный её ответной улыбкой. Это и правда было слишком просто. Стрелки один за другим падали замертво под его клинком, когда он бесшумно появлялся за их спинами, падали беззвучно, не успевая поднять тревогу. Старрику стоило бы вложиться в тренировки по чрезвычайным ситуациям, ехидно подумал он, положив последнего на холодный скат крыши. Не зная точно, что делать сейчас, он устроился на краю, наблюдая за происходящим внизу. Не то что бы там было за чем наблюдать. Он не видел, откуда Иви метала ножи, но как обычно, её техника была безупречна, и он лишь ещё раз восхитился таким мастерством. Джейкоб вздохнул и посмотрел на звёзды. По крайней мере, туда, где были бы видны звёзды, если бы не густой лондонский смог. Действительно, Джонатан оказался сюрпризом, подумал он, слегка дёрнув уголком рта. А были ли у Иви в запасе ещё сюрпризы? Горечь охватила его, как только он снова представил обоих вместе, но стало легче, когда он мысленно представил себя на месте Джонатана. Было бы у них больше времени, если бы он дал ей всё понять раньше? Или отец бы заметил? Джейкоб нахмурился. Старый хрыч всегда был себе на уме, без сомнения, и после Случая он был подозрительнее, чем обычно. Учитывая всё произошедшее позже, он не смог не улыбнуться при воспоминании о собственной панике после того почти-поцелуя. Это быстро привело его к намного более приятным воспоминаниям о ночи в её вагоне, и он довольно ухмыльнулся в темноте. Немного удачи, и повторный случай не заставит себя ждать. С того раза она вела себя немного испуганнее, чем обычно, в основном думая только об этом грузе для Торн; но, может быть, когда всё это закончится, у него будет ещё возможность. Может быть, неплохо будет уговорить её посидеть с Грачами ещё раз, дать ей возможность расслабиться. Джейкоб практически с головой ушёл в радужные перспективы, когда краем глаза случайно заметил проблеск движения сбоку от него. Висельник стоял на краю крыши, медленно поднимая пистолет, целясь в голову Джейкобу. – Кто это тут у нас, – протянул Джейкоб, молниеносно доставая из пальто нож и отправляя его точно в лоб громилы. Улыбка застыла на его лице, когда мужчина пошатнулся назад, потерял равновесие и упал на землю с оглушительным грохотом. – Чёрт, – прошипел Джейкоб, кидаясь к краю крыши. Он перегнулся через край как раз в тот момент, когда распахнулось окно прямо под ним, и показалась голова Люси Торн; она моментально посмотрела вверх, и трудно было сказать, чьи глаза расширились сильнее, когда она увидела Джейкоба, застывшего на месте. Джейкоб перебежал через всю крышу здания и спрыгнул на землю с его другой стороны; пулей помчавшись к Иви, слыша, как Торн кричит что-то неразличимое на таком расстоянии. Несмотря на адреналин, пронизывавший всё тело и возбуждение в предвкушении погони, ему пришло в голову, что это, скорее всего, был огромный шаг назад в его постельной жизни.

***

С той самой секунды, как мистер Грин открыл тетрадь, которую Иви сумела спасти на её жалком подобии миссии, она не могла не заметить, насколько он был не похож на Джейкоба. Мистер Грин сразу понял важность того, что она нашла. Мистер Грин говорил об отце с уважением. Мистер Грин позволял ей руководить и не срывался с места непонятно куда без единой на то причины. Мистер Грин не сотрясал воздух бесконечными неподходящими комментариями. Мистер Грин не мешал ей, когда она проникала в особняк Кенуэя, и когда он присоединился к ней, он не поднял тревогу. Когда они нашли и открыли тайную комнату в особняке Кенуэя, она практически почувствовала, что всё было слишком просто, и какая-нибудь неприятность ждала за углом. Могло ли задание быть настолько простым и очевидным? И всё-таки, они проникли в тайник незамеченными, и когда Люси Торн всё же