Наша великолепная жизнь

Наступили теплые апрельские дни. Погода так и манила учеников прогуляться по прекрасным окрестностям Хогвартса, но плотный график и подготовка к июньским экзаменам практически не давали студентам такой возможности. В последнее время львиную долю свободного времени Лили и Эльзы занимали тренировки по квиддичу и домашние задания. Времени порой было так мало, что приходилось сидеть в библиотеке до самого ее закрытия, а после ещё и доделывать работу до поздней ночи в гостиной. Лили, Эльза и Марго, пришедшая на их тренировку, задержались в раздевалке на поле для квиддича. Марго — смуглая субтильная девушка с огромной копной мелких беспорядочных завитушек на голове. Именно она была вечным эмоциональным двигателем, настоящей душой компании и за это все её очень любили. При виде подруг лицо гриффиндорки всегда озаряла широкая улыбка, подчеркивающая четкость ямочек на щеках. Подругам в последнее время удавалось поговорить о чем-либо кроме учебы крайне редко, поэтому они решили воспользоваться этим моментом и не спешили вернуться в замок. Тем более, что в ближайший час здешнее помещение обещало быть пустым. Вплоть до начала тренировки сборной Слизерина. За это время они собирались вдоволь обсудить некоторые события своей жизни и даже немного посплетничать. — Джастин… поцеловал меня, — немного робея сказала Марго. Имела ввиду высокого симпатичного мулата с очаровательной улыбкой и веселым нравом. От воспоминания о нём сокурсница улыбнулась, а её темные озорные глаза метались от одной девушке к другой. — Додружились? Наконец-то. Я от вас другого и не ожидала, — хихикнула Лили. Эльза тоже порадовалась за подругу и улыбнулась ей, но скоро задумчиво свела графитового цвета брови и начала медленно бродить по раздевалке. Выглядела она весьма задумчиво. — Точно, — весело ответила Марго, которая вовсе не была против этого поцелуя, поскольку тоже испытывала к Джастину теплые искренние чувства. — Додружились, — вторила она, глядя на то, как Лили с ногами умащивается на скамейку. — Давно пора, — ухмыльнулась блондинка и медленно направилась в противоположную от подруг сторону. — Давно пора, но кто бы это говорил, — тихо и с укором сказала Лили. Слова намеренно были сказаны ею так, чтобы их смысл не был услышан светловолосой девушкой, но вот Марго расслышала каждый звук. Точно так же она поняла скрытый подтекст и не могла не согласиться с Поттер. — Я уже думала, что этому не бывать, — сказала Криви, из чего стало понятно, что предыдущую фразу, в которой Лили имела в виду динамику ее отношений с Альбусом, она не слышала. Девушка не подозревала, что роет себе яму. — Да ладно! — выразительно и от души эмоционируя, Поттер даже не попыталась скрыть упрек. Как только Эльза поняла на что они намекают, сразу перешла перевести тему и перешла в наступление: — Ну, а ты? Что у тебя, Лили? — театрально полюбопытствовала она и присела возле подруги. — Мне показалось, что тебе кое-кто очень даже небезразличен. Или этому не бывать? — будто передразнив, настойчиво спросила сокурсница, а в воздухе повисло некое напряжение. Поттер хмыкнула от нелепости услышанного, но сердце всё же подпрыгнуло и, казалось, сделало переворот. Она меньше всего хотела, чтобы кто-то, пусть даже самые близкие подруги, знали о том, что стена между ней и Малфоем, возводимая на протяжении нескольких лет, трещала по швам. Лили опустила взгляд на ноги и искала в себе ответ на этот каверзный вопрос. — Если речь об этом напыщенном слизеринце, то я с уверенностью могу сказать, что ты ошибаешься. Я скорее проведу целую неделю в компании Филча, чем буду испытывать к нему хоть какую-то симпатию, — соврала Лили, стараясь придать своей лжи натуральные краски. — Чтобы вы знали, мне просто хорошо удаётся делать вид, что я его терплю… И вообще, мне кое кто нравится… Кое кто нормальный, — добавила она, делая акцент на последнем слове. Марго и Эльза переглянулись. Лили порядком занесло. Обе отрицательно покачивали головами, показывая, что ни капли не поверили ей. Последние несколько недель общение Скорпиуса и Лили стало не таким, каким было раньше: они практически не ссорились, часто проводили время в одной компании, смеялись над шутками друг друга и вели себя довольно дружелюбно. Лили несколько раз поочередно посмотрела в их лица, нервно потерла рукой поджатые губы и потянулась за своей сумкой. Хотела пресечь эту тему на корню. — Нам пора идти, — сказала она, дав понять, что не хочет об этом больше говорить. Марго и Эльза не были против, поскольку понимали, что со своими противоречиями может справиться только она сама. Заговорив о прошедшей тренировке, подруги медленно поплелись в Хогвартс. — Кое кто нормальный значит?.. Хорошо, Поттер, — ехидно ухмыльнувшись, подумал Скорпиус и шагнул из-за входных дверей. Там он по стечению обстоятельств находился уже несколько минут. Решив сегодня прийти на тренировку раньше остальных слизеринцев, стал невольным свидетелем услышанного.Смотря в след удаляющимся гриффиндоркам, молодой человек прищурился и вздернул подбородок. Всё в нём свидетельствовало о заинтересованности и недовольстве случайно подслушанным разговором. — Ну раз так, будь по-твоему, — решил Малфой, злясь на неё, но и на самого себя. За то, что в последнее время, находясь в обществе Лили Поттер, впервые в жизни понемногу терял бдительность.

