Чёрный месяц

      — Стер-р-рвозная дур-р-ра! — оглушительным рыком летело по вечернему лесу.        — Сидеть! — не менее громко отзывалось в ответ, а шумное «Бух!», последовавшее за этим, и вовсе заставило устроившихся на ночлег ворон сняться с веток и с карканьем полететь в более тихие края.        Стоя на краю Колодца-костоглота Хигураши Кагоме, как могла спокойно сказала только что «усаженному» у его основания Инуяше:        — Послушай, ну, какой смысл мне здесь оставаться?        — А кто осколки искать будет, бабка Каэде?! — выплюнув из клыков траву, завопил приплюснутый к земле ханьё.        — Какие осколки? Сегодня же новолуние! — напомнила Кагоме. — Шел бы ты в деревню, пока не стемнело.        Инуяша забубнил что-то себе под нос, а девушка, бросив напоследок «Утром вернусь!» прыгнула вниз. ***        Полудемон, облокотившись о край сруба, недовольно сопел, то и дело зыркая в сторону неумолимо садящегося солнца.        — Право слово, Инуяша, зачем было злить Кагоме-чан? Она права. Пока мы пережидаем новолуние, почему бы ей не сходить домой? — рассудительно заметила Санго, подходя вместе с Мироку к насупленному товарищу.        — Да какая на хрен разница — новолуние, не новолуние?! Этой паршивой девке лишь бы смыться! — раздраженно рявкнул парень.        — Ты просто боишься! В эту ночь ты всего лишь слабый че-ло-век! — раздалось над ухом полудемона насмешливый тонкий голосок и рыжая лапка врезала ему по макушке.        — Ах ты, мелкий, вонючий, приставучий дармоед!!! — взревел ханьё, пытаясь ухватить за хвостик кицуне. — Да я и человеком тебе глаз на жопу натяну!!!        Шиппо заверещал дурным голосом и бросился наутек от полудемона, явно намеренного привести угрозу в исполнение.        — Инуяша, хватит бузить, — безмятежно заметил Мироку, мимоходом сунув свой посох в ноги разбушевавшемуся парню. — Действительно, пошли в деревню.        — Не хочу! — капризно ответил Инуяша, рухнувший от подсечки на землю.        — Тогда иди к Кагоме-сама! — предложил уставший от его закидонов монах, мысленно предвкушая тихий вечер наедине с Санго, без невменяемого, даже больше чем обычно, ханьё.        — Чё? — не понял Инуяша. Судя по его лицу, настолько простая идея ему в голову не приходила. — А, и правда! — оскалился он. — Ну, держись, стерва! — и, недолго думая, с последними лучами солнца перемахнул через край. ***       Современность встретила Инуяшу жестким дном колодца. Не ожидавший такой подлянки полудемон рухнул на колени, тут же вскочил, попытался одним лихим прыжком выскочить наружу, но только врезался лбом в стену колодца.        — Вот блин! — ругнулся он, одной рукой потирая пострадавшее место, и разглядывая другую, с трудом различая на ней человеческие ногти. Видно, пока он перемещался между эпохами, солнце село и наступила долбанная ночь новолуния!        Инуяша угрюмо посмотрел на веревочную лестницу, по которой поднималась и спускалась Кагоме и, шмыгнув носом, полез по ней наружу. Как же он это ненавидел! ***        — Ину-нии-сан?! Что с тобой?! — потрясенно спросил Сота, разглядывая появившегося в дверях комнаты темноволосого парня, без труда признавая в нем ушастого приятеля сестры.        — Что, что! — раздраженно буркнул Инуяша, топчась у порога. — Вот и то!        — Наша святыня очистила нечистый дух демона! Офудо, которые я использовал, передавались в нашей семье… — начал было дедушка, но его прервали:        — Фех! Да ни хрена! — отрезал Инуяша, наконец сдвигаясь с места и подходя к столу. — Я эту ночь всегда такой… человек. Вот… — неуверенно закончил он, исподлобья разглядывая семейство Хигураши.        — Симпатичный человек. Кушать будешь? — улыбнувшись, сказала госпожа Хигураши и смутившийся Инуяша только кивнул. К этому моменту Кагоме наконец обрела потерянный было дар речи:        — Что ты тут делаешь? — слабо спросила она.        Инуяша отвлекся от тарелки и набычился:        — А тебе жалко?        — Нет! Нет! — замотала головой девушка. — А знаешь, это же отличная идея! — просветлела она. — Тут намного безопасней для тебя, чем в эпоху Сэнгоку! У нас нет демонов!        — Ага, видел я как у вас нет демонов! — не согласился Инуяша и упрямо добавил: — И вовсе я не поэтому! А потому, что если ты, балда, опять тут застрянешь, то кто будет осколки искать?!        — Да, да, конечно! — отмахнулась от его слов Кагоме, улыбаясь и во все глаза разглядывая Инуяшу-человека, которого до сих пор видела только в слабом мерцании звезд или при свете костра.        Мама была права. Ханьё и человеком был красив до изумления! ***        Кагоме знала, что в ночь новолуния Инуяша обычно становится особенно злобным, ворчливым и дерганным, но, на удивление, вечер прошел вполне мирно. Они с Сотой поиграли в приставку, а когда мальчик отправился в постель, полудемон устроился на диване, бездумно щелкая кнопками пульта от телевизора. Девушка подошла и села рядом:        — Я иду спать. А ты? — спросила она. Инуяша на секунду замер, а потом недовольно пробурчал:        — Катись, катись! А я тут посижу. Ты ж знаешь, я в эту ночь все равно заснуть не могу!        Кагоме успокаивающе потерла его по плечу:        — Да расслабься! Ну, что может случиться? — но Инуяша только непримиримо помотал головой.        — А хочешь, я с тобой посижу? — тихо предложила девушка. Ханьё покосился на неё. В глазах у него блеснула надежда, но он тут же фыркнул.        — Фех! Вот еще! Иди, дрыхни себе, а то утром начнется: «Ой, я не выспалась! Ой, я устала» — передразнил он девушку.       — Ну, и ладно! — обиделась Кагоме и взбежала вверх по лестнице, оставляя Инуяшу наедине с его несносным характером. ***       Инуяша потянулся и в сотый, наверное, раз, посмотрел во двор. Тьма уже начинала сереть и значит, скоро взойдет солнце, а его мучения закончатся. Глухим, слепым, ничего не чующим и бесконечно уязвимым — вот каким чувствовал себя в ночь новолуния ханьё и это ему дико не нравилось! Поэтому восхода он ожидал как избавления.       Инуяша встал с дивана и подошел к окну, словно это могло ускорить превращения. Он дрожал от нетерпения. Наконец, край неба заалел. Ханье приготовился ощутить волну ёки, затапливающею и преобразующую его тело…       Солнечные лучи показались над горизонтом.       Инуяша оцепенел. Ничего не происходило!