I can't fight this feeling anymore

      Прошло около двух недель с того самого фееричного похода в кино и не менее запоминающегося секса на заднем сидении в машине Тэда Уилера. Эл, к слову, в тот вечер была настолько поглощена охватившими её с головой ощущениями, что, пока Майк, из-за своего высокого роста неудобно изогнувшийся над ней, бешено двигал своими бёдрами, прижавшись губами к её доверчиво открытой шее, она невольно устроила настоящее «световое шоу», заставив фары и габаритные огни автомобиля постоянно ярко мигать, а радио — быстро сменять станции с одной на другую.       А после этого, когда они уже приехали к ней, прощаясь на крыльце, Элевен, стыдливо краснея, неожиданно достала из своей сумочки те самые злосчастные белые кружевные трусики и без промедления ловко запихнула их Майку в передний карман чёрных джинсов, заставив его самого зардеться и, кажется, просто потерять дар речи.       — Заслужил, — шепнула она, а потом, невинно заправив прядь растрёпанных волос за ухо, быстро скрылась в доме, не давая ему и шанса на какой-либо протест.       Но собирался ли Уилер на самом деле протестовать? Определённо, нет. Он лишь запихал свой честно заработанный на их сегодняшнем свидании трофей поглубже в карман, чтобы его не было видно, и, довольно улыбаясь, неспешно вернулся в машину в полной эйфории.       С тех пор Эл всё никак не могла выбросить из головы этот вечер. Она запрятала чулки и кружевной бюстгальтер подальше в свой шкаф, а по ночам, крутясь с боку на бок в своей кровати, не способная заснуть, с улыбкой вспоминала, как восхищение, смущение и желание боролись во взгляде ошеломлённого Майка, когда тот только-только понял, что именно было на ней надето. И всё-таки она была даже благодарна Макс, которая вытащила её по магазинам и буквально заставила купить эти самые кружева.       Следующие две недели Элевен и Майкл вели себя так, как будто ничего не произошло, как будто это не они самозабвенно предавались страсти на заднем сидении автомобиля. Они не кидались друг на друга при первом же удобном случае, не раздевали друг друга глазами, не страдали от навязчивых эротических фантазий и не трогали друг друга так, будто завтра уже не существовало. Нет, это были всё те же Майк и Эл, самая сладкая и невинная парочка — как их в шутку называли друзья — Хоукинса. Они просто держались за руки, смеялись, шутили, обменивались ласковыми поцелуями и объятиями, проводили время вместе и в целом наслаждались отличным летом. И, глядя на этих двоих, никто и помыслить не мог о том, что вот этот вот по уши влюблённый парнишка Майкл не так давно доводил свою девушку Джейн до оргазма одними только пальцами прямо в зале кинотеатра (общественное место, как никак).       Но в глубине души что Уилер, что Хоппер оба прекрасно знали, что всё это продлится недолго. Что это всего лишь затишье перед настоящей бурей, что их романтичный и невинный настрой скоро пройдёт, сменившись неприкрытым вожделением, когда они будут готовы на любые меры, лишь бы побыстрее дорваться друг до друга.       Но до этого момента у них ещё было время, и Эл решила им воспользоваться и обстоятельно подготовиться к их следующему разу. Нужно ли говорить о том, что в тот день ей понравилась реакция Майка на чулки и кружева (точнее сказать, очень понравилась)? Поэтому идея повторить нечто подобное пришла к ней достаточно быстро. Девушке неожиданно снова захотелось приятно поразить Уилера, поэтому она, приврав доверчивому Джиму, что идёт за покупками с Макс, на деле в одиночку отправилась в тот самый магазинчик нижнего белья за будущим сюрпризом для своего парня.       Сначала ей было безумно неловко. Вернее, пока она не дошла до входных дверей, Элевен была преисполнена энтузиазмом и нетерпением, но стоило ей только переступить порог и окунуться в прохладную атмосферу небольшого помещения, заставленного по большей части женским нижним бельём (хотя здесь было и мужское, на которое Эл не могла даже взглянуть, не краснея до кончиков ушей), как весь её боевой настрой разом куда-то улетучился, а она сама уже успела несколько раз пожалеть о том, что заявилась сюда без своей моральной поддержки в лице Макс.       Но деваться было некуда, поэтому Элевен первые минут десять стеснительно бродила между несколькими рядами, закусив губу и пытаясь справиться с отчаянно пылающими щеками, пока рассматривала представленный в магазине ассортимент.       