***

— Да сколько же можно? Слушай, если ты этого не сделаешь, я сам возьму все в свои руки, — сказал Скорпиус, расхаживая по заброшенному помещению с кучами пыльного ненужного хлама в виде стопок книг, поломанной мебели и прочего школьного инвентаря, который уже отслужил свое. Друзья находились в бывшем кабинете по Защите от темных искусств, который сейчас больше напоминал склад. Это помещение ребята часто использовали для обдумывания своих тайных планов и бесед, поскольку сюда никто и никогда не заходил. — Знаешь, это не так и просто, — отозвался Альбус, потирая ладонью костяшки своих пальцев и наблюдая за тем, как на лице Малфоя появляется легкая издевка. — То есть встреча с тремя акромантулами для тебя сущий пустяк, а простое признание — сложно? — округлив серебристые глаза, статный юноша не на шутку удивился. — Видишь ли, — улыбнулся Альбус, — шандарахнуть остолбеняющим заклинанием намного легче, чем…  — Чем пригласить куда-то Криви? О, брось! — чуть не хохотал Малфой. Ему было почти дико видеть всегда уверенного и порой чрезмерно решительного друга таким вот озадаченным. — Да между вами и без того давно всё понятно. К тому же она будет посимпатичней любого даже самого милого двухметрового паука, — шутил он, — с каких это пор ты начал побаиваться красивых маленьких девушек? Помнится мне на прошлогодней рождественской вечеринке подобных проблем у тебя не возникало… — Не напоминай, — потирая ладонью сморщенный лоб и стыдливо улыбнувшись себе под нос, Альбус пытался не вспоминать событий того самого вечера, где под шум гулянки имел неосторожность дать зеленый свет одной из своих воздыхательниц. К слову, их отношения с третьекурсницей Эльзой криви на тот момент было очерчено лишь дружеской чертой и завуалированной симпатией, что в силу возраста девушки было весьма логичным, но Альбус был уже на пятом курсе и тяга к прекрасному полу давала свои первые значимые проявления. Повисла пауза. Скорпиус ещё пару раз прошелся вдоль огромного дубового шкафа и склонился над поцарапанным столом, за которым сидел его лучший друг. Он внимательно смотрел на Альбуса, пронизывая его своим самым серьезным взглядом. — Слушай сюда, — протяжно выдохнув, Скорпиус приготовился привести парочку убедительных доводов, — ей пятнадцать, не десять. Больше нет той милой курносой девочки, которую ты, возможно, до сих пор видишь перед собой. И если ты ничего не сделаешь, то в скором времени она будет прогуливаться по Хогсмиду с веселым симпатичным брюнетом, но это будешь не ты, Поттер, — спокойно закончил друг. — Нетушки, — потянув в ухмылке один уголок рта, уверенно изрек он. Альбус качал головой, ревниво отрицая предположение лучшего друга. Этот рычаг давления был беспроигрышным вариантом и привел к последней капле терпения Поттера, а на лице Скорпиуса уже появлялась самодовольная улыбка.

