I can't fight this feeling anymore

      Джейн проснулась из-за того, что кто-то настойчиво вылизывал ей левое ухо, при этом смачно чавкая. Она чуть сморщилась и отодвинула ладонью наглую усатую мордаху от себя, вытирая другой мокрую мочку уха и слипшиеся волосы (этот умник любил набрать полную пасть её прядей, а потом, нарочно громко чавкая, выплёвывать их обратно, до безобразия радостно щурясь).       — Майк, ну хватит, — пробормотала девушка, чувствуя, как пребывающий явно в хорошем настроении Майк начал вылизывать шершавым языком её пальцы, упёршиеся ему в наглую морду.       А ещё он настолько громко и довольно урчал, будто под её ухом кто-то включил перфоратор.       — Всё, всё, я встаю, встаю… — Джейн медленно села в кровати, потирая слипающиеся глаза.       Любвеобильный сегодняшним утром Майк тут же забрался на неё сверху, доверчиво заглядывая ей в лицо.       Хоппер рассмеялась — ну что с ним поделаешь? — и крепко прижала любимого кота к себе, поглаживая его по спинке и чмокая между ушей. Майк заурчал, кажется, ещё громче и настойчивее, счастливо жмурясь.       — Джейн, ты проснулась? — Раздался голос Джима из-за двери.       — Да, пап!       — Завтрак уже на столе! У тебя есть двадцать минут на то, чтобы собраться, а потом я подвезу тебя до школы.       — Хорошо!       Девушка уже хотела подняться, но кот, прижатый к её груди, весил немало — к тому же вставать он определённо не собирался, нежась в тепле ещё сонной Хоппер, — поэтому с первого раза ничего у неё не получилось.       — Майк, мне уже пора. Подъём. — Она мягко спихнула недовольно мявкнущего Майка с себя, который обиженно зевнул и встряхнул головой, выпрямляя загнувшееся правое ухо, и наконец-то сползла с кровати, с удовольствием потягиваясь.       Завтрак и правда был уже на столе. В этот раз Джим решил порадовать свою дочь горячими тостами с арахисовой пастой и чаем, а сам чинно попивал чёрный кофе, читая сводку местных новостей в газете.       Уже переодевшаяся Джейн с собранными в хвост кудрявыми волосами и школьным рюкзаком за спиной села за стол и сразу потянулась за банкой с пастой, придвигая другой рукой тарелку с поджаренными кусочками хлеба ближе к себе.       Но не успела она даже отвинтить пластмассовую крышку, как Майк, вставший на задние лапы и упёршийся одной передней ей в бедро, другой, выпустив когти, начал мягко дёргать её за рукав вязаной кофты, привлекая к себе внимание. Девушка отвлеклась, с любопытством глядя на него сверху, а потом, погладив его по мягкой макушке и прижав при этом торчком стоявшие уши, немного отодвинула стул назад, давая коту пространство, чтобы тот смог запрыгнуть ей на колени. Майк не заставил себя долго ждать и тут же оказался на ней, удобно и привычно устраиваясь у неё на бёдрах, мордой к недовольно хмурящемуся из-за газеты Хопперу.       Но Джим уже давно потерял надежду на то, чтобы отучить и дочь, и кота от такого совместного приёма пищи. Он много раз говорил, что животному не место за столом, но упёртая Джейн уверяла, что Майк — это не просто какое-то там животное, он — член семьи, поэтому имеет полное право есть вместе с ними. И в какой-то момент шериф просто махнул на этих двоих рукой, смирившись.       Хоппер густо размазала арахисовую пасту себе по трём тостам, а потом, набрав ещё немного на ложку, заботливо поднесла её к усатой мордахе, и Майк начал слизывать сладкую пасту, довольно щёлкая прилипающим к нёбу языком.       — Джейн! — вдруг возмутился Джим, чем испугал не только дочь, до этого спокойно надкусившую свой хлеб, но и прежде жмурящегося кота, и те вдвоём посмотрели на недовольного шерифа. — Я же просил не позволять ему есть со столовых приборов и тарелок!       — Но пап! — воскликнула девушка. — Не с пола же ему есть! Я всё помою, обещаю!       Шериф устало вздохнул и встал из-за стола, сворачивая газету и относя пустую чашку в раковину, а Майк, права на присутствие за столом которого были вновь доблестно защищены, снова вернулся к пасте, медленно махая пушистым чёрным хвостом, свисавшим с ног Джейн.       Та же аппетитно хрустела тостами, иногда запивая их остывшим чаем, при этом придерживая коту ложку, и раздумывала о том, как бы сегодня выловить одного очень важного ей человека в коридорах школы.       Когда завтрак подошёл к концу и Хоппер, надвинув шляпу на лоб, вышел на улицу, чтобы завести машину, Джейн как раз зашнуровывала свои конверсы, сидя на полу перед входной дверью. Грустный Майк отирался рядом, нарезая круги, и пытался урвать последние минуты ласки от девушки.       Та, покончив с обувью, раскрыла объятия, и кот тут же нырнул ей под руку, начиная громко урчать и вылизывать ей пальцы.       — Прости, я, наверное, буду сегодня поздно, — прошептала она ему, поглаживая между ушей. — Мы с Йеном, скорее всего, пойдём на… свидание, — смущённо выдохнула последнее слово Джейн, краснея. — Так что не скучай без меня. — Она вновь чмокнула кота в макушку и поднялась с пола, отряхивая кофту от налипшей чёрной шерсти. — Я ушла!       Майк, очевидно совершенно расстроенный её заявлением, грустно прижал уши и, забравшись на подоконник, проводил девушку тоскливым взглядом. А потом, когда машина шерифа отъехала, скрывшись за поворотом, спрыгнул на пол и трусцой побежал в комнату Хоппер, запрыгнул к ней на кровать и, свернувшись в клубок, заснул, наслаждаясь ещё фантомным теплом Джейн.

