Охота на Арлекина, или тройное сальто над костром. Бонус

— Любишь ты напоказ милосердие разыгрывать, беглое Высочество, — Грейс Дейи улыбается с кровожадностью лисы, пробравшийся в курятник. — В соборе и впрямь слишком много лишних свидетелей. — О, а мы, было, подумали, что наш дорогой друг сложил жало и решил уйти на покой, — усмехается Норд. При слове «жало» Отец-Инквизитор отчего-то мрачнеет и обеспокоено смотрит на меня, словно не желая, чтобы я узнал что-то, не предназначенное для моих ушей. — Они не успели причинить вам вреда, Ваше Величество? — спрашивает он, игнорируя колкость Норда. — Я в порядке, — отвечаю я. — До поры до времени, — уточняет Ирзе. — А точнее, пока ты не попытаешься сделать ноги в очередной раз. — Не пугай мальчика, бессердечный громила, — шикает Норд, обнимая меня обеими руками и устраивая острый подбородок на моем плече. Я дергаю плечом, но объятия этого человека оказываются стальными, а мой жест недовольства лишь веселит его. — Мне нравятся упрямые дети. — Это потому, что они похожи на тебя, — неопределенно говорит Ирзе и взгляд его, обращенный к Норду, теплеет. Они что же… — Дейи, где стража? — недовольно спрашиваю я, в отчаянии не найдя ничего лучше, как запустить пальцы под ребра своему похитителю. Тот c хихиканьем дергается и, чуть было не выпускает меня, но тут рядом оказывается Ирзе, и что-то холодное и твердое прижимается к моему виску. Я не знаю что это, но переменившийся в лице Дейи, не добавляет мне оптимизма. — Я прошу вас, Ваше Величество, не усложняйте ситуацию, — неожиданно печальным тоном говорит он, скрещивая руки на груди. — Иначе этим господам покажется мало только одной моей головы. — Но они обещали... — возражаю я, но он уже не слушает меня. — Чем скорее с этим будет покончено, тем лучше, — говорит Дейи. — Норд, тебе не идет жестокость, ты не научился правдоподобно изображать ее с тех пор, как притащился ко мне с еще не высохшей печатью об увольнении с должности тюремного охранника и просьбой ввести тебя в нужные круги криминального мира. Хотя, если подумать, я ведь твою просьбу тогда выполнил. Какая черная неблагодарность, дражайший господин принц! Я вообще не понимаю, как ты можешь стоять и угрожать мне, в то время, как мы оба знаем, что с тобой сотворил однажды этот остроухий господин в катакомбах терминального корпуса… Его прерывает престранный набор шипящих и щелкающих звуков, которые неожиданно выдает «остроухий господин». Судя по выражению лица, он в бешенстве. Металлическая штука сильнее давит мне на висок. Дейи гадко улыбается. — Это ужасно мило с твоей стороны, Ирзе, — говорит он. — Только произношение у тебя… С таким ротовым аппаратом на дорианском говорить лучше с автоматическим переводчиком. И, кстати, зачем мне жрать собственную мешочковую полость? Чем же я ее переварю? — Сомнительно, что она сейчас у него в наличии, — задумчиво говорит Норд, разглядывая Отца-Инквизитора. — Тут половины от него не будет. Я всегда считал, что вы не любите терять в функционале. Лишняя пара рук… — Совершенно ни к чему мне в отпуске! Я разве не имею права на отдых? — раздраженно говорит Дейи. — К сведению ваших примитивных мозгов, это облегченная версия, не рассчитанная на столкновения с низкопробными бандитами. Твой гибридный дружок, Ирзе, знает это, как никто. А ты, Териус, не мог бы держать рот закрытым? Первую директиву еще никто не отменял. — Судя по кипящим в городе стройкам, ты и без нас вмешался в их естественное развитие, — ядовито замечает Ирзе. — Это лишь скромный вклад, — поджимает губы Грейс, привычно почесывая бок. — Вы плохо представляете себе значение слова «клоповник». — Итак, я здесь, — продолжает он, — вы можете отпустить мальчика, и мы с вами пообщаемся. — М-м-м, Терри, тебе не кажется это необычным? — Еще как кажется, — так же загадочно отвечает Норд. — Дорианин вдруг проявляет о ком-то заботу. Нечисто