The Ones Leading Up To The One

- ТэТэ, что, во имя господа бога, ты сделал с нашим холодильником? – спросил Чимин, широко распахнув глаза. - Ну, эм, - Тэхен потер затылок. – В общем, Хоби-хен пришел вчера ночью, и мы совсем не хотели ничего ломать, просто в порыве страсти он толкнул меня к нему… Чимин закрыл глаза и поднял ладонь. - Слишком много информации, бро. Я не хочу знать грязные подробности личной жизни моего лучшего друга и капитана по команде. - Прости, чувак, - извиняющимся тоном сказал Тэхен. – Я обо всем позабочусь. Ну, заплачу за ремонт. - Да уж, я надеюсь, - отозвался Чимин, опуская на пол пакеты с едой. – Я нищ, словно церковная мышь. Тэхен улыбнулся и перебросил руку через Чимина. Тот повернулся, чтобы наградить Тэхена странным взглядом. - Чего ты от меня хочешь? Тэхен надул губы. - Почему ты просто не позволяешь мне любить тебя. Чимин не сдержал улыбки и потянулся, чтобы пройтись по волосам Тэ. - Что ж, у тебя сегодня определенно настроение для обнимашек. Тэхен пожал плечами. - Просто ты был гораздо более счастливым в эти дни. Чимин поднял бровь. - Правда? - М-м-м-м-м, - согласно промычал Тэхен. – Ты улыбаешься больше, и ты снова начал говорить, что любишь меня, перед тем, как пойти спать. Чимин мысленно вздохнул. Внезапное осознание накатило на него приливной волной, и он почувствовал себя как последнее дерьмецо. После того, как Тэхен сказал ему, что он и Хосок начали встречаться, Чимин не отреагировал так, как следовало бы лучшему другу. Конечно, он их поддержал, и даже поздравил, душа в объятиях. Но в последующие недели, Чимин знал, что он стал более отдаленным, и также он знал, что Тэхен не имеет ни малейшего понятия о его чувствах к Хосоку, что заставляло его чувствовать себя еще хуже. В свою защиту Чимин мог сказать, что он и Тэхен знали друг друга с двухлетнего возраста. И в их дружбе на протяжении шестнадцати лет, каждый человек, который нравился Чимину в романтическом плане, всегда, без всяких исключений, влюблялся в Тэхена. Конечно, это заставляло Чимина испытывать некую горечь. Но он никогда не ненавидел Тэхена за это. По сути, это и не было его виной. Тэхен никогда не испытывал ответных чувств к человеку, особенно если он знал, что Чимину этот человек нравится. Пак очень четко осознавал, что если Тэхен знал, что его действие причинит боль Чимину, он никогда не сделает этого, неважно что именно. Тэхен всегда ставил счастье Чимина выше его собственного. И поэтому, когда Тэхен сказал ему о его чувствах к Хосоку, Чимин не смог заставить себя признаться, что он чувствует то же самое. Для него, также, счастье Тэхена было дороже своего. Это то, как работает дружба. - Прости, - мягко сказал Чимин. – Я не хотел заставить тебя чувствовать то, что ты чувствовал. Тэхен покачал головой. - Ты снова мой друг, и это единственное, что важно. - Я никогда не переставал быть твоим другом, Ким Тэхен, - ответил Чимин, поворачиваясь, чтобы пихнуть Кима. – Не будь идиотом. - Но ты выглядишь счастливее в любом случае, - улыбаясь, сказал Тэхен. – И это как-то связано с Юнги-хеном, да? – он многозначительно поиграл бровями. - Чего… - Чимин подавился слюной. Тэхен рассмеялся и тыкнул в лицо Чимина, что налилось ярко-красным. - Я прав, не так ли? Чимин должен был признать, что времяпровождение с Юнги помогло ему в плане оценок, музыкального образования и избавления от нежеланной любви. Он знал, что все просто уверены в том, что они встречаются, но между ними не было ничего даже отдаленно похожего