Глава 6
24 января 2018 г., 17:20
Течение нескольких последующих дней вносило свои коррективы: Поттер нашла в себе силы обрести некое успокоение, но в то же время нерешенность вопросов и груз вины натягивали нервы так, как натягивается в луке тетива. Сейчас, сидя поздним вечером на своём излюбленном месте в комнате, она наблюдала сквозь оконную раму на погруженную в ночные краски площадь Гриммо, но была отвлечена стуком в дверь и повернула голову.
— Входите, — мягко сказала она и немного удивилась такому позднему визиту.
— Не спишь ещё, хорошо, — шагнув через порог, бодро протараторил Альбус, — у меня есть к тебе предложение.
Девушка прищурилась. Даже не от полумрака, а от того, что при обычном раскладе все предложения Альбуса приводили к каким-то совершенно сумасшедшим последствиям.
— Только не предлагай мне больше помогать профессору Хагриду. Я его конечно очень люблю, но давай повременим со следующим визитом до сентября, — нервно улыбнулась она. Довольно свежо было воспоминание об их недавнем дружеском визите к великану. Было это парочку дней назад, но свежие ранки от Соплохвостов не давали об этом забыть.
— Нет, — посмеивался брат, — про визит угадала, но на этот раз не к Хагриду.
— К кому же? — не без интереса произнесла она.
— Ну… Скорпиус пригласил нас с Эльзой в гости. Его родители сейчас в Болгарии. Будет тесный круг приближенных и друзей, Роуз тоже будет. С нашими родителями я договорился, так что… Думаю, он будет не против если ты тоже придёшь. Во всяком случае, не прогонит же он тебя.
Лили просияла улыбкой. Она набросилась ему на шею, не дав толком договорить.
— Смотри, если ты вдруг не… — пошатнувшись, подначивал брат.
— Я иду! Когда? — опять не дав ему закончить мысль, выпалила сестра. Альбус широко улыбнулся.
— Завтра к девяти вечера мы должны быть у него.
— Завтра? Так скоро? — озвучивала мысли в слух девушка. — Хорошо, — решительно сказала Лили, но улыбка была такой широкой, что Поттера так и подмывало подшутить над сестрой. Пришлось вытолкать его из комнаты до того, как он начнёт набирать обороты. — Спокойной ночи, Ал.
С этими словами она закрыла перед его улыбающейся физиономией дверь, сделала пару шагов и упала на кровать, широко раскинув в стороны свои руки.
Та мысль, что уже завтра она его увидит, очень грела душу, но как теперь быть со всей этой ситуацией, которая сложилась между ними? Лили чувствовала себя виноватой за то, что не дала ему объясниться. За то, что так сильно обидела его.
«А вдруг ему больше не захочется иметь дело с такой малолетней дурочкой как ты, Лили? » — закрывая руками лицо, подумала она. Девушка так и лежала на кровати, прокручивая в голове предстоящую встречу. Она даже не заметила, как за всеми этими размышлениями начала погружаться в сон. Так и не поднимаясь с кровати, Лили крепко уснула до самого утра.
***
Утром за завтраком Лили сияла ярче лампочки. Вчерашние переживания немного отступили, и сейчас она была решительно настроена на сегодняшнюю встречу. Гарри Поттер, сидя во главе стола, завтракал и листал утренний выпуск газеты. — Отпрыск Эйвери тоже пропал, — напряженно сказал он. — Последний раз его видели на границе Англии около месяца назад. Лили внимательно посмотрела на отца, а потом перевела взгляд на брата. Альбус немного напрягся. Если бы папа узнал, что Ал зимой общался с ним, да еще и просил его трансгрессировать их, то серьезного разговора было бы не избежать. Лили пристально изучала брата, пока не встретилась с ним взглядом. Иногда ее бесила собственная способность хранить секреты, а вот для братьев это было незаменимым ее достоинством. Ал так и не признался ей, зачем они зимой встречались с ним в Хогсмиде, но новость о его пропаже его явно не очень порадовала. Позавтракав и завершив все свои домашние обязанности, Джинни и Гарри отправились по делам. Джинни исчезла в камине, а Гарри сегодня выходил через двери. Ему нужно было дойти до парка напротив дома, и трансгрессировать в Египет по каким-то делам, связанным с работой Джеймса. Можно было отправиться и из стен дома, но Гарри больше любил отправляться в дорогу по-магловски. Когда завтрак был закончен, Лили поднялась в свою комнату, села у окна, и открыла какой-то магловский журнал. У них дома время от времени появлялись подобные вещи, поскольку Джинни Поттер часто путешествовала, и ей приходилось носить магловскую одежду. Да и мантии уже порядком вышли из моды. Сейчас многие волшебницы предпочитали более изящную и обычную одежду, позволяющую не выделяться из большинства жителей Англии и мира. Полистав страницы, Лили разглядывала фотографии. На них никто не двигался, потому девушка совсем скоро сочла магловское издание весьма скучным и начала разглядывать людей на улице. Возле их дома проходила молодая женщина в нежно-розовом сарафане, который привлекал взоры всех девушек, желающих следовать канонам современной моды. До Поттер внезапно дошло, что она не знает, в чем пойти сегодня вечером в поместье Малфоев. Поднявшись со стула, Лили проследовала к большому светлому шкафу и распахнула его. На выбор наряда ушел целый час, но спустя это время она уже стояла перед зеркалом и была весьма довольна своим отражением. На Лили был надет красивый белый костюм из легкой атласной ткани. Состоял он из высоких шорт немного свободного кроя и топа с прозрачным кружевом на спине. Наряд был идеальным сочетанием нежности и умеренного откровения. Когда часы в гостиной Поттеров пробили половину девятого, Лили спускалась по ступеням лестницы. — Ого! Побереги моего лучшего друга, сестренка, — весело сказал Альбус, оценив внешний вид Лили. Девушка собрала волосы в тугой красивый узел, выпустив лишь пару длинных локонов, которые красиво падали на румяные щеки. — Если он захочет разговаривать со мной, — напряженно и расстроено сказала Лили. Альбус обошел её и, кинув взгляд на полуголую спину, громко зацокал языком. — Я с вас глаз не спущу сегодня, учтите, — сказал он. — Ты сегодня точно не сведёшь глаз с кое-кого, но я боюсь, что это будем не мы, — улыбнулась Лили, намекая на свою подругу. Сейчас она улыбалась, а в душе творился настоящий ураган. Что, если Скорпиус не захочет с ней говорить и слушать её? Лили не удивится, если тот просто не пустит в свой дом. — Ну что, пойдем? Нужно ещё за Эльзой заскочить. Лили только сейчас заметила, что Ал держит в руке какой-то сверток в серой упаковочной бумаге. Она уже было подумала, что это для Эльзы, но вряд ли бы Альбус стал облачать презент в такую тусклую обертку. Без четверти девять оба вышли из дома и дошли до парка. Альбус остановился, протягивая сестре немного расслабленную ладонь. Экзамен по трансгрессии он сдал на отлично, поэтому Лили не переживала. Тем более это был самый лучший способ, чтобы переместиться куда им нужно, не выпачкавшись при этом по уши в золе. Лили не очень любила трансгрессию, но сегодня была готова вытерпеть любые сложности. Лишь бы появился шанс поговорить с Малфоем. Девушка спокойно положила свою ладошку на запястье Альбуса, после чего они растворились в вечернем воздухе. Эльзу забрали очень быстро: как только их ноги почувствовали почву под ногами, блондинка уже обнимала Лили. Быстро чмокнув Альбуса, она взялась за его руку, и все трое исчезли. Лили толком не успела рассмотреть милые домики на окраине Лондона, которые напоминали пряничные, как они уж стояли на широкой подъездной дороге, обсаженной живой изгородью. Лили и Эльза были здесь впервые. Альбус сжал ладонь Эльзы, и все двинулись к дому. Когда до поместья оставалось меньше пятидесяти метров, Лили начала нервничать. Больше всего не хотелось представлять то, каким будет недовольное лицо Скорпиуса. Лили всячески гнала от себя эти мысли и пыталась отвлечься. Под гнётом нервов думала лишь о том, что выбрала совсем неудачный наряд. Жалела, что не надела одежду, содержащую в себе немного больше ткани, чтобы вытереть об нее мокрые ладошки. Они подошли к дому и Альбус постучал о высокую резную дверь увесистым дверным молотком. Внутри послышалось какое-то шуршание, а следом за ним все услышали мужской голос. Он эхом отбивался по огромному помещению, а сердце Лили екнуло — это был его голос. — Август, я сам, — сказал юноша и двери распахнулись. На пороге появился красивый молодой человек, озаряя всех присутствующих улыбкой. Поттер показалось что за месяц разлуки он стал ещё красивее, ещё сильнее и взрослее. Будучи одет в джинсы, белоснежную футболку и такие же белоснежные носки, выглядел он каким-то чужеродным на фоне холодного черно-зеленого мрамора. Словно совершенно не сочетался с этим домом. Лили пыталась понять, кому были адресованы его слова, но никого не обнаружила. После того, как все гости зашли в холл, Альбус крепко обнял друга и молча протянул ему сверток. Парни обменялись улыбками. Лили только сейчас поняла, кому он предназначался. Лили и Эльза осмотрелись и почти пооткрывали рты. В холле поместья простирался высоченный каменный потолок, а венчала его огромная и шикарная хрустальная люстра. Вдоль стен блестели рыцарские латы, а огромные факелы роняли свой дрожащий свет на прекрасные, редкие и дорогущие с виду картины. Большинство из них поражали своими размерами. Самая впечатляющая была высотой около шести метров. Не меньший эффект на Лили производили мраморные колонны. За ними виднелся зал, длинный обеденный стол человек эдак на тридцать, и широченный горящий камин. Посмотрев себе под ноги, Лили могла поклясться, что видит в отражении мрамора свои веснушки — насколько он был чист и отполирован. Многое в этом доме было выдержано в средневековых традициях. Лили, попав сюда, будто бы отправилась назад во времени на пару сотен лет. Скорпиус приветливо обнял Эльзу, после чего она со своим молодым человеком направилась вверх по лестнице, расположенной справа от ряда колон. Глядя какое-то время им в след, блондин повернулся лишь тогда, когда парочка исчезла из вида. Юноша внимательно и бегло осмотрел оставшуюся гостью, а она жутко нервничала, но старалась держаться изо всех сил. Лицо Малфоя было каменным. Всего через пару секунд девушка мысленно умоляла Скорпиуса сказать хоть что-то, но он молчал. Молчал, но было бы в тысячу раз легче, если бы он кричал. Судя по реакции слизеринца, он был не сильно удивлен, увидев её сегодня в своем доме. Лили не ожидала, что так сразу останется с Малфоем с глазу на глаз. Девушка уже собиралась заговорить, но не успела. Скорпиус кивнул в сторону лестницы. — Пойдем, — тихо сказал он. Абсолютно не прибегнув к эмоциям. Поднимались молча. Под барабанную дробь сердца Лили. Она пока что не решалась заговорить. Скорпиус шел впереди, но и хорошо. Не хотелось ощущать на себе его прожигающий взгляд. Пройдя по шикарному длинному коридору, в котором было не меньше впечатляющих интерьерных моментов, чем в холле, они свернули за угол. Когда Лили зашла в большой дверной проем, перед ней предстала красивая просторная комната, залитая светом ламп и пылающего камина. В жаркую летнюю ночь это казалось странным, если не знать, что пламя в камине дает только свет. Жара не было. Камин располагался прямо напротив входа. По обе стороны от него возвышались арочные окна с прозрачными белыми