Наша великолепная жизнь

Лили проснулась и сощурилась от яркого солнечного света, пробивавшегося через окно ее комнаты. Девушка потерла глаза и осмотрелась по сторонам, будто пытаясь понять, где находится. Она четко помнила, что вчера до поздней ночи они с Альбусом были в гостях в особняке Малфоев, но совершенно не помнила о том, как оказалась дома. Лили встала с кровати, снимая с себя легкое покрывало, которым кто-то заботливо укрыл её. Одета она была в тот же костюм, в котором была вчера. Это значило лишь то, что её спящую уложили в собственную кровать. Прокручивая в голове события вчерашнего вечера, Поттер пыталась вспомнить своё последнее воспоминание. Им оказался момент, когда она, склонив голову на плечо Скорпиуса, прикрыла глаза и слушала его тихий рассказ о планах на оставшиеся перед школой летние дни. Наверное она заснула и Альбус трансгрессировал её домой. Приведя себя в порядок, она быстро переоделась и спустилась к завтраку, а настроение было самым приподнятым. Альбус уже сидел за столом и что-то бурно обсуждая с отцом. — Доброе утро, — поздоровалась со всеми Лили. Гарри и Альбус приветливо кивнули, но практически не отвлеклись от своего диалога. — Доброе утро, милая, как спалось? Альбус сказал, вы вчера поздно вернулись? Хорошо повеселились? — спросила Джинни, целуя дочь в щеку. После этого Лили взглянула на брата и немного заливаясь румянцем. — Да, мам, вечер прошел замечательно, — говоря, она села за стол справа от Гарри и взяла с большого голубого блюда булочку с корицей, но теперь полностью сосредоточилась на разговоре отца и брата. Они говорили о недавних исчезновениях волшебников. За последнее время это было самой громкой и обсуждаемой новостью магического сообщества. Было неизвестно, кто за этим всем стоит, но все были взволнованы этими новостями, а у мракоборческого отдела явно прибавилось работы. — …и это накануне Всемирного Чемпионата по квиддичу, — заканчивал свою мысль Гарри. Всемирный Чемпионат проходил в этом году в Швеции, недалеко от самой высокой горы, название которой можно выговорить без запинки только после хорошего стакана хереса или медовухи. Это чуть ли не единственное событие, на котором всегда присутствует дополнительная охрана в лице мракоборцев со всего мира. Чемпионат мира был очень ответственным мероприятием. Именно там работы Гарри и Джинни пересекались, поскольку она — один из лучших спортивных журналистов в Великобритании и за её пределами. — Нет догадок о том, кто это может быть? — спросил у отца Альбус. Гарри отрицательно махнул головой и сделал последний глоток из своей чашки, а Лили отметила, что вид у папы очень озадаченный. Еще бы, ведь если отец всё ещё не нашел тех, кто в этом замешан, то это явно не безмозглая кучка дилетантов. — Единственной зацепкой является связь пропавших с некоторыми старинными магическими предметами, владельцами которых они являлись или хотели их заполучить в свои семейные коллекции, — продолжал Гарри. После этих слов Лили на автомате посмотрела на свое кольцо — предметов более магических и старинные можно было, наверное, посчитать на пальцах одной руки. После завтрака она поднялась в свою комнату, но стоило только переступить порог, как в глаза бросились нежданные гости — сразу две птицы, восседающие на подоконнике. Одна была бурой совой, а другая— пепельно–черным филином и два принесённых ими конверта уже лежали на кровати. Первое письмо было заклеено восковой печатью с большой буквой «Х» и нарисованным гербом — письмо из Хогвартса. Волнуясь, Лили быстро распечатала конверт, который был значительно тяжелее чем те, что получала в прошлые года. Девушка достала из него список учебников и расписание занятий на следующий год, но в конверте что-то заблестело. Поттер, не веря своим глазам, достала значок старосты, который ярко переливался на солнце. После этого бурая сова тихо ухнула и улетела, а Лили широко улыбнулась и быстро проследовала к письменному столу. Окунув