Время вспять не повернёшь

      Лёгкий ветерок едва колышет тюль в спальне. Пшеничные непослушные пряди волос разметались по подушке, растворяясь в красных лучах заката, случайно заглянувших в окно. Шум летнего Парижа еле доносится до сюда. Время здесь будто застыло, окутав Адриана сонной дымкой. Вечером особенно трудно просыпаться: тело будто вата, веки тяжелы, а сознание где-то далеко-далеко. А после вчерашнего выбираться из этого состояния совершенно не хочется…       Тоскливую тишину квартиры Агреста нарушает пиликанье мобильного телефона. Спустя несколько попыток найти источник раздражающего звука вслепую, Адриану всё-таки приходится встать и взять трубку. Чей-то знакомый голос приветствует его:       — Адриан, удобно говорить?       — А? Д-да, гхм… Кто звонит? — всё ещё не отойдя ото сна, он никак не может вспомнить смутно знакомый женский голос.       — Это Леа, ты спишь что ли? В такое время?       — Аа, Леа. Привет… Вздремнуть что-то решил. Что-то случилось?       — Я пролётом в Париже на пару дней. Давай встретимся завтра, давно не виделись.       Он думает, что сейчас бы не помешало развеяться: рой мыслей в голове не даёт покоя, едва удалось заснуть. До завтра он ждать не сможет — образ расстроенной Маринетт, с искренним раскаянием во взгляде никак не выходит из памяти.       — А может быть сейчас встретимся? — предлагает Адриан.       — Можно конечно, но у меня небольшие планы. Если ты согласен помочь мне подобрать платье, то давай сейчас.       — С удовольствием.       — Тогда я заеду за тобой, жди. — До встречи, — Адриан сбрасывает звонок.       Он уже предвкушает, как они с Леа будут выбирать платье и спорить о длине юбки, как в старые добрые времена. Он хорошо знает предпочтения своей бывшей девушки, а благодаря тому, что он с детства буквально живёт модой, сегодняшний шоппинг точно позволит отвлечься от мрачных мыслей и приятно провести время.