***

— Они как будто с ума все сошли, — гневно изрекла Эльза, захлопывая книгу «Лучшие зелья для бытового использования», — экзамены только через полтора месяца, а у меня уже голова кругом от этого, — негодовала ученица. Кивала на огромную стопку книг на столе в гостиной Гриффиндора и шумно вдыхала полную грудь воздуха. — Еще немного и библиотека мадам Пинс перекочует к нам в гостиную, — согласно закивала Лили, затягивая свои волосы в тугой узел и садясь на диван перед пустым камином. Последние две недели профессора задавали своим ученикам непосильные задачи. Профессор Бинс велел написать огромный реферат на тему: «Пропавшие древние магические артефакты», а профессор Робардс пригрозила дополнительными часами в библиотеке всем, кто не сможет на следующем уроке по трансфигурации поменять цвет своих волос. — Легко ей, она же метаморф, — возмущалась Эльза. — Говорят, это очень редкое явление. — Да, это точно. Папа говорил, что сейчас в Англии известно около пятнадцати живых магов, обладающих таким даром. Среди них и мой Тедди Люпин и его прелестная доченька, — тепло улыбнулась Лили, вспоминая своего веселого кузена, который уже превратился в настоящего мужчину, женился на хорошей девушке и стал замечательным отцом. Единственным интересным занятием за всё время стал урок зельеварения. Профессор Слизнорт делал студентам четверокурсникам вводный курс по зельям долговременного приготовления. На ряду с остальными было зелье Амортенция — сильнейшее приворотное зелье. Производя фурор среди девчонок, оно стало изюминкой урока, а компания пуффендуек уболтала таки профессора Слизнорта и тот разрешил каждому в классе сделать по небольшому вдоху над стеклянной колбой с перламутровым содержимым. Амортенция раскрывала свою сущность тремя ароматами. Они могли меняться с годами, в зависимости от того, что нравится. Поттер, которая уже была знакома с этим зельем, отнеслась к происходящему без особого энтузиазма: летом перед первым курсом девочка гостила у дедушки и бабушки в Норе и отдел Артура Уизли тогда активно занимался конфискацией незаконных зелий. Очень часто, по окончании рабочей смены, зелья приходилось оставлять у себя до выяснения обстоятельств. Тогда Лили упросила бабушку понюхать его. В одиннадцать лет Амортенция пахла сначала карамелью, потом смесью запахов цветов, свежей выпечки, и свечей — так пахло в Норе; третьим запахом был петрикор — землинистый запах воздуха после дождя. В пятнадцать лет зелье все так же пахло карамелью и запахом дождя, а вот третий и самый слабый аромат девушка совсем не узнала, но он явно был ей знаком. Это просто была смесь древесного запаха, цитруса и слабый аромат какао бобов. На ум ничего не приходило. Решив, что она слышала его в каком-то из любимых магазинов Хогсмида, Лили не обратила на это никакого внимания, а вскоре так и вообще забыла об этом. — Ну, с чего начнем безграничный мозговой штурм? — безрадостно спросила Эльза. — С начала, — безрадостно откомментировала девушка. — Нам еще повезло, — выдохнула Лили, — Роуз вообще из библиотеки не выходит все свободное время, на старшекурсниках отрываются по полной программе. А еще обязанности главной школьной старосты. Не представляю, как она справляется. — Как и Малфой. Им обоим сейчас нелегко. Альбус тоже постоянно занят? — как бы про между прочим спросила Эльза. После слов о Малфое Лили задумалась. В последнее время их отношения, которые, казалось, переросли в более или менее дружеские, резко пошли на спад. Чаще всего он был занят и где-то пропадал, но при встрече не проявлял былого радушия: был сдержан, отвечал суховато и с присущей ему язвинкой, или вовсе игнорировал Лили. После такой странной перемены отношения гордость девушки взыграла, и та приняла такую же позицию. Теперь все стало как прежде. Поттер посчитала, что это как раз к лучшему. Во всяком случае теперь всё точно на своих местах. — Я уже неделю толком не видела Ала. Только в Большом зале, но и оттуда он со своим дружком очень быстро сматывается. Почему ты спрашиваешь? — поинтересовалась Лили, желая услышать это из уст подруги, хоть сама знала ответ на свой вопрос. — Просто…  — впадая в краску, неубедительно пробормотала она. — Просто?.. — переспросила Лили, не отводя взгляда с небесно-синих