Если говорить начистоту, то она не знала, чего конкретно хотела, когда шла сюда. Точнее, она знала, какого хотела добиться всем этим результата, но не знала, какими именно… «средствами».       Иногда Эл брала какие-нибудь трусики или бюстгальтер в руки и растягивала их перед собой руками, недоумённо вскидывая брови, разглядывая. Здесь было столько различных вариантов, начиная от странных форм и размеров и заканчивая расцветкой и материалом, что у неё просто голова шла кругом. Она ничего не смыслила в том, что видела, поэтому порой даже не была уверена, а нижнее ли это вообще бельё или нет (особенно те странные верёвочки с небольшим треугольным кусочком ткани выглядели подозрительно).       Единственное, что Эл знала наверняка, так это то, что вариант с чулками отпадает сразу, поскольку от них уже не будет такого же эффекта неожиданности, как в первый раз (хотя Майк был буквально сражён наповал её ножками, обтянутыми белым капроном и ажурными лентами). А что присмотреть другого, она, к сожалению, и не знала. Может, просто выбрать что-то откровенное из нижнего белья?..       — Вам помочь? — внезапно из-за угла очередного ряда к ней вышла девушка-консультант, испугав задумавшуюся Элевен, которая как раз в очередной раз изучала те самые «верёвочки», пытаясь понять, куда же это надевается. — Подыскиваете что-то конкретное? — добавила она, заметив в руках потенциальной покупательницы стринги.       Эл покраснела ещё сильнее и быстро кинула странные «верёвочки» обратно, застенчиво пряча руки за спину. У неё в горле моментально пересохло от волнения. В прошлый раз ей хотя бы помогала Макс, которая руководила консультантом и раздавала ему указания, а сейчас ей нужно было полагаться только на саму себя.       А может, сбежать? Пока ещё не поздно? И, в крайнем случае, вернуться сюда вместе с Мэйфилд?..       Но вдруг у неё в голове снова всплыл образ ошеломлённого Майка, поглаживающего её по внутренней стороне бедра поверх белых чулок прямо в зале кинотеатра, и небольшой прилив храбрости — она же делает это не просто так, а ради него — заставил её остаться на месте и хотя бы попытаться поговорить с консультантом.       — Я… Мне… — перебирая пальцы за спиной, сконфуженно забормотала Эл, краснея и опуская голову. — Мне нужна помощь… — наконец-то неуверенно выдохнула она, и консультант ободряюще ей улыбнулась, кажется, понимая её смущение.       — Конечно. Вам показать что-то конкретное? Или у Вас есть какие-то пожелания?       Элевен сглотнула и шумно выдохнула, пытаясь мысленно сформулировать ответ.       — Мне нужен… мне нужен подарок для моего парня?..       — О, но мужской отдел немного дальше. Идёмте, я Вам всё покажу.       Но стоило Эл только вспомнить обнажённые мужские манекены в каких-то очень странных трусах с объёмными животными, как её щёки тут же покраснели пуще прежнего.       — Нет. — Она отрицательно покачала головой, испуганно распахнув глаза, отказываясь идти туда. — Этот подарок должен быть… на мне…       — А-а-а-а, — со знающим видом протянула девушка, улыбаясь. — Вам нужно помочь подобрать какое-нибудь нижнее бельё, чтобы поразить Вашего парня, верно?       Элевен согласно покивала, радуясь, что её всё-таки правильно поняли.       — Что же, мы можем начать с каких-нибудь комплектов или сразу перейти на комбинации. — Консультант заметила явный вопрос в глазах покупательницы, поэтому поспешила пояснить: — Например, корсеты, чулки с поясом и без, подвязки. Ещё у нас есть тематические костюмы, к примеру, медсестры, ангела, демона или кошки.       Эл откровенно уже начинала бояться того, во что по незнанию ввязалась, но отступать было уже поздно.       — Давайте начнём с… комплектов, — неуверенно попросила она, готовая провалиться сквозь землю от стыда.       Консультант ей кивнула и жестом пригласила следовать за ней.       — Конечно, идёмте. Я думаю, с Вашей фигурой нам есть, что подчеркнуть. Ваш парень точно не останется равнодушным.       Следующий час, проведённый в этом магазине, показался Элевен сущей пыткой, состоявшей из бесконечного смущения и неловкости. Даже её предыдущий визит с Макс не так сильно смутил её, как сегодняшний выбор нового сюрприза для Майка.       