занавесками и тяжелыми золотыми портьерами, собранными по бокам. Сразу слева от входа стояли блестящие латы, но выглядели они совсем не так зловеще, как те, которые находились в остальных частях дома. Вместо меча или тяжелой булавы рыцарь сжимал в своих руках метлу старого образца — Нимбус 2001. Это была почти раритетная вещь. Лили вспомнила, как папа рассказывал, что его первой метлой был Нимбус 2000 — модель предшествующая этой. На шее у этого импровизированного игрока в квиддич был намотан полосатый серебряно-зеленый шарф с белыми кисточками и гербом Слизерина. Следом за рыцарем — в самом углу комнаты — находился огромный трехдверный черный вещевой шкаф. Чуть ближе к окну (слева от камина) стоял красивый предмет мебели, который сразу вызывал интерес у всех, кто его замечал. Это был комод с ящиками, но совсем не такой, каким его привыкли все видеть. Возле своего основания он был широкий и плавно сужался до середины, но с середины вверх выглядел так, будто какой-то огромный великан расколол его в приступе гнева. Каждый новый ящичек был отделен будто кусочек пазла. Он, и несколько ему подобных парили в воздухе. Ящики плавно менялись между собой местами. Лили подумала, что это очень красивый элемент интерьера, но, скорее всего, не очень удобный, поскольку быстро достать что-то из нужного ящика было затруднительно. Не менее важным атрибутом стал большой диван, который был повернут к огню. Обтянут он был черной кожей, а два аналогичных двухместных кресла стояли по обеим его сторонам. Все это окружало невысокий стол из дорогущего и редчайшего эбенового дерева. На полу под ним простирался белоснежный пушистый ковер. Лили тут же подумала, что не хотелось бы идти по нему обутой, но поняла, что на подобные вещи волшебники обычно накладывают пятноотталкивающие заклинания. Следующим ее внимание привлек потолок, который, как и в Хогвартсе, имитировал звездное небо, но с красивой полной луной. У крайнего справа окна находился письменный стол с множеством конвертов, перьев и пергаментов. Над ним были прикреплены какие-то таблицы, газетные вырезки и фотографии. В довершение всему, справа от входа стояла огромная кровать с тумбочками по обеим сторонам. Настолько просторная, что на ней спокойно могло бы поместиться трое взрослых людей и спать в развалочку не касаясь друг друга. Уюта добавлял большой нависающий балдахин, который был связан серебряными шнурками с кисточками такого же цвета. Осмотрев всё, сделав два шага вглубь комнаты, взгляд Лили порядком задержался. Все пространство справа от входной двери до угла комнаты занимали книжные полки, вмонтированные в каменную стену. Длиной этот книжный шкаф был не менее шести метров, а высотой — не меньше трех. Девушка сама не заметила, как у нее невольно отвисла челюсть. Она вспомнила, как не позволяла Альбусу брать ее книги и одалживать их Малфою, потому что, видите ли, тот прочитал почти все из своего шкафа. Ей тогда представился шкаф поменьше. Раз в десять. Тут все было очень теплое и уютное, не такое как в холле и коридоре. Эльза, Альбус и Лили, несмотря на то, что прибыли даже на пять минут раньше назначенного времени, были последними из приглашенных. К Лили подошла и поздоровалась кузина со своим молодым человеком, Грэгор Пьюси и Лора Гринграсс тоже кивнули в знак приветствия. Джим Булстроуд был увлечен каким-то интересным предметом, который каждый раз сыпал серебряной пыльцой, стоило парню его перевернуть. К большому удивлению Лили, тут присутствовал еще один человек, которого ей совсем не хотелось видеть — Кэтлин Пьюси. Лили встретилась с ней взглядом и постаралась как можно приветливее ответить на её натянутую улыбку, но вышло не очень хорошо. — Август, Питти, — громко крикнул Скорпиус, и все начали оглядываться по сторонам, ища носителей этих имен. Буквально через секунду в комнате появилось двое домовых эльфов. Один из них был пожилой, судя по всему — Август. На его голове блестел серебристый шнурок с узором-меандром. На подобии тех, что носили древние греки. Лили улыбнулась, отметив, что таким же шнурком был повязан балдахин на кровати Скорпиуса. Эльф был замотан в чистую белую с маленькими завитушками скатерть, напоминающую хитон — кусок ткани, имевший с одной стороны отверстие для руки, а с другой — скреплялся на хрупком плечике булавкой. Другой домашний эльф был намного моложе и одет был смешнее. На его голове была сетка, снятая с маленького сачка для ловли бабочек. Она держала его уши, но те так и пытались вырваться из этого плена, проделав с одной стороны небольшую дырочку. Одет эльф был в костюм, полностью сделанный из разноцветных квадратных латок. Выглядел этот причудливый наряд как маленький комбинезон. Лили подумала, что Питти должен быть свободным, имея полноценную одежду, хоть и такую смешную. Но, присмотревшись, она увидела, что все эти латки аккуратно пристрочены на набедренную повязку из белого платка, хвостики которого свисали на тонкие ножки. Малфой отдал им сверток, принесённый Альбусом, и домовики с хлопком исчезли. Через минуту они вернулись с двумя подносами разлитых по бокалам напитков. Каждый из гостей, как и хозяин дома, выбрали желаемый напиток и немного отпили. Лили выбрала обычную воду. Во рту настолько пересохло, что она почти залпом осушила весь стакан, протянув руку к следующему. Не она одна проделала подобную процедуру, только остальные пили не воду, а кое-что покрепче. Когда один поднос уже опустел, Малфой оборвал разговоры и скомандовал: — Отлично, все в сборе, присаживаемся в круг. Говоря это, он показал на шикарный кожаный набор мебели возле камина. — Август, Питти, благодарю, пока вы свободны, — вежливо произнес он. — Да, сэр. Лили в очередной раз подчеркнула для себя тактичность Скорпиуса, отметив, как вежливо он обращается с домовиками. Питти просеменил к ближайшему столику за диваном, оставив на нем полупустой поднос. Оба эльфа раскланялись и исчезли в воздухе. Когда все уселись, не совсем понимая, для чего, Скорпиус забрал у Булстроуда странный предмет. Теперь Лили смогла хорошо его рассмотреть. Это чем-то смахивало на обычный волчок, не считая блёсток и волшебных фиолетово-лиловых переливов, которыми он пестрил при каждом движении. Малфой поставил его по центру стола и немного крутанул. Несмотря на гладкую поверхность под ним, волчок крутился на несколько сантиметров выше стола, одаривая всех сидящих россыпью крошечных серебристых искорок. Эта штука непонятным образом успокаивала и расслабляла всех, кто смотрел на нее. Хозяин дома сел на ковер, повернувшись спиной к пламени камина. — Я рад приветствовать всех вас в моей скромной обители, — после этих слов все ребята заулыбались, поскольку скромным этот дом можно было назвать в последнюю очередь. Больше подходило слово шикарный. — Я думаю, что за время каникул вы порядком заскучали. Сегодня мы постараемся это исправить. Скорпиус широко улыбнулся, а Лили радовалась тому факту, что все, как и она, сейчас смотрели на него, ведь и у нее появился невинный повод насладиться этим моментом дольше, чем она могла бы себе сейчас позволить. — Мы сегодня поиграем в одну интересную игру. Правила просты до жути. Вопросы, правда или действие. После этих слов некоторые девчонки хихикнули, ребята же просто улыбнулись. Лили немного напряглась. Она не очень любила подобные игры, в которых нужно выкладывать всю свою подноготную. Девушка осмотрела присутствующих. Общество было вполне приемлемым, не считая пары человек, при которых ей не очень бы хотелось сыпать откровениями. — Первый этап — обычные вопросы. Второй этап — мы должны выбрать себе желаемую пару. Но не просто выбрать, мы должны её так сказать выиграть. Заслужить действиями или своими решениями. Если нет особых предпочтений, просто можете подождать до конца этапа, и вам достанется свободный человек, — твердо продолжал Малфой. После этих слов Кэтлин Пьюси заёрзала на месте. Все из присутствующих прекрасно знали, что она давно уже положила глаз на Малфоя, и только ждет возможности исполнить с ним какое-то желание. Лили недовольно прищурилась. Посмотрела на нее, а потом на Скорпиуса. Тот был единственным человеком, сидящим сейчас на полу. В кресле слева от Малфоя сидел Альбус, что-то шепнувший на ухо Эльзе, во втором сидела Роуз с Заком. Лили сидела по центру дивана в компании обоих Пьюси, Булстроуда и Гринграсс. Откровенно говоря, её не очень радовало такое соседство. Единственным приятным моментом было сейчас то, что на расстоянии в один маленький столик от нее сидел Скорпиус. Малфой продолжал: — И третьим этапом будут вопросы или действия в компании только выбранного вами партнера. Отказываетесь делать или отвечать — пара выбывает. Победит тот один, кто не сдаст позиции и останется последним. Победитель из пары финалистов выигрывает игру. Все понятно? Все согласны? Хочу вас сразу предупредить, что игра занимает львиную долю времени, поэтому всем играющим сегодня придется задержаться. Вся компания заулыбалась и закивала головами. — Отлично, — подытожил блондин. — А если кто-то солжот или откажется? — Лора задала вопрос, который, по всей видимости, интересовал всех. Альбус и Скорпиус переглянулись и заулыбались. — Мы не сможем лгать, — уверенно начал он, ловя на себе вопрошающие взгляды. — Каждый из нас уже выпил небольшое количество сыворотки правды, которая была подмешана в напитки. Лили растерянно забегала глазами по комнате, ища злосчастный поднос. Некоторые начали заглядывать в бокалы, которые держали в руках. — Вы нас опоили? — с улыбкой поразилась Роуз. — Это в вашем стиле, ребята, я и не сомневалась. — Роуз хорошо знала своего кузена, но Скорпиуса она знала в не меньшей степени, поскольку они часто общались и поддерживали достаточно хорошие отношения друг с другом. — Роузи, я удивлен твоему удивлению, — хитро сверкнул глазами Скорпиус, а Роуз громко рассмеялась. Раньше она всегда хмурилась, злилась на подобные их выходки, но уже порядком привыкла и поняла — с этим никак не справиться. Бороться с их безответственностью бесполезно. — Не переживайте, тот абсолютно чист, — поспешил заверить Малфой, кивая на поднос на столике за спинкой дивана, — у нас же игра, а не вечер запредельных откровений. Лили только сейчас вспомнила, что выпила два стакана. Девушка очень надеялась, что ни над одним из них не дрогнула рука эльфа — домовика, и что он не налил туда больше сыворотки, чем Лили могла бы вынести. — Мы тоже выпили, — поспешно признался Альбус, — все по-честному. — А действия? — тихо спросила Лора. — Как мы узнаем, выполнил ли кто-то действие, если его выполнение требуется не здесь и не сейчас. — От этого тоже все застрахованы, мы будем за этим следить, — заверил Малфой. — Если кто-то будет сачковать, мы с Алом это поймём. Если все согласны, можем начинать. — А кто будет следить за вами? — решилась заговорить Лили. В глазах Скорпиуса блеснули яркие, будто злые огоньки: — Если хочешь, можешь взять на себя груз этой ответственности, Поттер. Ты же у нас смелая гриффиндорка, не так ли? — язвительно говорил блондин, отводя от нее взгляд. После этих слов Лили огляделась по сторонам. Все вокруг нервничали в большей или меньшей степени. Похоже, у