на это. Чимин мог с уверенностью сказать, что все, что происходит – это 90% нецензурных выражений, 9% фотографии и 1% того, чем занимаются друзья. И помимо того, Чимин все еще не мог с полной уверенностью заявить, что он полностью забыл о Хосоке. - Думаю, он очень добр ко мне, - пожал плечами Чимин. – Но между нами ничего нет. Мы просто-… - Да, да, просто друзья, - Тэхен закатил глаза. – Почему вы постоянно притворяетесь. Чимин пристально на него посмотрел. - Мы не притворяемся. Тэхен махнул рукой, и ушел, напевая «why the fuck u lyin». * Когда Чимин закончил готовить ужин, он схватил толстовку и направился к соседней квартире, словно это уже было частью его ежедневной рутины (что определенно было) (он пытался не размышлять особо над тем фактом, что ему выдали его собственный ключ) Когда он вошел в комнату, он увидел Сокджина, что облокотился о Намджуна на диване и Чонгука на полу, который откинулся головой на колено Сокджина, все трое поглощены каким-то аниме, которое недавно увлекло и Тэхена. Чимин усмехнулся про себя, когда увидел, как Сокджин прижимается ближе к Намджуну. Просто партнеры по проекту, ха, конечно, блять. Он так и знал. - «Haikyuu!!», - просто сказал Сокджин, когда увидел Чимина, стоящего в дверном проеме. – Хочешь присоединиться? - Не в настроении вам мешать сегодня, хен, - улыбнулся Чимин. – Юнги-хен дома? - Он в своей комнате, - ответил Намджун, не отрываясь от экрана. Чимин пробормотал что-то вроде «спасибо», оставляя тех наслаждаться присутствием друг друга. Он проводил больше времени в комнате Юнги, чем в своей собственной, или в каком-либо другом месте. Ему, наверное, должно казаться странным, что у Юнги уже есть запасная подушка и одеяло, которые каждый день подготовлены в его комнате специально для Чимина, но Чимин решил, что Тэхен, скорее всего, сделал бы точно так же, если бы они не жили в одной квартире. Когда Чимин повернул дверную ручку и приоткрыл дверь, его взгляду предстал Юнги, облокачивающийся на спинку кровати, с рукой в нижнем белье, ноги раскинуты так широко, что это должно быть незаконно для кого-то такого красивого, как Мин Юнги. Нижняя губа была закушена, голова откинута назад, являя капельки пота на его шее… Так оно было, пока он не заметил Чимина около двери. Секунда, и он резко накидывает одеяло, смотря на него глазами, размером с блюдца. - ПОЧЕМУ ТЫ ТАК РАНО? – прокричал Юнги. - Я ПРИХОЖУ СЮДА КАЖДЫЙ ДЕНЬ НА ПРОТЯЖЕНИИ ПОСЛЕДНИХ ЧЕТЫРЕХ МЕСЯЦЕВ, ТЫ О ЧЕМ ВООБЩЕ, - заорал Чимин в ответ, прикрывая глаза ладонью. - ИЗВИНИ, БЛЯТЬ, ПОЧЕМУ ТЫ ПРОСТО НЕ ПОСТУЧАЛ? – снова заорал Юнги, чье лицо полностью покрылось красным. - КОГДА Я ВООБЩЕ СТУЧАЛ, - в свою защиту прокричал Чимин. – ПОЧЕМУ ТЫ НЕ ЗАПЕР ДВЕРЬ? - КОГДА Я ВООБЩЕ ДВЕРЬ ЗАПИРАЛ, - очередной крик, и Юнги прячет свое лицо под одеялом. - Что тут происходит? – крикнул Сокджин, поворачиваясь в их сторону. - Ничего, хен! Мы в порядке! Возвращайся к просмотру! – ответил Чимин, потому что хер он кому-нибудь позволит узнать, что ему довелось застать Юнги в самый разгар дрочки. - Окей, окей, окей, - проговорил Чимин, пытаясь успокоиться, руки все еще прикрывают глаза. – Окей, я… мне следует уйти, да? Повисла тишина. Юнги медленно выглянул из-под одеяла и посмотрел на Чимина, все еще стоящего около дверного проема и отказывающегося смотреть на него. Но его лицо было очевидно красным, а член почти вставшим в домашних штанах, и боже, неужели это и правда происходит прямо сейчас. Юнги сглотнул. Секунда