***

      На самом деле, история появления в семье шерифа и его дочери чёрного котёнка была достаточно прозаична.       Два года назад тогда ещё пятнадцатилетняя Джейн учила уроки, дожидаясь отца с работы. На улице был поздний снежный вечер, и она уже начинала немного волноваться из-за задержки, то и дело поглядывая на настольные часы. Поэтому, когда она увидела в окнах блеснувшие в темноте фары подъезжающей машины, девушка сорвалась с места, выбегая навстречу Джиму.       Тот вошёл в дом с небольшой картонной коробкой, в которой Фло обычно хранила документацию в отделе. Джейн подошла ближе, удивлённо приподнимая брови.       — Что это?       Ответом ей послужило тихое и испуганное мяуканье изнутри.       Она распахнула глаза, прикрывая рот рукой.       — Там?..       Хоппер поставил коробку на пол, и дочь сразу же нетерпеливо заглянула в неё и обнаружила забившийся в угол небольшой дрожащий чёрный комок. Сердце девушки болезненно сжалось при виде страдающего животного.       — Кто-то выбросил малыша неподалёку от участка, — объяснил Джим, снимая шляпу. — Наверное, неудачный подарок какому-нибудь ребёнку на Рождество.       Джейн едва не заплакала — на улице уже неделю стояли лютые морозы, а этот котёнок наверняка провёл пару дней под снегом, голодный и напуганный.       — Мы ведь его оставим, правда? — жалобно спросила Хоппер, шмыгнув носом. — Пап?       Шериф не очень хотел животных в доме, понимая, что лично у него не будет совершенно никакого времени, чтобы следить за ним, но, глядя в наполненные слезами глаза дочери и на и без того уже настрадавшегося и ни в чём не повинного котёнка, не смог сказать им обоим «Нет».       — Конечно…       Воодушевлённая Джейн сразу же принялась за дело, забросив незаконченные уроки на потом.       Она достала животное из коробки и, прижав дрожащее тельце к груди, успокаивающе погладила его по маленькой головке.       — Теперь ты в безопасности, малыш… — прошептала она, направляясь в ванную, чтобы вымыть и отогреть страдальца. — Я позабочусь о тебе.       Котёнок, пригревшийся в её ладонях, жалобно мяукнул, раскрыв зубастую розовую пасть, и ткнулся лбом ей в большой палец.       Животное было подвергнуто тщательной, но аккуратной помывке в раковине под тёплой водой. Малыш был настолько обессилившим, что даже не сопротивлялся, когда Джейн, посадившая его на дно эмалированной раковины, стала заботливо промывать его слипшуюся и грязную чёрную шёрстку новой зубной щёткой, набрав на её щетинки немного жидкого мыла.       Девушка никогда особо не интересовалась домашними питомцами — даже не задумывалась о них, — поэтому сейчас она действовала больше по наитию, чем по опыту, не позволяя воде залиться в уши или в нос бултыхающему котёнку.       Попутно она раздумывала над именем новому члену семьи, но в голову не шло ничего, что однозначно бы подходило найдёнышу.       После душа согревшееся под тёплой водой животное было высушено полотенцем и доставлено на руках на кухню. Хоппер посадила всё ещё испуганно подрагивающего котёнка на стол и сразу же подошла к холодильнику, открывая его. Ещё с младшей школы она знала о том стереотипе, что коты любят молоко. Бутылка, стоявшая в дверце, была почти пустая (завтра она как раз собиралась сходить в магазин), но покормить оголодавшего малыша вполне хватало.       Она достала блюдце и, налив в него молока, придвинула его к котёнку. Тот, встряхнувшись и сбросив с себя лишнюю воду, настороженно подобрался к каёмке и, вытянув шею, принюхался, забавно дёргая маленьким чёрным носом. Выяснив, что никакой опасности молоко ему не несёт, он начал жадно глотать молочные капли, шустро работая розовым языком. Он настолько спешил, пачкая мордочку, будто Джейн должна была вот-вот забрать блюдце прямо у него из-под носа.       Но сама девушка лишь с болью в защемившем сердце наблюдала за ним, присев на стул и подперев щёку ладонью. Она пообещала себе, что сделает всё возможное, чтобы этот малыш больше никогда не знал бед и тревог.       Уже переодевшийся в домашнюю одежду Джим подошёл к ней сзади, также глядя на животное. Котёнок сначала, правда, испуганно дёрнулся, заметив приближение нового субъекта, и, вцепившись зубами в каёмку, потащил блюдце за собой подальше от пришедшего Хоппера.       Джейн недовольно посмотрела на отца.       — Ты его испугал, — с обвинением заявила она.       — Но я же ничего не сделал! — изумился мужчина, пожав плечами. — Как думаешь его назвать?       