Осколок номер восемь
24 декабря 2017 г., 12:16
Ваня беспомощно смотрит на Мирона.
Тот сидит, уткнувшись лицом в ладони.
Ему плохо — не отпускает прошлое. Не хочет отпускать. Держит, вцепившись, вытягивает нервы. Мысли ходят по кругу, из которого не вырваться.
— Хочешь, помогу? — раздается вдруг шепот и Мирон вздрагивает.
— Как? — настороженно спрашивает Мирон.
Охра пожимает плечами, потягивается.
— Помогу избавиться от прошлого. Обрежу связующие нити. Освобожу.
— И что я тебе буду за это должен?
Охра склоняет голову набок. Улыбается.
— Ничего. Ни физического, ни психического вреда не нанесу. Клянусь. Просто дам свободу.
Мирон хмыкает. И… соглашается.
Он слишком устал от терзающих мыслей.
Охра достает бритву и Мирон испуганно дергается:
— Эй!!
— Я обещал, что не причиню вреда, — мягко напоминает Охра.
Мирон настороженно смотрит на него исподлобья.
Охра подходит ближе и бритвой начинает срезать волосы с головы Мирона.
Сбривать их.
От движений Охры, от прикосновений прохладной стали, от его неразборчивого шепота Мирона начинает клонить в сон. Он послушно подставляет голову, смутно вспоминая все приметы и поверья, связанные со стрижкой и бритьем головы. Кажется, это и вправду очищает. Давно он не ощущал такой звенящей легкости внутри.
Охра беззвучно дует на сбритые волосы, наблюдая, как они медленно растворяются в воздухе.
К каждой двери можно найти ключ.
Каждого можно чем-то привязать.
Он не причинил боли.
Не причинил вреда.
Ни физического, ни психического — как и обещал.
Просто забрал кое-что — но ведь он не давал клятвы ничего не брать.
Без этой мелочи Мирону будет легче и свободнее дышать.
Охра забрал себе кусочек его прошлого. Кусочек Мирона.
Тот отдал его — себя — добровольно.
Древний, как мир, обряд посвящения.
Передача власти.
Инициация.