дело. Чем мальчишка так ценен, кроме того, что он правитель этого захудалого местечка? — Ничем, — холодно отрезает Отец-Инквизитор. — Я лишь пытаюсь вырастить из него приличную цивилизованную личность, и мне будет крайне жаль потраченного времени и усилий, если вы воспрепятствуете этому. — Я бы вам плесень выращивать не доверил, — фыркает Терри. — Тот, кто вам поручил подобное, должно быть, ненавидит этого ребенка. — Ну, это уже мое дело, — равнодушно говорит Дейи, как бы между делом подходя ближе. Он явно что-то задумал, но остроухий оказывается начеку. Теперь оружие направлено на Грейса. — Ирзе, где твоя знаменитая репутация головореза? — издевается мой духовник. — Ты так просто готов пристрелить меня прямо здесь, не потрудившись, как следует, надругаться? Я разочарован! Быть может, показать тебе нашу канцелярию? Если тебе по душе винтажные орудия пыток. Териус, я вас тоже приглашаю. Там есть такие игрушки… Из оружия Ирзе вырывается длинный красноватый луч, и в стене рядом с Его Преосвященством появляется дыра окаймленная копотью. Дейи поднимает руку и брезгливо разглядывает испорченный рукав. — Я просто предложил. Ну, как хотите. Норд, отцепитесь уже от мальчика, что вы к нему прилипли? Тут я и сам удивляюсь, ибо никогда раньше не замечал, чтобы отец Дейи так нервничал. — А я его полюбил, — дерзко отвечает тот. — На корабле, кстати, недавно открылась вакансия юнги. Эдвик, ты не хочешь повидать земли, где еще не ступала нога человека? — На воздушном корабле? — уточняю я, желая отвлечь этих людей от инквизитора. Он, конечно, тип неприятный, но я не хотел бы, чтобы ему причинили вред. — О, так ты в курсе? — расцветает Териус. — Прекрасно! Значит, не испугаешься. — А скажите, там, в небесах, достаточно сильные ветра? — Ветра? — озадаченно переспрашивает Норд. — А зачем тебе ветра? — Ваш корабль, он же парусный, или вы используете гребцов? — Господь милосердный! — восклицает Дейи, закатывая глаза. Ирзе гогочет. Норд деликатно отворачивается, пряча улыбку. — Нет, мой дорогой, он гравитационный, с функцией гиперпространственной переброски, — терпеливо поясняет он. — Гребцы — это слишком медленно. — Что болтать, парень, давай мы тебе его покажем, — Ирзе берет меня под другую руку и уверенно тащит по коридору. — А это вряд ли. Мы оборачиваемся к Дейи. На раскрытой ладони его танцует пламя. — Голограмма? — Кто его знает? Это ж консул. — Прикроешь меня на всякий? Ирзе кивает. — Ох, жалкие вы крысы, — качает головой Дейи. — Как вы мне надоели! Эдвик, не бойся!       Это он вовремя, конечно! Не бояться, когда на тебя летит стена огня, получается плохо. Даже, если подсознательно я понимаю, что не являюсь целью атаки. Норд реагирует мгновенно, и мое лицо оказывается плотно прижато к его груди. Воздух вокруг становится нестерпимо горячим. — Ирзе! — визжит Норд. Почему он пытается меня защитить? Жар отступает. Я осторожно поднимаю голову. Перед нами стоит Ирзе. И он… горит. Если можно это так назвать… — Прикольно, — он оглядывает себя. Не причиняя Ирзе ни малейшего вреда, огненные язычки, обвившие его тело, уменьшаются и исчезают. — Что это было? — спрашивает Норд. Он все еще прячет меня в кольце собственных рук, но я отчетливо слышу запах горелой плоти. Ирзе принял удар пламени на себя и остался невредим, но его приятелю не повезло. Норду подпалило волосы, на обожженном правом ухе наливается волдырь, ими же оказываются покрыты кисти его рук. Если бы не Ирзе, он бы точно погиб, я знаю это. Дейи не раз демонстрировал свою силу. Подвластная ему стихия не задела бы меня, а эти два разбойника должны были превратиться в пепел. Но отчего-то у него не получилось. Из-за рыжего Ирзе. — Ах да! — восклицает Дейи сокрушенно. — Я не подумал об этом. Ирзе между тем оборачивается, и лицо его перекашивается от гнева при виде друга. — Я таки найду у этого гаденыша мешочковую полость, — злобно обещает он. — Но не теперь… Терри, ты хотел юнгу, ты получишь его! Теперь меня точно не удовлетворит просто дырка в его хитиновой башке. Пусть теперь сам за нами бегает.       