Девушка поджала губы и вновь посмотрела на малыша. Тот, покончив с трапезой, выпрямился и, облизывая языком испачканную в молоке мордочку, внимательно посмотрел на неё своими карими глазами. Джейн даже вздрогнула — слишком осознанный взгляд был у этого котёнка. И имя родилось в голове само собой.       — Майк.       — Что?       — Майк. Я назову его Майк.       Джим совершенно ошарашенно наблюдал за тем, как котёнок, отныне — просто Майк, прошёл по столу прямо к Хоппер и доверчиво забрался ей на подставленные руки. Она прижала животное к себе, целуя его в ещё влажную макушку, и погладила по тощему тельцу.       В ту ночь Майк спал с ней в одной кровати, забравшись под одеяло и громко урча оттуда.       Никто не ожидал того, что этот маленький и по началу испуганно шарахающийся от всего подряд котёнок со временем превратится в наглого котяру с совершенно потрясающей чёрной пушистой и мягкой шерстью (Джейн в шутку иногда называла его одуванчиком).       Пугливый характер сменился на слишком пренебрежительный (ко всему, что не касалось его Джейн), а иногда даже чуть агрессивный.       Майк обладал каким-то чересчур завышенным чувством защиты. И касалось это не только его личного пространства, в которое допускалась одна только девушка (даже Джим не обладал такими привилегиями, хотя, казалось бы, именно он когда-то спас котёнка от смерти в холодную зимнюю стужу), но и, конечно же, самой Джейн — он не подпускал новые лица к ней ближе, чем на шаг, сразу же начиная шипеть и выпускать когти, предостерегающе выгибая спину дугой.       Однажды досталось даже Хопперу, который из-за чего-то сильно повздорил с дочерью и поэтому накричал на неё — Майк, до этого сидевший у ног плачущей Джейн, воинственно выступил вперёд и настолько сильно цапнул мужчину зубами и когтями, что разодрал кожу до крови, оставив ещё на несколько последующих недель болезненную царапину у него на ладони.       А по ночам он защищал её от кошмаров, мягко, но настойчиво бодая лбом в щёку, как только чувствовал, что девушка начинает активно ворочаться и болезненно кривить лицо.       Он защищал её от одиночества, когда Хоппер надолго пропадал на службе (хотя, казалось бы, Хоукинс — самое тихое место на планете), позволяя себе быть ласковым и заботливым, игривым и добрым и допуская Джейн до доверчиво подставленного пушистого живота, чтобы она погладила его, или самоотверженно терпел, пока она расчёсывала специализированной щёткой его густую шерсть. Он позволял ей подтачивать ему когти, массировать розовые подушечки на лапках, игриво дёргать за кончик хвоста и специально загибать уши. Он также не любил воду, но всегда сторожил девушку, сидя на краю ванной, когда та долго плескалась под душем.       Вообще эти страх и завышенное чувство защиты развились в нём в тот день, когда ещё маленький Майк, до этого ежеминутно хвостиком ходивший за Джейн, не нашёл её дома. Он испуганно мяукал и бегал по пустым комнатам, пытаясь отыскать свою пропажу, и едва с ума не сошёл, благо, что девушка пораньше вернулась со школы (просто кот появился в их доме как раз во время рождественских и новогодних праздников, поэтому она круглосуточно была рядом).       После этого Майк очень настороженно относился к любому исчезновению Хоппер, беспокоясь за неё, а в доме от него было вообще не отвязаться — он всюду сопровождал её, даже по ночам, когда она ходила попить воды или посещала уборную.       И казалось бы, что все привыкли к таким странным заскокам со стороны кота, но едва тому исполнилось полтора года, а у Джейн появился первый в её жизни мальчик, как ко всему прочему добавилась ещё и ревность — Майк ревновал свою Джейн ко всем и вся.       Сначала это проявлялось в том, что он незаметно избавлялся от тех вещей, которые привлекали больше всего внимания девушки (тем самым забирая его — внимание — у Майка). Это могла быть, например, новая книга или настольная игра. Кот растаскивал эти предметы по всему дому, очень хорошо заныкивая их по самым укромным местам.       Потом это стало выражаться в его демонстративном игнорировании Хоппер, когда та, счастливая, по секрету поделилась с ним перед сном тем, что ей нравится Йен — её одноклассник и хороший друг. Майк в ту ночь впервые не ночевал с ней вместе — нет, он обиженно поднял хвост и показательно вышел из комнаты, забираясь на шкаф и прячась в тени.       Правда, долго это не продлилось, потому что влюблённость девушки никуда не пропала, а сам Майк уже не мог обходиться без своей Джейн, поэтому вернулся к ней, получив на радостях долгие обнимашки, но всё равно время от времени проявлял свой дурной характер, когда ему казалось, что его Джейн слишком много времени думает об этом Йене.