Консультант безостановочно предлагала ей десятки вариантов комплектов нижнего белья. С push-up эффектом или без него. Прозрачные или закрытые. Блестящие или однотонные. Яркие или пастельные. С рисунком или без. С высокой посадкой или с низкой. С плотной чашкой, мягкой или полупоролоном. С косточками или без косточек. С застёжкой спереди или сзади. Со швом или без. Из хлопка, нейлона или вискозы. И так далее, и так далее, и так далее.       Но, как бы то ни было, Эл, первое время отчаянно борющаяся с тем, чтобы не прикрыть глаза руками на особо откровенных экземплярах, под конец неожиданно для самой себя начала тихо, но всё-таки уверенно давать указания относительно тех вариантов, которые ей приглянулись.       Опытный консультант же сразу смекнула, что Элевен совершенно не умеет подбирать себе нижнее бельё — да вообще ничего толком не смыслит в этом, — поэтому незаметно корректировала её запросы, ненавязчиво предлагая ту или иную вещь относительно телосложения и доступной ценовой категории.       Семнадцатилетняя Джейн Хоппер была невысокой — особенно рядом с Майклом Уилером — девушкой с очень хорошей и женственной фигурой. Аккуратную и небольшую грудь ей посоветовали подчеркнуть бюстгальтером модели брасьер, которая бы визуально увеличила её. А стройные ноги, плоский живот и точёные бёдра с ягодицами ей настоятельно рекомендовали не прятать, особенно от своего же парня, поэтому сразу дали несколько конкретных вариантов: бикини, бразильяна или стринги.       И если с лифчиком всё было более-менее понятно, и Эл даже не спорила, прикладывая его к себе перед зеркалом, оценивающе склонив голову набок, то вот с трусиками была проблема. Те самые «верёвочки», которые уже изначально смутили её, действительно оказались разновидностью нижнего белья и теперь лежали перед ней как потенциальный вариант, но ей было даже трудно представить, как бы это смотрелось на ней со стороны. А вот модель бразильяна ей неожиданно понравилась, и она даже с улыбкой, которую всеми силами пыталась подавить, закусывая губу, представляла, как Майк будет сражён в самое сердце тем, что её ягодицы, которые он так любит стискивать своими большими ладонями, почти ничего не скрывает.       Когда она уже стояла на кассе с выбранным комплектом (а скорее, с очень искусно подобранными одиночными кружевными бюстгальтером и трусиками чёрного цвета), Эл была невероятно благодарна той самой девушке-консультанту, которая буквально спасла её от неловкого и смущающего бесцельного брождения между рядами в поисках неизвестно чего. Всё оказалось не так ужасно, как она думала изначально, хотя свою порцию стыда она всё-таки сегодня заполучила (а те пластмассовые глаза животных на мужских трусах будут теперь сниться ей в кошмарах).       Когда Элевен вернулась домой и поспешно примерила обновки, стоя в ванне перед зеркалом, плотно закрыв дверь, разглядывая себя в отражении со всех сторон, она вдруг отчётливо поняла, что ей не терпится показаться в таком виде перед Майком, чтобы увидеть и услышать — а желательно, почувствовать — его реакцию на её небольшой сюрприз. Она очень надеялась, что не перегнула палку этим поступком, что не покажется Уилеру слишком испорченной или озабоченной, что он будет только приятно изумлён её новым образом.       Но пока чёрный комплект кружевного белья был запрятан туда же, куда до этого чулки и оставшийся без пары белый бюстгальтер, ожидая своего звёздного часа.

***

      Затишье продлилось ещё три дня после того, как Элевен отважно отправилась в одиночку в магазин нижнего белья за сюрпризом, пережив не передаваемые словами смущение и шок. Все эти три дня она загадочно улыбалась Майку, постоянно воображая его реакцию, и едва подавляла в себе желание поделиться с ним этим секретом.       И Майкл, разумеется, замечал этот странный мечтательный взгляд и с трудом сдерживаемую довольную улыбку, подозрительно щурясь. Не то, чтобы он был слишком ревнивым парнем, который требовал от Эл отчёта о каждом её шаге, но этот оставшийся в нём, кажется, уже навечно удушающий страх снова потерять её не внушал ему хороших мыслей. Он старался не думать о плохом, в конце концов, девушка никогда не давала ему поводов сомневаться в её верности, но при всём при этом её поведение было определённо не типичным.       Но Майк держался. Он смотрел на таинственно улыбающуюся куда-то в пространство Элевен, которая рассеянно поглаживала большим пальцем по тыльной стороне его ладони, и держался. Он не смел спросить у неё о том, что происходит, смиренно дожидаясь, пока она сама обо всём ему расскажет.