перо в чернильницу, быстро и размашисто написала Эльзе пару строк. Тех, где делилась с лучшей подругой своей радостью. Девушка запечатала письмо и положила на стол. Хотела потом взять сову Альбуса и отправить Криви весточку. Следом её вниманием завладел второй конверт. Гриффиндорка сразу угадала его автора, ведь филины, подобные тому, который принес его — большая редкость. Птицы этого вида безумно красивы, сильны и очень выносливы. Когда конверт был открыт, а содержимое письма прочитано, лицо Лили озарила счастливая улыбка. Скорпиус писал о вчерашнем вечере и о том, что план победы в игре за кубок школы — лучшее, что они с Альбусом провернули за все годы, ведь он сработал. Написано это было немного лаконично и сдержано — так, как ему присуще, ведь дождаться от Малфоев сентиментальности невозможно. Но Лили сама не была сторонницей слащавости. Она не знала, что ему отвечать. Главное, что она хотела ему сказать, сказала вчера, но огромная темная птица, похоже, не спешила улетать, получив четкое распоряжение хозяина не возвращаться без ответа. Лили взяла чистый лист и начертала всего пару строк: «Сегодня в 19.00. Хогсмид. В Трех метлах. Альбус меня подкинет». Посмотрев на написанное Лили сморщила нос и дописала: «Жду нашей встречи. Лили» Сложив записку пополам, отдала ее огромному филину по кличке Аш. Он взмахнул могучими крыльями и вскоре скрылся из виду, а Поттер еще немного понаблюдала, как эта красивая птица стремительно превращается в маленькую точку. Когда Аш растворился вдалеке, девушка проследовала в комнату брата, чтобы попросить у него Харти — ястребиную сову Альбуса. Умнее животного Лили в своей жизни никогда не встречала. Он был необычайно красив и очень привязан к хозяину. — Альбус, я одолжу у тебя Харти? — заходя к брату в комнату, поинтересовалась девушка. — Я хотел отправить Эльзе записку. — Отлично, и мою отправь, — обрадовалась такому удачному совпадению девушка. — За ночь появились секреты и не терпится ими поделиться? — Альбус явно подначивал и улыбался во весь рот. — За ночь нет, а вот утром меня настигла приятная новость, — Лили раскрыла ладонь и в ней блеснул значок с буквой «С». — Поздравляю, сестренка, будешь теперь снимать с меня баллы, когда я буду тебя раздражать? — Не сомневайся, — вытягивая голову вверх, шутливо отметила она. — И у меня к тебе будет ещё одна просьба: не подкинешь меня сегодня к семи часам в Хогсмид? — У тебя свидание? — Альбус опять поплыл в улыбке. — Я бы не назвала это свиданием, — смутилась Лили. — Встреча… — говоря это, она немного залилась краской. —Хорошо, конечно подкину. Но учти, передам из рук в руки, — говорил брат. — Что со мной может случиться в Хогсмиде в семь часов летнего вечера? — скептически спросила девушка и выгибала бровь. — Мало ли… что… — с некой тревогой выговорил старший брат. И обоснованно же, а Лили сразу догадалась о том, что его тревоги связаны в большей степени с недавними событиями и исчезновениями. — Я не только за тебя переживаю, — сведя всё к шутке, Ал попытался увиливать от тревожной темы. — Я переживаю и за Скорпиуса. Вдруг кто-то к тебе подсядет пока ты будешь одна? Ты его ещё плохо знаешь, ведь собственник каких поискать. Он вчера чуть волшебную палочку не поломал, когда ты Зака поцеловала. Ты этого не заметила, а вот я обратил внимание на то, как сжалась его рука. И у этой ситуации было куча смягчающих обстоятельств — наша Роуз, разгар игры и то, что Зак его хороший друг. Представь, что может случиться с каким-то посторонним парнем, который имеет на тебя хоть малейшие виды. —  Малфой и ревность? — ухмылялась она, но удивилась, — это что-то из области фантастики, — хихикнула девушка. — Самый верный своим принципам человек между прочим. У него не так много тех, кем он дорожит. Но если ему кто нужен, он этого человека не упустит и никому не отдаст, — пояснил Альбус, но Поттер другого и не хотелось. Хотелось лишь как-то скоротать этот день или вовсе ускорить