глаз подруги. Она смотрела так внимательно, как будто хотела сквозь них увидеть, что же там творится в белокурой голове. Лили разглядывала Эльзу и лишь улыбнулась. Она давно знала о чувствах брата. Это сложно было не заметить, но они никогда об этом не разговаривали. К слову, к пятнадцати годам Эльзу никто из ребят толком не заинтересовал, хотя кандидатов хватало. У Альбуса же были некие подобия отношений с парой девчонок, но длилось это не очень долго и было несерьезным, ведь настоящая причина его грез сидела сейчас рядом с его сестрой. Как бы то ни было раньше, но в этом году стало иначе. Лили еще до рождественских каникул стала замечать интерес Эльзы к ее брату. Девушка слишком хорошо знала подругу. И все знаки внимания, которые та пыталась скрыть ото всех, были для нее не тайными. Понимала, но вмешиваться не смела. Пусть сами разбираются. — Пойдем в библиотеку, мне нужно вернуть половину этих книг, в них все равно нет ничего нужного, — вставая с дивана, сказала Криви, найдя заодно предлог, чтобы избежать вопросов об Альбусе. — Пойдем, — согласилась Лили. — Избавимся хоть от части этого захватывающего чтива. Заранее поделив внушительную стопку книг, обе покинули гостиную и спустились по главной лестнице. По коридору четвертого этажа шли молча, погруженные в свои мысли. Солнце пробивалось сквозь стекло окон, согревая своими лучами холодные каменные стены и роняя на пол ровные полосы. Дойдя до резкого поворота, девушки одновременно испуганно ахнули. В пустом коридоре послышались глухие хлопки падающих на пол томов. На них кто-то налетел на неприемлемой для школьных правил скорости. — Ал, — возмущенно проговорила Лили, оценив ситуацию, — зачем же так лететь? Девушка внимательно посмотрела на брата, чуть не сбившего ее с ног, после чего, перевела взгляд на его спутника. Конечно, им оказался Малфой. Он столкнулся с Эльзой не так сильно. Об этом свидетельствовало пару книг, которые все же остались у нее в руках. — Привет, — брюнет перевёл взгляд с сестры на смущенную внезапной встречей Криви и широко улыбнулся мягкой обаятельной улыбкой. Немного помедлив, он кинул короткий вопросительный на Малфоя, но тут же вернул его гриффиндорке. — Можно тебя на секунду? — не дождавшись ответа, уже брал девушку за запястье. Взяв из ладошек оставшиеся пару томиков, не глядя втюхал их лучшему другу и потянул девушку в соседний изгиб коридора. Наблюдая за происходящим, Лили заметила волнительный настрой подруги и как у той чуть дрогнули руки, когда парень прикоснулся к ней. Похоже, Альбусу сейчас меньше всего были нужны посторонние глаза и уши. Лили ухватила блондина за край мантии и потянула его к рассыпавшимся на полу учебникам. — Ну здравствуй, — Ал перевёл взгляд с сестры на смущённую внезапной встречей Криви. Не дожидаясь реплики Скорпиуса, Поттер первая задала тон беседы:  — Не хочешь снять с себя баллы за гонки в коридоре, Малфой? — колко поинтересовалась она. Не дожидаясь ответа, девушка присела и уже подбирала с пола рухнувшие книжные башенки. — Минус десять очков Слизерин, — сказал Скорпиус, а Лили невольно замерла. Это был первый случай, когда кто-то из старост снял баллы с собственного факультета за свой же проступок. Замерев, глядя на него снизу вверх, гриффиндорка как будто пытаясь услышать, как после его слов в Большом зале из высокого стеклянного сосуда переместились вверх десять изумрудно-зеленых камней. — Довольна? — ухмыльнулся Малфой, довольствуясь реакцией на его слова. Помимо прочего он тоже снизошел к помощи, но делал это будто неохотно. — Я предпочитаю честность во всём, Поттер. Знакомое слово? — отвечая на ее немой вопрос, ответил он. Явно намекал на что-то конкретное и совсем не прозрачно, но на что? Лили же не знала, что в этот самый момент он осуждает её за ту самую злосчастную реплику, сказанную ею в раздевалке. Осуждал и по праву, ведь если сказанное ею правда — тогда она лгала ему, притворяясь в дружелюбном настрое, а если сказанное — ложь по отношению к нему, тогда Поттер врет сама себе. — Хм… С каких это пор ты и слово честность встречаются в одном предложении? Разве что с частицей «не», — деловито размышляла гриффиндорка. Малфой лишь лениво закатил глаза. Даже не посчитал нужным отвечать. Они почти закончили собирать