каждого из присутствующих есть свой скелет в шкафу, о котором не сильно хочется всем рассказывать, но интерес как всегда побеждает любые страхи и предубеждения. — Еще одно важное правило. Все, что происходит или рассказывается, не должно покинуть эту компанию. Тот, кто нарушит это правило, сможет крепко об этом пожалеть. Это, конечно, не Непреложный обет, но заклинание Табу вам обойти не удастся, — серьезным тоном добавил Малфой. «Игра обещает быть весёленькой», — подумала Лили, но отступать не собиралась. Когда все немного расслабились, Скорпиус достал из-под стола сосуд, напоминающий круглую вазу, и поставил её на середину стола. Лили догадалась, что в ней сейчас лежат подготовленные заранее вопросы. — Поехали, — сказал Альбус, первым вставая с кресла и запуская руку в вазу. Пока Альбус разворачивал бумажку, в комнату зашла белая пушистая кошка. Она оглядела всех внимательным взглядом, прошла к Скорпиусу и улеглась у него на ногах. Лили же не поверила своим глазам. — Это же… — шокировано произнесла Роуз, показывая пальцем на кошку. — Да ладно! — она тоже не верила глазам и даже качнула головой, отрицая увиденное. — Мисс Олсинг, да, — спокойно ответил Скорпиус, широко улыбаясь и почёсывая кошку за ухом. — Филч её бесил, поэтому мы с Алом предприняли меры. Немного тряски в Хогвартс- Экспресс и теперь она живет в поместье Малфоев. По комнате прокатился смешок. Все представили лицо Филча, когда он обнаружил пропажу. — Ты даже не представляешь, какой расспрос он мне устроил из-за нее, — пуще прежнего хохотала школьная староста. — Пришлось соврать, что видела её на окраине Хогсмида. Когда смех прекратился, атмосфера в компании была порядком разряжена, что не могло не радовать. — Я буду первым, — улыбнувшись, сказал Ал и зачитал первый вопрос: — «Ваш самый глупый поступок в жизни» — Это не сложно, — облегченно выдохнув, радуясь таком простому вопросу, Поттер даже не думал над ответом. — На первом курсе мы со Скорпиусом всерьез раздумывали дать Непреложный обет, в котором готовы были поклясться, что никогда не разлюбим шоколадные лягушки и соберём всю коллекцию. Комнату пронзил хохот. Скорпиус и Альбус тоже хохотали, вспоминая дни минувшей славы. Следующей встала Роуз: — «Каков предел ваших действий, если родному или близкому человеку угрожает смертельная опасность». Роуз немного сдвинула брови. Она всегда так делала, когда готовилась ответить на серьезный вопрос. — Я уверена, что не способна на убийство, но, наверное, могла бы применить Империус или Круциатус к человеку, который угрожает моим близким, — уверенно выговорила она. После этих слов ребята начали переглядываться, убеждаясь в очередной раз, что не хотели бы оказаться на месте тех, кто рискнёт помериться силами с Роуз Уизли. — Лили, давай ты, — предложил Альбус. Лили согласно кивнула и потянулась за вопросом. Она очень нервничала, но не из-за надписи на клочке пергамента, а из-за того, что взгляд Скорпиуса теперь был прикован к ней. Пока она разворачивала бумажку, то успела перегадать сто вариантов, которые там могут быть. «Вот же, Мерлиновы кальсоны…» — подумала она, бегая глазами по строчке, написанной красивым тонким почерком. — «Ваша первая влюбленность», — тихо сказала она. Логично, что ей очень не хотелось вот так сразу открывать перед всеми свои карты. Она немного призадумалась, ища лазейку в этом вопросе, чтобы они не поняли, что она пытается соврать, поскольку под действием сыворотки это сразу станет понятно. Но и ляпнуть при всех о Скорпиусе ой как не хотелось. И при самом Скорпиусе признаваться в этом не хотелось вдвойне. Может и нашла бы в себе силы, но только ни при таком количестве нежелательных слушателей. Лучше уж как-то в другой разочек, желательно наедине. — Девид Гэрби — соседский мальчик — магл. Мы с ним дружили, и я была в него влюблена. Мне было пять. Лили смущенно улыбнулась и положила кусочек пергамента на стол, отправив его к остальным отвеченным вопросам. К удивлению всех присутствующих, эта игра очень затягивала. После каждого нового ответа ребята обсуждали его, погружались в воспоминания или сыпали шутками. Следующим за своим вопросом потянулся Скорпиус. — «Раскройте один из ваших сокровенных секретов», — прочитал он, призадумавшись. Лили была уверена, что в его голове далеко не одна подобная тайна, и он выбирает сейчас менее значительную. — Ну, я вроде как помолвлен. Мои родители решили, что могут принять за меня это решение, — почти равнодушно сказал он, бросая бумажку на стол. Вот так незначительная! Половина слушателей тут же ошалела, даже Альбус немного опешил, ведь раньше слышал об этом вскользь было это давно и на уровне идеи, но походу что-то поменялось. У Лили же внутри все оборвалось. Присутствующие сидели с удивлёнными глазами, но никто не осмелился задавать ему какие-то вопросы. Казалось, что у Кэтлин Пьюси сейчас начнется припадок. Скорпиус же был единственным, кто не придал этому вопросу особого значения. Потянув из своего стакана, он передал ход Заку Флинту. Еще около получаса ребята отвечали на самые каверзные и безобидные пока темы. Они смеялись, пугались и восхищались разного рода вопросам и ответам. Первый тур закончился, когда Буллстроуд под улюлюканье присутствующих признался, что первый раз поцеловался по-взрослому уже на втором курсе. Перед вторым этапом, решено было взять перерыв. Лили не могла найти лучшего момента, чтобы заговорить со Скорпиусом. Он стоял сейчас один возле огромного распахнутого окна в углу комнаты. Девушка собрала всю свою смелость и подошла к нему: — Скорпиус, мне нужно с тобой поговорить, — начала она, но он так и продолжал смотреть на ночной сад возле поместья. — Если ты меня выслушаешь… — Поттер, буду с тобой откровенен — я не сильно настроен сейчас на задушевные беседы, — перебив, сказал парень и посмотрел ей в глаза. Настолько холодно, что Лили стало больно от такого взгляда. Она еще сильнее почувствовала свою вину перед ним. — То, что ты сейчас здесь — заслуга твоего брата, так что будь добра, не порть мне вечер и не мешай наслаждаться игрой. С этими словами он ушел в глубину комнаты. В любой другой ситуации после подобных слов Лили и на пушечный выстрел не подошла бы к человеку, сказавшему ей подобное. Но не сейчас. И не с ним. Она молча проглотила обиду, просчитывая другие варианты попыток заговорить с ним. Сейчас ее гордость молчала. — Мы можем переходить ко второму этапу, — громко объявил Альбус. Хлопнув в ладоши, он потирал их и явно предвкушал что-то интересное. — Есть очень важный момент! Для второго тура вы должны четко определить, кого бы вы хотели себе в пару и озвучить это имя. Это может быть любой человек, желательно противоположного пола, даже состоящий в отношениях. Вам придется побороться за него с оппонентом. Вот она — возможность поговорить со Скорпиусом. Сама нарисовалась. Лили была решительно настроена заполучить себе в дуэт Скорпиуса, иначе его отбёрет Кэтлин или Лора. — Дамы вперед, — начал Альбус. Роуз начала первой: — Зак Эльза: «Альбус» Кэтлин: «Скорпиус». На этом моменте Лили прищурила глаза, что вызвало у Малфоя небольшую злорадную ухмылку. Лора: «Альбус». Эльза держалась вполне спокойно, будучи уверенной в своих силах. Ее ничуть не смущало, что Альбус когда–то, хоть и недолго, состоял с Лорой в отношениях. Лили выдохнула и произнесла: «Скорпиус» — Теперь наша очередь, — сказал Малфой, отводя глаза от розовощёкой Лили. Альбус: «Эльза» Грэгор: «Лора» Он сказал это очень равнодушно. Ему было все равно, кто будет с ним в одной паре. Он выбрал лучшую подругу своей сестры, с которой был знаком лучше, чем с остальными особами женского пола, находящимися в компании. Джим: «Кэтлин» Зак: «Роуз» Скорпиус: «Лора» Лили предполагала, что он не захочет её в пару, но очень надеялась на обратное. То, что ей придется бороться с Кэтлин Пьюси, она даже ни на секунду не сомневалась, но то, что Скорпиус выбрал Лору, немного задевало ее чувства. Хоть она и поверила словам брата о том, что отношения между ними невозможны, сомнения все-таки были. «Вот же пакостник…», — подумала Лили, глядя на Малфоя. Она уже привыкла к тому, что за каждым его словом и действием стоит четко продуманный план, поэтому не собиралась отступать, когда Малфой затеял свою игру в середине другой. Он явно хотел насолить ей и посильнее. — Поскольку единственная сложившаяся пара без других претендентов это Роуз и Зак, они выбывают до третьего тура, — сказал Альбус, и довольная староста Хогвартса уже умащивалась на колени к Заку и обнимала его. — Итак, — начал Скорпиус, проясняя ситуацию, которую, по всей видимости, полностью понимал только он и Альбус. — Я могу попытаться объяснить вам правила, но боюсь только запутаю… Ладно, попробуем на примере: — Лили и Кэтлин выбрали меня. Если Кэтлин проиграет, то она автоматически встанет в пару к Булстроуду, который пожелал ее в партнеры, а я достанусь Лили, не успевая побороться за Лору. Понятно? Большинство закачали головой, не понимая ни слова из того, что он сказал. Звучало очень запутанно, но по сути, это была всего-навсего игра на выбывание — не успел оторвать себе лакомый кусочек — довольствуйся тем, что осталось. Мозг Лили судорожно заработал всеми возможными извилинами. Она не хотела проигрывать и становиться в пару к кому-то другому. Не хотела играть в правду, и тем более — действие, ни с кем, кроме Скорпиуса. Девушка даже не представляла, что там будут за задания или вопросы, но явно не такие безобидные, как в первом туре. — Девушкам дается право в первую очередь бороться за партнера. Это увеличит ваши шансы. Эльза и Лора соревнуются за Альбуса первыми. По мере формирования пар, ваши планы на кого-то могут нарушиться. Такие уж запутанные правила, но от этого еще интересней. Лили прокручивала у себя в голове возможные варианты: вероятность того, что Эльза выиграет — очень велика, а значит Лора будет без пары; если она — Лили — проиграет Кэтлин, то та забёрет Скорпиуса, а ей и Лоре останется бороться за Пьюси или Булстроуда. При любом раскладе Лили устраивала только быстрая и безоговорочная победа над Кэтлин. После небольшого перерыва они начали второй тур. — Здесь все очень просто, вы должны выполнить предложенное действие или принять какое-то решение. То, как вы будете это делать, никого не интересует. Выбирайте любой подходящий метод. Кто первый не добьется желаемого результата, тот и проиграет, — осведомил всех Скорпиус. — Эльза, Лора, прошу, — сказал он, показывая рукой, чтобы те приподнялись с мест. Когда все вышли на центр комнаты, девушки встали напротив друг друга. Лили облокотилась на спинку дивана и волнительно смотрела на лучшую подругу и Альбуса, который тоже немного нервничал. — Первое действие, — начал Альбус, взяв на себя роль ведущего. Он поднял волшебную палочку и махнул ею над маленьким бархатным мешочком. Оттуда сразу вылетел небольшой клочок бумаги, который повис в воздухе. Ал взял его в руки и развернул: — «Залпом выпить стакан медовухи», — прочитал Ал, немного расслабившись. Как только он это сделал, к Эльзе и Лоре уже семенил домовик Питти с подносом на голове, на котором стояло два хрустальных бокала. Маленький эльф быстро проскользнул