Я буду готова. А ты готов?

      Практически всю ночь Гермиона ворочалась с одного бока на другой, отчаянно пытаясь уснуть. Но желаемый сон никак не шёл, и это постепенно начинало всерьёз её злить.       Но больше всего Гермиону раздражало то, что каждую минуту , что она лежала без сна, она думала о Малфое. После того, как Рон и Гарри сообщили об их стычке в холле, Гермиона никак не могла выбросить его из головы. Она прокручивала в мыслях все возможные варианты, куда мог пойти Малфой и что мог делать. И каждый раз всё больше раздражалась от того, что вообще думает об этом мерзком создании, который отличается самым скверным и ужасным характером в мире.       Лежать в кровати уже было невыносимо. Поэтому, Гермиона резко отбросила одеяло в сторону и пошла в ванную. На сборы у неё ушло минут десять и после этого она спустилась в гостиную. Но идти на завтра было ещё слишком рано, не говоря уже о занятиях. Так что Гермионе нужно было себя чем-то занять, иначе голова просто взорвется от этих жужжащих мыслей, становящихся всё громче. И тогда Гермиона выбрала для себя самый проверенный способ – принялась за чтение. К счастью, это ей помогло, и совсем скоро она полностью погрузилась в свой любимый процесс, немного расслабляясь. Даже не сразу заметила появление друзей, готовых отправиться в Большой Зал.       Гермиона придвинула к себе овсянку, начиная намазывать тост любимым джемом. Параллельно она наблюдала за тем, как Рон уплетает уже вторую сосиску и обсуждает с Гарри статью в утреннем Ежедневном Пророке. Такая картина даже вызвала у неё лёгкую улыбку.       Она не позволяла себе смотреть в сторону входа в Большой Зал, или же в сторону стола факультета Слизерин, но всё равно делала это.       А что если Малфой вообще ушёл из школы? Мысль вихрем влетела в черепную коробку, пугая и заставляя оторваться от завтрака. Зажмурившись, она старалась прийти в себя, испытывая раздражающую злость в свой адрес. Если бы кто-то сейчас услышал её внутренний диалог с самой собой, то принял бы за сумасшедшую. Её совсем не должна волновать судьба Малфоя. И даже если он решил свалить из школы, это к лучшему. По крайне мере это позволит им не пересекаться по сто раз за день, не ругаться и не раздражаться. И если Малфоя не будет, то у нее появится шанс заполучить свою идеальную комнату обратно. Думая лишь об этом, Гермиона откусила кусочек тоста и сделала глоток чая, успокаиваясь.       Воодушевившись выводами, к которым пришла Гермиона, она собиралась достать расписание занятий из сумки. Но глаза ещё раз прошлись по помещению и зацепились за главный вход, в которой прямо сейчас нарисовался Малфой. Надежды и мечты посыпались на землю словно карточный домик, который будет очень сложно выстроить обратно.       — Гермиона, с тобой все в порядке? – она медленно перевела свой взгляд на Джинни, начиная понимать, что подруга обращается к ней далеко не первый раз.       Но Гермиона не ответила, зато позволила себе проследить за Малфоем. За тем, как он шёл про проходу, как расстегнул пуговицу пиджака и как уселся на место, принимаясь за завтрак. И даже Гарри с Роном наградили её удивленными и молчаливыми взглядами.       — Да, да, все хорошо. Просто я вспомнила, что… забыла сдать книгу в библиотеку, – Гермиона запоздало выпалила первое, что пришло ей в голову. Но только эта причина казалась ей правдоподобной и убедительной.       Вскочив из-за стола, Гермиона быстро пошла к выходу, игнорируя вопросы и реплики со стороны друзей. С ней происходило нечто странное. И не имея возможности остановиться и разобраться в своих чувствах, Гермиона и вовсе приходила в ярость. ...       Драко видел, что Грейнджер заметила его сразу же, как только он появился в дверном проёме. Потому что он сам смотрел в её сторону боковым зрением, хотя запрещал себе делать это по пути в Большой Зал.       Малфой старался держаться как обычно. Вальяжно подошёл к своему месту, уселся и начал завтракать. Поздоровавшись с Забини, он заметил, как заучка из Гриффиндора куда-то стремительно умчалась. И это было к лучшему.       На протяжении всего дня Гермиона чувствовала себя непривычно рассеянной. Даже на уроке по чарам она не смогла как следует собраться и произнести нужное заклинание. Рон тут же сделал вывод, что его подруга заболела. Иначе объяснить подобное поведение Гермионы он был не в силах.       Всю следующую неделю Гермиона буквально вытаскивала из себя каждое слово при общении с друзьями. Необходимо было делать вид, что всё в порядке. Кажется, они ей верили. Или Гермиона просто было удобно внушать себе это, чтобы избавиться от лишних размышлений.       