время. Когда стрелки часов показали без четверти семь, Лили поправила распущенные локоны, которые спадали на легкую кофту с длинным рукавом. Наученная вчерашним опытом, сегодня она оделась теплее и даже скромнее: удобные любимые джинсы, балетки и кофта, накинутая поверх майки. В комнату постучали и сквозь открывшийся проем показалась лохматая голова Альбуса. — Идём, — опередив его вопросы, сказала Лили и через несколько минут оба почувствовали свежий деревенский воздух Хогсмида. — Где вы договорились встретиться? — вышагивая по мощеной улочке и рассматривая витрины маленьких магазинов, спросил Альбус. — В Трёх метлах, — ответила девушка, махнув рукой в сторону небольшого домика в середине улицы. После того, как они преодолели несколько десятков метров, Альбус приоткрыл небольшую деревянную дверь и та издала тонкий скрип. Пропустив Лили, он зашел следом за ней и осмотрелся. Внутри было довольно людно, но не настолько, чтобы не рассмотреть всех сидящих за столами. Скорпиуса среди них пока не было. — Пойдем, найдем удобные места, я подожду, пока он не появится. Вообще-то обычно никогда не опаздывает. До дотошного пунктуален, — с неким замешательством пробубнил Ал. На часах было начало восьмого. Заказав напитки, оба стали рассуждать об утреннем разговоре с отцом и недавних событиях магического сообщества. Альбус высказал свою догадку и заключалась она в том, что за этим всем могли стоять последователи возрожденной древней организации магов, которые бесчинствовали около десяти лет назад и пытаясь привлечь к своей деятельности всех бывших Пожерателей смерти. Большинство из них уже или мертвы, или в Азкабане, но есть и те, кто до сих пор скрывается. Многих уже подкосили года, а из более молодых почти все отошли от дел сразу после падения Темного Лорда. Некогда многие участники, состоявшие в этой гильдии, наделали шуму и ушли в подполье. Альбус же был уверен, что они никогда не прекращали своей деятельности. Были ли они опасны? Несомненно, особенно если дело касалось получения интересующей их информации, предмета или вербовки нужного человека. За этим разговором брат и сестра провели не меньше двадцати минут, но оба уже начали переживать из-за отсутствия Скорпиуса. — Если бы он опаздывал, то сообщил бы нам, — взволновано говорил Альбус. — Не с помощью Патронуса, конечно, он ему все так же плохо дается, но он нашел бы способ. — У Скорпиуса не получается телесный Патронус? — спросила серьезным и удивленным тоном сестра. Она знала, что это очень сложный уровень волшебства, но не могла поверить, что такому талантливому и старательному юноше, как Малфой, не дается это заклинание. — Он уже на втором курсе мог из льда сделать огонь… — Понимаешь… — начал аккуратно Альбус, как будто понимая, что болтнул немного лишнего, — для того, чтобы вызвать Патронуса нужно самое сильное и хорошее воспоминание… — Лили и так знала все это, потому просто кивнула — …У Скорпиуса было не самое легкое и счастливое детство — его бабушка и дедушка умерли, когда ему было около семи лет, а родители занимались делами и часто уезжали… А потом и его мама… Лили теперь смекнула, что причина отсутствия телесного Патронуса не в слабости его магических способностей, а в том, что у него просто нет стоящих сильных счастливых воспоминаний. От этого ей стало не по себе. Не очень приятно осознавать, что у небезразличного тебе человека всё совсем не гладко. От этих мыслей гриффиндорка невольно поежилась. Все, чего ей сейчас хотелось — видеть улыбающегося Скорпиуса и обнять его, но вместо этого она снова и снова чувствовала растущую тревогу. — Ал, перемести нас к нему домой. Такое предчувствие противное… Может, что-то случилось? Не расточая время на размышления, Альбус согласился. Встал из-за стола, подал Лили руку и оба вышли на свежий воздух. После духоты и теплоты помещения вечерний воздух показался прохладным. Ал крепче сжал ладонь сестры и они растворились в воздухе. По сравнению со