с каменного пола книги. Оба думали сейчас о своих друзьях. Скорпиус аккуратно положил том «Зелья высокогорья» на безобразного вида книгу о магических растениях. — С утра хлебнули по кружечке зелья храбрости? — тихо спросила она и покосилась в ту сторону, где минутой ранее исчез Альбус. Лили не горела сильным желанием поболтать, но интерес опять перевесил. — Поттер, видишь ли, не всем нужно подобное зелье. Но если учесть то, что ты первая со мной заговорила, я могу сделать вывод, что свою утреннюю порцию ты уже выпила. — Они уже сложили книги в одну стопку, оставив ее на полу до возвращения Эльзы. — Ты думаешь я боюсь тебя? — чуть не фыркнула Лили и округлила глаза. Бронзовые брови взмыли так высоко, как никогда. Невероятный актерский талант, но снова ложь, поскольку именно от его присутствия и случайного уединения в пустом коридоре сердце участило бой вдвое. К тому же этот его прямой и пронзительный взгляд не сулил ничего хорошего. — В твою светлую голову не приходила мысль, что ты вызываешь лишь чувство безразличия? Но ты наверное просто привык к другому? Чтобы тебя уважали, или боялись, или боготворили… — Лили уже чувствовала поток растущего гневного жара, ведь чертовски раздражала сейчас эта самодовольная ухмылка напротив, — нет…ничего такого нет, — намеренно наигранно задумавшись, словно прислушиваясь к внутреннему голосу, Поттер вынесла свой вердикт и скривилась в будто извинительной гримасе. Надеялась задеть его своим полным безразличием. — Что? Совсем не страшно? — так же ухмыляясь, подыгрывал собеседнице Скорпиус. Использовал теперь мимику и обаяние на всю катушку. Прищурив глаза, юноша прикусил нижнюю губу и явно задумал какую-то каверзу. И скоро стало понятно какую: Малфой сделал медленный большой шаг вперед и почти прижался к ней. Нагло нарушив личное пространство гриффиндорки, смотрел на неё сверху вниз, дотянулся до руки и даже до талии, помешав ей шагнуть прочь или отпрянуть. Медленно склонился, почти пронзал до жути внимательным взглядом и теперь их лица были очень близко. Лили могла поклясться, что в тот момент она смогла бы посчитать все его ресницы, а в серебристо-серой окантовке черного зрачка виднелась каждая прожилка. Казалось, что он смотрит прямо в душу. Теперь, ощущая своё остолбенение, она действительно побаивалась. Мало ли что в голове у этого странного слизеринца. Лили даже грешным делом подумала, что тот использовал невербальное заклинание и именно оно заставило её так оцепенеть, но удалось немного поджать губы и пошевелить кончиками пальчиков, нащупавших рукав его одежды. Он всегда, за исключением зимнего валяния в снегу и случая с трансгрессией, соблюдал дистанцию и не позволял себе подобного. Но когда между ними было несколько слоев толстой одежды, а из карманов вываливался снег, это воспринималось совсем по-другому. Присутствие Эйвери тоже меняло всё до неузнаваемости. А как же тот поцелуй в щеку на ее День Рождения? Его она вообще не брала во внимание, спихнув в конечном итоге все на сильнодействующую микстуру мадам Помфри, которой он, по всей видимости, злоупотребил в тот вечер. Лили попыталась шагнуть назад и освободиться, но тщетно. Хват окреп, а на лице четко ощущалась теплота его близкого выдоха. — Не трогай меня, — хотела бы сказать громче, но еле пошевелила вмиг пересохшими губами. На автомате облизала их, но сделалось только хуже — его взгляд скользнул туда, где нежная кожа лица граничила с розовой кромкой. — Боишься? — он тоже шепнул это, нагловато, развязно, но и как будто соблазнительно. — Нет, — ответив, собрала всю свою смелость и гордость, но на деле было жутко неловко и волнительно. Её словно сунули в чужое тело. Гордость и сила духа взяли верх, но она сказала неверный ответ и Скорпиуса он, наверное, не устроил. Не на того напала, а вывести самоуверенную девчонку из себя теперь просто необходимость. — Вот видишь, Поттер, ты не такая храбрая, как тебе кажется, — замерев и намеренно выдерживая мучительную паузу, он искусно считывал её волнение. Теперь ухмылялся и явно играл с ее самолюбием. Ему удалось ее разозлить, усомнившись в ее отваге и твердости ее характера. Но девушка не собиралась давать ему повода насладиться победой. Собрала всю свою волю в кулак, растянулась в наигранной