между волшебниками и приблизился к девушкам, стоящим посреди толпы. Лили даже не заметила, когда это хрупкое милое создание успело появиться в комнате. Девушки смело взяли с подноса бокалы и поднесли к губам. За несколько секунд они осушили их и поставили обратно. Все присутствующие улыбались, только во взгляде Альбуса немного читалось переживание. Он знал, что Эльза совсем не сильна в подобного рода действиях. — Продолжаем, — отвлекая Альбуса от размышлений, сказал Скорпиус. Ал опять проделал процедуру с волшебной палочкой и новым кусочком бумаги и уже читал: — «Написать и отправить от своего имени профессору Слизнорту признание в любви или превосходную хвалебную оду», — прочитал Альбус, еле подавляя смешок за прижатым ко рту кулаком. Все, включая участниц, засмеялись. И опять к ним уже спешил домовой с пергаментами и перьями в тонких ручонках. Лили представила себе веселое начало следующего учебного года. Когда на уроке по зельеварению старый профессор Слизнорт будет гордо вышагивать по своему кабинету в подземелье с довольным видом, она не сможет сдерживать смех. Уж он как никто другой любит слышать о том, что им кто-либо восхищен. Тот, кто придумывал желания, постарался на славу. Эльза и Лора уже дописывали свои признания и складывали в конверт. Малфой достал из огромной клетки, стоявшей на широкой каминной полке, большого пепельно-черного филина и девушки с улыбками на лице привязали к его лапе оба послания. Увлекшись, Лили только сейчас обратила внимание на фотографии, которые стояли над камином. На них было изображено семейство Малфоев примерно пятилетней давности: Астория нежно приобняла сына за плечо, а Драко гордо и улыбчиво поглядывал на наследника. Лили поняла, что это фото было сделано на платформе 9 ¾ в его первый учебный год. Рядом с дюжиной других были снимки Скорпиуса с родителями и Альбусом, но Эльза, которая сейчас стояла ближе всех к камину, начала внимательно смотреть на лучшую подругу. Она беззвучно и выразительно проговаривать ее имя, периодически оглядываясь на других ребят. Встретившись глазами с Криви, Лили свела брови и немного дернула головой, как бы задавая вопрос, к чему такое оживление подруги. Блондинка еще раз оглянулась и легонько поманила Поттер к себе. Пока все, включая Альбуса, обсуждали реакцию Слизнорта на письма и наблюдали за Скорпиусом и его филином, Лили тихо проскользнула за их спинами и подошла к Эльзе. — Что? — шепнула Лили. — Смотри, — подруга аккуратно кивнула на многочисленные снимки. Позади многих фото в красивых резных рамках было то одно, которое привлекло внимание Эльзы. Лили присмотрелась и не поверила своим глазам: там, спрятанная за остальными, стояла её фотография. Сделана она была сразу после школьных экзаменов на третьем курсе — год назад. Лили четко вспомнила, как Альбус тогда ее фотографировал. На снимке она кружилась, раскинув руки в стороны. Вокруг летали листы пергамента, подброшенные ею в воздух. Так она праздновала окончание учебного года. На фотографии Лили выглядела очень счастливой. После очередного поворота вокруг себя, от которого ее распущенные волосы красиво блеснули на июньском солнце, девочка с фотографии отправила воздушный поцелуй, засмеялась опять и закружилась. Увидев это, настоящая Лили широко улыбнулась, но сердце забилось быстрее. Она поспешно отвернулась, чтобы никто не проследил за ее взглядом и не смекнул, что именно вызвало такую реакцию. Гриффиндорка скользнула на то место, где стояла до этого. Не трудно было догадаться, как фотография оказалась у него, трудно было понять, почему после всего произошедшего Скорпиус её не выкинул. То, что он не сжег её в камине было хорошим признаком. Скорпиус тем временем подошел к окну и протянул руку. Птица, расправив свои большие сильные крылья, вылетела в темноту. — Я думаю, приятное утро профессору мы обеспечили, — улыбаясь, сказал Зак Флинт. — Да уж, это точно, — подтвердила Роуз. — Поехали дальше. Третье задание, — прозвучал голос Альбуса. Лили перемялась с ноги на ногу, и обняла себя руками, почувствовав, что всё-таки одела слишком лёгкую одежду. Все окна в комнате были открыты, и сквозь них в помещение влетал свежий воздух летней ночи. Ещё немного пожалев, что кроме нескольких лент и кружева спину ничего не прикрывает, она продолжила следить за братом. Как только Альбус закончил разворачивать следующий вопрос, на плечи Лили легла мужская кофта. Она сразу же повернула голову, желая посмотреть на того, кто это сделал, но Скорпиус уже направлялся к ведущему. Девушка опять улыбнулась. От кофты пахло тем самым запахом, за которым она так соскучилась. Лили немного наклонила голову, ведь хотелось почувствовать его ещё чётче. — Расскажите самый недавний секрет, который скрываете ото всех, — продолжил игру Альбус. Говоря это, он встретился глазами с Эльзой. Вид у блондинки стал слегка растерянный. Лора выглядела не менее смущённой. «А вот и веселье», — подумала Лили, размышляя о том, что у каждого человека есть свой секрет или тайна, о которой он бы не хотел никому рассказывать, тем более, выложить всю истину при толпе. Согласитесь, есть разница между невинным секретом из детства, и тем, который может быть у почти совершеннолетнего волшебника. Лора ещё какое-то мгновение поразмышляла, после чего закачала головой. Она посмотрела на Эльзу, надеясь, что та тоже откажется, и им зададут следующий вопрос. В груди Лили что-то радостно подпрыгнуло, тут же опустилось куда-то к животу, становясь неприятным и волнительным ощущением. При всей сложившейся ситуации, Эльза выглядела очень решительно, что не совсем сочеталось с её привычной скромной моделью поведения. А может всему виной полный стакан медовухи, от которого щеки Эльзы обрели розовый оттенок? — Лора, ты отказываешься? — спросил Скорпиус и она легонько кивнула. — Если Эльза готова ответить, то победа за ней. Красивая блондинка сделала глубокий вдох и начала. — Альбус Северус Поттер… — Выговорила она с серьезным выражением лица. Лили в который раз отметила для себя, что в свои почти шестнадцать лет Эльза очень рассудительна и никогда ничего не делает и не говорит, серьезно это не обдумав. В этом было их с ней отличие. На фоне Эльзы Лили всегда чувствовала себя взбалмошной и импульсивной. Своим умом и собранностью представительница семьи Криви нисколько не уступает многим совершеннолетним волшебникам. После того, как Альбус услышал свое имя, он порядком напрягся, не зная, чего от нее сейчас ожидать. Эта девушка всегда умела удивлять его. За это она ему так полюбилась ещё тогда, в детстве. — Альбус, — мягко продолжала Эльза, как будто в комнате больше никого не было, — месяц назад ты призналась мне в чем-то очень сокровенном, — Ал еле заметно смутился, но был полон радостных воспоминаний о том моменте, — я тоже хочу признаться. Я тоже влюблена в тебя. И не просто влюблена, но ты, наверняка, это всё уже давно знаешь… Как только она договорила, глаза Лоры увеличились в два раза, а Альбус широко улыбнулся и, под радостные перешептывания и улюлюканья большинства присутствующих, вышел и крепко обнял Эльзу, отрывая от пола. Лили заметила, как он что-то шепнул ей на ухо, а затем поцеловал. — У нас сегодня точно вечер откровений, — отшутился Скорп, пытаясь немного отвлечь на себя все взоры, устремлённые на парочку в центре комнаты. Альбус и Эльза улыбнулись и сделали пару шагов, поравнявшись с Кэтлин и Грэгором Пьюси. Внутри Лили все отплясывало чечетку. Мало того, что Эльза выиграла, так она ещё и сделала это самым прекрасным способом. Как только Альбус закончил шептать что-то очередное в ухо своей девушки, он вернулся к обязанностям ведущего: — Лили, Кэт, прошу, — показывая на центр комнаты, сказал брюнет, опираясь на спинку дивана. Все остальные ребята тоже столпились возле него. Даже повернули кресла, чтобы присесть и понаблюдать за раундом игры. Лили сделала уверенный шаг, просовывая руки в рукава кофты Скорпиуса. Они были на порядок длиннее ее пальцев, и ей пришлось подкатывать манжеты. Расправившись с рукавами, она сунула руки в глубокие карманы кофты и, почувствовав какой-то маленький предмет, достала его из кармана. Это оказалась её любимая маленькая конфета — «Зубосклейка». Эта карамелька была необычайно вкусной, а привкус и сладость после неё сохранялись на протяжении нескольких часов и были такими же, будто ты все ещё ешь конфету. Развернув этикетку, Лили тут же положила её себе в рот, надеясь, что немножко сладкого поможет ей справиться с волнением. К слову, именно этим привкусом обладал первый в её жизни поцелуй. Ассоциация и карамельный привкус прямо-таки заставили впиться глазами в Малфоя. Кэтлин почти вприпрыжку вышла в центр и игриво крутанулась на месте. Лили собралась и внимательно посмотрела на брата. Краем глаза она увидела рядом с ним Малфоя, который сложил руки на груди, и тут же поднес правое запястье к своему подбородку. — Ну, тут проще не придумаешь… Вам нужно поцеловать человека, стоящего сбоку от вас, — прочитал Альбус. Лили на секунду подумала, что речь идет о Кэтлин, которая стояла справа, но тут же откинула эту мысль, понимая, что по правилам поцеловать нужно кого-то противоположного пола. Девушка повернула голову влево и увидела хохотавшую Роуз. Лили улыбнулась и залилась краской — ей предстояло поцеловать Зака Флинта. И только она подумала, что нужно просто подойти и чмокнуть его в губы, Альбус как назло сказал: — Настоящий поцелуй, дамы. Одна попытка. Лили смущенно посмотрела на всех улыбающихся вокруг, задерживая взгляд на брате. Альбус и Скорпиус быстро переглянулись. Поттер пожал плечами, а Малфой поджал губы, что заставило Лили прищуриться. Кэтлин первая незамедлительно справилась с этим заданием, подарив Буллстроуду сухой взгляд и мокрый поцелуй, после которого ему пришлось вытирать губы рукавом. Для такой холодной и равнодушной к другим особы подобная задача не составила труда — ей было чуждо смущение. Лили не хотела проигрывать на таком простом желании. Она медленно побрела к Заку и подарил кузине полный извинения взгляд. Роуз беззвучно краснела, закрывая рот кулаками. Лили быстро выдохнула, опустила свои плечи и попыталась расслабиться. Поднимаясь на цыпочки и аккуратно касаясь его губ, она только сейчас вспомнила, что у нее во рту до сих пор была конфета, но прекращать поцелуй уже не могла, поскольку его бы просто не засчитали. Зак и Лили были знакомы несколько лет и отношения у них были весьма дружелюбными. Он дружил с Альбусом и все знали, что Флинт относился к сестре Поттера с братскими чувствами, поэтому от их поцелуя будет испытывать ту же неловкость, что и Лили. А если учесть тот факт, что рядом стояла его девушка, то можно было предположить, что ему было еще сложнее. Когда они начали, Лили поцеловала его верхнюю губу, ему досталась ее нижняя. Они целовались очень поверхностно, почти не закрывая глаз, без нажима и каких-то намеков на обоюдное нарастающее желание, скорее наоборот — просто создавали видимость. Про себя девушка отметила, что их с Заком поцелуй совсем не похож на ее поцелуи со Скорпиусом. Этот скорее напоминал какой-то механический процесс, не вызывающий почти никаких эмоций. — Я