Trilogy:Sterek. A wolf in love

       Выкинув окурок в окно и наблюдая за тем, как тлеет уголек далеко на земле, Стайлз выдохнул горький дым в прохладу предрассветных лучей. Наступало воскресение, последний выходной. Парень понимал, что развязка его расследования совсем близка, но не знал, как и каким образом преподнести это отцу так, чтобы не выдать главной тайны Дерека и семьи Арджентов. По большому счету, ему не нужна была та правда, что Арджент раскопала и чувствовал некую вину за то, что ей наверняка пришлось пережить. Он бы не смог спокойно оставаться среди людей, что являлись охотниками, ликвидировали целые семьи. Об оборотнях Стилински знал понаслышке и то, с учетом того, что это легенды, занимательные истории, не имеющие подлинной основы, а теперь пришлось погрузиться в это довольно-таки основательно. Стайлз не был уверен, что этот поцелуй, когда внутренности парня разом обвалились, а его тело находилось прижатым к телу мужчины, именно тот, ради которого он готов был похоронить свои надежды на Скотта.        Стайлз встает и подходит к своей доске, где он отмечал этапы расследования. Сняв все фотографии, он начинает развешивать их в другом порядке, но потом прекращает это занятие, оставив в итоге висеть лишь дом Хейлов и раздобытую фотографию Кейт Арджент. Она, должно быть, порядочная стерва, раз воспользовалась чувствами парня, чтобы разузнать всю правду и после самодовольно лишить его семьи, не задумываясь о последствиях. Парень подходит к кровати и падает в нее, решая оставить свои размышления хоть на пару часов и наконец поспать. Скотт влетает в его комнату, как обычно, недоверчиво, хлопая глазами. — Ты променял меня на Дерека? — О чем ты, Скотти? — Стайлз потерял всякую надежду на сон и теперь удивленно рассматривал своего друга. — Ты променял меня на Дерека. На оборотня, что может разорвать твое горло, не задумываясь, просто потому что инстинкт убийцы возымеет над ним. — Что ты несешь? — Стилински, казалось, был в ярости. — Если твоя девушка — охотник, ты можешь принимать ее сторону, но Дерека ты не получишь! Иди к черту. — Стайлз заворачивается обратно, но Скотт тянет его за ногу с кровати и нагибается над ним, внезапно нежно проводя носом по спине. — Что ты делаешь? Скотт.        МакКолл не слушая, стягивает майку, обнажая бледную кожу своего друга и переворачивает на спину, разглядывая по-оленьи испуганные глаза. Его собственные меняют цвет с ласково-карего на злобные красные и из любимых Стайлзом губ вылезают клыки. — А таким ты меня полюбишь? — Рычит Скотт, впиваясь клыками в кожу парня. Стилински истошно орет.        Стайлз истошно орет, запутываясь в одеяле и падая на пол, ударяясь локтем. Острая боль растекается по всей руке и он рычит как настоящий волк, рассматривая белый потолок. Его отец на дежурстве, поэтому в комнате все еще пахнет табаком, а по ночам снятся кошмары, как его лучший друг стал оборотнем и напал на него. Его мучают сомнения, дилемма между надежным Скоттом \вечной френдзоной\ и Дереком, который пугал и настораживал, но который сам тянулся магнитом и просто \ахриненски\ целовался. Чувствовалось, что для Дерека это все что-то значит, но то, насколько быстро и ошеломляющее развиваются их взаимоотношения немного отрезвляет Стилински и он решает навестить Дерека, поговорить с ним по душам о прошлом и настоящем, чтобы понять, стоит ли им что-то ловить, или он продолжит эти убийственные отношения со Скоттом в одни ворота. По большому счету, парень окончательно вымотался в этой любви, и Дерек, его история, зеленые изумрудные глаза и щетина, вкупе с оборотнической изюминкой были словно глотком свежести в этой прелой жизни.        