Дорея сидит в кресле, на её коленях забытая газета. Она видение из грез. В её волосах ловит отблески огня тонкая диадема из темных алмазов, в обрамлении черненного серебра. Тонкое, обманчиво простое колье из того же комплекта, обращает внимание на матовую кожу и выступающую ключицу. Её платье кажется сотканным из тончайших нитей паутины.
Глаза Чарльза, когда она встречает его взгляд, похожи на провалы в лицах дементоров.
Алиса стоит у камина и качает в руке бокал с красным вином. В отблесках пламени и догорающих солнечных лучах, проникающих через окна, кажется, будто она не человек. Волосы черны как угли и оставляют следы на выбеленной коже, глаза сверкают как агаты, а губы красны от выпитой крови.
Пуговицы и запонки Габриэля отражают свет на потолок в геометрическом узоре, его равнодушное лицо похоже на инфери.
Ампелиус натирает палочку маслом: размеренные, повторяющиеся движения и медитативная сосредоточенность.
Хардвин полулежит на кушетке, подвесив перед собой письма и перо с пергаментом. Ответы на письма читателей пишутся с тихим скрипом, только дополняющим атмосферу потустороннего.
Кристиан, Эрих, Эдвард, Грег и Коул играют за столом в карты. Из их угла доносится только шелест бумажных карточек и стук костей о столешницу.
Грейс сидит ближе всех к камину и вышивает. В этот вечер она кажется плетельщицей судеб. Её волосы спутанные, движения механические, а спина слишком прямая для комфортного положения.
Джозеф должен был сидеть в пустом кресле и читать один из справочников растений. Он должен был левитировать рядом с собой чайник и чайную пару, пить горячий кофе без сахара, но с молоком. Делать глоток и разбивать неестественность случайными рассказами о растениях.
Почему всё не так? Вроде всё как всегда:
То же небо — опять голубое,
Тот же лес, тот же воздух и та же вода,
Только он не вернулся из боя.
Мне теперь не понять, кто же прав был из нас
В наших спорах без сна и покоя.
Мне не стало хватать его только сейчас —
Когда он не вернулся из боя.
Он молчал невпопад и не в такт подпевал,
Он всегда говорил про другое,
Он мне спать не давал, он с восходом вставал,
А вчера не вернулся из боя.
То, что пусто теперь, — не про то разговор:
Вдруг заметил я — нас было двое…
Для меня — будто ветром задуло костёр,
Когда он не вернулся из боя.
Нынче вырвалось — будто из плена весна, —
По ошибке окликнул его я:
— Друг, оставь покурить! — А в ответ — тишина:
Он вчера не вернулся из боя.
Наши мёртвые нас не оставят в беде,
Наши павшие — как часовые…
Отражается небо в лесу, как в воде, —
И деревья стоят голубые.
Нам и места в землянке хватало вполне,
Нам и время текло — для обоих.
Всё теперь одному. Только кажется мне,
Это я не вернулся из боя.