думаю, достаточно, можно приступать к следующему заданию, — громко сказал мужской голос, но принадлежал он не ведущему, а Скорпиусу Малфою. Лили сразу отшагнула и посмотрела на кузину, которая все еще посмеивалась. Робко улыбнувшись ей и Заку, она и развернулась и проследовала к центру комнаты. Даже несмотря на то, что это все видел ее брат, Лили сейчас больше всего интересовала не его реакция. Скорпиус практически не поменялся в лице, за исключением того, что плотно сжал челюсти. Это стало видно по тому, как у него сейчас выделялись и без того острые скулы. Как бы то ни было, они сами затеяли эту игру, сами и виноваты. — Продолжаем? — спросил Альбус, находясь в приподнятом состоянии. Девушки согласно кивнули, и он взмахнул волшебной палочкой. Кэтлин потирала ладони, а Лили внимательно следила за каждым движением брата. Красивый брюнет прочитал бумажку и улыбнулся. — «Выпить любое из этих зелий» Как только он это произнес, Скорпиус щёлкнул пальцами. В комнате появился старый домовик — Август. Он быстро просеменил к хозяину и передал ему в руки небольшую коробку. Лили сразу узнала свёрток, принесённый в этот дом её братом. От удивления она немного приоткрыла рот и сдвинула брови, но посмотрев в глаза брата, получила от него веселое подмигивание. — Кто первый? — спросил Альбус. — Не переживайте, там нет ничего опасного для жизни. Кэтлин как всегда хотела быть первой. Она подошла к коробочке, наугад выбрала маленький пузырек и вернулась на место, зажимая его в руке. Лили медленно подошла к Малфою, пытаясь не смотреть в его лицо, чтобы не разнервничаться ещё больше. Маленькая коробочка у него в руках вмещала в себе пятнадцать стеклянных сосудов, но один из них уже был у Кэтлин. — Откуда вы их взяли? — спросила Лили, рассматривая коробку. Она пыталась хотя бы по цвету и консистенции определить содержимое. — Невинный дегустационный набор, — ответил Альбус с улыбкой. Большинство содержимого из пузырьков были незнакомыми, но Лили все же узнала Икотное зелье, Зелье чиханья, любовный напиток из магазина «ВВВ» и умиротворяющий бальзам. Увидев последний, девушка решила, что оно сейчас будет не лишним. Она уже тянулась за пузырьком, но Скорпиус незаметно для всех постучал пальцем по крайнему в углу коробки пузырьку. На этот раз Лили решилась взглянуть на молодого человека. Когда их взгляды встретились, он был серьёзен и еле заметно кивнул. Решив довериться его подсказке, Лили взяла стеклянную бутылочку и проследовала на свое место. Обе девушки открыли восковые пробки. Лили пока не решалась выпить. В отличие от того, что находился у Кэтлин, пузырек Лили был наполнен лишь на треть. Она смотрела на красивую золотистую жидкость, пока её не отвлёк голос брата. — Кэт, Лили, вы готовы? — буквально через пару секунд позвал ее Альбус. — Да, конечно, — сказала Лили, ещё раз бросая взгляд на Скорпиуса, который выглядел весьма довольным. Она решительно опустошила содержимое и закрыла сосуд пробкой. Уже через несколько мгновений Лили почувствовала, что могла бы сейчас свернуть горы. Все волнение куда-то испарилось. Она чувствовала себя просто великолепно и была уверена в своих силах — мозг генерировал уйму идей. Комнату тем временем разорвал громкий смех присутствующих: Зак Флинт и Грэгор Пьюси согнулись, Роуз и Эльза хохотали, прикрыв рот ладонью, Скорпиус просто широко улыбался, слегка ссутулившись и спрятав руки в карманы. Лили завертела головой в поисках причины внезапного взрыва эмоций и тоже рассмеялась. На том месте, где только что была Кэтлин, стоял старый завхоз Филч, который рассматривал свои ладони и ощупывал ними свое лицо. — Что это со мной? — спросил он тонким голосом. — Это Оборотное зелье. Через час опять будешь собой, — через смех пояснил Альбус. — Лили, поздравляю, ты выбрала Феликс Фелицис. Его действия также хватит на час. Лили выровняла спину и широко улыбнулась, поняв причину своего отличного настроения и уверенности в себе. Сейчас даже ограбление Гринготтса казалось ей элементарным, не то, что разговор со Скорпиусом. — Продолжаем, — все ещё посмеиваясь, сказал Альбус. — Следующее задание — «Достать цветок асфоделуса». Как бы просто не звучало это задание — было оно не очень простым. Асфоделус — редкий цветок, который использовался в приготовлении некоторых волшебных зелий. Одним из них было такое сложное, как Напиток живой смерти. Если бы родители знали, чем занимаются сейчас их дети — заколдовали бы двери в их комнаты и не меньше, чем на месяц. И не посмотрели бы на то, что кто-то уже совершеннолетний. После выпитого зелья девушка абсолютно не волновалась по поводу этого задания. — Но, как же им попасть в Запретный лес? — спросила Лора, переживая за свою подругу, которая сейчас выглядела как худощавый противный старик. — Мы трансгрессируем туда, — сказал Альбус. Лили согласно кивнула и немедля проследовала к Скорпиусу, который уже натягивал свои кроссовки. Она бы могла отправиться с братом, но зелье удачи подталкивало именно в сторону Малфоя. Подойдя к молодому человеку, Лили уверенно взяла его за ладонь и потащила на центр комнаты. Скорпиус, судя по всему, был не очень доволен компании, но с Кэтлин он не хотел трансгрессировать еще больше. Та уже схватила за руку Альбуса, обнимая её обеими руками, что заставило Эльзу подарить слизеринке в обличии старика не самый дружелюбный взгляд. В следующую секунду Лили смотрела в серые глаза Скорпиуса и почувствовала, как он сжимает её запястье. Все четверо растаяли в воздухе. Когда они оказались в ночном лесу, Лили ещё раз мысленно поблагодарила его за кофту, которая была сейчас на ней. Здесь было намного холодней, чем в теплой и светлой комнате. Лили, будучи под действием Феликса, совсем не испытывала страха, тем более в компании Скорпиуса. — Люмос, — тихо произнес юноша, оглядываясь по сторонам. В его голосе Лили уловила лёгкую тревогу. — Мы сейчас недалеко от восточной границы Запретного леса, — говорил он сухо, но её руки не отпускал. — Эта территория тесно граничит с землями кентавров. Однажды мы встретили здесь мантикору, поэтому двигайся тихо, старайся не шуметь. И достань палочку. Следуя указанию, она запустила руку в карман из легкой ткани и достала палочку. Говоря «мы», Скорпиус, конечно, имел ввиду себя и Альбуса. Кого же ещё? Только они способны бродить ночами в таких страшных местах. Лили уже хотела спросить, что их привело сюда, но интуиция ей подсказала молчать. Вместо этого Поттер остановилась и попыталась вслушаться в лесные звуки. Уже через минуту пути Лили быстро отдёрнула его, вырвала у него палочку и заставила её кончик погаснуть. Глаза опять резала темнота. — Поттер, что ты …? — шипел Малфой. — Тише ты! — Лили прижала его к ближайшему дереву, положила ему на губы свою ладонь и он сразу замолчал. Скорпиус по-прежнему был одет в белую футболку, отчего его силуэт можно было увидеть даже в темноте, поэтому Лили постаралась закрыть собой как можно больший участок его броской одежды. Для этого она распахнула кофту, и, прижимаясь к нему насколько могла, обвернула его ею. Находясь в такой близости, Лили четко почувствовала ритм биения его сердца. Еще пару секунд они стояли под огромным деревом, пока не услышала звук стука копыт, который звучал совсем близко. Не более чем в десяти метрах от них. Малфой на автомате крепко обнял Поттер за плечи и прижал к себе еще сильней. Будто пытаясь защитить ее от приближающейся опасности. Лили почувствовала, как его немного передёрнуло, но была уверена, что это не от страха, а от холодного потока ветра, пронизывающего до самых костей. Когда топот утих, Скорпиус ослабил объятья и обеими руками подтянул кофту на её плечи. Лили подняла на него взор, надеясь на ответный, но молодой человек отвернулся, взял руку выше запястья и они продолжили пробираться сквозь поглощающий мрак. Двигаясь за слизеринцем, Лили заметила слева от них небольшую поляну, освещённую лунным светом. Даже находясь на довольно приличном от них расстоянии, она была хорошо видна на фоне общей темноты и черных деревьев, сквозь которые не пробивался лунный свет. Поттер внезапно почувствовала огромный интерес к этому месту. Ей очень захотелось проследовать именно туда. — Куда мы идем? — спросила она, когда Скорпиус вел её через лесную чащу. У нее было навязчивое чувство того, что они идут не туда, куда им нужно. — За цветами, Поттер. Надеюсь, ты не рассчитываешь на букет от меня? — поинтересовался он, но Лили ничего не собиралась ему отвечать. Как и пару минут назад, она чувствовала, что лучше проигнорировать все его издёвки. — Мы уже близко. — Скорпиус, ты мне веришь? — уверенно спросила Лили, дёрнув его за руку и заставляя остановиться. — В теории, — без всяких эмоций ответил он. — Пойдем со мной. У меня такое чувство, что там будет то, что мы ищем. — Я лучше знаю эти места, Поттер, так что сомневаюсь, — раздражался он. Лили выдернула свою руку и остановилась. — Тогда сама пойду, — тихо ответила девушка, и быстро зашагала в сторону поляны. Скорпиус закатил глаза, но сразу же отправился за ней, поскольку без него она всё равно не смогла бы выбраться их Запретного леса. — Поттер, ещё одна такая выходка, и я оставлю тебя здесь, — злился он, следуя за Лили, которая уже стояла на опушке и вертела по сторонам головой. На поляне было настолько светло, что можно было читать книгу. Яркий свет, отбрасываемый полной луной, позволял разглядеть даже маленькие детали. — Зачем мы здесь? — тихо, но с раздражением спросил он. Лили молчала. Лишь смотрела по сторонам, ища ответ на этот вопрос. Девушка не совсем понимала, почему у нее было такое огромное желание оказаться здесь. Хорошо рассмотрела всё и внимание привлекли растения с маленькими, блестящими в лунном свете лепестками. По всей видимости, Скорпиус их тоже заметил. Слизеринец сделал несколько быстрых шагов, наклонился к земле и сорвал пару штук. Лили шла следом. Он остановился и протянул ей несколько светлых цветков. Девушка посмотрела на них, но забирать не стала. Она почувствовала волну смелости, посылаемую зельем удачи, и протянула руку, берясь за его запястье. Скорпиус наблюдал, но совершенно не двигался. Лили чувствовала сильное желание поцеловать его, вот только внутреннее чутье подсказало не делать этого и сейчас же отойти от Скорпиуса. Поттер, сама того не понимая, сделала шаг назад и начала оглядываться по сторонам. — Что, опять боишься? Признаюсь, я другого от тебя не ожидал, — насмешливо сказал он, но Лили замотала головой и смотрела поверх его плеча. Внезапно, всего в нескольких метрах от них, в воздухе появилась мужская фигура в черном одеянии. Мужчина тяжело дышал и быстро вертел головой. Выглядело это так, будто его кто-то преследует. Лили заметила, как оживился Скорпиус. ОН уже достал свою палочку, поднимая её в сторону человека. Рассмотрев эту загадочную фигуру, тут же передумал колдовать. Вероятно, узнал его, опешил, сделал шаг и собиралась позвать внезапного гостя, но тот растаял в воздухе так же быстро, как и появился. Скорее всего он так и не заметил их присутствия. Совпадение казалось каким-то нереальным. Именно в тот момент, когда они пришли в эту глушь, появился и еще кто-то. Девушка, вне всяких сомнений, была уверена, что это проделки зелья удачи. Иначе почему ей так хотелось прийти сюда? Но что же тут удачного? Лили понимала, что Скорпиус узнал человека. И не просто его узнал, а даже будто оживился от этой встречи. — Исчезаем, быстро! — скомандовала Лили и голос её эхом разнёсся по опушке леса. Девушка забрала у Малфоя цветы и сильно схватилась за жилистую руку. Скорпиус вопросительно посмотрел, но на этот раз прислушался без всяких вопросов. Он крепко сжал свободную ладонь и ей показалось, что пальцы сейчас хрустнут в его руке. Успела напоследок окинула взглядом ночной лес, но могла поклясться, когда лесная поляна уже плыла перед глазами, она увидела ещё две появившиеся на ней фигуры. Одна из них сильно напоминала её отца. Секундой позже Скорпиус и Лили уже щурили глаза от яркого света, освещающего комнату Малфоя. Как только они почувствовали под ногами пушистый ковер, Скорпиус сразу отпустил Лили и начал вертеться по сторонам. Альбус, судя по всему, прибыл за несколько мгновений до них, потому что испуганная Кэтлин в обличии Филча стояла возле него. Увидев Поттера, Малфой незамедлительно проследовал в его сторону. Друг подошёл, положил руку на плечо Альбуса, отвёл его в сторону и начал разговор, который никто не должен был слышать. Все в комнате были увлечены рассказом Кэтлин о том, как им с Альбусом довелось побывать сначала на окраине Запретного Леса, а потом возле пещеры Вуки Хоул. Когда ребята договорили, Альбус вернулся к своим обязанностям ведущего — игра всё ещё была в самом разгаре.***