светлой деревушкой тут был мрак. Царили сумерки и прямо на глазах превращались в густую темноту. Альбус отпустил руку сестры и начал идти к высоким кованым воротам, которые были закрыты на замок. — Это ещё что? Их же вчера не было, — взволновано заметила Лили. — Были, — тихо ответил он, — просто сейчас наложено заклинание от непрошеных гостей, а это значит, что дома нет хозяев. После этих слов Альбус подошел к решеткам и легонько прикоснулся к ним кончиком палочки. По ним пошла почти прозрачная волна, похожая на силовое поле. Лили тоже подошла. Она только сейчас заметила, что вчера они трансгрессировали на метров пятьдесят ближе к дому. Это и была причина, по которой она не заметила эту высокую ограду. Огромный дом почти слился с окружающей темнотой. Ни в одном окне не было даже намека на какой-то источник света, пусть даже такой слабый. —  Куда он мог отправиться? Может мы разминулись? Или он у Гринграссов дома? — уже не на шутку переживала она. Альбус молчал. Даже сквозь темень Лили смогла разглядеть пульсирующую вену у него на виске. Он судорожно что-то обмозговывал, а девушка пыталась сладить с наступающей тревогой. — Нет, Гринграссы сегодня отправились всей семьёй в Париж. Лора вчера об этом говорила нам с Эльзой. — Куда же он мог отправиться и почему не предупредил никого? Ты же всё и всегда знаешь о его планах, — тараторила она. — Я не знаю, — ответив нервно, парень опустил голову. Он как будто пытался собрать кусочки головоломки. — Могу сказать только то, что вчера он попросил у меня мантию папы… Он мне обмолвился раз, что иногда видел каких-то людей возле своего дома. — Каких? За ним следили?! — не скрывая страха, выпалила Лили, хватая брата за локоть. Она беспокойно огляделась по сторонам и повернула Ала к себе. — Я не знаю! Не знаю ни-че-го! — раздражительно отчекан ил юноша. —Еще рано переживать и делать поспешные выводы. Мало ли куда он отправился и по какой причине не рассказал нам об этом. Ал пытался успокоить сестру, а заодно и себя, но мысли и тревоги так и лезли в голову. Девушка тяжело выдохнула, и попыталась прислушаться к голосу разума Альбуса. Действительно, ещё рано паниковать. Вполне вероятно, что завтра он объявится или напишет письмо, а в нём извинится за то, что устал, рано уснул и поэтому не смог прийти на встречу. — Хорошо, но если он не выйдет на связь еще пару дней, то скажем папе о наших опасениях, идёт? Альбус кивнул. Когда он взялся за запястье сестры, она уже тихим и спокойным тоном спросила: — Ал, я не представляю что могло случиться, но хотя бы скажи мне, что ты дал ему мантию. Альбус молчал. Лишь забегал взглядом по её лицу. Такого беспокойного и озадаченного выражения Лили давно не видела. — Он должен был забрать её завтра утром. После этих слов Лили пробила дрожь. Сегодняшний свежий вечер показался ей действительно холодным, но дрожь пробивала не от температуры, а брату только и оставалось взять её ладонь и перенестись домой. <

***

Этой ночью Лили плохо спала. Ей снилось, что она стоит по центру большой, залитой лунным светом поляны. Вокруг виднелись темные фигуры, лица которых она не могла рассмотреть. Она громко и четко слышала в голове громкий и пронзительный крик Альбуса. Он велел ей бежать: — «БЕГИ! Лили, они нашли его! Он у них!» Повинуясь, девушка попыталась сойти с места, но её ноги как будто врастали в землю, и она не могла сделать и шага. Вздрогнув, Лили проснулась. За окном ещё было темно. Она положила ладонь на лоб, вспоминая события своего сна, и пытаясь понять, что он значил. Сегодня ей снилась знакомая лесная поляна среди густой растительности Запретного Леса. Они были там Скорпиусом две ночи назад. Наяву, взаправду. Ещё около часа Поттер крутилась в постели, но уснуть глубоким нормальным сном так и не смогла. Следующие два дня были похожи на пытку. Лили постоянно думала о том, что могло случиться с юным Малфоем, и почему он до сих пор не сообщил никому о своём местонахождении. Альбус