Стайлз спускается вниз и разогревает себе лазанью. Парень мечтает отдохнуть от всего, что связано как с убийствами, так и с его недопарнями, посвятив время себе и сериалам. Его дело зашло в тупик, а мозг нуждается в своеобразном проветривании. А завтра, на свежую голову он решит, как намекнуть отцу на потенциального убийцу Лоры. Ведь если Питер сядет, то потом придется вызволять его, ибо оборотень и в тюрьме — смешно как-то, но и допустить, чтобы у отца появился новый «висяк» с учетом явного раскрытия всех фактов Стайлз не мог. Итак, у парня новая проблема. Стилински набивает себе полный рот еды, чтобы вместить больше в тарелку и захватив коробку сока, плетется наверх к ноутбуку. Он загружает новый сериал «Банши» и собирается уже погрузится в мир полностью, как его отрывает трель дверного звонка. Еще полностью не прожевав, парень молча закатывает глаза и плетется вниз, активно шевеля челюстями. Открыв дверь, он видит Скотта и махает рукой, потому что маленький подляный кусочек таки застревает в горле. — Я думал, никого нет. — МакКолл заходит и несильно бьет его по спине, чтобы облегчить страдания бро. Толком, парень сам не понимал зачем пришел, но хотел лишний раз убедится, что Стайлз — все еще Стайлз, а не раб Дерека Хейла. — Чем занимаешься? — Активно поглощаю еду и собираюсь посмотреть сериал, пока никого нет. Залетай наверх, я положу тебе порцию.        Скотт улыбается ярко и непринужденно, его глаза сияют добротой и любовью, а Стайлз мысленно взъерошивает волосы и прижимается ближе, вдыхая запах кожи и проклиная себя. Кем бы не был для него Дерек, Скотт — его ахилесова пята, слабое место и самое яркое пятно в сердце. Он так чертовски любит этого маленького щеночка, что ненавидит себя до желания умереть, порой это достигает своего апогея, когда Стайлз смотрит на свои таблетки как на новый способ спасения. МакКолл щелкает перед глазами зависшего друга. — Все хорошо? — Ага. — Стайлз отворачивается и плетется на кухню, проклиная себя на чем свет стоит. Лучше бы он сходил с ума по девчонкам или кому угодно, но не чертов Скотт. — Лазанья с овощами. — Обожаю, — орет сверху Скотт и подозрительно затихает. Стайлз вспоминает о своем беспорядке, фотографиях, сваленных в кучу и поднимается наверх, не забыв о вишневом йогурте, что так любит МакКолл. — Вот и я. — Чувак. Ты знал, что я обожаю тебя? — Карие влюбленные глаза друга, тем не менее, смотрят на йогурт и он выхватывает бутылочку из рук, улыбаясь как самый счастливый пес на свете. Стилински готов выцарапать себе глаза, чтобы не видеть этого. Он пытается вспомнить о Дереке, его глазах, губах, мышцах, но булькающий от счастья Скотт возвращает на землю. — Что с твоим расследованием? — Я практически все раскрыл. — Стайлз подходит к пустой стене, вспоминая их с Дереком разговоры, то, как рычал зверь внутри, то отходя, то приближаясь. Как Хейл душевно «выровнял» кулаком стену. Помогало. Нет. — Я не знаю, что делать с Питером. — А кто убил Лору? — О, — Стилински со своими душевными метаниями совсем позабыл о том, что Скотт не знает, что они раскопали с Дереком. — Слушай. Лору убил Питер.        Стайлз ходил по комнате, закидывал кусочки овощей в рот, что в волнении выковыривал из лазаньи и рассказывал. О том, что сделала Кейт, о том, как они навестили с Дереком Питера и как Стайлз во все глаза рассматривал семейные разборки Хейлов, как Хейл после рассказал о силе Альфы и под конец, не контролируя свою речь, Стилински выпаливает о поцелуе. В комнате воцаряется тишина, прерываемая лишь работой компьютера. — Что ты сделал? — Поцеловал Дерека. — Оборотня? Дерека? Парня? Стайлз! — Да что, блять? — Стилински взорвался, раскидав остатки в тарелке по комнате. — Гей я, ясно? Парни мне нравятся, окей? Но не абы кто. Я ж не могу влюбиться в какого-нибудь нормального парня, Нет, что ты, — Стайлз подошел к стене и продублировал движение Дерека, зашипев. — Я тебя люблю, идиот. — Я тоже тебя люблю. — Без запинки ответил МакКолл. — Вот и отлично. — Нет. — Скотт подошел к другу. — Дай посмотреть. — Отстань. — Стайлз. — Скотт выглядел по-настоящему удрученным внезапной отчужденностью друга. — Ты самый лучший мой друг, ты практически мне как брат, понимаешь? Ты бы слышал, чего я там наговорил отцу Эллисон, выгораживая твоего Дерека. Мне не важно, гей ты или натурал. Какая разница, боже. Просто не отталкивай меня. — Ты так и не понял, Скотт. — Стайлз поворачивается с намерением поцеловать его, чтобы расставить все точки над i, но спасает его от необдуманного решения в своей жизни звонок в дверь. — Я пойду открою.        Стилински сбегает, с остервенением вытирая непрошеные слезы на своих глазах и, не глядя, распахивает дверь. На пороге стояла заплаканная Эллисон, сжимая в руках ту самую флешку. — Я все знаю, — шепчет она.