Даже домашнее задание и чтение книг не отвлекало её от того, что творилось в голове. Раньше она всегда четко знала, чего хочет от будущего. Именно поэтому она вернулась в школу после войны, чтобы окончить её и заняться построением карьеры. Она знала, чем хочет заниматься, когда была ещё на младших курсах. Но куда же теперь делась вся эта уверенность и решительность, которая никогда её не покидала?       Гермионе было сложно узнать саму себя. Раньше участие в мероприятиях школы, помощь друзьям и общение приносили ей радость. Но теперь ей хотелось лишь спрятаться и просидеть в одиночестве до конца жизни. Гермионе хотелось отгородиться от окружающих, собрать вещи и скрыть в неизвестном направлении, чтобы больше никто не сумел её найти. Хотелось молчать, смирившись с тем, что вернуться к прежней жизни никак нельзя. Да она и не хотела.       Но даже если бы Гермиона заполучила или отыскала возможность сбежать от окружающих, скрыться от самой себя будет невозможно. Должно быть именно поэтому она оставалась на одном месте, отдавая своё тело течению, по которому оно сейчас безвольно плыло.       Гермиона сидела на лавочке у берега озера. Погода стала холодной, и даже тёплый шарф не спасал её от сильных порывов ветра. Но вставать и возвращаться в замок Гермиона не желала. Ведь там снова нужно будет говорить, а она больше не в силах этого делать.       Без конца перебирая страницы книг, Гермиона в очередной раз думала о том, чтобы бросить обучение. Она улыбнулась от собственных мыслей. Кто бы мог подумать, Гермиона Грейнджер желает оставить школу. А все потому что с каждым днём она всё больше начинает напоминать жалкое существо.       Она размышляла о том, как бы её друзья прореагировали, узнав о мыслях подруги. Скорее всего, решили бы, что она находится под действием какого-либо заклинания.       На колени Гермионы приземлился небольшой бумажный самолетик, прервав размышления о Гарри и Роне. Она быстро осмотрелась по сторонам, думая, что какие-то дети запустили в неё игрушкой, или же её просто принес ветер. Но вокруг никого не оказалось. Неудивительно, ведь в такую погоду все предпочитают сидеть в замке и греться у камина. Неужели, это предназначается именно ей?       Гермиона медленно начала разворачивать бумагу, которая находилась у неё в руках. ...       Всю неделю Драко бессмысленно слонялся по замку, подыскивая для себя место наполненное тишиной и спокойствием. Хотя он прекрасно понимал, что успеха в этом деле ему ни за что не добиться.       Люди вокруг дико раздражали. Благо, эту эмоцию Драко не привык скрывать и с радостью хамил всем, кто попадался ему на пути. Но такое ярое вымещение злости ему уже не помогало. Зачем только мать заставила его вернуться в эту поганую школу? Вся его жизнь и так уже испорчена. Зачем получать образование, если никакого шанса на нормальное будущее у него нет?       Малфой возвращался в замок после долгой прогулки по Запретному Лесу. Ведь хотя бы там его не преследовали назойливые дети, которые всегда находили повод для шуток и веселья.       Драко медленно шагал по траве, держа руки в карманах. Волосы трепал сильный ветер, который, казалось, может запросто выдуть из головы остатки разума. Внезапно, его взгляд к себе приковала одинокая фигура на лавочке у озера. Не потребовалось много времени, чтобы понять, кто там сидел. В последние дни Драко много думал о том, что происходит с Грейнджер. Он замечал, что она всё реже появляется в компании своих друзей, держится в одиночестве и даже на уроках не блещет знаниями, как это бывает обычно.       Нет, он вовсе не следил за ней, просто их местонахождения совпадали. Постоянно. По крайне мере Драко в этом себя убеждал.       За эти дни он почти позволил себе признать, что в словах Грейнджер есть какой-то смысл. Хоть ему и было противно от всего этого. Но её поведение абсолютно точно доказывало что, и с ней происходит что-то неладное. Будто она не может отыскать своё место. Она не может найти себя. Как и Драко.       Драко хотелось застрелиться от того, что он позволял себе подобные размышления.       Зайдя за угол замка, Драко намеревался в скором времени зайти внутрь. Но вместо этого, он быстро начал шарить по карманам, ища хоть какой-нибудь обрывок бумаги. Отыскав необходимое, Малфой быстро что-то написал и послал это Грейнджер, ловко обращаясь с волшебной палочкой. Ну, хоть эти навыки в себе он не потерял.       Ему не хотелось подходить к ней. Он не мог себе этого представить. И он знал, что терпит поражение в любом случае. Что проигрывает и уступает.       Но больше терпеть всё это, он был не в силах. И пусть это был минутный порыв, Драко воспользовался им, надеясь, что не будет жалеть. Хотя, кажется, уже жалеет.       Дождавшись пока Грейнджер возьмёт в руки бумагу и начнет её разворачивать, Драко окончательно скрылся за углом и продолжил свой путь в замок.       Дороги назад уже не было.

«Восьмой этаж. После отбоя»