***

      Через час они заходят в небольшой бутик, притаившийся в одном из помещений на улице Rue Saint-Sulpice*. Леа сказала, что на свадьбу своей старшей сестры хочет выбрать нечто особенное, поэтому решила примерить пару платьев одного молодого дизайнера. Этот бутик единственный в своём роде, поэтому найти что-то по-настоящему особенное не составит труда.       Интерьер зала, в который они вошли радует глаз: спокойные тона и современная мебель. Смесь изящного оригинального стиля с последними тенденциями смотрится очень выгодно. Сразу видно: владелец с любовью относится к своей работе. Присутствующая здесь девушка-консультант показала пришедшим стойки с одеждой, каталоги и отдельную комнату в качестве примерочной. Кроме Адриана и Леа в столь поздний час посетителей нет.       Агресту очень нравится представленная здесь одежда. Невольно вспомнился отец: он очень любил это дело.       Окружающие его предметы гардероба поистине являются произведением искусства. Леа всегда обладала хорошим вкусом и знала, что надеть на мероприятие. При помощи работницы магазина, выбрав несколько платьев, Леа отправилась в примерочную.       Первый вариант им обоим не приглянулся: то ли фасон не по фигуре, то ли цвет плохо сочетается с оттенком волос Леа. Она отдаёт платье Адриану, но девушка-консультант куда-то отошла, и поэтому он так и сидит в кресле напротив примерочной с вещью в руках. От скуки его взгляд натыкается на ярлычок.       Он и вправду совсем не посмотрел названия бутика. Интересно, кто создаёт такие замечательные мини-коллекции? На бирке красуется надпись: «Marie Coccinelle» **. Вдруг голос Леа прерывает его размышления:       — Адриан, я готова, посмотри это, пожалуйста.       Почти осознав, где он находится, Адриан на ватных ногах подходит к примерочной и оглядывает Леа с головы до ног.       — Тебе очень к лицу и по фигуре село, но вот V-образный вырез не совсем твоё. Может следующее попробуешь?       — Ты прав, с моими плечами такое не носят, но меня пленила вышивка. Тогда ещё одно, — поворачиваясь обратно к зеркалу говорит девушка и закрывает штору примерочной.       Адриан кивает и отходит снова к вешалкам с одеждой, чтобы ещё раз взглянуть на имя дизайнера. Нет, ему не показалось… Сердце падает в пятки. Таких совпадений ведь не бывает? Ведь не могло произойти так, что они зашли именно в Её бутик? Сзади снова доносится голос Леа:       — Адриан, посмотри, я готова.       Он снова подходит к примерочной.       Взглядом знатока, Агрест снова оглядывает девушку и жестом показывает ей повернуться. Леа поворачивается спиной, демонстрируя изящную ассиметричную юбку.       Слышится звук открывающейся входной двери.       — Как тебе это? — спрашивает Леа, красуясь перед зеркалом и Адрианом.       — Прекрасно. Будто эксклюзивно для тебя шили.       Стоя спиной ко входу, краем уха он слышит стук каблуков о паркет и голос вежливо с кем-то разговаривающей работницы: «Ещё не всё, у нас поздние посетители, платье подбирают. Во втором зале».       — А мне кажется в талии жмёт, — с сомнением в голосе произносит его спутница.       — Не переживай, тебе же размер в размер подошьют. С каких пор ты такая чувствительная?       — То есть, свадьба сестры — недостаточная причина для чувствительности? Это ты слишком равнодушен ко всему.       Адриан лишь пожимает плечами, будто говоря: «Ну, что тут поделаешь».       Леа ещё раз оглядывает себя в зеркало и неуверенно спрашивает:       — Может быть, предыдущее?       Он понимает, что подруга, как всегда, не совсем уверена в себе, и решает её переубедить, искренне не понимая, чем она недовольна, ведь платье сидит просто идеально. Поэтому, положив руки ей на плечи и смотря в зеркало, он ласково говорит:       — Не придумывай, ты сногсшибательна в нём, Леа. Давай уточним детали пошивки, и купим именно это.       Леа лишь кивает ему в ответ, мягко улыбаясь.       Подошедшая к ним девушка-консультант деликатно произносит:       — Мы будем рады подогнать платье под ваш размер. Тем более, вам очень повезло: дизайнер только что пришла, и с удовольствием вас проконсультирует поподробнее.       Девушка указывает рукой на дверь, и Адриан медленно оборачивается, смутно осознавая, что последние пару минут он спиной чувствовал чьё-то присутствие.       Ну, разумеется. Ну конечно же. Это она. Маринетт. Удивленная и крайне расстроенная. Адриан будто на автомате порывается взять её за руку и всё объяснить:       — Это не то что ты подумала. Это, это…       — Извини, Бри, я зайду утром, — сообщает своей подопечной Маринетт и, не удостоив Адриана даже взглядом, стремительно выбегает из зала. А ведь он и предложение не успел закончить…       Сейчас не важно, что он обещал помочь Леа с выбором платья и что потом они хотели поужинать вместе. Неважно, что бегать в приличном заведении нельзя. Неважно, что они поссорились ещё вчера. И что он даже не успел ничего обдумать. Важно лишь снова её не упустить.       Вслед за Мари Адриан выбегает на улицу. Она направляется к автомобильной стоянке неподалёку. Он бежит следом, окликая её:       — Мари, подожди, прошу!       —…       — Маринетт, умоляю, стой!       Но, добежав до автомобиля, она быстро садится за руль, хлопает дверью и уезжает. Будто её здесь и вовсе не было.       Отлично! Теперь она принимает его за бабника. Ведь и дня не прошло с их ссоры, а он уже здесь с Леа, выбирает ей платье, обнимает за плечи, да ещё и в собственном бутике Маринетт. Ну конечно же! Все должно было произойти именно так. Почему он такой неудачник по жизни?