***

       Долгое время они сидят, образовывая треугольник в разных концах комнаты. Каждому есть о чем подумать и ожидают, что начнет говорить кто-то другой. Наконец, Эллисон вздыхает, и оглядывается, замечая, что комната Стайлза похожа на арену сражения, да и сами парни выглядят так, будто не то поругались, не то открыли страшную тайну. Скотт, не мигая, терроризирует пол, сплошь усеянный разбросанными овощами, а в центре расколотая тарелка как символ того, что в их дружбе что-то надломилось и ее, как и эту тарелку, уже не собрать. В голове вертится, словно заевшая пластинка, их разговор и он пытается собрать все в единую картину, но будто бы не хватает пазла, что как магнитом в правильном порядке расставил бы все по местам. Он смотрит на Стайлза, как единственный элемент постоянства и кажется, это еще можно назвать константой, Скотт не уверен, сомневаясь в правильности подобранного слова. Стилински игнорирует взгляд, рассматривая доску, в особенности две трещины, оставленные в припадке эмоций и хочет оставить там еще одну. Он хочет выкурить оставшуюся сигарету и остаться один, чтобы в куски разломать все, что сможет, но выгнать Скотта и Эллисон рука не поднимается. Он выдохся, устал от этих чувств, и порыв рассказать ему все и нелепое признание не ослабило тиски, сковывающие все его тело в его присутствии. Он ничего не мог с собой поделать, но надеялся, что за лето, пока он будет в одиночестве, сумеет восстановить свою жизнь и вернуться к единственно-верному выходу из сложившейся ситуации: Стайлз-Скотт-бро. — Я принесла бестиарий. — Девушка решается нарушить тишину. Два парня вздрагивают и непонимающими взглядами смотрят на нее. У нее пересыхает в горле от какого-то неправильного взгляда Стайлза, но она выдерживает его и продолжает. — Это что-то вроде дневника, где отец многие годы конспектировал все, что знал о каких-либо существах, помимо оборотней. Ему пришлось с ними столкнуться на охотах, когда вроде бы, все признаки, указывали на них. — И что еще стало реальностью? — Стайлз скептически усмехается, усаживаясь в свое кресло и подъезжая на нем к своей доске. — Вампиры, канемы, вендиго, кицунэ, банши, гули. — Банши? — Стайлз дергает глазом. — Я хотел начать смотреть сериал с таким названием. Ха! — Все, что можно встретить в фольклоре, приданиях и легендах в самом деле существует. Кроме, думаю, Ангелов и Демонов. — Ну почему же. — Это из религии скорее, чем из… — Эллисон замерла, пытаясь подобрать слово. — Но ведь должен быть противовес злу, не так ли? Или их противовес такие же мстительные и кровожадные охотники? — Стайлз усмехается, намекая Эллисон о Кейт. — Дерек рассказал мне много чего интересного. — Например? — Например, она встречалась с несовершеннолетним подростком с целью вызнать у него о секретах семьи и после поджечь. Например, можно рассказать, как твой дедушка лишил Альфу с какой-то стаи зрения, что привело к войне между кланами. Много чего. — Но мы не выяснили, кто убил Лору. — Питер. — Скотт впервые подает голос, наконец, выходя из своего транса. — Давайте соберем все, что мы знаем, воедино. — Окей. — Стайлз встает и пинает кресло, собирая ворох бумажек под ногами. — Все началось шесть лет назад, а может и раньше. — Эллисон и Скотт подходят к нему, вставая по обе стороны от парня, что с важным видом развешивал бумажки и проводил нити от одного звена ко второму.        Конкретно эта история началась шесть лет назад в Бейкон-Хиллс. Стайлз потерял свою мать, что отчаянно боролась с болезнью, Скотт остался без отца, которого Мелисса выгнала пьяным из дома, а Эллисон была вынуждена покинуть свой родной дом, уезжая в другой город. В ту самую ночь, а может и чуть ранее, маленький подросток, имея все еще проблемы со своим волком и неся под сердцем груз потери, остался без семьи, по своей ошибке доверившись опытной охотнице на оборотней.        Единственно-выжившим в пожаре был Питер Хейл, что на долгое время погрузился в кому, его регенерация с трудом справлялась со столь обширными ожогами всей полости тела и три осиротевших волчонка, повзрослевших, пожалуй, слишком рано, покинули свой дом, разъехавшись кто куда. Спустя шесть лет по неведомым причинам (почувствовав укол совести, или интуитивно) Лора Хейл возвращается домой. Она навещает Питера, все еще надеясь на его скорую поправку и скорее всего (Стайлз не знает сего факта) застает Питера в сознании. Тот хочет получить статус Альфы, чтобы поскорее исцелиться и выбраться наружу, обращая свою сиделку и делая ее своей рабыней. Лору Хейл находят мертвой, точнее ее половину.        