объявилась, мистер Грин быстро нашёл механизм, закрывающий дверь, оставляя её, обозлённую, снаружи. Почему задания не могли всегда быть такими простыми? Даже сам по себе мистер Грин был намного милее и стеснительнее Джейкоба. Когда он между делом упомянул, что пойдёт с ней на последующие задания, она невольно подумала о том, что перед ней открывалось совершенно иное будущее. И на этом сюрпризы не закончились. Вернувшись в поезд, желая изучить подробнее бумаги из особняка, она увидела, что он разбирает книги возле её рабочего стола. Одна из них раскрылась – внутри были засушенные цветы. – Гербарий? – спросила она, поневоле очарованная при мысли о последнем ассасине Лондона, противостоящем тамплиерам, на досуге собирающий цветы. – Собираете их для кого-то? – Только для себя. Я слышал, это что-то вроде обычного хобби для британцев. Вы знали, что у каждого из них есть своё значение? – Да, я слышала что-то подобное, – ответила она, стараясь не показывать, что в их время было сложно жить, не зная этого. Цветы для ухаживания, цветы на дни рождения, каждому символическому ритуалу свой символический цветок. Цветы для свадьбы и цветы для похорон. Белые цветы на могиле отца. – Конечно, слышали. К сожалению, у меня не было достаточно времени заполнить всю книгу, – сказал он с лёгкой грустью. – Я могу собрать некоторые экземпляры, если позволите мне помочь, – предложила она. В конце концов, она в одиночку управлялась с маленьким садиком в Кроули, и там было достаточно цветов, чтобы распознавать основные виды. – Я ценю Вашу помощь, – улыбнулся он. – Спасибо, мисс Фрай. Когда он ушёл, Иви села за стол, пытаясь сосредоточиться на страницах книг. Сфокусироваться было сложно. Она не привыкла отвлекаться от работы, и это чувство ей совсем не нравилось. У мистера Грина были к ней чувства. Она не была такой наивной, чтобы этого не замечать, хоть она и не знала, что с этим делать. И стоило ли ей вообще что-то с этим делать. Он был милым, в этом не было и тени сомнения. Получался странный контраст; в конце концов, Джейкоб был единственным мужчиной в её жизни до сих пор. Или по крайней мере, единственным, кто мог составить ей достойную пару. Конечно, были и деревенские мальчишки – тот же Джонатан – но их судьба вела к тихим деревенским девушкам, жизни, полной фермерства, пикников и детей, которые бы стали очередным поколением деревенских ребят. Жизни, которая не оставляла за собой след крови и смерти. Она знала это с самой первой своей миссии, когда она впервые вонзила клинок в шею тамплиера, хозяина фабрики, и он обмочился, падая на пол, глядя вверх пустыми глазами, которые покинула жизнь. Ни о какой нормальности после этого не могло быть и речи. Она была искренне уверена, что её ситуация с Джейкобом прояснилась. Он был её парой, её двойником. Её идеальным дополнением. Она просто чувствовала, что это правильно. Их последний вечер вместе был лучше, чем все её мечты, и часть её безмерно хотела повторить. В тот вечер и несколько дней позже было легко, когда всё вокруг словно было окутано тихим звенящим счастьем, таким же, как после их первого поцелуя. Тогда она готова была не оглядываться. Стоило ему оказаться с ней в одной комнате, и она была готова уйти и никогда не оглядываться. Но когда его ошибки делали её жизнь всё более и более сложной, когда расстояние и время охладили её сознание и – хм, другие её части – простота ушла. Мистер Грин был ещё одним нежелательным напоминанием о посторонних взорах. Она не отвечала на его нежные чувства, но хотела, чтобы он относился к ней с уважением, чтобы он видел в ней равную. Она спрятала лицо в ладонях. Девушки, которые занимались... занимались, хм, этим со своими братьями, не возбуждали в обществе уважение. Лишь отвращение.