***

      Агрест извинился перед Леа, оставив её одну в бутике и, сославшись на срочные дела, уехал домой. Дома он первым делом решил найти мобильный Альи, потому что Мари его звонки сбрасывает, а в мессенджере не отвечает. Наконец-то, он нашёл номер Сезер на письменном столе, который почему-то не внёс в список контактов.       Беспокойно ходя по комнате, он обеспокоенно ждёт, когда Алья возьмёт трубку. Спустя несколько гудков до него доносится радостный голос подруги:       — Привет, Адриан! Какие люди и как поздно.       — Прости, Алья. Мне срочно нужна твоя помощь: можешь, пожалуйста, дать мне второй номер Маринетт, или её почту, или… Или я не знаю, что, но мне нужно с ней связаться. А домой без спросу не явишься. У неё Эмма, к тому же…       — А, ты об этом. Ну, как бы, понимаешь… Не знаю, что там между вами произошло, но Маринетт мне запретила давать её контакты тебе. Она заранее сказала, что ты возможно попросишь. Прости, Адриан, ничего личного, просто в первую очередь я её лучшая подруга.       — Запретила?.. Д-да, Алья, разумеется, без обид. Ты права.       Он прекрасно понимает Маринетт: чересчур резко он отреагировал тогда на её слова. Но теперь сдаваться нельзя!       — Адриан?! Ты пропал куда-то, — слышится из телефона взволнованный голос Альи.       — Прости, я здесь… Тогда… Можно я тебе свои контакты оставлю? Вдруг она передумает. Скажи, что я буду ждать сколько угодно, хорошо?       — Хорошо.       Адриан дал Алье и адрес электронной почты, и номер рабочего телефона, и со страниц в соц. сетях добавил её в друзья. Даже адрес квартиры дал. Может быть, это было уже слишком… Но чем чёрт не шутит — может быть, Мари передумает.       Как он вообще мог обижаться на неё? Раньше он на любые её замечания, на любые её действия отвечал положительно, если только это не касалось её желания в одиночку сразиться с очередным злодеем. А теперь? Да, это естественно — испытывать злость в такой ситуации, ведь он так долго носил в себе отравляющие жизнь эмоции. Ему уже стыдно: на Маринетт просто невозможно долго злиться. Да и не на неё он зол, а скорее, на себя самого. На них. На то, что они не доверяли друг другу, боясь причинить боль. А ведь это и было эгоизмом. Не так всё должно было произойти. Не так.       Они так глупы и слепы. Всю юность Леди была рядом — и в коллеже, и в лицее. Только руку протяни. Выходит, они лишь зря страдали от безответных чувств. Нельзя наступать на одни и те же грабли: в этот раз он не сдастся.

***

      Прошло уже две недели, а он так и не встретился с Маринетт. Казалось, что после 15-ти лет ожидания встречи со своей Леди подождать несколько дней, месяцев или лет будет совсем не трудно. Но эти две недели он никак не может найти себе места. Сказать легко, а вот сделать. Адриан ненавидит себя за свою слабость и безволие. Ненавидит, но всё равно не понимает, что невыносимо снова ждать. Она так и не написала.       Кажется, что всё тревожащее его годами в один миг вернулось, раскромсав счастье, уже маячевшее на горизонте. Она была так близко. И всё снова пошло под откос. Как тогда… Вот только тогда он держал всё в себе, а теперь решил высказаться. Видимо, невезение Нуара никуда не делось с годами: что ни делай, Леди так и останется недосягаемым наваждением. Прекрасной иллюзией, сном… Гораздо легче наблюдать собственную жизнь со стороны, оставаясь в тени. А такое возможно лишь в воспоминаниях. Если этот город и дальше будет маячить перед глазами, давя на больное своей реалистичностью, заставляя сердце сжиматься от безысходной тоски по упущенному, то он, наверное, сойдёт с ума.       Сейчас Мари, видимо, не готова представить его Эмме в качестве родного отца. Может быть через несколько месяцев. Возможно, если они сделают перерыв, то он ещё раз поговорит с ней, извинится и попробует заново. А пока ещё не время. Представителя AMM*** приглашают на выставку в США, а раз такое дело, можно и самолично её посетить… Спасибо Натали, которая так быстро всё организовала. Утром уже вылет.       Значит, последний раз в этом году он смотрит на летний вечерний Париж, стоя на террасе-балконе.       Смешно. Прошло много лет, а он так и остался слабаком. Не смог вынести эмоционального накала. Сбежал. А теперь Маринетт сама же предупредила друзей не давать ему своих контактов. А Эмма. Да он совершенно её не знает и не имеет права навязываться. Может, когда-нибудь Маринетт сможет его простить, и они будут хотя бы друзьями? Может, когда-нибудь ему удастся поздравить Эмму с днём рождения, не скрывая, что он её отец?       А пока нужно уехать и не видеть этот треклятый город, который теперь ещё живее напоминает бывшему Нуару о том, какими счастливыми были его подростковые годы. О том, как хорошо он провёл последние два месяца, и о том, как он снова потерял ЛедиБаг.       Все приготовления уже произведены. Чемоданы стоят в прихожей, Натали заедет^ в 10 утра. Через несколько часов, он уже будет спать в комфортном сидении самолёта…       С балкона хорошо виден оживлённый, даже в такое позднее время, город. Улица возле дома пуста. Где-то пищит сирена. В остальном, всё тихо. Даже звуки шагов редких прохожих эхом доносятся до последнего этажа, на балконе которого стоит Адриан. Слышится хруст гравия под колесами подъезжающей к дому машины.       Интересно, кто так поздно приехал сюда и зачем? Здесь всего несколько квартир, и этот автомобиль он видит впервые.       Кто-то хлопает дверцей автО. Отсюда в сумерках не разглядеть лица. Через минуту резкий звонок домофона, раздающийся на всю квартиру, заставляет Адриана вздрогнуть от неожиданности.       Неужели к нему? Этот автомобиль ему знаком. Это же…       Он срывается с места.       «Быстрее!»       С балкона — в комнату, а оттуда — в коридор. В несколько шагов Агрест оказывается у входной двери и нажимает кнопку домофона. Он уже знает, кто это.       «Быстрее!»       Из квартиры на лестницу… Два лестничных пролёта.       И запыхавшаяся от бега Маринетт всего на несколько ступеней ниже. Сердце замирает. Взгляд любимых голубых глаз — мурашками по коже.       Она с разбегу падает в его объятия. Слышно как бешено колотится сердце. Тяжёлое дыхание Маринетт обжигает шею. Будто это последние в их жизни объятия. Крепче… Чтобы никогда не разлучаться.       Он поднимает её на руки и несёт в свою квартиру, а она и слова проронить не успевает.