***

      Днём окончания затишья оказалась среда. Казалось бы, ничем не примечательный день в середине рабочей — для кого-то — недели. Но именно в этот день Карен настроилась устроить в доме большую уборку. И главной её целью было разобраться с заваленным разным хламом подвалом, в котором практически обитал со своими друзьями Майкл. Впрочем, именно на него и легла обязанность по уборке.       За завтраком, пока он лениво поедал хлопья с молоком, подперев щёку рукой, хмуро размышляя над тем, что в последнее время происходит с его Элевен, Карен торжественно объявила ему о том, что он не покинет дом до тех пор, пока не расчистит подвал. И он даже может позвать друзей, чтобы те ему помогли, если хочет, но к вечеру всё должно быть готово.       И в этот момент в голове у Майкла словно что-то щёлкнуло. Он сразу понял — сегодня тот самый день. Поэтому он эгоистично решил пригласить одну лишь Эл, чтобы провести с ней наедине побольше времени и, возможно, даже ненадолго запереться в ванной в подвале. А ещё наконец-то прямо спросить у неё, о чём же она мечтает уже четвёртые сутки подряд.       Когда Уилер позвонил Хопперам домой и пригласил Элевен к себе, та каким-то шестым чувством поняла — это её шанс. Её шанс наконец-то показать своему парню уже заждавшийся его в шкафу приятный сюрприз. Поэтому она с радостью согласилась, пообещав быть у него через полчаса, и, нетерпеливо хлопая в ладоши, как маленький ребёнок на Рождество, побежала к себе в комнату, вытаскивая из-под аккуратно сложенной одежды комплект чёрного кружевного нижнего белья.

***

      Был почти полдень. Эл одёрнула свою юбку, в которую были заправлены края свободной футболки, и уверенно постучалась во входную дверь дома Уилеров. Через пару минут на пороге появилась подросшая Холли, радостно улыбаясь при виде девушки.       — Джейни! — воскликнула она, крепко обнимая её за пояс.       — Хэй! — Та приветливо погладила малышку по светлым волосам, заплетённым в красивые, но уже чуть растрёпанные косички. — Как ты?       — Отлично! Ты снова к Майку? — обиженно надулась девочка, запрокидывая голову. — Почему ты никогда не приходишь ко мне?       Элевен обеспокоенно улыбнулась, чувствуя себя немного неловко в компании Холли, даже не зная, что ей на это ответить.       Но ситуацию спас внезапно появившийся Майк, который буквально вырвался из-за двери, ведущей в подвал.       — Эл! — позвал он, широко улыбаясь, а потом заметил младшую сестру и тут же раздражённо закатил глаза, качая головой. — Холли, Джейн не будет играть с тобой в куклы.       Девочка надулась ещё больше, обиженно выпятив нижнюю губу.       — Почему ты зовёшь её Эл? Её имя Джейн!       — Это… — Элевен замялась, растерянно сводя брови.       — Это ласковое прозвище, — подхватил Майкл.       Холли прищурилась, подозрительно глядя на брата.       — Кажется, тебя мама зовёт, — соврал Майк, пытаясь отвязаться от приставучей младшей сестрёнки, которая стала просто вездесущей занозой и ходячей липучкой с тех пор, как немного повзрослела.       — Неправда!       — Холли! Отвяжись! — фыркнул, всё-таки не сдержавшись, парень и, схватив смущённую Эл за руку, потащил её за собой к подвалу.       — Я маме на тебя пожалуюсь! — крикнула она ему вслед, сложив руки на груди.       — Да пожалуйста!       Майк закрыл за ними дверь и спустился с Элевен вниз по знакомой деревянной лестнице.       Девушка с интересом огляделась, заметив небольшие изменения с тех пор, как она была здесь последний раз пару дней назад: вытащенный из-под дивана мусор лежал теперь у ножки стола, кое-где стояли пустые картонные коробки, в которые нужно было сложить ненужный хлам, а её «домик» под столом уже был наполовину разобран, давно потеряв свою необходимость (но ни в коем случае не значимость — он навсегда останется в её сердце, ассоциируясь со знакомством с Уилером и компанией).       — Я уже начал убираться, — сказал Майк, обнимая Эл со спины, положив свой подбородок ей на макушку, — но, я думаю, мы можем ненадолго отвлечься и…       Элевен, не сдержавшись, обернулась и потянулась за приветственным поцелуем, обхватив парня за шею. Тот улыбнулся ей в губы, расслабленно выдыхая и мягко поглаживая её по пояснице поверх футболки.       — Ну привет… — пробормотал он, посмотрев вниз, когда они ненадолго отстранились друг от друга, переводя сбитое дыхание.       Но стоило им только поцеловаться во второй раз, прижавшись друг к другу чуть теснее, как сверху с тихим скрипом открылась дверь, и они моментально отскочили в стороны, делая вид, что ничего не произошло.       — Майкл, сколько раз я тебе говорила? Не обижай сестру! — строго начала Карен, спускаясь по лестнице так, чтобы видеть парочку. — Привет, Джейн! — Она кивнула, улыбаясь.       — Здравствуйте! — Элевен улыбнулась в ответ.       Её отношения с родителями Майка — а точнее, конкретно с его мамой — были достаточно тёплыми и дружелюбными, хотя иногда ей до сих пор казалось, что она находится на каком-то испытательном сроке.       — Как Джим? — буднично поинтересовалась Карен, поправляя пышную укладку.       — Хорошо, — послушно ответила Эл, волнуясь и из-за этого неосознанно перебирая длинные пальцы Майкла, которого держала за руку.       — Мам, мы можем продолжить уборку? — нетерпеливо фыркнул Майк, желая поскорее избавиться от лишнего человека в помещении. — Ты мешаешь!       — Знаю я, какой уборке я тут мешаю, — уперев рука в бока, сердито сказала Карен. — Я буду спускаться и проверять вас каждые полчаса. И не дай Бог работа не будет двигаться с места, Майкл. — Женщина пригрозила ему пальцем.       Тот лишь закатил глаза и сморщил лицо, а вот Элевен была предельно серьёзна.       — Конечно, миссис Уилер!       — Зови меня Карен, Джейн, я же тебя просила! — улыбнувшись, снова ласково ответила та. — Если вам что-нибудь понадобится, я буду наверху.       И, напоследок ещё раз грозно глянув в сторону сына, Карен поднялась по лестнице и вышла из подвала, оставив дверь открытой настежь.       Майк разочарованно нахмурился, поджав губы.       — Кажется, всё веселье отменяется, пока мы не закончим уборку, — раздражённо простонал он, запрокинув голову, вызывая у Элевен смех.       Она снова обняла его и, привстав на носочки, коротко чмокнула его в угловатый подбородок. Майкл лишь в очередной раз шумно вздохнул, прижимая девичье тело к себе покрепче, и зарылся носом в её волосы, неуловимо пахнущие кокосом.       — Я скучаю, — тихо признался он, поглаживая её по пояснице и пару раз как будто бы случайно соскальзывая ладонями ниже, на ягодицы, намекая, — по тебе, знаешь.       — Я тоже…       Они разделили последний на ближайшее время долгий и глубокий поцелуй, но, когда Майк уже нацелился забраться руками под юбку к девушке, Элевен ловко отстранилась, улыбаясь, и закусила губу.       — Мы должны убираться.       — Ты сведёшь меня с ума, Эл, — снова разочарованно простонал в потолок парень, запрокинув голову.       Но выбора у них не было, поэтому, разделив между собой подвал на зоны, они принялись за уборку, включив музыку на стареньком радио, стоявшем на полке.

***

      Они закончили через три с половиной часа беспрерывной и тяжёлой работы. Точнее, небольшие перерывы всё-таки были, например, на короткие поцелуи либо ностальгические воспоминания Майка о той или иной вещи, случайно найденной в процессе уборки. Карен тоже не бросила своих слов на ветер, частенько спускаясь к ним, чтобы проверить, как продвигается работа, или занести им свежеиспечённые печенья с ледяным домашним лимонадом.       И если Майкл был почти полностью сосредоточен на том, чтобы поскорее всё закончить, то вот Элевен иногда затормаживала, упорно размышляя над тем, как бы лучше парню узнать о его сюрпризе. Если в прошлый раз всё было более-менее ясно — они были одни на свидании, — то сейчас просто так раздеться, когда они под постоянным контролем, было глупо и небезопасно.       Под конец уборки, закончив свою половину дел, Эл уже просто устроилась с ногами на диване, бесцельно листая давно потерянный Дастином комикс, который, как оказалось, просто провалился между спинкой того же дивана и стеной, и медленно грызла остывшее печенье, пока Майк складывал коробки в углу, проверяя их содержимое и подписывая их чёрным маркером. Стояла уютная тишина, нарушаемая лишь сводкой новостей, раздававшихся из работающего радио.       Неожиданно Карен в очередной раз спустилась к ним, одобрительно кивая.       — Молодцы, — улыбнулась она, оценив их работу и долгожданный порядок в подвале. — Джейн, ты не могла бы мне кое с чем помочь? — вдруг спросила она.       Девушка немного испуганно глянула на Майкла, но потом, отложив комикс и недоеденное печенье, отряхнула руки и неуверенно кивнула.       — Конечно.       — А что такое? — тут же поинтересовался Майк, хмурясь.       — Джейн просто немного поможет мне наверху. А ты пока закончишь с коробками и выкинешь мусор, который вы здесь собрали.       Эл ещё раз обеспокоенно посмотрела на парня, переживая, зачем она могла понадобиться миссис Уилер, но всё-таки послушно поднялась вместе с Карен на первый этаж.       Майкл начал работать ещё усерднее, быстрее раскладывая подписанные коробки по местам: одна часть, которую нужно будет перенести в гараж для распродажи, вторая часть, которую нужно будет отдать в церковь на благотворительность, и третья часть, которая ещё возможно им понадобится в будущем и поэтому будет здесь, в подвале.       