***

Джейкоб побарабанил пальцами по спинке стула Иви. Он сидел в темноте, ссутулившись, пытаясь отогнать скуку. Обычно это время по вечерам он проводил с Грачами, налаживая связи и собирая информацию. Ладно, на самом деле в это время он пил с Грачами, но в целом эти три занятия не сильно отличались друг от друга. Вместо этого он застрял тут, нетерпеливо ожидая возвращения Иви. Он раздражённо повёл плечами. Она избегала его уже неделю, и он собирался как минимум вытащить её на разговор. Да, ситуация с Торн была почти катастрофой. Но никакого артефакта Предтеч, чтобы его упустить, и не было. Он не понимал, почему сундук с бумагами был такой серьёзной потерей. Он пытался сказать ей об этом, но из этого не вышло ничего хорошего. И да, ситуация с Кларой тоже была неудачной, и он всё ещё чувствовал себя виноватым в этом. Но вряд ли его можно было заставить следить за каждым дуновением ветра в городе. В конце концов, он нашёл источник конкретно этой паршивой пародии на лекарство, и уничтожил её, хотя об этом он тоже не смог рассказать Иви. Как и об остальном. Потому что она с ним не разговаривала. Он продолжил стучать по стулу. По ощущениям прошла примерно вечность, и наконец дверь тихо щёлкнула. – С возвращением, – чётко сказал он, когда дверь открылась и зажёгся свет, несмотря на все риски, связанные с заставанием Иви Фрай врасплох. Она лишь слегка напряглась. – Ты, – устало вздохнула она. – Не мог бы ты оставить меня одну? Я устала и хотела бы отдохнуть. – Нет, пока мы не поговорим. – Ты серьёзно? – сощурилась она. – Я хочу знать, почему ты бегаешь от меня, словно я сифилитик, – он подался вперёд и положил локти на колени. – Джейкоб, я не хочу сейчас говорить об этом, – потёрла она глаза. – Я пытался поговорить с тобой уже целую неделю. Иви скинула пальто с плеч и начала развязывать ботинки. – Хорошо. Тогда говори. Джейкоб не ожидал, что она согласится, поэтому внезапно осознал, что не знает, что говорить. – Хм... Я очень сожалею? – О чём? – спросила она, отставляя обувь в сторону и расстёгивая жилет. – О том, что из-за меня ты потеряла тот сундук, – Джейкоб постарался не сосредотачиваться на раздевании. – И о том, что случилось с Кларой. – Извинения приняты. Теперь можно я посплю? – спросила она и отвернулась, распуская волосы. Он встал и притянул её к себе. Поцелуй вышел медленным и сладким, но она стояла неподвижно, как статуя, пока он не оторвался от неё. – Послушай, – начал он снова, прижимаясь лбом к её лбу, – я скучаю по тебе. Она глубоко вздохнула. – Я тоже, – ответила она, не глядя ему в глаза. – Тогда почему, – отчаяние последних дней всё же было слышно в его голосе, – я чувствую себя так, словно ты меня избегаешь? Я думал, всё хорошо. – Всё сложно, – закрыла она глаза. – Тогда объясни. – Джейкоб, это.. мы.. слушай, у нас есть задание, и ты усложняешь мою жизнь ещё сильнее, – наконец сбивчиво ответила она. – Я за это извинился, и я клянусь, я не хотел, чтобы хоть что-то подобное случилось. Кто-то должен был уничтожить цель, и это сделал я, и я не всегда могу контролировать последствия всего, что происходит... – Но ты всегда был слишком опрометчивым, – отрезала она, отходя от него. – А мне потом приходится прибирать за тобой. И это лишь малая часть. – В чём тогда дело? – воскликнул он, всплеснув руками. – Мы отличная команда, всегда были... – Ты отвлекаешь меня прямо сейчас, – внезапно признала она, слегка заливаясь краской. Вот этого он точно не ожидал. – Что? – непонимающе спросил он. – Я не могу перестать думать о том, что ты компрометируешь мою работу - и к тому же я не знаю, как относиться к.. хм, к тому... – ...что ты моя сестра, – закончил он, устало потерев переносицу. – Честное слово, ты то срываешь с меня одежду, то выставляешь меня вон, и это не могло бы раздражать меня сильнее, чем если бы ты делала это намеренно. – Я не буду комментировать это описание, – окончательно покраснев, сказала она. – И наконец... – она подумала и медленно добавила, – наконец, ещё мистер Грин. – Мистер Грин, – повторил он, нахмурившись. – А что с Грини? Он наконец-то сообразил что-то тебе сказать, вместо того, чтобы просто вздыхать по тебе? – Он не вздыхает... он.. ладно, неважно. Неважно, – наконец села она на кровать и ещё раз потёрла лицо, – но это напоминает мне о том, что я никогда не смогу ему объяснить, почему я не отвечу на его чувства – его или чьи угодно. И если он когда-нибудь узнает правду, какие будут последствия? Люди никогда не поймут, Джейкоб, и мы будем обречены быть изгоями. Всё правда очень сложно, и мне сейчас не нужно ещё больше сложностей, мне надо сосредоточиться на поиске Плащаницы. Джейкоб сел рядом с ней, и они оба смотрели в пространство с минуту. Наконец он вздохнул и обнял её за плечи. – Я не представляю, как ты можешь так много об этом думать. – Тебе бы не помешало думать об этом чуть больше, – слегка обиженно заметила она. – Зачем начинать, – отшутился он с ухмылкой. Она закатила глаза и прижалась к нему, её дыхание согревало его обнажённую шею. Он действительно скучал по ней. – Ну что же, – начал он, – теперь, когда я всё знаю, я могу оставить тебя в покое. Не беспокойся обо мне, – сказал он, театрально прижимая руку к сердцу. – Я буду где-нибудь неподалёку, топить грусть в пинте пива. Возможно, вскоре от такого пьянства я умру, и когда меня похоронят, на моём надгробном камне напишут: "Здесь лежит Джейкоб Фрай, умерший от разбитого сердца, потому что Иви игнорировала его, а также от большого количества пива, честно говоря, слишком большого, а также он отлично играл в карты и делал феерическую стойку на руках, за что он будет запомнен. Аминь." – Обстоятельно, – сонно пробормотала она. Он усмехнулся и начал подниматься, но её пальцы сжались на его жилете. – Не уходи, – тихо попросила Иви. – Я думал, моя ослепительная красота отвлекает тебя от работы? – усмехнулся он. – Помолчи, – прошептала она, притягивая его к себе за ещё одним поцелуем.

