Рассвет

      За завтраком я была погружена в свои мысли, а Билл без остановки рассказывал мне об их последнем турне. Но я его совсем не слушала. Все мои мысли занял он. Я даже не могла злиться на непрекращающийся треп парня. У меня будто снова забилось сердце. Такое чувство, что мой панцирь хоть и не разбили, но прилично так треснули. — И вот мы выходим на сцену, толпа ревет, а я… — говорил Каулитц, активно жестикулируя. — Билл… — лениво протянула я. — А там, знаешь, такой спуск со сцены сбоку… — продолжал он, даже не обратив на меня внимания. — Билл! — рявкнула я. — А? Что? — удивленно уставился на меня парень. — Знаешь… — протянула я, помешивая ложкой какао. — А мне вот совсем не интересны глупые истории про твой ансамбль «Поющие трусы», — бросила я и, отодвинув чашку, встала из-за стола.       Билл выглядел очень огорченным и подавленным, но даже не посмотрел мне вслед, а я этого и так не ждала.       После ужина я сидела в своей комнате и смотрела в окно на капли, растекающиеся по стеклу. Мысли о Томе не покидали меня на протяжении всего дня. Доктор отметил, что на лицо кардинальные изменения, я стала менее раздражительной, стала включаться в дискуссии на тренингах, но списал все на инновационный препарат. Мда… если бы он только знал мой препарат…       Неожиданно за стенкой послышались стоны и редкие тихие всхлипы. Я сползла с подоконника и подошла вплотную к стене. Да, мне не показалось. Накинув халат, я вышла в коридор и, убедившись, что поблизости нет медсестер, я проскользнула к двери Билла.       Он лежал, скрючившись на кровати, и с силой сжимал голову, дергая себя за волосы. Кругом были разбросаны вещи, опрокинута тумбочка, перевернут стол. Белье на кровати было скомкано в один большой кокон, на котором и ерзал Билл.       Я осторожно подошла к нему, по пути поправляя разбросанную мебель. — Билл… — тихо позвала я.       Он только застонал в ответ — Билл, тебе помочь? — спросила я, присаживаясь на край кровати. — Сейчас пройдет, мне дали лекарство… — еле слышно шептал Билл, но от нового приступа боли вцепился мне в ногу и застонал еще громче, прикрывая рот куском одеяла, что бы не создавать много шума.       Я осторожно провела рукой по его темным волосам. — Тише-Тише, Билли, все хорошо, я рядом — шептала я, поглаживая ему голову.       Он начал крючиться все меньше и меньше, а потом и совсем обмяк.       Я посидела еще минут десять рядом с ним, а потом начала вставать, чтобы уйти к себе в комнату. Но почувствовала, что рука Билла держит меня за рукав халата. — Не уходи, пожалуйста, Диана… — прошептал он еле слышно       Я прилегла на край кровати, продолжая гладить его голову. Так я лежала минут сорок, погруженная в свои мысли.       Последнее, о чем я подумала «Какой же он милый…», так и уснула с глупой ухмылкой на лице.