сомнений. Рациональная часть Юнги орала на него, чтобы он сказал Чимину убраться отсюда нахуй и не говорить ни слова никому о том, что произошло, но, если честно, рациональную часть было почти не слышно из-за бушующих гормонов и возбужденного члена. - Ты мог бы, - ответил Юнги, чей голос был ниже, чем Чимин когда-либо слышал. - Я… я мог бы? – нервно спросил Чимин, медленно отводя руки, чтобы взглянуть на Юнги. Глаза Мина смотрели на него с таким выражением, которое Чимин не мог распознать. Вау. И он думал, что научился понимать юнгийский довольно хорошо. Нихера, оказывается. - Ты мог бы, - повторил Юнги, проходясь языком по губам. – Ты мог бы выйти и дать мне пару минут, чтобы я закончил. Чимин испустил слабый вздох. - Я мог бы. - Или, - произнес Юнги, чей голос слегка дрожал, но все еще был хриплым и низким. – Ты мог бы закрыть дверь и помочь мне закончить, чтобы потом я помог тебе. Чимин застыл. Ладони сжались в кулаки. Он буквально мог почувствовать пот, стекающий по вискам, и, черт, он никогда так сильно не осознавал, что у него стоит. И эта история о том, как Пак Чимин умер. Прямо здесь. Умер. - Пак Чимин, - сказал Юнги. – Я не собираюсь заставлять тебя делать что-либо. Мы не должны придавать этому значение, если ты не хочешь придавать этому значение. Черт, мы можем просто забыть, что это случилось, и уже завтра вернуться к тому, чем мы обычно, блять, занимаемся, позволив этому моменту умереть навсегда. Я просто хочу сказать, что сейчас у меня стоит так, что мне больно, и я даю тебе возможность либо сбежать от этой неловкой ситуации и закончить все в своей квартире, либо притащить свою задницу сюда и отсосать мне, и я сделаю все, что ты захочешь после этого. Так что ты выберешь? В ту секунду, что Юнги перестал говорить, Чимин захлопнул дверь, щелкнул замком, а потом буквально накинулся на Юнги, срывая с него одеяло и прижимаясь своими губами к его. Юнги простонал ему в рот, подкидывая бедра и обхватывая Чимина за талию. - Что ж, черт, - задыхаясь, выговорил Юнги, - ты чертовски горяч иногда, ты знаешь? - Заткнись, хен, - выдохнул Чимин ему в губы, - ты тот, кто горяч на самом деле. - Ну, что правда, то правда, - ответил Юнги с последним словом, плавно переходящим в стон, когда Чимин стянул вниз его боксеры. - Подожди, подожди, подожди, - произнес Юнги, когда Чимин избавился от футболки и штанов. - Что? – нетерпеливо спросил Пак. Юнги быстро схватил камеру с прикроватной тумбочки и заснял обнаженного Чимина, чьи ноги разведены по бокам его талии, а глаза метали молнии. - Завораживающе – ухмыльнулся Юнги. Чимин зарычал, и бедра Юнги непроизвольно дернулись, когда тот поцеловал головку. - Замолчи, хен, или я тебе не отсосу. * Тэхен и Хосок прижались к стене в спальне Кима. Тэхен победно улыбнулся, а Хосок неохотно передал ему бумажные купюры, когда они услышали, как имя Чимина выстанывается во второй раз. - Так и знал, - с еще более широкой ухмылкой произнес Тэхен. – Так, блять, и знал. - Че-е-ерт, - простонал Хосок. – Я был уверен, что это займет больше месяцев. Жизненная цель Тэхена была смущать его лучшего друга. И как только стоны затихли, Тэхен хлопнул ладонями по стене и заорал: «ПИ-И-И-ИДОРЫ» В ответ они услышали витиеватую нецензурную речь от Чимина через стену, разглагольствующего о том, что люди не должны греть уши, когда у кого-то секс, и что его совсем не заводит вуайеризм, в то время как Юнги, по всему видимому, умирал от смеха, крича в ответ что-то вроде: «ЧУВАКИ, ЭТО БЫЛО ОХУЕННО, ЧУВАКИ»