Он до сих пор не любил оставлять Элевен один на один с кем-либо из членов своей семьи (кроме Нэнси, конечно, но той сейчас не было в городе). Поэтому, едва он закончил с уборкой внизу и вынес к мусорным бакам несколько чёрных пакетов, наполненных старым и ненужным хламом, как тут же опрометью бросился обратно в дом.       Первым делом он проверил, конечно же, кухню. Карен болтала с подругой по телефону, привалившись к стене плечом и накручивая провод на палец. Элевен же в поле видимости почему-то не было. Майк тут же нахмурился.       — Где… Джейн?       — Подожди секунду, — сказала в трубку миссис Уилер, а потом строго посмотрела на сына. — Майкл, сколько раз я тебе говорила? Не мешай мне, когда я разговариваю по телефону.       — Просто скажи мне, где Джейн, и я отстану, — фыркнул Майк, закатывая глаза на такой очевидный факт.       — Она снимает шторы в гостиной.       Парень обречённо вздохнул — ну вот, стоило ему ненадолго отвлечься, как его девушку уже по полной эксплуатирует его собственная мать.       Он раздражённо поджал губы и отправился в гостиную, где на старенькой хлипкой стремянке стояла Элевен и усердно пыталась отцепить шторы от крючков. Ему с его ростом, возможно, понадобился бы только обыкновенный стул, чтобы дотянуться до карниза, а вот низенькой Хоппер пришлось доставать для этого их старую стремянку, которая даже со стороны выглядела ненадёжно.       — Эл? — позвал Майк, подходя ближе.       Девушка вздрогнула и обернулась к нему, из-за чего тут же покачнулась и, испуганно и забавно пискнув, вцепилась в карниз, пытаясь быстро восстановить баланс.       — Она очень неустойчивая, — пожаловалась Элевен, едва ли не впервые глядя на своего парня сверху-вниз. — Ты не мог бы её подержать?       — Может, я сниму? — предложил Майкл.       Та отрицательно покачала головой.       — Мне тут немного осталось.       — Хорошо, — Уилер вздохнул и, подойдя к ней вплотную, взялся обеими руками за расставленные ножки стремянки, удерживая её, чтобы та больше не раскачивалась под Эл.       Девушка облегчённо улыбнулась, уже увереннее, не боясь рухнуть с такой высоты, переступила с одной затёкшей ноги на другую и вновь вернулась к шторам и карнизу, аккуратно снимая маленькие петельки с неудобных крючков.       Майк же какое-то время смотрел в окно, за которым ярко сияло солнце, размышляя над тем, чем бы им заняться или куда пойти после того, как Карен наконец-то их отпустит, а потом решил поинтересоваться у самой Элевен, чего хочет она.       Но стоило ему только запрокинуть голову, как у него из головы моментально вылетели все связные мысли, а рот немного приоткрылся.       Эл стояла на стремянке. Эл стояла на стремянке в юбке. Эл стояла на стремянке в юбке и он мог, если немного присядет, увидеть её нижнее бельё.       Это неожиданное открытие заставило его сердце забиться чаще, а щёки — неконтролируемо покраснеть. Он тут же стыдливо отвёл взгляд, быстро облизывая пересохшие губы, и постарался выкинуть эту дурную мысль из головы. Ну что он, в самом деле, как какой-то пятнадцатилетний мальчишка в разгар пубертата? Он ведь уже взрослый восемнадцатилетний парень с налаженной сексуальной жизнью, чтобы вот так вот украдкой заглядывать под юбку собственной девушке.       Как бы Майк ни отговаривал себя от этой затеи, как бы мысленно ни ругался и ни давал себе ментальных подзатыльников, уже через пару минут он «неожиданно» был на пару дюймов ниже, согнувшись в коленях и присев так, чтобы ему открывался вид, так сказать, получше.       Он, чувствуя, как у него пылают от смущения и лёгкого возбуждения лицо и уши, на всякий случай глянул выше, проверяя, не смотрит ли на него Элевен укоризненным взглядом, оглянулся по сторонам — нет ли рядом Карен или Холли, — а потом, поняв, что всё чисто, сглотнул и снова нетерпеливо заглянул к своей девушке под юбку, как какой-то извращенец. Но, чёрт возьми, это было выше его сил — сопротивляться такому неожиданному искушению.       И то, что он увидел, едва не заставило его позорно застонать в голос и тут же спалиться.       Элевен снова была без трусиков. Блять! Элевен была в его доме, где также были его мать и младшая сестра, без трусиков в одной только юбке! И она ведь всё это время была без них, пока они были наедине в подвале. И пока он касался её над юбкой, под ней она была абсолютно голой! Что она с ним творит?! Сначала в кинотеатре, теперь вот сейчас. Она смерти его хочет?       