***

      Они так и стоят посреди комнаты, не в состоянии отвести взгляд друг от друга.       — Адриан, — слетает с губ его любимой.       То, как она произносит это — ласкает слух.       — Маринетт.       — Ты уедешь утром? — подходя ближе, с разочарованием в голосе спрашивает она.       — Нет. Я никуда не уеду. Я останусь, только… Только не уходи.       Он слышит умоляющие нотки в собственном голосе. Все ещё не верится, что его Леди сама пришла сюда.       — Не уйду, если позволишь. Прости меня, пожалуйста.       — Тссс, тише, — нежно обнимая её, шепчет Адриан, — слушай Мари: единственный, кто должен извиняться — это я. Прости меня. Я так ждал тебя, а потом вспылил. Ушёл и нагрубил. Ты имеешь полное право оборвать все связи со мной, но я прошу тебя остаться со мной.       — Я остаюсь, слышишь? — шепчет в ответ она, бережно беря его лицо в свои руки.       —…       — Я здесь, Кот… Только пообещай: никаких извинений. Мы забудем всё плохое и оставим только хорошее.       Она так самозабвенно произносит его имя… Сердце разрывается от счастья.       — Хорошо, моя Леди… Как скажешь, никаких недомолвок и обид.       Она нежно шепчет ему прямо в губы: «Да, будем доверять друг другу».       Он боится, что сейчас эта иллюзия растает как сон. Маринетт в его объятиях, её губы так рядом и дыхание так близко. Не отпускать, не сводить взгляда.

Black Lab — «This Night»

