Monstrum independens

— А хочешь, я тебе погадаю? Ваня не сразу осознает, что обращаются к нему – он листает кадры на камере, прикидывая, сделать еще несколько или достаточно. На карте памяти места осталось всего-ничего, он весь день, как заведенный, снимал фестиваль косплееров. Вот эта девица, встреченная уже под вечер, в костюме ведьмы, его насмешила: она так старательно изображала Страшную Мудрую Грозную Ведьму перед камерой, а на фото всё равно видно who is who — просто забавная девчонка в жутком макияже. И симпатичная, кстати. Ваня оценивающе окидывает ее взглядом. — Ну серьезно, давай я тебе погадаю, я умею, — ведьмочка приглашающим жестом указывает на стол с раскиданными картами, рунами, хрустальным шаром и еще какой-то поебенью. Ваня фыркает. Садится напротив. Гадалка радостно вспыхивает. Сгребает карты в стопку, торопливо тасует, протягивает ему. — Вытаскивай. Ваня тащит карту. Театрально вытаращив глаза, разворачивает ее лицевой стороной к девчонке. — 15 аркан, Дьявол. Карта зависимости и искушений… Она что-то бубнит, явно всерьез увлекается ебучей эзотерикой. Ваня разглядывает стол со всей долбаной мишурой, трет висок и жмурится, когда в глаза попадает блик от хрустального шара. Бесконечный трындеж гадалки больно отзывается в висках, как будто кто-то тычет туда иглой, и в то же время словно бы усыпляет. Ваня ощущает что-то странное. Словно его сознание – это волны, которые сейчас прорезал акулий плавник. И еще раз. И еще. Как акула, которая почуяла кровь. Его снова знобит, как вчера, после того странного прихода. Он накидывает капюшон худи на голову, лениво всматривается в хрустальный шар. Под капюшоном темно. Где-то он это уже видел. Дико хочется спать, в ухе зудит: «Усни, Ванечка, поспи, выпусти меня». И нет сил сопротивляться. — Хреновая из тебя гадалка, милая, — нежно шепчет Охра. Так тихо, что эти слова слышит только человек, сидящий напротив. – Какая же ты предсказательница, если свою смерть не видишь? Девчонка вскидывает глаза и замирает. Ей хочется кричать, но она не может. Может только встать, попятиться, затем развернуться и идти сквозь толпу. Она думает, что пытается убежать, что у нее все получится, но на самом деле ведьмочка покорно топает в самый безлюдный угол парка. Как и велел Охра. А он неспешно шагает за ней, жадно вдыхая воздух, вглядываясь в лица встречных, такие непохожие на те, что он запомнил. Но кто сказал, что они менее вкусные? Ну, привет, мир. Я вернулся.