После небольшого перерыва Лили и Кэтлин стояли в центре комнаты, готовясь к следующему вопросу. Кэт уже становилась похожа на себя, а это значило, что действия Феликса тоже подходило к концу. Альбус про себя прочитал следующий вопрос, извлеченный из мешочка, но озвучивать не стал. Вместо этого он нахмурил брови и махнул головой, давая понять Скорпиусу, чтобы тот подошёл. — «Вы должны придумать для него какое-то каверзное или интересное задание». Это будет вашим решающим ходом. Кто победит в этом состязании одержит победу. После этих слов присутствующие в комнате тоже начали хмурить брови — абсолютно никто не понял смысла задания. — Питти! Август! Ваш выход. — громко произнес Скорпиус и перед всеми появились эльфы поместья Малфоев. Несколько человек из компании сразу же перекинулись неодобрительными взглядами. — Что за задания такие? — тихо проговорила гриффиндорка. Молодой эльф сгорбился. Теперь он казался ещё более слабым и беззащитным. Август держался гордо, но по его виду тоже было видно, что он не в восторге от происходящего. Лили часто задышала, еле справляясь с подступающей злостью и досадой. Кэтлин, похоже, была готова на всё ради победы, тем более, что её семья была хорошо известна в магическом сообществе своей беспринципностью и грубостью. Она без особых проблем могла подвергнуть домовика опасности, а тот был бы вынужден подчиниться. Кэт даже глазом не моргнула бы. Девушка с детства привыкла, что домовиков в её доме особо не жалуют, но вот с Поттер совсем другая история. Когда Лили увидела, как соперница легонько кивнула, её бросило в жар. Она на многое была готова ради победы, но это — уже слишком. Её шанс объясниться со Скорпиусом таял на глазах и никакое зелье удачи ей уже не помогало. В школе он точно не захочет с ней говорить: седьмой курс самый сложный, и обязанностей школьного старосты очень много, плюс тренировки. И тот факт, что он всеми силами будет её избегать. Да Малфой просто не захочет освобождать своё драгоценное время, чтобы выслушивать от неё глупости, подобные той, что она сказала после вечеринки. Обида встала в горле комом. Лили на секунду представила, какое задание для маленького домовика может придумать Кэт и сразу же вздрогнула. В её голове быстро рождались самые разные варианты действий. Спустя несколько секунд Лили неохотно кивнула, чем заставила переглянуться Альбуса и Скорпиуса. По серьезному и удивлённому выражению их лиц можно было судить о том, что они не не совсем ожидали такого развития событий. — Хорошо, кто первый озвучит свой приказ? — спросил Альбус. Лили молчала, отдавая право действия слизеринке, которая уже обрела свой облик. Кэт улыбнулась и громко заговорила: — Я хочу, чтобы домовик пробрался в подземелья Гринготтса и взял из сейфа моей семьи брошь в виде черной кошки. Сейф находится в отделе старинных хранилищ. После этих слов все молчали. Лили сразу начала вспоминать устройство банка и пришла в ужас. Это было одно из немногих мест, куда домовик не мог трансгрессировать. Ему предстояло обманом проникнуть к тележке, на которой он бы отправился вниз по извилистым лабиринтам, преодолевая водопад Гибель воров, который мог просто напросто его убить. Потом домовику нужно было бы пройти мимо огнедышащего дракона, что тоже не сильно радовало. Но самым страшным было то, что преодолев это и забравшись в сейф, он мог напороться на какое-то заклятие или не смог бы выбраться обратно, застряв за заколдованной дверью до конца своих дней. Лили вздрогнула, совсем не понимая, что заставило её брата и Скорпиуса написать такое ужасное и жестокое задание. — Впечатляет, Кэтлин, — изрёк Скорпиус с легкой гримасой отвращения, но девушка выглядела весьма довольной собой. Она не сомневалась, что Лили не удастся её превзойти. — Захотела убить моего домовика? — Лили, ты всё ещё можешь отказаться, — с надеждой в голосе произнес брат. — Если твое задание менее экстравагантное, тогда нет смысла заставлять их это делать, — Альбус кивнул в сторону эльфов. Август нервно перебирал пальчиками, но держался гордо, чего не скажешь о Питти, которого порядком трясло — именно ему выпала сомнительная честь выполнять пожелание слизеринки. К огромному удивлению всех, Лили замахала головой — она не отказывалась. Эльза и Роуз, прикладывая ладонь к своим губам, не верили тому, что такой добрый человек как она способен на нечто хоть немного подобное. Альбус и Скорпиус выглядели шокированно. — Мы слушаем, сестренка, — произнес Альбус, но не горя желанием этого делать. Лили повернулась к Августу и он поднял на неё свои огромные голубые глаза, приготовившись внимать каждому слову. — Август, — мягко сказала она, и тот часто заморгал, — я хочу, чтобы ты сделал всё возможное, чтобы помешать Питти проникнуть в Гринготтс. Если понадобится, то закрой его где-то или привяжи, но чтобы ноги его там не было! Ты меня понял? — Да, мэм. — Август заулыбался и радостно кивнул. Все присутствующие облегченно вздохнули, чего нельзя было сказать о Кэтлин Пьюси — она была весьма зла. Как только она поняла, что её просто напросто перехитрили, злобно сверкнула глазами и сложила свои руки в тугой замок на груди. — Всё понятно. Можете заниматься своими домашними делами, — Малфой улыбнулся, кивнул им и домовики исчезли, отвесив поклон сначала ему, а следом и Лили. Кэтлин они подобным не удостоили. — Думаю, мы можем переходить к следующему этапу, поскольку Августу удалось бы выполнить задание Лили, а Питти не смог бы покинуть пределы поместья, — подытожил Альбус. Он улыбался хитро, и был доволен на всю катушку. — Нынче в моде великодушие, Кэтлин, — с улыбкой съязвил Альбус, глядя на злую гримасу девушки. Лили чуть не захлопала в ладоши, но сдержалась — у неё получилось. Эльза и Альбус не сильно скрывали своей радости, будучи в курсе сложившейся между Скорпиусом и Лили ситуации. А как еще заставить эту парочку гордецов и упрямцев договориться хоть до чего-то стоящего? — Кэтлин встанет в пару с Булстроудом, Поттер со мной, а Лоре достается Пьюси, — подытожил Скорпиус. После этих слов Кэтлин взяла со стола стакан с янтарной жидкостью, сделала большой глоток и немного поморщила нос от крепости алкоголя. — Продолжим? — спустя всего пару минут спросил Альбус, прерывая беседы всех присутствующих. Все участники прошли к своим партнерам по игре и встали рядом. — Ну ты и лиса, Поттер, — сказал Скорпиус, глядя перед собой, а Лили подняла на него взгляд и еле заметно улыбнулась. — Третий этап — самое интересное. Первое желание за девушками, — объявил ведущий. — Мы первые, — уверенно и громко сказала Лили и все удивлённые взгляды присутствующих, включая Скорпиуса, остановились на ней. — Хорошо, сестренка, твоё право. Вопрос или действие? — Действие, — сказала Лили, но даже не задумывалась. Слова вырвались сами, а решительности было столько, что ей сейчас позавидовал бы сам Годрик Гриффиндор. Несмотря на то, что она совсем не знала что за задание её ждет. Ей было всё равно, жажда объясниться перед Скорпиусом затмевала сейчас всё на свете. Её решение снискало одобрение у всех большинства присутствующих, поскольку от этого игра становилась ещё интересней. — «Семь минут рая», — потянув из колоды каких-то карточек первую попавшуюся, с улыбкой прочитал Альбус, но до чего же хитро посмотрел на своего лучшего друга. Словно с маленькой издёвкой, а совсем скоро стало понятно какой именно смысл несёт в себе этот странный набор слов, — семь минут абсолютного уединения, делайте что хотите, но не здесь. Прозвучало немного развязно и даже пошловато, поскольку Поттер приправил суть написанного целым букетом эмоций и всем богатством мимики, ну а Лили чуть не подскочила от восторга. Разве не то, чего хотела? Лучше и не придумаешь! Вероятно, стоит благодарить последние пары Феликса, что ещё струятся по телу, ведь везение из области ирреального. — Нам надо поговорить, Скорпиус. Я хочу, чтобы ты выслушал всё, что я тебе скажу, — твердо произнесла своё желание Лили. Скорпиусу ничего не оставалось, как кивнуть головой в знак согласия, поскольку проигрывать ей он точно не собирался. При этом вид у него был не самый довольный, но вариантов не было. Через миг девушка уже схватила его чуть выше запястья и тащила на выход из комнаты. Ей было всё равно, что подумают сейчас ребята, оставшиеся позади них. Молодые люди вышли за дверь и Лили завертела головой в поисках подходящего для разговора места. — Туда, — Скорпиус указал рукой в конец длинного коридора, ведущего в западное крыло поместья, а Поттер, не желая тратить ни секунды из отведённых минут, быстрыми шагами следовала по направлению, указанному хозяином дома. Не дойдя до конца коридора несколько метров, гриффиндорка почувствовала, как Малфой остановился возле предпоследней двери. — Сюда, Поттер, — кивнул он. Юноша пропустил девушку первой. Когда за вошедшим за ней молодым человеком хлопнула дверь, Лили отпустила его руку и осмотрела комнату. Ею оказался очень красивый рабочий кабинет, а в тусклом свете комнаты можно было разглядеть большой резной стол, стоящий перед окнами, кресло, что больше походило своими размерами на трон и исполинский книжный шкаф. На стене слева висел огромный герб рода Малфоев, а справа стояли вычищенные до блеска рыцарские доспехи. За доспехами располагался огромный диван из бархата и пара кресел, разделенных небольшим столиком. Все было очень сдержано и холодно. Несмотря на царившую здесь атмосферу, в кабинете было невероятно жарко и душно. Скорпиус, судя по всему, подумал о том же, сразу проследовал к окну, чтобы распахнуть его. Лили вытерла лицо рукой. Сняв с себя теплую кофту, которая принадлежала