милой улыбке и потянулась к нему. Еще ближе. Будучи на половину головы ниже, особого трепета не внушала. Из-за этого подобный жест казался не таким впечатляющим, как у Скорпиуса. Тот в силу роста, мог буквально нависнуть над ней. Но ей было все равно, а спустя мгновение Малфой растянулся в блаженной улыбке. Девушка не собиралась сдаваться — теперь ее очередь навязывать правила: — Ты только не думай, что ты всем нравишься. Не думай, что ты какой-то особенный, — сказала Лили, глядя снизу вверх на его идеальное лицо. Настолько близкое, что видно каждую малюсенькую мимическую морщинку. — Ты — обычный манипулятор, который иногда удачно играет на эмоциях людей, — гневным шепотом продолжала она, сверля его глаза своими. — То, что я избегаю общения с тобой, говорит лишь о том, что я не хочу окружать себя такими личностями, как ты. Это совсем не значит, что боюсь. Скорпиус молчал. В моменты сосредоточения он был безумно красив: бездонные глаза, красивые чувственные губы, аккуратные и неподвижные мужественные черты. После затянувшегося молчания медленно наклонял к ней свое лицо и теперь между их взглядами было совсем мизерное расстояние. То, о котором Альбус и Эльза могли бы только мечтать. Когда парень заговорил, Лили вновь почувствовала, как его приятный аромат смешивается со сладким запахом карамельного ириса: — Лили Поттер, поверь мне, уж я-то точно знаю о том, кто и когда меня боится. Вот сейчас, например, ты меня боишься. Лили буквально бесила его самоуверенность. Она закрыла глаза и выдохнула. На это раз они были так близко, что Лили почти почувствовала кончик его носа на своей щеке. Она вздрогнула и плотно сжала свои уста. Его же губы растянулись в усмешке. Он добился желаемого. Этот напыщенный смазливый мерзавец перешел все мыслимые черты, чтобы добиться желаемого. —  И вот сейчас скажи, что тебе не страшно, Поттер, — медленно говорил он, наслаждаясь каждым словом. — Мерзавец, — беззвучно пошевелив губами, Поттер почти продавливала затылком стену позади себя. Даже не заметила того, что оказалась в ловушке. Внутри всё перевернулось. Он был прав. Это, конечно, не тот страх, который испытывает человек увидевший дементора, но это был страх. Когда между их губами оставались считанные миллиметры — он замер. У Лили тут же перехватило дыхание. Сейчас она ничего не соображала. Даже не смогла бы сказать чего ей больше хочется: чтобы преодолел последнее расстояние, или чтобы оставил её в покое. — Когда ты будешь готова к подобному, будет совсем не страшно, маленькая Поттер, — закончив фарс, юноша сделал большой шаг назад, оставив Лили в полном недоумении. С грузом непонимания и уязвленной гордостью, ведь ещё немного и потеряла бы голову. Сделал он это очень кстати, так как спустя несколько секунд из-за угла вышел Альбус. — Идем, — слова, сказанные Альбусом, казались такими же неожиданными и нереальными, как встретить единорога, мирно гуляющего в Косом переулке. Малфой выглядел невозмутимо, а вот Лили пришлось тряхнуть головой, чтобы прийти в себя. — Идем? — мягко и улыбчиво произнесла Эльза, не теряя румянца на щеках. Улыбнувшись Альбусу своей самой теплой улыбкой, блондинка нехотя отошла от слизеринца, а тот светился счастьем, как патронус в темноте. — Куда? — совершенно растерянно спросила Лили. Ответ был очевидным и Эльза лишь кивнула на две стопки лежавших на полу книг, но Поттер ничего не соображала. Лишь смотрела как облики слизеринцев исчезают за углом. Прежде чем исчезнуть Скорпиус Малфой повернулся через плечо и подарил на прощание самую свою хитрую ухмылку. Спустя несколько часов Марго и Эльза тихо посапывали в своих кроватях, а Лили никак не могла уснуть. Изучая потолок, она раз за разом прокручивала в голове то, что случилось сегодня. Она убеждала себя в том, что Малфой — последний человек, которого она готова поцеловать. Хитрый, подлый, вздорный… непредсказуемый, скрытный… К этому списку можно смело добавить его новый титул похотливый. О чем он только думал? Что на него нашло? Совсем с катушек поехал? Да Альбус с него три шкуры спустит если узнает, что друг тренируется в своем эмоциональном превосходстве на его сестре. Потратив на эти размышления целый час, Лили так и не смогла отвязаться от той мысли, что он ей небезразличен.