тоже выглядел очень взволнованно. От этих мыслей их обоих ничего не отвлекало. Особенно сейчас, когда мама и папа уехали на Чемпионат Мира по квиддичу и просить совета или помощи было не у кого. Оба чада Поттеров сидели в светлой уютной гостиной. Лили пыталась читать утренний выпуск газеты, но водила глазами по одной и той же строчке уже который раз. — Ал, — оживленно выпалила Лили, — может он на Чемпионат уехал, и решил какой-то причине ничего не говорить нам? — глядя на спортивную колонку, предположила она, но и сама не верила. За неимением каких-либо догадок и эта уже не казалась бредовой. Хоть что-то, лишь бы унять своё раздёрганное сердце. — Я очень сомневаюсь, — в Альбусе проснулся скептик, — вряд ли бы он решил скрыть от меня поездку. Тем более он бы не променял встречу с тобой на игру в квиддич. —  А его родители? Где ты говорил они? — В Болгарии. Думаешь, он к ним отправился? — Возможно, — задумчиво произнесла девушка. — Я думаю, что об этом он тоже предупредил бы. Нет, Лили, что-то внезапное заставило его бросить все и покинуть дом. После небольшой паузы, немного сомневаясь, стоит ли заговаривать на эту тему, Лили все же решилась: — Ал, мне сегодня сон снился… В нем было много людей и все они были похожи на того, кого мы видели в лесу… и та же поляна. Кто это? Кто этот человек? Я видела, что Скорпиус его узнал! Только пожалуйста!.. Не ври мне. Я устала от ваших загадок. Вдруг он как-то связан с внезапным исчезновением Скорпиуса? — Я так понимаю, что ты всё равно не отступишься от расспросов, — из уст Альбуса звучал риторический вопрос, и он сразу же протяжно выдохнул. Упрямство сестры взяло верх, — поскольку ты не из болтливых, Лили, я скажу тебе кто это был, но больше ни о чём меня не спрашивай, хорошо? По крайней мере, пока что. Лили согласно кивнула, и Ал продолжил: — Это был Эйвери. Услышав эту фамилию, девушка уже набрала полную грудь воздуха, но Альбус с серьезным видом остановил её: — Никаких вопросов, Лили! Она была абсолютно сбита с толку. Почему отпрыск рода Эйвери прячется или сбегает от кого-то? Почему он делал это в Запретном лесу? Сейчас Лили вспомнила их с Эйвери встречу в рождественские каникулы в Трех метлах и её мысли сразу переключились на Малфоя. — Ты был у Скорпиуса дома? — с надеждой спросила Лили. — Каждый вечер, с того самого дня… Ничего не поменялось: закрытые ворота и полная темнота. Я пытался дозваться кого-то из домовиков, но не получилось. У Флинта и Булстроуда его тоже не было. Гринграссы уехали. — Я думаю, что пора рассказать папе. Как только они с мамой вернутся — рассказываем! Альбус согласно кивнул, и каждый погрузился в свои мысли об одном и том же человеке.

***

Спустя ещё пару дней Гарри и Джинни Поттер вернулись домой. Джинни задерживалась на работе, дописывая обзор Чемпионата, а Гарри удалось добраться до дома пораньше. Выглядел он уставшим и погруженным в работу. Судя по его виду, можно было догадаться что он чему-то не очень рад. Когда семья собралась за ужином, Альбус и Лили были решительно настроены на разговор с отцом. — Пап, мы хотели тебе кое-что сказать, — уверенным тоном начал Альбус и переглянулся с сестрой. Лили тоже приготовилась в нужный момент вступить в беседу и делиться известными ей фактами. — У меня тоже есть новость, но я боюсь, она тебе не понравится, — тяжело выдохнув, сказал Гарри и посмотрел на сына. — Говори первым. — Скорпиус пропал, — не сдержалась Лили. Перебила брата на вдохе и сильно свела нахмуренные бровки. Выглядела очень тревожной и словно умоляла отца помочь им. — Мы его уже несколько дней не можем найти, — добавил Ал, — в доме никого нету. Его никто нигде не видел. Я знаю его с детства, он никогда бы не исчез, не предупредив меня. — В его голосе чётко слышалась тревога за друга. — С ним всё в порядке… Относительно, — заверил глава семейства. Слова были бы как баль зам на душу для парочки слушателей, но этот тревожный тон настораживал, — я сегодня