***

      Майк проснулся от того, что дверь внизу громко хлопнула. Он удивлённо зевнул, вытянув передние лапы над собой, и приподнял голову, различая топот ног по лестнице, ведущей на второй этаж. Было ещё так рано.       И каково же было его изумление, когда в комнату вбежала плачущая Джейн.       Она, скинув рюкзак на пол, с размаху плюхнулась на кровать, едва не придавив мявкнущего Майка, в последний момент переползшего от неё в изголовье. Девушка, уткнувшись лицом в подушку, громко плакала, буквально захлёбываясь слезами.       Кот обеспокоенно бесшумно подошёл к ней, обнюхивая, а потом ткнулся мокрым носом ей в ухо, забавно фыркая. Джейн и хотела бы засмеяться, но настроения не было — она лишь отодвинула Майка, как сегодня утром, ладонью, а потом, передумав, притянула не сопротивляющееся животное к себе, утыкаясь лицом теперь в его тёплый пушистый бок. Майк заурчал, извернувшись, и начал лизать ей волосы (он обожал их запах), привычно собирая шершавым языком половину прядей в пасти.       — Почему всё так? — прошептала Хоппер, всхлипывая. — Почему он так поступил? Разве я хуже этой Роуз? Разве я не красивая? — хлюпая носом, спрашивала у кота девушка, всё крепче и крепче обнимая его. — Я ведь просто хочу любви, — приподняв голову, продолжила Джейн, глядя в умные карие кошачьи глаза. — Я хочу, чтобы меня любили. Почему все парни такие? — вновь расплакалась она. — Почему из всех парней, окружающих меня, только кот меня и любит? — Она погладила его между ушей. — Я ничего не говорю, ты хороший, Майк, очень хороший, но почему ты не человек? — Хоппер тяжело вздохнула и, отвернувшись на бок, прижала ноги к груди, закрывая глаза; Майк попытался как-то к ней поластиться, чтобы утешить, но Джейн сразу же отвергла любые поползновения. — Нет, оставь меня одну, мне надо подумать.       Но Майк не стал уходить. Он просто свернулся в клубок рядом с девушкой прямо за её спиной и обеспокоенно дёргал ушами каждый раз, когда она начинала всхлипывать.       Ближе к вечеру, когда утомившаяся Хоппер уснула, кот пробрался к её лицу и, улёгшись так, чтобы уткнуться лбом ей в лоб, прикрыл глаза. Он тихо мурчал, отпугивая кошмары от своей Джейн, и время от времени бил хвостом по кровати, как будто отсчитывал время.