Я оказываюсь вырван из крепких рук Териуса. Ирзе закидывает меня на плечо. Я повисаю вниз головой и оказываюсь лицом к лицу с Нордом, переброшенным через другое плечо. — Не обращай внимания, — c виноватой миной поясняет тот, — у Янарета это нормальный способ транспортировки заложников. — И часто он так? — поднимаю бровь я. — Только особ королевской крови, — строго говорит Ирзе. Я ничего не понимаю и думаю, что будет дальше, и догадается ли Дейи позвать стражу. Хотя с этой штукой, которая прожгла дыру в стене, полагаю, что никакая стража мне не поможет. Остается лишь отдать себя на волю победителей и надеяться, что мне не причинят вреда. — Подождите! — Грейс кидается за нами, но его останавливает тот же красный луч из таинственного механизма. — Интересно, какое наказание полагается за то, что ты позволил похитить короля? — интересуется Янарет. — Цивилизация примитивная… Наверное, четвертование или живьем в кипяток. Ах, я бы с огромным удовольствием остался посмотреть, как ты будешь выкручиваться. Но я слишком соскучился по родному дому… Мальчик, я не боюсь щекотки… Бывай, Дейи. Увидимся. — Подонки! — орет он нам вслед. — У меня же нет звездолета. — Прекрасный повод продвинуть местную космонавтику, — смеется Ирзе, даже не удосуживаясь обернуться. ***       Давненько я не попадал в такие нелепые ситуации. Мерзавцы учуяли мою заинтересованность в короле и не преминули ею воспользоваться. Что Эдвик? Да, разумеется, мне до мальчишки никакого дела нет, но есть одна проблема, которая не позволит мне просто плюнуть на пиратов, и пусть бы Эдвик вкусил жизни вольного космического волка. Не жалко, если честно… Но врожденное чувство самосохранения красноречиво намекает мне, что в случае, если я не решу этот вопрос, по мою душу придут те, кто пострашнее двух болванов с бластерами. Подумаешь, сыграл с ними шуточку. За те деньги, что заплатил мне Джор, развлечение того стоило… — Енакарра вам голову оторвет, — радостно сообщает мне патриарх Дидре, появляясь из-за потайной двери. — Благодарю за напоминание, господин очевидность! — язвительно говорю я. — Что ж вы, сволочь эдакая, не помогли? У вас же высший ранг! — Я рассудил, что насильственные действия могли навредить Его Величеству, — спокойно отвечает тот. — Спаситель учит нас воздерживаться от применения божественной силы в целях убийства. — Ты просто хочешь увидеть, как Енакарра вместе с Арлекином сделают из меня хорошо поджаренный стейк. Я же у тебя в печенках сижу. — Сидите, — соглашается Дидре. — И я действительно был бы рад избавиться от вашего дурного влияния на вверенного моему попечению юного короля. — Странный, однако, способ вы избрали, патриарх. Я хорошо знаю тех двоих, и, уверяю, каким бы плохим ни было мое влияние, оно не сравнится с тем, что могут сотворить Норд и Ирзе… Вам не приходилось служить кровавым диктаторам? Вижу, не приходилось. А я гарантирую, что если и когда Эдвик вернется, вы будете молиться вашему несуществующему богу, чтобы он поскорее сменил власть в королевстве. — Ну что ж, — пожимает плечами тот, — это послужит для вас стимулом к скорейшему вызволению нашего монарха. — Тогда подсадите меня! Сейчас догоню их и отберу Эдвика! Что космос? Большая деревня! Дидре хмурится и теребит короткую темную бородку — каприз особы приближенной к королю и светской власти вообще. Священники его положения обязаны были иметь гладко выбритые лица. — Эти люди, — говорит он, — они ведь из вашего мира, так? — Это не очевидно? — раздражаюсь я. — Хорошо. В таком случае, я бы рекомендовал вам вспомнить, как вы сами попали сюда… — Дидре! — ору я, хватая его за плечи. — Ты гений! Ты гениальный сукин сын! — Это оскорбление или комплимент? — иронично уточняет