после обеда с ним разговаривал, — добавил Гарри. От этих слов лицо Альбуса приняло ошарашенное выражение, а Лили чуть не подпрыгнула на стуле: — Где? Где ты его видел? — Он был сегодня в Министерстве, давал показания. Судя по всему, он все эти дни был за пределами Англии. — Какие ещё показания? — непонимающе тряхнул гривой Альбус. Гарри немного помолчал, опустив взгляд в свою тарелку, как будто пытался подобрать слова, которые бы не расстроили сына: — Малфои пропали. И Драко, и Астория. Последний раз их видели в Болгарии, но они уже должны были вернуться. По всей видимости, он искал их. Сейчас он, скорее всего, в поместье Малфоев, но я не уверен, что он сейчас готов к разговору — Даже со мной? — немного горделиво спросил Ал. Уж с кем, как не с ним? — Даже с тобой, я думаю, — тихо подтвердил Гарри Поттер. Лили почувствовала внутри себя отвратительное пожирающее чувство. Как будто кто-то оставил от неё одну оболочку, а всё остальное пропало. Лицо Альбуса выражало похожие ощущения. Спустя мгновение Ал быстро подскочил со стула и направился к выходу. — Я с тобой, — спохватилась Лили, но Гарри схватил её за руку, не дав проследовать за братом. — Только через камин, — словно скомандовал отец и Ал замер, — я отправил на охрану поместья пару своих ребят, не нужно тебе там появляться. Никакой трансгрессии. Альбус кивнул и исчез из виду. — Пусть сам идет. Если Скорпиус и готов сейчас говорить об этом, то только с твоим братом. Лили огорченно посмотрела на ладонь отца и осела на стул. Ещё какое-то время она рассматривала бледный шрам на запястье папы, пока не решилась заговорить: — Ты ведь ненавидишь их? — тихо спросила Лили, глядя на слова «Я не должен лгать», сделанные тонким отцовским почерком. — Малфоев? Гарри отложил приборы, немного отодвинул от себя тарелку и сложил руки на столе, немного наклоняясь к дочери: — Нет, Лили, я их не ненавижу. Несмотря на то, что род Малфоев многие века славился своей беспринципностью, страстью к власти и манией чистой крови, многое за эти годы очень изменилось. Отец Драко — Люциус, был Пожирателем смерти — жестоким, злым, а впоследствии жалким человеком, но Драко стал не совсем подобным. Ему с детства закладывали качества, которыми, по мнению Малфоев, должен обладать продолжатель их рода. Я его действительно ненавидел его, но до того момента, пока чуть не убил. После этого несчастного случая, который мог закончиться фатальными последствиями, я четко осознал, что не хочу причинять подобное этому человеку. А потом настал день, когда он спас мне жизнь, не выдав меня своей безумной тетке Лестрейндж и Темному Лорду. Драко вырос лучшим, чем его отец. Он ещё с детства возненавидел те идеалы, которые навязывали его отцу. Думаю, что Драко попросту не допустил проникновения подобных в воспитание своего сына. Я ни капли не совру, если скажу, что Скорпиус вырос и стал лучше отца. Каждый раз, когда этот мальчик бывал в гостях у Альбуса, я замечал в нем только хорошие качества. Он мне показался умным, талантливым и добрым человеком, который не способен на насилие и причинение вреда. Что касается Астории… Я её не слишком хорошо знаю. Она была ещё ребёнком когда я учился в Хогвартсе, но о ней многие люди отзываются как о доброй и справедливой женщине. Её семья хоть и состоит в числе списка «Священных Двадцати Восьми», но они никогда не отзывалась о маглах как о ничтожных и недостойных. Не могу сказать, что доверяю им, поскольку с их родом всё ещё связано много необъяснимого, а страсть Драко к коллекционированию темных артефактов только подливает масла в огонь, но я доверяю твоему брату. Он никогда не дружил бы с плохим парнем. Прошло много лет, Лили, и многое было переосмыслено за эти года. Я по-прежнему не испытываю к Драко дружеских чувств, но уже давно не вижу в старшем Малфое злостного школьного врага, которого мне хотелось придушить собственными руками. Закончив свой монолог, Гарри заглянул в глаза дочери. —  Он — хороший