***

      Прошла неделя. Джейн всё ещё страдала, потому что Йен и Роуз никуда не делись из её класса, а вместе с ней молчаливо страдал и Майк. Каждый вечер он становился подушкой, в которую девушка приходила плакаться и жаловаться на свою несчастную жизнь. Она винила себя в своей неидеальности и прогнозировала себе одинокое будущее до конца своих дней.       Она настолько ушла в себя, упиваясь собственной безответной влюблённостью, что не сразу обратила внимание на то, что Майк пропал. Это было выявлено только перед сном, когда под боком никто привычно не начал урчать. Джейн обошла весь дом в поисках кота и не нашла его.       И вот тут поднялась паника.       Она разбудила своими отчаянными криками Хоппера, и они уже вместе искали Майка по всем комнатам и внутреннему двору (хотя кот, памятуя неприятные холодные дни из своего детства, ненавидел улицу всей душой, поэтому больше никогда не покидал пределов дома). Девушка была близка к нервному срыву. Она плакала и рвалась искать Майка дальше, но Джим не отпустил её, сказав, что ночью они оба бессильны. К тому же если Майк где-то и спрятался, то в темноте они его не увидят из-за его чёрной шерсти.       Утром Джейн наотрез отказалась идти в школу и отправилась патрулировать свой район, выискивая Майка во всех возможных закоулках и дырах. Она опрашивала всех и каждого, кого встречала на улице, надеясь получить хоть какую-нибудь информацию о пропавшем без вести коте.       Первые сутки пролетели, как один миг, и, к сожалению, абсолютно безуспешно. На следующий день Хоппер, размножившая от руки написанное объявление о пропаже с кратким описанием кота, расклеивала листы на каждом столбе, не теряя надежды найти Майка. Но и второй день не дал результатов.       Джим заметил, как осунулась всего за пару дней его дочь. Её глаза потухли, а кожа побелела, появились синяки под глазами. Казалось, девушка неуловимо истончала, став ещё более хрупкой и тонкой. Она ничего не ела — просто кусок в горло не лез, — практически не спала — едва она закрывала глаза, как сразу представляла погибшего Майка, которого переехала какая-нибудь тяжёлая фура, — почти не говорила — фраза «Вы не видели чёрного кота?» стала единственным предложением, которым она пользовалась в последние дни. И шериф уже начинал сильно волноваться, потому что такими темпами он мог просто потерять дочь.       Сама же Джейн не реагировала на любые просьбы отца. Она хотела только одного — чтобы Майк вернулся обратно. Ей казалось, что её жизнь никогда не станет прежней без него. Она винила себя в том, что перестала обращать на него внимание из-за этой глупой первой влюблённости, и он из-за этого сбежал. Йен ни разу не стоит того, чтобы потерять Майка.       Неделю Хоппер бродила, словно тень, по улицам, отчаянно зовя кота по имени, а потом возвращалась поздним вечером домой с пустыми руками, шла к себе в комнату и ложилась спать (если у неё, конечно, получалось заснуть), а всё для того, чтобы новый день поскорее начался и она снова могла приступить к поискам.

***

      Это была суббота. Джейн как раз безэмоционально мешала кофе в кружке ложкой, глядя в одну точку на обеденном столе, как вдруг раздался звонок в дверь. Потерявшая любую надежду девушка медленно встала со стула и побрела в прихожую. Щёлкнула замком, сняла цепочку и открыла входную дверь, даже не поинтересовавшись, кто за ней.       И первое, что она увидела, — это родную усатую чёрную мордаху с умными карими глазами. И её сердце просто замерло. Майк — живой и (она надеялась) здоровый — сидел у кого-то на руках. Его прежде чистая густая шерсть немного свалялась в некоторых местах и испачкалась, также ей показалось, что он несколько исхудал, но в целом не было ничего такого, что она бы не смогла исправить за пару дней. И помоет, и причешет, и откормит. И будет холить и лелеять, просто не выпуская беглеца из объятий.       — Судя по твоему лицу, это и правда твой кот. — Вдруг мужским голосом сказал человек, который и вернул Майка домой.       Джейн протянула руки к нему и, едва почувствовав его тёплое тельце, сразу же прижала его к себе. Майк положил передние лапы ей на надплечья, как будто тоже обнимал за шею, и постоянно тыкался холодным носом в щёку, словно целуя. И девушка не могла нарадоваться ему, чмокая его в ответ, совершенно не боясь того, что он мог что-то подцепить, пока неделю шарахался где-то на улице.       — Спасибо вам огромное! — забормотала Хоппер, беспрерывно тиская кота. — Вы не представляете, что вы сделали для меня!       И наконец-то она соизволила посмотреть на того, кто принёс ей её пропажу. И обомлела.       Густые чёрные волосы, тёплые карие глаза, смущённая улыбка, детские веснушки на щеках и носу, долговязая худая фигура. Не сказать, что парень, стоявший перед ней, был стопроцентный красавец, но его внешность была приятная и даже немного необычная для их краёв. И Джейн была готова поклясться, что он безумно напомнил ей её Майка (насколько вообще можно сравнивать между собой человека и животное). Наверное, если бы у её кота было человеческое воплощение, то оно было бы именно таким.       Парень всё ещё смущённо улыбался, потирая затылок, и позволял себя рассматривать.       — М-м-м… я рад, что этот чудик вернулся домой… — неловко пробормотал он. — Я нашёл его у себя во дворе в собачьей будке, оставшейся от прошлых хозяев. Он провёл там, кажется, несколько дней, забившись в угол. О, точно, я же не представился. Майкл. Майкл Уилер. Можно просто Майк. Я недавно переехал сюда из Канады, живу вон в том доме.       И Хоппер вдруг расхохоталась, едва не сгибаясь пополам. Бедняга Уилер же совершенно не понимал, что происходит, поэтому настороженно следил за странной девушкой, запихнув руки в карманы толстовки.       — Прости, пожалуйста, — всё ещё посмеиваясь, ответила она. — Просто… просто… — Её снова разорвало от хохота, из-за чего уже даже кот-Майк стал недовольно мявкать ей на ухо, привычно слюнявя ей волосы. — Уф-ф-ф… Просто его тоже зовут Майк. И он тоже… чёрный и кареглазый. — Она откровенно веселилась, а Майкл, до которого наконец-то дошла шутка, вновь смущённо и расслабленно заулыбался. — Я Джейн Хоппер. Живу здесь с самого рождения.       И вдруг ей стало очень неловко. Перед ней стоял симпатичный парень, старше неё на год или два, вернувший ей любимого кота, а она высмеивала его, при этом одетая в старую растянутую пижаму, и толком не могла поблагодарить.       — Может… зайдёшь? — спросила она, чуть отходя в сторону и смущённо опуская голову. — В конце концов, ты вернул мне моего Майка, и теперь я должна отблагодарить своего героя.       Уилер ещё шире улыбнулся и уверенно сделал шаг за порог.       — Конечно!