Майк гулко сглотнул, продолжая откровенно пялиться, заглядывая к своей девушке под юбку, когда та неожиданно двинулась, снова переступая с ноги на ногу и тяжело вздыхая. Это заставило Майкла испуганно дёрнуться и моментально выпрямиться. Он отвернулся, пытаясь скрыть своё пылающее лицо, и крепче вцепился в стремянку, лишь бы сдержаться, делая вид, что просто рассматривает невероятно интересный интерьер собственной гостиной.       И он очень надеялся, что в его свободных домашних шортах не будет так сильно заметно, как он уже возбудился. Ну ещё бы! Ему же восемнадцать! Он же, чёрт возьми, взрослый парень! С налаженной, вроде как, сексуальной жизнью!       Через минуту он, закусив губу, снова посмотрел на Эл — та до сих пор усердно отцепляла крючки, раздражённо сдувая прядь волос с лица. Как же Майк её понимал — он ненавидел снимать и вешать шторы. Для него это муторное и долгое занятие, которое ещё и постоянно выводит его из себя, потому что под потолком всегда очень душно. Но сейчас это было ему только на руку, поскольку девушка была слишком сосредоточена на своей задаче, чтобы обращать на что-то другое — на него, например — внимание.       И он, снова проверив «горизонт», опять чуть согнулся в коленях, заглядывая к ней под юбку. И в этот раз из-за того, что Элевен сменила позу, стало заметно, что не такая уж она и голая там, как он подумал изначально. На деле на ней были какие-то очень странные тёмные трусики, хотя ягодицы при этом были практически полностью открыты. Удивительно… и завораживающе…       Майк настолько замечтался, прикипев жадным взглядом к обнажённым девичьим ягодицам, что время от времени сжимал ножки стремянки сильнее, определённо представляя на их месте не холодный бездушный металл.       — Я закончила! — внезапно радостно объявила сверху Эл.       Майкл вздрогнул, выпадая из своих фантазий, и тут же перевёл взгляд выше, замечая, что Элевен заинтересованно смотрит прямо на него, видимо, спалив его, когда он бесцеремонно подглядывал за ней.       И ему стало жутко стыдно. Вдобавок к тем чувствам, что уже бурлили внутри него: желание, страсть, любопытство, восхищение, любовь и нетерпение.       — Молодец, — неловко промямлил он, чувствуя, как у него пылают щёки и уши.       Он крепче вцепился в стремянку, пока девушка аккуратно спускалась по ступенькам. Когда она выпрямилась рядом с ним, всё ещё с интересом рассматривая его лицо, Уилер упорно отказывался смотреть ей в глаза, слишком смущённый из-за того, что она застукала его за тем, как он заглядывает к ней под юбку.       — Майк, — мягко позвала его Эл, и, судя по её голосу, она совершенно не злилась на него.       Хоть какая-то хорошая новость.       — М-м-м?       Он почувствовал, как она ласково положила свою ладонь ему на щёку и повернула его к себе, глядя прямо в глаза.       — У тебя что-то на лице… — заботливо пробормотала она и осторожно утёрла ему большим пальцем уголок губы.       — Что?.. — Парень растерянно вскинул брови, моргая.       — Ничего. Ты просто пускал слюни.       Элевен мило ему улыбнулась, подмигнув, и, подхватив с пола шторы, быстро ушла на кухню к Карен, чтобы спросить у неё, что делать с ними дальше, пока Уилер ошарашенно смотрел ей вслед, не зная, смеяться ему или злиться.       Вот ведь чертовка!

***

      Но и после того, как шторы были сняты, Карен отказалась их так просто отпускать. Мешающая ей Холли, бесцельно крутящаяся от скуки под ногами, постоянно жаловалась на то, что ей не с кем поиграть, поэтому миссис Уилер потребовала от ребят немного позаниматься с ребёнком и развлечь её хотя бы до ужина (настенные кухонные часы в тот момент показывали четверть пятого). И сколько бы Майк не упирался, отказываясь, желая поскорее уединиться с Эл в своей комнате или хотя бы подвале, заперев двери на замок, Карен всё равно не отступала, пригрозив ему домашним арестом за пререкания. Элевен же мягко положила руку ему на предплечье, чуть сжимая, и с обаятельной улыбкой попросила его не спорить с матерью. Тот что-то пробурчал себе под нос, но моментально капитулировал на удивление миссис Уилер.       Поэтому до ужина Майкл был вынужден наблюдать за тем, как его девушка играет с его младшей сестрой в куклы, устраивая игрушечное чаепитие, и лишь мечтать о том, как он уже наконец-то разденет Эл и узнает её секрет обнажённых ягодиц.       Карен была настолько довольна Джейн, что предложила ей остаться не только на их семейный ужин, но и в принципе с ночёвкой. Нужно ли говорить о том, что Майк и Эл сразу же согласились? Что не сказать о Хоппере, который отнёсся к этой идее без излишнего энтузиазма. Но миссис Уилер убедила его, что дети будут под её тщательным присмотром и что ничего не случится. И мужчина всё-таки сдался, но всё же попросил дочь не делать ничего глупого.