человек, — Лили взволновано смотрела на отца. — Он иногда хочет казаться не таким, но на самом деле он очень хороший. — И я очень рад, что ты разглядела в нем это, —мягко улыбнулся отец. Было в его улыбке что-то такое, что успокаивало. — Знаешь, когда я был в твоем возрасте, один очень близкий человек сказал мне о том, что в каждом человеке есть светлая и темная сторона, главное — какую ты сам выберешь. Я уверен, что они с Альбусом не подарки, но в то же время оба не способны на какие-либо злодеяния. — Знал бы ты, папа, что они творят в школе, ты бы так не говорил, — отшутилась Лили, и Гарри улыбнулся пуще прежнего. — Я знаю, что они вечно влипают в какие-то приключения, и что половина школьных преподавателей из-за них ходит с проседью, — с улыбкой сказал Гарри. — Но, в конце концов, я был такой же в школе. У меня, дяди Рона и тети Гермионы не было ни одного спокойного учебного года. Именно поэтому я отдал мантию Альбусу только тогда, когда он перешел на шестой курс, — поспешно добавил Гарри. Лили заулыбалась. Впервые за несколько дней почувствовала настоящий покой, но ненадолго. В голове была ещё одна важная для неё тема: — Он сказал… Сказал о том, что помолвлен, — Лили опустила взгляд. — Это традиция таких древних родов, — пояснил Гарри. — Из-за соблюдения чистоты крови, но в современном сообществе многие относятся к таким помолвкам достаточно субъективно, большинство считают эту традицию устаревшей. Значительная часть помолвок заключается сразу после рождения детей, но к моменту их зрелости почти все они расторгаются одной или обеими сторонами сразу. —  Почему мы считаемся полукровками? — вслух бормотала Лили, но с некой досадой в голосе. Она и сама прекрасно знала ответ на этот вопрос, Девушка всегда гордилась своей родословной, но сейчас впервые в жизни словно жалела об этом. — Сейчас почти все полукровки. Днём с огнём не сыщешь чистокровных волшебников. Исключения — большая редкость, но если тебя это успокоит, то семья Малфоев уже не является рьяным поклонником чистого наследия, — посмеивался Гарри, ведь разгадал истинный смысл вложенного в её слова подтекста. Лили тоже улыбнулась. Она очень любила разговоры с папой, который всегда, даже в самой плачевной ситуации, мог заставить её улыбаться. Этот вечер не стал исключением. Они сидели и разговаривали до тех пор, пока Джинни не вернулась с работы. Просидев на кухне ещё с добрых два часа, все присутствующие Поттеры начали зевать и сонно оглядывать кухню. Расцеловав родителей, Лили поднялась к себе в комнату, но засыпать не собиралась. Она собиралась дождаться брата. Спустя какое-то время в дверь её комнаты постучали и Лили вздрогнула. Девушка поняла, что задремала, сидя на подоконнике и обнимая двумя руками свои колени. Дверь в комнату тихонько открылась, а в проёме появился Альбус. Девушка быстро подскочила — сонливость как рукой сняло. — Ты поговорил с ним? Как он? — Поговорил, — тихо и озадачено ответил брат, — Скорпиус как всегда — силен духом и невозмутим, но он очень переживает и злится. — Их найдут, — будто успокаивая саму себя, сказала Лили. — Папа сказал, что мракоборческий отдел серьезно занимается этим вопросом. Исчезновения участились, Малфои — уже третий случай. — Ты же знаешь, если папа пообещал, что найдет их — он найдет. — Да, Лил, я не сомневаюсь. Главное, чтобы они при этом еще дышали. Об этом Лили как-то и не думала. Она очень переживала, но ей в голову не мог прийти такой ужас. Только сейчас она поняла весь мрак сложившейся ситуации. — Я хочу завтра встретиться со Скорпиусом, — сказала она дрожащим от переживания голосом. — Ему необходимо побыть одному. Пойми его, Лили. Окажись ты на его месте, что бы ты делала? — Я бы уже умерла от страха, — с досадой сказала Лили, глядя перед собой. Она всеми фибрами души чувствовала то, что сейчас в сотнях километров от неё ощущал словно заточённый в огромном пустынном доме юноша. — Но он не такой. Он в тысячу раз сильнее…