      Вкус поцелуя — дрожью в теле. Тепло талии в руках. Исступленный стон. Он не помнит, как они оказались на его кровати. Трудно сконцентрироваться, но не хочется, чтобы всё быстро закончилось. Нужно действовать медленнее.       Хаотичная россыпь поцелуев. Ключицы. И шея. Ресницы, плечо. Осторожно, будто боясь причинить ей боль, Адриан снимает с Маринетт одежду. Её стройное тело покрывается мурашками.       Он тонет в родных глазах. Каждое его движение будто сама нежность… Он ощущает влажный поцелуй её мягких губ на шее. И горячие руки на своей спине. Обхватывает Маринетт за запястья, не давая вырваться из плена его рук. Трепетный поцелуй в губы. Легкий укус в ключицу. И ниже.       Аромат её кожи, такой до боли знакомый. Её стон порождает какое-то щемящее чувство в груди. Сейчас.Он хочет почувствовать и запомнить каждую частичку, каждую клеточку её тела. Языком он нежно касается её сосков, мягко посасывая каждый губами. Медленно двигаться вниз, растягивая мучительное вожделение. Обвести языком вокруг пупка и поцеловать ещё ниже.       Он опаляет её лобок своим горячим дыханием. Её наивные попытки вырвать запястья из его рук смешны. Она должна почувствовать всю любовь, которую он так долго вынашивал в себе. Его губы невесомо касаются клитора, а язык медленно круговыми движениями начинает двигаться. Стон любимой мутит рассудок. Продолжая движения языком, он снова ощущает беспокойство её рук. Теперь можно спуститься ещё ниже… Проскользнуть языком внутрь… Медленно и по кругу. Мокро и горячо.       — Адриан, прошу… — доносится до него хриплый голос Мари.       Он продолжает сладкую пытку, чувствуя губами пульсацию. Вернувшись к клитору, он крепче прижимает запястья Маринетт к кровати. Чтобы она не вырвалась. Или из-за того, что он сам себя еле сдерживает. Язык ускоряет сладостную пытку. Вот так, чтобы она не забыла. Её бёдра движутся ему навстречу. Она замирает на пару секунд, и дрожь проходит по всему её телу… Сладкие стоны и сбившееся дыхание Маринетт. Её ноги, как и тогда обхватывают его шею. Он раздевается и ложится рядом. Маринетт целует его в губы, не в силах произнести ни слова. Он чувствует её руки на своём члене.       Скользнуть языком в её рот и ощущать тепло внизу живота. Она тоже будто дразнит его. Спускаясь ниже. Вот её губы на его плоти, и это сводит с ума. Её рука и язык творят что-то невообразимое. Слишком горячо. Желание поглощает почти целиком. Но не так он хочет закончить этот вечер.       Нежно обхватив любимую за голову, он отстраняется и одним стремительным движением кладёт Маринетт на спину. Открыв верхний ящик прикроватной тумбочки, он достаёт блестящую упаковку.       — Я тебе помогу, — произносит она.       — Лежи, я сам, — отвечает Адриан и, быстро управившись с делом, оказывается сверху Мари.       Как же хочется заставить её ещё раз дрожать от удовольствия. Её стройные ноги на его плечах. Поцелуй в висок, и он медленно входит внутрь. Аккуратно, будто дразня. Ещё один толчок. Медленные и глубокие движения. Капелька пота падает на её грудь с его волос. Это так возбуждает. Мучительная неспешность движений. Влажный и чувственный поцелуй. Накатывающая волна наслаждения.       Толчок за толчком приближается он к своей цели, почти не в силах сдерживаться. Растянуть удовольствие, медленно выходя из неё и входя до самого основания. Смотреть на её румянец на щеках, и стонать вдвоём. Желание раскатывается по всему телу, достигая каждой части тела Адриана. Он упивается этим сладостным счастьем.       Дыхание в унисон. Поймать губами сладкий стон Мари. Слишком жарко и мучительно медленно. Он пылает. Её движения бёдрами навстречу будто зовут двигаться быстрее. И Адриан уже не в силах сдержаться. Он наращивает темп, сжимая Мари в своих крепких объятиях. Её жаждущие губы, сбивчивое дыхание и запах кожи. Он двигается неумолимо быстро. Почти. Будто маленькие разряды по всему телу. Ощущая её укус у себя на шее, её пульсацию изнутри, он, наконец, изливается, выгибаясь в спине. Чувствуя, как сильно Леди сжимает его в своих объятиях, дрожа всем телом.       Солнце давно село, и окна закрыты. Нет предзакатных лучей, заглядывающих в эту спальню, и складки тюля не колышутся на летнем ветерке. Её голова, покоится на широкой груди бывшего Кота Нуара… Его рука, мягко обнимает плечи своей Леди… Тишина. Слышно лишь размеренное дыхание двух влюблённых…       Сон героев Парижа сладок и безмятежен.