её собеседнику, она аккуратно положила её на спинку кресла и замерла. Смотрела на то, как Скорпиус проследовал к большому письменному столу, сел в огромное кресло, скрещивая на груди руки, и закинул ноги на угол стола. Он жестом предложил ей присесть на диван, но она не была в восторге от этого предложения. Лили не сильно хотела этого делать, ведь так бы их разделяла аж половина комнаты. — Благодарю, я постою, — тихо сказала она и медленно подошла к открытому окну. Оттуда открывался прекрасный вид на идеально подстриженные лабиринты живых изгородей. Лили в очередной раз пришла в восторг от этого дома. Повисла ужасная тишина и она затягивалась. Лили просто не знала с чего начать свою разъяснительную беседу, а свой собственный бой сердца мешал собрать воедино все мысли. Их были десятки, но чувства доминировали. — Не очень конструктивный разговор у нас получается, — спустя примерно минуту молчания сказал Малфой. Лили отвела взгляд от вида за окном, медленно подошла к письменному столу и присела бедром на дальний от Скорпиуса угол. — Скорпиус, я… — робко начала она, опустив взгляд на свои руки. Пытаясь справиться с волнением, нервно тёрла пальцами одной руки другую. — Я хочу попросить у тебя прощения. За всё то, что я тебе сказала, — наконец, выговорила она, и набралась решительности взглянуть в лицо собеседника. Девушка заметила промелькнувшую на его лице усмешку, но оно сразу же приобрело такое же выражение, как и до слов, сказанных ею. — Поттер, а за что тебе извиняться? Всё как всегда — ты говоришь гадости мне, я — тебе, так что давай… как ты там мне говорила?.. Продолжим тихо друг друга ненавидеть, — сказал он, опуская со стола ноги, и уперев сложенные в замок руки локтями на стол. Он выглядел так, как будто вел деловые переговоры. От этих слов у Лили внутри всё сжалось. Приложив все усилия, чтобы голос при этом не дрожал, она продолжила говорить: — Это неправда, — горьковато улыбнувшись от иронии, Лили поджимала губы. — Я не могу… Не могу тебя ненавидеть, Скорп, как бы не пыталась, — глядя куда-то вниз, сказала она. — А я думаю, что можешь. Раньше у тебя неплохо получалось, — почти посмеивался он, но даже не вооруженным глазом видно, что и самому от сказанного не сладко. Он будто бы со всех сил пытается себя сейчас в этом убедить, вот только хочется, вероятно, иного. Лили немного помедлила, а после, решившись на что-то более значимое, сделала вдох: — Скорпиус, прости меня. Прости за то, что я тебя обидела, прости за то, что я оскорбила твою семью, ничего не зная них. Ничего не зная о том, кто они. Я уверена, что они хорошие люди… Знала, конечно, что лезет на рожон, ведь снова о запретном, но не затронуть тему раздора было невозможно. Она и не надеялась на иной исход и ждала того, что в глазах Малфоя промелькнут огоньки злобы. — Да что ты знаешь о них? — громко, значительно повысив тон, спросил он. Молодой человек приподнялся со стула и упёрся ладонями в гладкую поверхность стола. Его гневное лицо приблизилось, а Лили невольно вздрогнула и встала на ноги. Она хотела бы совсем не такой реакции на извинения. Нет, зная Скорпиуса, она не надеялась, что пробить его защиту будет легче, чем пробить шкуру дракона. Но Лили ещё никогда не слышала, чтобы он почти кричал на кого-то. Даже самые сложные ситуации Скорпиус обычно решал тихо и почти безэмоционально. Теперь смотрела на него растерянно и виновато, а он продолжал сыпать гневными вопросами: — Как ты можешь знать? Как можешь говорить какие они хорошие, совершенно не зная их? Зачем ты вообще мне это все говоришь? Зачем ты пытаешься извиниться? — играя скулами говорил он. — Потому что ты мне очень дорог, Скорпиус! — не выдержала она. — Потому что я на протяжении всех этих дней снова и снова прокручивала в голове свои ужасные слова. Ты даже не представляешь, как сильно я жалею о том, что сказала их! Тебе известно хоть что-то о сожалении? — не уступала Лили, принимая такую же позу, как у него. В глубине души она была благодарна тому, что в её крови сейчас была смесь из сыворотки правды и зелья удачи, поскольку признаться в этом без их помощи она бы, возможно, и не смогла. Говоря, она так крикнула, что эхо её голоса до сих пор отбивалось от стен. Теперь и Скорпиус был слегка ошарашен. Парень поднял руку и взъерошил волосы на своем затылке. Лили на секунду представила, как именно все происходящее выглядело со стороны. Это было далеко не самое романтичное признание в своих чувствах, но по-другому сейчас не получалось. — Я здесь не просто потому, что мне захотелось поиграть в эту вашу игру. Я здесь, потому что ты мне нужен, — уже тихо, но твердо повторила она. — Именно поэтому мне абсолютно не все равно! Именно поэтому мне важно извиниться перед тобой, — её глаза бегали по его лицу, пытаясь уловить хоть какие-то эмоции. Как только Лили показалось, что сердце сейчас пробьет в груди дыру — так сильно оно стучало — Скорпиус выровнял спину и ухмыльнулся. — Я должен тебе верить? — немного нахально спрашивал юноша. Его реакция была сродни самозащиты, но Поттер же не могла знать, что от сказанных ею слов сердце в мужской груди удвоило своё биение. Лицо Лили было серьезным. Таким, как никогда. Она вновь поджала губы и закивала головой. — Можешь не верить… Делай что хочешь, но я знаю, что ты чувствуешь то же по отношению ко мне. Довольно странный способ признаться в своих чувствах, но и их ситуация была не очень стандартной. Скорпиус не спешил ничего отвечать. Он лишь обошел её, прошел к дивану и присел. Судя по выражению его лица, можно было сказать, что он уже не так злится, но то, что разговор был не закончен, было неоспоримо. — Мне очень жаль, что я сказала эти ужасные слова. Тогда мне очень хотелось сделать тебе больно, но я не знала, что… — она замолчала, не решаясь говорить об отношениях в его семье. — Тебе Альбус рассказал? — спросил о Скорпиус, глядя в свои ладони. Он догадался, к чему вела Лили. — Да, — тихо и с нескрываемой болью ответила Лили. — И про маму? — твердым голосом продолжал он, ковыряя пальцем линию на своей ладони. Но весь его вид немного говорил об обратном, Лили впервые разглядела искренние переживания и боль под его толстым защитным слоем, который всегда был не слабее панциря. Девушка молчала, из чего было понятно, что она знает всё. — Скорпиус, мне так… — Не нужно говорить, что тебе жаль, — он перебил её грубоватым ровным тоном. — Я терпеть не могу жалости, тем более я давно уже привык и смирился с этой ситуацией. Сейчас Поттер не находила подходящих слов, которые бы не звучали сочувственно, поэтому она набралась духу присесть возле него, поджала под себя ноги и дотянулась до бледной теплой ладони. — Я ведь раньше тебя терпеть не могла… — первая заговорила Лили, с жадностью разглядывая каждую мимическую морщинку на красивом лице юноши. — Отрадно слышать, Поттер, — усмехнулся Скорпиус. — А сейчас понимаю, как сильно ошибалась… Поспешно сказав это, Поттер всеми силами давала понять, что от былой предвзятости не осталось и следа, и Скорпиус это прекрасно понимал. — Хорошая игра, да? — хитро прищурив глаза и улыбаясь, Малфой выглядел как непревзойдённый темнила и заговорщик. Такая разительная перемена его настроя вызвала в собеседнице некое непонимание, но скоро пазл в голове Поттер потихоньку складывался. — Да уж, неплохая. Вы с Альбусом все подстроили? — спросила девушка, понимая, что ее вопрос бессмысленный, потому что это и так очевидно. В конце концов что ему стоит? Если он смог провернуть такую блестящую аферу с финальным матчем по квиддичу, то какая-то там незатейливая игра является для Малфоя лишь рядовой забавой. — Ну, идея принадлежала Альбусу, — честно признался он. — Мне оставалось лишь согласиться. Откровенно говоря, я не был в восторге, но после нескольких поздних вечерних бесед Альбус меня уломал. — Я думала, Ал все вечера проводил с Эльзой, — озвучила мысли вслух Лили. — Как только твой брат убедил меня в том, что это будет действительно забавно, я всё же согласился, — говорил Скорпиус с довольной улыбкой на лице. — Забавно иногда выведать у людей их секреты, тем более таким невинным образом. — И чья же это была идея? Подлить всем Сыворотку правды… Моего драгоценного братца? — с явным осуждающим тоном, поскольку это вот по меньшей мере предосудительно. — Никакой Сыворотки не было, — сказал он и едва не закатывал под веки глаза. Словно подобная нелепость не могла прийти в головы этих двух сорванцов. — Все говорили правду, потому что так хотели, а не потому, что были вынуждены это делать, — Малфой снова выглядел довольным собой, а Поттер в который раз ощутила замешательство и лишь при помощи мимики требовала пояснений. — Никаких заклинаний тоже нет, но если кто и осмелится болтнуть лишнего в школе, в чем я сомневаюсь, то я об этом все равно узнаю. И тогда уж кому-то не будет весело. — Но я думала… — шумно вдыхала гриффиндорка. — Нет, — спокойно перебил слушатель, а возмущение Поттер заместил нервный смешок, — в стаканах не было ничего подобного. Но тебе как раз вообще не стоило переживать. Скорее всего Сыворотка всё равно бы на тебя не подействовала, даже если бы была подмешана в напитки. — Почему? Феликс же подействовал, — сведя брови в одну бронзовую линию, она непонимающе смотрела на него. Пыталась понять, что в ней такого особенного, что могло бы нейтрализовать действие этого зелья. — Ну, Феликс Фелицис ты выпила сама, осознанно и добровольно, а о Сыворотке знать не могла, поэтому её действие могло быть нейтрализовано. Из-за этого, — Скорпиус взял в руку её ладонь и тронул пальцем кольцо. От прикосновения змейка тотчас ожила, развернула свои колечки и принялась медленно ползать по её запястью, вызывая чувство легкой щекотки. Лили уже в сотый раз наблюдала за тем, как она это делает, но снова не могла отвести от неё взор — такая красивая магия была в этом необычном украшении. — Не понимаю… Это какой-то оберег? Или отражатель магии? — недоуменно спросила девушка. Скорпиус улыбался, но отвечать не спешил. Он смотрел в глаза Лили и как будто оценивал стоит ли отвечать на этот вопрос. Приняв решение, опять опустил взор на золотую змею, поставил перед ней свой палец, но та проползла мимо, проигнорировав этот жест. — Оно признает только того хозяина, которому досталось в искренний дар, — пояснил он. — Мне, как и всем остальным оно неподвластно. Ты его даже потерять не сможешь — оно само тебя найдет. Это его собственная магия. Очень сильная и могущественная. Это кольцо принадлежало одному очень могущественному магу. — Кому? — нетерпеливо выпалив это, Поттер чуть не заёрзала на месте. — А ты как думаешь? — обаятельно прищурившись, Скорпиус явно хотел, чтобы собеседница начала угадывать. — Не знаю… — Поттер начала перебирать в голове варианты, но пришлось выругать себя за скудноватые познания в Истории магии. К слову, это был скучнейший и не любый ею предмет. — Понятия не имею, скажи. — Знаешь, держу пари, что парочку раз слышала о Мерлине. Услышав имя своего создателя, змейка сыпанула на ладонь Лили сноп золотых искрок, которые красиво закружили в воздухе. — ЧТО?! О ком?! — округлив глаза, Лили полностью повернулась в сторону Скорпиуса. Сейчас она