патриарх. — Это плохо контролируемые эмоции, — поясняю я. — Издержки карийского генотипа. Они изменили меня сильнее, чем любые трансформации до того. — А, — патриарх делает вид, что понял. — Ну, не будем терять времени, — бодро говорю я. — Эдвику ни к чему долго ждать. — Одну минуту, Ваше Преосвященство. — Да? — Вы уже знаете, как будете вызволять короля, если Ирзе может сопротивляться вашему колдовству? — Пока нет, но я всегда славился недюжинными талантами к импровизации… *** — Так что вы говорили про талант импровизировать, Ваше Преосвященство? — Дидре, заткнитесь! — Я просто интересуюсь. — Черт! — Грейс хлопает ладонями по столу и свирепо смотрит на меня. — Мне следовало вытрясти информацию по порталам из этого хитрожопого интригана, еще пока его полюбовник весело дрыгал ножками в пыточной. — Вероятно, Его Преосвященство Енакарра желал оставить себе некоторые козыри… — Какие козыри? — фыркает Дейи. — Он и так может перемещаться куда угодно безо всяких ключей! Смысл было закрывать порталы, если мы больше не можем производить кукол без крови Саринэ? — А рабы? — Вы вчера родились? Рабский труд непроизводителен и не окупаем. Кроме того, они будут хотеть есть, а это лишние траты, да еще и на привозную рабсилу. — Но вы как-то говорили, что в вашем мире есть порабощенные виды. — В нашем мире давным-давно изобретены аппараты, производящие пищу на молекулярном уровне, а рабство для этих видов — вполне приемлемая возможность иметь жилье и работу, коли они не смогли сохранить собственные. Так, хватит отвлекать меня! Лучше попроси Спасителя прислать тебе какую-нибудь умную мысль. Правда, больше я был бы рад ключу до ближайшей базы Содружества. Или Конфедератской. Не принципиально. Связей у меня полно.       Грейс протягивает руку и длинными пальцами спихивает со столешницы стопки отчетов о закрывшихся по всему королевству порталах. Отчеты-то были присланы уже давно, только Его Преосвященство, всецело поглощенный строительством «светлого будущего», не удостоил их вниманием. Хотя на его месте, я бы в первую очередь озаботился налаживанием прочных связей с высокоразвитым миром, перенося оттуда все самое лучшее и полезное… Все-таки изменился Пьеро, хлебнув кровавого эликсира карийского божества. Я подмечал в нем такие черты, как хитрость, холодный ум и трезвый взгляд на жизнь, но когда он решился на быстрое и полное преображение, помимо власти над огнем, он добавил к своему характеру вспыльчивость, фанатичную увлеченность собственными идеями, и иногда мне казалось, что отец Енакарра вовсе и не покидал дворца. Разве только с самодисциплиной и жесткостью у него было похуже, и это раздражало самого Грейса. Но и так он был гораздо больше живым человеком, нежели когда был покорной куклой на услужении у двух господ. Я колеблюсь не очень долго. — Один ключ еще существует, — Дейи вскидывает на меня изумленные рыжие глаза. Я стараюсь подавить непрошеные чувства, которые он у меня вызывает. Это было бы неуместно при данных обстоятельствах. Да и нецелесообразно. Я тяну цепочку на шее и вытаскиваю из-за воротничка прямоугольную пластину с выгравированной фразой на карийском языке. — Енакарра оставил мне его, если когда-нибудь вы… — Посмею оспорить право короля на трон, — улыбается Дейи. — Или как-то еще попытаюсь навредить… Ну вот, он и накаркал. Что ж, можете отправиться к нему, патриарх, и сдать меня с потрохами. — Нет, Ваше Преосвященство, я не пойду туда… — Понимаю, я бы вообще сбежал на вашем месте куда-нибудь на теплые берега… — Я хотел сказать, что не пойду к нему один, потому что вы гораздо лучше опишете суть проблемы. Но и вас одного не отпущу, потому что не уверен, что вы не попытаетесь улизнуть. Не так уж вы и трепещете перед отцом Енакаррой, чтобы не пытаться обдурить его, как обдурили в свое время Арлекина. Кроме того, вам может потребоваться маг высокого ранга… — Очень своевременное предложение, — саркастически улыбается Дейи. — Вдвоем мы бы уложили и Ирзе и его дружка. Я так и думал, что вы собирались скинуть меня. — Попытка не пытка, — невозмутимо отвечаю я. *** — Кто бы это мог быть? — удивленно спрашиваю я, когда трель дверного звонка неожиданно заполняет уютную тишину квартиры. — Горстка пепла! — злобно сообщает Айдэ, слезая с меня и натягивая пушистый черный халат.  — Айдэ! — Да наверное, этот идиот, Виктор! — ворчит он, шаркая тапками в прихожую. Я спешу за ним.       С полчаса назад Саринэ пришел домой, отрицательно покачал головой на вопросительный взгляд брата и закрылся в ванной с мешком порошка и кипой не стиранного белья. Он явно был чем-то расстроен. Его огненное Преосвященство, разумеется, не удосужился дать объяснения по этому поводу, а лезть в мысли Саринэ я постеснялся. Возможно, у них с Виктором случилась размолвка, и он чем-то обидел Саринэ. Но с другой стороны, при всем скверном характере моего бывшего возлюбленного, я не мог представить, чем он мог обидеть бога, который старше его на целую вечность… В любом случае, если это действительно Виктор, мне представится случай все узнать. — Пьеро? — не веря своим глазам, тщетно пытаюсь подвинуть Айдэ, загородившего дверной проем. — Грейс, — поправляет тот сдержанно. Да и выглядит как-то непривычно усталым и встревоженным. — Отец Енакарра, Арлекин, — приветствует нас Дидре. — Не к добру, — констатирует Айдэ, — проходите.       Дидре деловито отряхивает рукава неизменного серого сюртука от снега, Его новое Преосвященство делает задумчивое лицо, прислушиваясь к звукам, доносящимся из ванной. — Что у вас стряслось? — без обиняков спрашивает Енакарра, всем видом демонстируя желание поскорее спровадить незваных гостей. Из ванны высовывается Саринэ, явно посвежевший и повеселевший после стиральной медитации. Мыльная пена густо покрывает его руки до самых локтей, кокетливым пенным бантиком нависает над ухом и даже украшает кончик носа. — Эдвика похитили! — улыбаясь во весь рот, докладывает он. В прихожей повисает гробовая тишина. Айдэ переводит вопросительный взгляд на Дейи. Тот из смуглого становится серым. — Та-ак, — тянет бывший Великий Инквизитор. И вот, честное слово, от его тона даже я начинаю ощущать какое-то смутное чувство вины. — На каких-то пол столетия этим олухам королевство доверить нельзя! — возмущается Енакарра и тут же налетает на брата: — И давно ты знал, хитрец? — Предложи нашим гостям чаю, — пищит Саринэ, пытаясь ретироваться обратно в ванную, Айдэ пытается схватить его, но ловит лишь ком мыльной пены. У Дейи загораются глаза. — Водопровод? — спрашивает он, сглатывая жадно, словно страдающий от жажды бедуин. — Ну конечно! — удивляюсь я. — Посторонись! — он проскакивает мимо стряхивающего с ладони пену Енакарры, едва не сбивает с ног Саринэ, влетает в ванную и запирает дверь. Раздается шум воды и сладострастные звуки, среди которых можно различить отдельные фразы, как-то: «цивилизация», «ой, мыло» и «где у них тут ультразвуковой душ?». Айдэ поворачивает голову. — Дидре, вы-то, надеюсь, еще в своем уме и сможете дать внятные объяснения к происходящему. — Безусловно, Ваше Преосвященство, — церемонно отвечает тот, передавая мне сюртук. — Я, конечно, предполагал, что Его Преосвященство Дейи изложит вам самые важные факты, однако, бытовые неудобства жизни в нашем мире, в частности клопы, несколько сместили полюса его приоритетов… — Клопы? — недоверчиво переспрашивает Айдэ. — Меня не кусали. — Боялись суда Инквизиции, — прыскаю я, за что получаю свирепый взгляд с молчаливым обещанием припомнить мне эту дерзость в более интимной обстановке. Да я и не против. — Я чай заварил, — дурацкую сцену очень вовремя прерывает хозяйственный Саринэ. — Да-да! — подхватываю я, подталкивая и Айдэ и гостя в сторону кухни. Проходя мимо ванны, я, кажется, слышу пение Его Преосвященства...