***

      Джейн до сих пор не знала, было ли это совпадением или роком судьбы, но парень, который вернул ей её внезапно пропавшего кота, всего через две недели стал для неё не просто её соседом, живущим через пару домов от неё, а самым настоящим и полноценным парнем, возлюбленным.       Она нарадоваться не могла тому, как всё сложилось. Кот-Майк в целости и сохранности вернулся обратно и привёл за собой, кажется, любовь всей её жизни — уже другого Майка. Это было настолько удивительно и невероятно, что Хоппер до сих пор время от времени щипала себя за руку, чтобы проверить, не спит ли она.       Уилер был на год старше неё, поэтому учился на ступень выше в той же школе. После той знаменательной для обоих субботы они стали очень много общаться и гулять вместе. Майкл всегда встречал её по утрам и провожал из школы обратно, никогда не отказывал ей в помощи с домашним заданием по физике и математике, неловко делал ей неожиданные комплименты и смущённо, быстро и совершенно по-детски чмокал в щёку каждый раз, когда прощался. Никто из них не заметил, как всего за две недели они оба влюбились друг в друга по уши, как в последний раз.       Так что теперь Джейн надоедала коту-Майку уже не Йеном, про которого она благополучно забыла, а Уилером, влюблённо и мечтательно вздыхая перед сном.       Когда Майкл предложил ей встречаться, она едва в обморок от волнения не упала — настолько всё казалось ей быстрым и невероятным. Но бывший начеку парень тут же подхватил её, едва её ноги стали предательски подкашиваться, и прижал к себе, вопросительно и взволнованно заглядывая ей в глаза.       И конечно же она сказала «Да». Она сказала это тихо, смущённо и неразборчиво, из-за чего Уилер даже засомневался на пару минут, а правильно ли он всё услышал, но потом быстрый чмок в подбородок (низенькая Хоппер не смогла дотянуться выше) развеял все его сомнения.       И вот после этого жизнь должна была бы наладиться, но… нет.       Джейн столкнулась с тем, что два её Майка оказались жуткими собственниками. И если по одиночке они ещё могли вести себя «адекватно», потому что единолично поглощали всё её внимание, то стоило им встретиться, как между ними начиналось настоящее противостояние. И за этим было даже забавно наблюдать. Поначалу.       Майк и кот-Майк откровенно недолюбливали друг друга. И если сначала они относились друг к другу равнодушно (ну есть и есть, чёрт с ним), то вскоре, когда стало заметно, что внимание Джейн начало делиться поровну на каждого, они возненавидели друг друга, объявив настоящую холодную войну. Каждый пытался, как мог, переманить Хоппер на свою сторону.       Кот-Майк обладал преимуществами в том плане, что жил вместе с Джейн. Он мог в любой момент забраться к ней на кровать и прижаться к ней, получая от неё ласки и поцелуи, и Джим бы не открутил ему за это голову, если бы узнал. В то время как Уилеру грозила опасность в лице подозрительного и слишком защитного отца, каждый раз проводившего едва ли не экзаменовку бедняге Майклу, да и целовать и обнимать свою девушку он мог только в те моменты, когда они были в школе или на свидании либо одни у него или у неё дома.       Но в последнем случае возникали уже другого рода проблемы — кот. Он ревностно охранял личное пространство Джейн, не подпуская Уилера слишком близко. Он внимательно следил за ними в любой комнате, постоянно находясь в непосредственной близости от парочки. И Хоппер иногда становилось неловко от его пронзительного взгляда, поэтому она отказывалась от обнимашек с Майклом на диване или кровати, лишь бы кот перестал так на неё смотреть.       Но Уилер был не из хрупкого и слабого десятка. Сразу раскусив по слишком очевидному поведению кота-Майка, что тот её откровенно ревнует, парень стал пользоваться иными преимуществами, данными ему его человеческим происхождением. Поэтому он специально настойчиво целовал Джейн прямо перед котом, показательно обнимая её за тонкую талию, гладил её лицо и волосы, прижимал к себе, заставляя задыхаться из-за глубоких поцелуев. А потом, когда девушка смущённо утыкалась лбом ему в грудь, пряча раскрасневшиеся щёки, он показывал коту-Майку язык, как бы намекая «Ну и что ты сделаешь?»       Пару раз он вывел этим кота из себя, за что получил кровавые царапины на левой ноге и обеих ладонях. Джейн долго извинялась перед Уилером, испуганно хлопоча над ним, обрабатывая перекисью раны, и при этом попутно отчитывала Майка за то, что тот ведёт себя ужасно.       И Майкл не остался в долгу, пару раз наступив животному на хвост и как бы невзначай заперев его в комнате, и после этого влетало по первое число от Хоппер уже парню — девушка тискала кота, жалея его и извиняясь перед ним за чужое грубое поведение, и ворчала на Уилера, призывая его вести себя по-взрослому.       В общем, эта война ревности обещала никогда не закончиться. И однажды Джейн уже даже устала от того, что постоянно находилась на линии невидимого огня. Она чувствовала себя этаким кубком, который вроде и нельзя поделить пополам без потери его функциональности, но и одному — в обход другого — он достаться не может.       Она всеми силами пыталась как-то сдружить обоих Майков, едва ли не очные ставки им устраивала, но со временем поняла, что этих собственников не исправишь, и просто смирилась, попытавшись свести все их склоки к минимуму.       Иногда она устраивала целые дни, посвящённые только одному Майку. То есть иногда она целый день проводила с котом-Майком, играясь с ним, расчёсывая ему шерсть, разговаривая и просто валяясь на кровати, а иногда она целый день отдавала лишь Уилеру, целуясь с ним, обнимаясь, гуляя за ручку и болтая ни о чём. В такие дни оба — и кот-Майк, и человек-Майк — уважали желание их Джейн, поэтому не вмешивались в ход событий, с завистью ожидая своего часа.