Семейство Арджентов, что искореняли оборотней, следуя кодексу, как нельзя кстати возвращается в свой дом, считая, что косвенное обвинение в учинении пожара с них снято и Эллисон вновь может вернуться в родную школу, где встречает на свою беду Скотта и Стайлза. Тогда же возвращается и Дерек Хейл, намереваясь найти свою сестру и поставить точку в их войне с Арджетами, что и так слишком много у него отняли.        Дерек находит половину тела своей сестры и думая, что это Ардженты, решает отомстить за все причиненные «неудобства», но подвернувшийся Стайлз, направляет его по другому следу и в результате, оказывается, что вышедший из комы (и заодно из ума) Питер убил свою племянницу и сам жаждет мести для Кейт Арджент, что сожгла его дом и семью. — Собственно, вот и все. Мы упомянули вроде все детали, и соединили все мои зацепки. Теперь интересно только одно — как рассказать все это отцу?        Стайлз отходит назад, рассматривая получившуюся картину и замечает сцепленные в замок руки Скотта и Эллисон. Он поджимает губы и отводит взгляд, мечтая очутиться где-нибудь рядом с Дереком, чья аура успокаивает, что ли. — А Дерек собирается со всем этим что-то делать? — Пока не знаю. Мне кажется, что они с Питером хотят решить еще какой-то вопрос и я не уверен, что не будет новых жертв. — Мы собираемся этому помешать?        Стилински смотрит на своих друзей и неуверенно кивает. — Эллисон? — Я хочу помочь, но не знаю как, и примет ли Дерек мою помощь, зная, кто я. — Давайте я поговорю с ним пока один, а если что, — Стайлз машет рукой и подростки кивают.        В комнате вновь наступает тишина. Эллисон, ведомая каким-то чувством, отпускает руку Скотта и проходит к кровати, аккуратно присаживаясь на край и рассматривая разбитую кем-то тарелку. Она расправляет край одеяла и напряженно вздыхает. — Я не могу здесь оставаться, ладно? На лето я точно хочу уехать отсюда, куда угодно. — Девушка рассматривает обоих парней. — Сначала я была рассержена на тебя, Стайлз. Не думаю, что была готова узнать такую правду о своей семье, но думаю, что родители или Кейт преподнесли бы мне ее совсем в другом русле, рассказывая об оборотнях, как о чудовищах. Я не защищаю их, нет. — Девушка мотает головой, поспешно вытирая идиотские слезы, а затем вновь оглядывает комнату, не до конца понимая, почему открывается им. — Папа сейчас разговаривает с мамой, настаивая о том, чтобы не посвящать меня во все это, а я и не хочу. Если у меня есть выбор: быть охотником или нет — я предпочту второе. Может быть, конечно, в жизни будет еще столкновение с этой дикой частью мира и мне вновь придется сделать решающий выбор, но пока я не готова к этому, нет. — Эллисон рассеянно начинает собирать крошки от авокадо и цукини, складывая их в причудливый узор. — Я рассказывала Скотту, что хочу научиться стрелять из лука, арбалета и займусь этим, в попытках разобраться в себе. Попробую поискать литературу. Достоверную конечно, а не сопливые сериалы, вроде «Сумерок» и думаю, что приду для себя к какому-то решению. А пока, я думаю, нам стоит закончить это до конца. — Есть еще что-то, что ты не можешь нам рассказать, но это относится к делу? — Стайлз присаживается рядом и собирает осколки, неловко царапаясь и шипя, будто они виноваты в его вспыльчивости. Скотт помогает обоим, собирая все в одну кучу. — Кейт в городе. Я не уверена в этом, но вчера это проскользнуло в разговоре. Папа не собирается посвящать ее в то, что произошло и тем более, рассказывать о Дереке, но если Хейлы узнают об этом, то. — Я не вижу поводов запретить им мстить, но Дерек приехал сюда, чтобы найти сестру, а не перебить вашу чокнутую семейку. А что касается Питера — тут я, вне сомнений, предугадать не смогу. — Ты давно видел Дерека? — После… — Стайлз хочет сказать после поцелуя, но сглатывает это и поправляет сам себя — После посещения больницы — нет. — И как давно это было? — На прошлых выходных.