Seduction

"The world may not understand that I grow stronger in your hands"

Засасывавшая ее тьма медленно отпускает Кэролайн, и девушка открывает глаза, раздраженно застонав. Ей тут же приходится снова смежить веки, слишком ослепляет свет от горящего в камине пламени. Она голодна так, будто не брала в рот ни крошки уже много дней. Но больше всего болит живот. Именно это ощущение заставляет ее вспомнить то странное, застывшее выражение лица Клауса и страшную боль, пробежавшую от шеи вниз по позвоночнику. - Доброе утро, дорогая, - спокойно приветствует ее Клаус, заходя в спальню со стаканом, наполненным каким-то напитком. Он несколько мгновений вглядывается в бледное личико девушки, зарывшейся в одеялах и подушках, а после садится на край кровати. - Что ты сделал? – спрашивает Кэролайн, приподнимаясь. Оглядев себя, она замечает, что теперь одета в вечернее платье. Кэролайн вскидывает глаза и понимает, что и комната вовсе не та, в которой она заснула, здесь нет окон, она освящена лишь пламенем, а на двери замки. - Где я? - У меня было ужасное чувство, что ты начнешь буянить, - спокойно поясняет он. – Потому я перенес тебя сюда, чтобы не пыталась сбежать. - Словно узницу, - хрипло произносит она. Он отводит взгляд, будто заколебавшись на мгновение. - Выпей, - наконец, Клаус протягивает ей воду, смешанную с каплями человеческой крови. - Что это? – осторожно спрашивает девушка. – Почему это так странно пахнет? – сейчас она обращается больше к себе, нежели к нему. - Это вода, смешанная с травами, которые собрала для тебя Маргарет, - он лжет, надеясь объяснить так розоватый цвет и странный запах напитка. Кэролайн поднимает на него полные растерянности глаза, и Клаус подносит к ее губам стакан. Девушка подается назад, не доверяя ему, но он раздраженно силой удерживает ее на месте, заставляя сделать глоток. Охваченная неконтролируемым гневом, она изо всех сил отталкивает от себя Клауса. - Прекрати! Собственный вопль пугает Кэролайн, и она в секунду оказывается на другом конце комнаты, прижимаясь к стене, сердито стирая кровь с лица. Ее всю трясет, и она никак не может это остановить. Девушка даже отсюда чувствует запах напитка, и сейчас он совсем не такой, каким был секунду назад. Странное ощущение, будто этот напиток изменил ее тело, будто восемнадцать лет она была мертва, а сейчас почувствовала, каково быть живой. Цвета теперь ярче, в каждой клеточке тела плещется сила. Все вокруг и в самой Кэролайн изменилось. Это так замечательно… и страшно. Видя, как она смотрит на напиток, Клаус подходит и протягивает ей стакан. Кэролайн делает еще несколько глотков, а затем резко бросает его в мужчину, но тот легко уворачивается. - Что это? – кричит Кэролайн. Он молчит, а это злит ее еще больше. Спустя секунду Клаус резко прижимает ее к стене, и девушка чувствует, что ее тело вышло из-под контроля, прорезаются клыки, глаза меняют цвет, ужасный голод прожигает горло. Слезы текут по щекам, потому что она наконец поняла, кем стала. Напуганная Кэролайн пытается вернуть человеческое обличье, но безуспешно. - Что происходит с моим лицом? Останови это, - молит она, всхлипывая. - Дыши ровно, - шепчет Клаус, взяв ее лицо в ладони. Кэролайн пытается вырваться, но он силой удерживает ее на месте. - Ты сделал это со мной! – она пытается заставить клыки исчезнуть, но ничего не выходит. – Как ты мог меня такой сделать? Она в жизни не была так зла, не зная, как разобраться со всем этим, как заставить это пройти. Подняв руку, Кэролайн со всей силы бьет Клауса по щеке. Становится легче, и она сердито толкает его кулаками в грудь, стараясь выпустить весь гнев. - Мое лицо! – кричит Кэролайн, чувствуя, как вены на щеках проявляются все явственнее. - Кэролайн! – его голос вытягивает девушку из приступа ярости, и она снова переводит на него взгляд. – Дыши ровно, - раздраженно приказывает он. – Дыши, - снова повторяет Клаус уже мягче. – Тебе нужно преодолеть это. Каждую эмоцию, что ты испытываешь. Твой страх, твой гнев на меня. Подави их. Избавься от них. Дыши, глубоко и ровно. Думай о чем-нибудь другом, если нужно. Она закрывает глаза, чувствуя, как текут по щекам слезы. Сделав глубокий вдох, Кэролайн, следуя его словам, пытается подавить эмоции, пока не чувствует, что пришла в себя. Подушечкой большого пальца стерев ее слезы, Клаус ощущает, как она едва заметно к нему приблизилась, и теперь их лбы соприкасаются. - Хорошая девочка, - шепчет он. – С тобой все будет прекрасно. - За что ты так со мной? Мне было хорошо с тобой, - еле слышно произносит Кэролайн в ответ. – Я не пыталась сбежать, я… я позволила тебе взять мое тело. Я обещала… я пообещала не любить тебя. Я сделала все, о чем ты меня просил. А ты дал слово, что не убьешь меня, - она снова плачет. - Но я и не убивал, - тихим голосом возражает ей Клаус. – Ты все еще дышишь, Кэролайн, - он кладет ладонь на быстро вздымающуюся и опадающую с каждым вздохом грудь. – Ты все еще чувствуешь. Ты все еще жива. Это я мертв, пусть и жил на протяжении веков. - Почему ты так со мной поступил? – шепчет она все еще дрожащим от тихих рыданий голосом. Клаус закрывает глаза, не в силах видеть ее слезы. - Я хочу, чтобы ты осталась со мной, - честно отвечает он. - Ты эгоист. - Да. - Я ненавижу тебя, - горько говорит она. - Я знаю. - Убирайся! – внезапно кричит Кэролайн, отталкивая его. Клаус не движется с места, и она снова выкрикивает ему это, на этот раз, позволив лицу отобразить ее новую сущность. Он не уходит. Он, даже не вздрогнув, стоит, глядя на нее. - Я не хочу оставаться с тобой, - Кэролайн беспомощно оглядывает комнату, понимая, что не сможет выбраться. – Ты можешь запереть меня здесь, можешь делать, что хочешь, но я никогда не останусь с тобой по собственной воле. Никогда больше! Клаус бросает на нее последний взгляд, в котором проскальзывают горечь и печаль. А затем он исчезает в мгновение ока, не сказав ни слова и оставив ее одну в ловушке из четырех стен.