***

      Прошло уже полгода таких странных, но по-своему необычных отношений. Джейн была как будто загнана в этакий любовный треугольник, правда, одна из сторон не была даже человеком, и это немного… напрягало и смешило одновременно.       Так вот, полгода спустя Хоппер заболела. Сначала это был обычный кашель, потом добавились головная боль и слабость, а потом простая сезонная простуда неожиданно обросла осложнениями, и девушку срочно госпитализировали.       Оба Майка места себе не находили в эти дни. И если Уилер хотя бы имел возможность видеться с Джейн — он буквально круглосуточно сидел у неё в палате с защитной маской на лице, — то вот коту-Майку такого шанса не выпадало, и он был вынужден сидеть на подоконнике, ожидая, когда же его Джейн вернётся домой.

***

      Прошло уже четыре дня, как Хоппер лежала в больнице. И сегодня Уилеру предстояло заехать к ней домой, чтобы забрать кое-какие вещи и отвезти их ей. Джим оставил ему дубликат ключа от входной двери.       Майкл щёлкнул замком и тихо приоткрыл дверь. Ему навстречу никто не вышел. И если шериф был на работе, то вот где тогда был кот?       На самом деле парень даже немного волновался за него. Не проходило ни дня, чтобы Джейн не поинтересовалась, как там её любимый котёнок, всё ли с ним хорошо, спит ли он, ест ли он, как он себя чувствует. А Майк не знал, что ей ответить, потому что не наведывался к ней домой всё то время, что она провела в больнице. Он был уверен, что Хоппер кормит его и меняет лоток, так что кот не умрет, но какое-то странное волнение всё равно грызло его изнутри.       И вот сегодня он собирался наконец-то встретиться со своим соперником за внимание их Джейн.       Но тот себя не показал. И это был тревожный звоночек.       Майк быстро собрал все нужные вещи девушки ей в рюкзак, а потом начал обыскивать дом в поисках кота. Тот нашёлся лишь десять минут спустя, лежащим на подоконнике за занавеской. И сначала Уилер на секунду подумал, что тот умер (он не представлял, что тогда будет с Джейн), но кот-Майк вдруг лениво приподнял голову и обернулся к нему, глядя совершенно грустным и одиноким взглядом в ответ.       И сердце Уилера защемило. Как же он понимал своего тёзку. Если бы и у него не было возможности увидеться с Хоппер, он бы выглядел абсолютно так же — потерянный, одинокий, исхудавший, обездвиженный, не желающий ничего, кроме своей Джейн. И ему стало стыдно перед котом, ведь, несмотря на всю их шестимесячную войну, они оба одинаково сильно любили и ценили девушку, защищали её и заботились о ней. И именно кот-Майк стал тем, кто свёл Уилера и Хоппер вместе.       Поэтому Майкл решил сделать кое-что невероятное.       Он подошёл к коту, который безэмоционально повёл ухом в его сторону, и вдруг подхватил нагревшееся на солнце чёрное тельце на руки. Кот-Майк изумлённо мявкнул и начал вырываться, упираясь всеми лапами. Уилер закатил глаза.       — Да тише ты, — проворчал он, удерживая упорно извивающееся животное. — Ты хочешь увидеть нашу Джей?       Кот моментально притих, подозрительно глядя на парня. Тот удовлетворённо кивнул.       — Предлагаю временное перемирие. Я прекрасно понимаю, как ты скучаешь по ней, и она тоже по тебе очень скучает, поэтому, если ты будешь вести себя тихо, я пронесу тебя к ней, идёт?       