была уверена, что он её разыгрывает. Мерлин — самый известный и великий волшебник эпохи. Выпускник факультета Слизерин, который жил несколько веков назад. Подобные вещи, которые принадлежали таким волшебникам, были огромнейшей редкостью и обладали гигантским магическим потенциалом. Они могли быть оберегами или усиливать магию хозяина, а в некоторых случаях благотворно влиять на события в жизни человека. Самым сложным было найти подобные реликвии, не говоря о том, что стоили они непомерных денег. Их стоимость могла исчисляться сотнями галлеонов, а то и тысячами. — Но как ты… Мерлин! — Все еще будучи в шоке, шепнула Лили, употребляя имя великого волшебника для того, чтобы выразить предел своего восхищения, но совпадение казалось даже каким-то смешным, а украшение опять рассыпало золотые блесточки. — Он самый, можешь не сомневаться, я его проверял. Оно подлинное, — засмеялся Скорпиус, словив летающие над их руками искорки и перетирая их между подушечек пальцев. — Я не могу… Просто не могу его принять, — растерянно произнесла девушка, но в этот момент змейка уже выбрала пальчик на руке Лили, на котором ей хотелось быть сейчас. И не просто выбрала, а обвила его и теперь попытки Лили снять его были абсолютно тщетными. Как бы она не старалась. — Можешь, оно твоё, видишь? Теперь оно от тебя никуда не денется. Такие вещи привязываются к создателям и хозяину, — заверил Малфой и потешался над её очередной неудачной попыткой избавиться от украшения. — Но как ты его нашел? Как ты смог его купить? Оно, должно быть, стоит целое состояние? — робко произнесла Лили. Сейчас она чувствовала себя польщенной, но неловкости было примерно столько же. — Знаешь, Лили, я думаю, немного бросается в глаза то, что моя семья не бедствует, — выгнув дугой бровь, сказал Малфой. — Но если хочешь знать, я не взял у родителей ни кната. Более того, я не платил ничего за это кольцо. Я заполучил его просто оказывая для одного человека парочку очень хороших услуг, а в обмен он дал мне его, — подытожил он, оставляя за собой право не посвящать девушку в то, чего ей знать не следовало. Как бы то ни было, но Лили снова невольно восторгалась им. Какой же он всё-таки не по годам взрослый, а хитер, умен и настойчив в своих действиях настолько, что этому бы позавидовала добрая половина взрослых волшебников. — Но почему я?.. — с уст сорвался главный вопрос, и вот на него Лили не могла найти даже приблизительного ответа. — Ты подарил его мне, но ещё тогда, когда мы с тобой почти не общались. Мы же всё время цапались по любому поводу и беспрерывно ссорились. — Может, это было долгосрочное вложение в светлое будущее? — он потянул вверх один уголок рта. — Всё, хватит вопросов, Поттер. К тому же наши семь минут почти подошли к концу. Глянув на часы на своём запястье, он первым встал с дивана и протянул ей руку. Лили вложила в неё свою ладошку и тоже приподнялась на ноги, но прекращать задавать вопросы не собиралась. Уж слишком много их накопилось. — Всего парочка осталась, — упрашивающим тоном сказала она, но не дождалась его ответа и продолжала: — В тот вечер, после матча… Я стала невольным свидетелем твоего разговора с Лорой… — Как не странно, но об этом я догадался, — иронично посмеиваясь, он перестал это делать лишь после её укоризненного взгляда. — Знаешь, ты был очень мил с ней, — Лили было неловко об этом говорить, но интерес побеждал. В голосе проскакивали четкие нотки ревности, но Малфою это явно импонировало. — Я прекрасно знаю, что Лоре сейчас нравится Ал, но все же… Между вами что-то было? Лили спрашивала максимально аккуратно, чтобы не разоблачить весь объем растущей в ней ревности, но Малфой еле сдерживался, чтобы не засмеяться. — О, Поттер, — закатил глаза к потолку слизеринец, — конечно было, между нами всегда что-то было. Мы всегда общались, дружили, периодически целовались и я даже видел её практически голой. Всё это он сказал шутливым тоном и с улыбкой, но на последних словах он театрально шептал. Лили совершенно не понимала, что тут смешного, и почему он ей все это говорит. Когда Скорпиус увидел, что лицо Лили начинает меняться в цвете, он потянулся пальцами к длинным медным локонам и бережно пропустил один из них сквозь свои пальцы. — Ты, вероятно, не знаешь девичью фамилию моей мамы, — спокойно сказал он, глядя в изумрудные глаза. Лили окунулась в воспоминания. В голове прозвучали папины слова, сказанные пару недель назад во время завтрака, когда он увлеченно рассказывал о делах на работе: «Малфой и Гринграсс скоро отправляются в путешествие…». Лили была уверена, что речь идет о родителях Лоры, с которыми семейство Малфоев вроде как общалось, а оказалось папа имел ввиду маму Скорпиуса, которую называл по старой памяти — Гринграсс. — Вот почему Ал сказал, что между вами ничего не может быть? Она?.. Твоя кузина? — не веря своим словам, выговорила девушка. — Мы с Лорой с детства росли вместе, но в школе не особо распространяемся о родстве. И скажу честно, это иногда сулит нам обоим неплохую выгоду. Лили улыбалась. Она в очередной раз поразилась находчивости Скорпиуса. — Ты ведь знал, что я захочу выиграть, чтобы поговорить с тобой, да? — задавала очередной вопрос девушка. — Догадывался, — молодой человек и провел указательным пальцем по складке на лбу. — Я даже надеялся на твое фиаско, — честно ответил он, в то время, как Лили виновато опустила взгляд в свои ладони. Она прекрасно понимала, что ещё несколько минут назад Малфою не сильно хотелось с ней говорить и на то были веские при чины. — Но тут я немного схитрил. Поэтому придумал это задание с домовиками. Альбус был против него, как и против того, что из-за этого ты проиграешь. Такой он у нас с тобой заботливый сводник, но я настоял на своём, подкинув пергамент уже после того, как Эльза и Лора сыграли. Это был мой просчёт, но ты была хороша… очень хороша, хитрая лиса, — говоря это, он прищурился и ухмыльнулся. — Если честно, мы с Альбусом очень удивились. Когда ты согласилась состязаться с Кэтлин. Мне не очень хотелось подвергать эльфов опасности. После последних слов брови Лили медленно поползли вверх. — Ты думаешь, я бы дал кому-то обидеть эльфов? — спросил Скорпиус, а Лили пожала плечами. — Я не вижу ни малейшего смысла подвергать этих существ грубому отношению и опасности, — пояснил он. — Почему ты думал, что я откажусь? Вместо ответа Скорпиус опять широко улыбнулся и закатил глаза, показывая своим видом, что её вопрос до ужаса очевиден. — В отличие от Кэтлин ты очень добра и тебе не чуждо сочувствие, тем более к тем, кто слабее, — говорил молодой человек, начав медленное шествие по кабинету. Поттер же немного засмущалась. Это была чистая правда: всю свою жизнь Лили старалась защищать тех, кто слабее, или тех, к кому проявлялась несправедливость. — Но я рад, что ты нашла такой выход из этой ситуации, которая никому не навредила и привела тебя к победе, — заключил он. Выдержав паузу, она прошла к письменному столу. Не поворачиваясь к Малфою лицом, девушка повела пальчиком по гладкой поверхности предмета мебели. Рисуя на нём невидимый завиток, она решилась на самый важный на сегодняшний вечер вопрос: — Значит… Значит ты простил меня? — Робко спросила она. К огромному удивлению услышала позади короткий выдох, который обычно предшествует улыбке или сопровождает её. Лили повернулась и убедилась в своей правоте. Он действительно улыбался и от сердца девушки отлегло. — Обида — удел слабых, Лили. Я не обижался. Скорее жутко злился, но не теперь. Может ты действительно начала взрослеть? — подначивал девушку юноша, но обоснованно же. И она это всё уже давненько поняла. После всего этого внутри Лили начало пропадать то пожирающее чувство, от которого она не могла избавиться с тех самых пор, как брат открыл ей глаза на происходящее. Она не сдерживалась и улыбнулась в ответ. Прислонившись к столу и взявшись за край руками, поджимала пухлые губки. Давила в них улыбку и смущенно опускала взгляд. — Но мы ведь ещё играем, Лили, — Скорпиус выпрямил и без того прямую всегда спину, вскинул подбородок и сунул руки в карманы джинсов. — Вопрос или действие? Ты выбрала действие, теперь моя очередь. — Тогда нам нужно вернуться ко всем, — чуть тише рассуждала девушка и взгляд её теперь полностью сосредоточился на статном молодом человеке. — Все задания у Альбуса. Робость и всё прочее канули в бездну, а доминирующим желанием было с жадностью поглощать весь его облик. — Они мне не нужны, — уверенно отвечал старшекурсник, — я выбираю действие, я сам знаю какое. — Какое? — ощутив прилив крови в щеках, Лили и так догадывалась, но хотела, чтобы он его озвучил. Она очень надеялась, что их желание сейчас совпадают. — Воспринимаю только вербальную форму, — поспешно добавила она, вспомнив его слова, сказанные в библиотеке. Со всех сил пыталась казаться серьезной, но получалось плохо, а Скорпиус между тем медленно положил ладонь на тонкую талию. От этого все посторонние мысли Лили мгновенно улетучились. Не желая ждать больше не секунды, она сжимала футболку в своих кулаках и притянула его к себе. После долгожданного и желанного прикосновения губ девушка словно забыла дышать. Скоро поцелуй стал более чувственным и Скорпиус, проявив своеволие, легким движением приподнял её и усадил на письменный стол. Теперь бедра девушки оказались по разную сторону от его ног. Лили впервые в своей жизни оказалась в таком откровенном положении. Теплые руки юноши скользнули по кружеву на спине, очертили невидимые линии вдоль позвоночника и поднялись к румяному личику. Спустя пару минут, которые казались им бесконечными, поскольку они порядком соскучились друг за другом, Скорпиус первым прекратил поцелуй. Он помог Лили спуститься и крепко прижал её к себе, положив подбородок на яркую макушку. Поттер хотелось раствориться в этих теплых и искренних объятьях. Настолько настоящих, что прижималась щекой к его груди и зажмурившись, она ощутила настоящее спокойствие, а в полной тишине было отчетливо слышно каждый удар его сердца. — Я хочу, чтобы ты всегда была со мной, Поттер, — почти шепотом сказал он. — Будем считать это моим следующим желанием. Услышав, Поттер прикрыла веки, но скоро подняла голову и смотрела на него счастливым взглядом. — Я буду, — так же тихо сказала она, — только не хочу больше никаких таинственных планов, загадок и игр. — Я тоже… — Скорпиус тоже улыбнулся, провёл пальцем по теплой щеке и краешку розовых губ. Вскоре оба вернулись в комнату, но выглядели совсем не так, как ещё несколько минут назад. К тому же держались за руки, а во взглядах больше не читались былые размолвки. Они оба отказались продолжать свое участие в третьем туре. Вместо этого Лили и Скорпиус ещё около часа просидели на огромной кровати в другой стороне комнаты, изредка посматривая на ребят, которые выполняли разного рода сумасшедшие и не очень задания. Особенно хороша была Роуз, которая во всю отрывалась на своем парне, засыпая его самыми разнообразными вопросами и задачами. Лили и Скорпиус разговаривали и смеялись, делились воспоминаниями и мыслями о будущем. Впервые за долгое время внутри неё не было тревоги или чувства вины. Было только чувство счастья.