***

Рано утром, проснувшись в комнате, в которой она жила в Уайтчепеле, Агнес заметила, что её кошелёк больше не находился в кармане её платья. Возможно, его могли украсть, но она подозревала, что скорее всего он остался лежать на её столе в поезде. Ругая себя за забывчивость, она потёрла руки над скромной печкой, где она готовила свой утренний чай с тостами. Кошелёк нужен был ей для того, чтобы хотя бы купить завтрак для мистера и мисс Фрай. Что ж, подумала она, ей придётся зайти в поезд раньше обычного. Взять деньги, потом уже пойти на рынок. Главное, чтобы кошелёк был в поезде – иначе придётся занимать деньги у мисс Фрай. Вряд ли у мистера Фрая будут хоть какие-то деньги – он отличался потрясающим умением тратить всё до пенни на выпивку, карты, и одному только Богу известно, что ещё. Она вышла в утренний туман, направляясь к месту, где на ночную стоянку всегда оставалась Берта. Обычно Агнес появлялась на станции Уайтчепела в половину восьмого – первая остановка по расписанию – но она знала, где найти поезд до этого. Она всегда знала, где Берта. Когда она зашла в поезд, она заглянула в вагон. Там было пусто. Она ожидала найти мистера Фрая храпящим на диване, но, по всей видимости, он уже ушёл. Или вообще не возвращался. Она с облегчением увидела свой кошелёк на столе, как она и предполагала. Стоило ей подойти и взять его, она сразу же заметила ботинки и наруч мистера Фрая на полу. А вот это уже было странно, подумала она, нахмурившись. Мистер Фрай обычно не уходил без этого. Агнес не была любопытной. Она всегда оставалась при своём мнении, держала его при себе и ожидала того же от остальных. Её работа предполагала такой взгляд на вещи. Верная себе, она решила не обращать на это внимания и пойти по своим делам, когда дверь соседнего вагона распахнулась. И на пороге появился мистер Фрай, с взъерошенными волосами и очевидно, ярко-фиолетовой меткой от укуса на плече, стоя на пороге в одних штанах. Шокированная тишина длилась не больше секунды, и он резко повернулся и захлопнул дверь вагона мисс Фрай за собой. В эту секунду Агнес успела заметить бледную женскую спину, на которую водопадом падали чёрные блестящие волосы. – Доброе утро, Агнес, – жизнерадостно, лишь слегка напряжённо поздоровался мистер Фрай. – Доброе, – слабо откликнулась она. – Позабыла кошелёк, надо же было идти за завтраком. – Ты сокровище, – широко улыбнулся он, натягивая рубашку. – Возьмёшь сосиски тогда? – Конечно, – пробормотала она, ретируясь как можно скорее. Агнес покачала головой, как только снова оказалась на вокзале, решив пойти долгим путём, чтобы дать незнакомке время уйти незамеченной. Мисс Фрай была невероятно щедра, чтобы одолжить свою комнату для такого, подумалось ей, и почему-то это не вязалось с образом девушки, на которую работала Агнес. Мисс Фрай скорее отчитала бы, чем одобрила такое поведение брата. И вряд ли бы она позволила ему использовать свою кровать для.. этих целей. И где была сама мисс Фрай? Сняла комнату на вечер где-то ещё? Теоретически незнакомка могла быть одной из девушек из Грачей, которые всегда были рядом с Джейкобом. Хотя с её фигурой и волосами, она скорее была очень похожа на – Агнес встряхнула головой. Глупости. В глубине сознания мелькнула мысль, что это заслуживает рассмотрения, она отмахнулась от неё. К тому времени, как она вошла на рынок, она решила выкинуть этот случай из головы. С этого дня, она решила, она будет вдвойне внимательна к тому, чтобы ничего не оставить в поезде, собираясь уходить.