Уилер, наверное, уже начал сходить с ума (ещё бы, он на полном серьёзе разговаривает с котом), но тот ему будто согласно кивнул.       — Окей, забирайся… — Он расстегнул замок своей широкой толстовки и помог животному устроиться за ней.       Пришлось несколько минут постоять перед зеркалом, умещая недовольно мявкающего Майка так, чтобы его практически не было заметно под свободной одеждой, потому что то пушистый хвост торчал, то задние лапы выглядывали, то ухо, то любопытный чёрный нос (кот-Майк с интересом обнюхивал Уилера, потому что до этого они не находились друг к другу настолько близко).       — Потерпи, приятель, — хмыкнул Майкл, закрывая входную дверь на замок, — оно того стоит.

***

      Джейн лежала на больничной койке и читала принесённую Майком из школьной библиотеки книгу. Она уже почти закончила две трети романа-антиутопии, когда дверь в её палату вдруг тихо отворилась.       Она удивлённо приподняла брови (вместе с ней никто не лежал — больница, если честно, была наполовину пустая, что и хорошо), наблюдая за тем, как Уилер входит к ней спиной, постоянно оглядываясь по сторонам, а потом быстро закрыл дверь изнутри на замок, облегчённо выдохнув.       — Майк?.. — неуверенно позвала его Хоппер, откладывая книгу. — Что-то слу?..       Не успела она договорить, как парень обернулся к ней и, подойдя ближе, ласково улыбнулся, погладив её ладонью по тёплой щеке.       — У меня для тебя кое-что есть, — с нежностью прошептал он.       И потянулся к замку на толстовке.       Джейн почувствовала, как у неё по щекам покатились слёзы, когда из-за пазухи Уилера выглянула знакомая усатая мордаха, по которой она жутко скучала последние дни.       — Ма-а-а-айк! — протянула она, всхлипывая, и было непонятно, к кому конкретно она обращается.       Майкл присел к ней на койку и помог коту выбраться, передавая его в подрагивающие руки девушки.       Хоппер прижала радостно мяукающего Майка к себе, расцеловывая его макушку, уши, мокрый нос и пушистые щёки, и не могла нарадоваться. Она так по нему скучала, так за него волновалась — ведь как он там без неё?       Уилер с улыбкой и без капли ревности наблюдал за ними, довольный произведённым эффектом. Он пробирался к ней в палату, как самый настоящий ниндзя, обходя всех врачей и медсестёр по дуге, поворачиваясь, как в кино, лицом к каким-нибудь вывескам, делая вид, что читает, а сам медленно, но уверенно продвигался к палате Хоппер.       И сейчас он был рад, что принял правильное решение — пронести кота в больницу, даже если это было нарушением правил. Просто сейчас, заглядывая в радостно сияющие глаза своей девушки, он готов был хоть тысячу раз нарушить эти чёртовы правила, если это вызывает у неё такую широкую и счастливую улыбку.       — Я так вас люблю, — прошептала, всхлипывая, Джейн, придвигаясь ближе к Уилеру и прижимаясь к его груди боком. — Вас обоих. Вы самые лучшие.       Майкл чмокнул её в тёплый висок, обнимая руками за талию, пока сама Хоппер удерживала пригревшегося и громко урчащего кота у себя на коленях.       Она не могла выбрать кого-то одного. Они оба были одинаково важны для неё, и потерять кого-то из них значило для неё потерять половину себя, потому что её сердце одинаково поровну делили кот-Майк и Майк Уилер.