***

      Когда все расселись за стол перед своими тарелками, Тэд незаинтересованно жевал хлеб, тупо пялясь перед собой в скатерть, Холли весело болтала ногами, счастливо улыбаясь — наконец-то с ней кто-то поиграл в куклы, — Карен моталась туда-сюда (между кухней и столовой), сервируя ужин, а Майк буквально пожирал взглядом Элевен, застенчиво сидевшую напротив него. Он не знал, почему она села именно туда, и пару раз неоднозначно намекал на пустое место рядом с собой, но она лишь загадочно качала головой, отказываясь и улыбаясь.       Ужин проходил, как обычно, в напряжённой тишине. Все молча поглощали свою еду, стуча столовыми приборами о тарелки. Миссис Уилер пыталась несколько раз завести какой-нибудь диалог с Майком или Эл, но те были слишком увлечены переглядыванием через стол, чтобы обращать на женщину должное внимание, а с Тэдом ей говорить было не о чем.       Холли, быстро затолкав в себя ужин, схватила огромный стакан с соком и убежала в гостиную, чтобы включить мультики, пока не пришёл отец и не переключил их на новости или бейсбол.       Мистер Уилер неспешно пережёвывал мясо, раздумывая над тем, брать ли ему ещё одну порцию или лучше добавить салата, и откровенно плевать хотел на то, что творится вокруг него.       У Майка не было аппетита. Точнее, он был, но точно не на ужин. Главным объектом его сильного голода была сидящая напротив него красивая девушка, которая церемонно резала мясо ножом, придерживая его вилкой, и часто делала маленькие глотки воды из своего стакана, смущённо глядя на парня из-под ресниц.       Майкл всегда считал Элевен красивой. Ему было неважно, во что она была одета или какой длины у неё были волосы, была ли у неё грязь на лице или кровь под носом — она просто была Элевен. Его Элевен. И он знал её тело уже едва ли не наизусть.       Поэтому, когда он в очередной раз окинул её жадным взглядом, нетерпеливо подёргивая ногой под столом, Уилер заметил кое-что странное. Что-то, что не сочеталось с обычным образом его девушки. В ней как будто что-то изменилось, но вот только что?..       Он прищурился, внимательно её изучая. Стрижка вроде та же самая, цвет волос тот же, никакой чёлки или макияжа на лице нет, никаких новых украшений, кожа тоже чистая, да даже эту футболку они вместе покупали в начале лета. Но что-то в ней было всё равно не так…       И тут его осенило. Грудь.       Майк пару раз моргнул. Посмотрел ещё раз. Ещё раз моргнул. Ещё раз посмотрел. Зажмурил глаза и посчитал до пяти. Открыл. Посмотрел. Мираж не исчез.       Он готов был поклясться, что грудь Эл, чёрт возьми, стала больше. И это не его воображение, потому что он прекрасно знал, как выглядит его девушка в лифчике и без него. А тут… Он был в полнейшей прострации.       — Что-то не так? — невинно спросила Элевен, заметив, как он откровенно пялится на неё, практически не моргая, приоткрыв изумлённо рот.       Парень отрицательно мотнул головой, схватил дрожащей рукой свой стакан с водой и сделал жадный глоток, смачивая в одночасье пересохшее горло. Его зубы иногда дробно стучали о стеклянный край.       К его левой дёргающейся ноге присоединилась и правая, и теперь Майк нетерпеливо ёрзал на своём месте, дожидаясь, когда же Эл наконец-то доест свой ужин и они поднимутся к нему в комнату.       Он перехватил игривый взгляд девушки, застенчиво ей улыбнулся, чувствуя себя странно смущённым, и вновь потянулся за стаканом воды, делая глоток.       И вдруг он почувствовал это. Прямо там. И тут же подавился, закашлявшись.       — Майкл! — воскликнула Карен, когда он прыснул водой во все стороны, облив, по большей части, именно себя и стол.       Тот начал утирать лицо салфеткой, а свободной рукой стучать себе по груди, пытаясь нормализовать нарушенное дыхание.       Что это, чёрт возьми, такое было? Ему точно не могло показаться…       … Или могло?       Карен всё ещё неодобрительно смотрела на него, вновь возвращаясь к своему ужину, а Майк насупился, поджав губы. Он, чуть нахмурив брови, пытался проанализировать то, что с ним только что произошло.       И вдруг он почувствовал это снова. Давление. В паху. Будто кто-то мягко и неуверенно сжимает его член в руке.       Уилер изумлённо распахнул глаза, со свистом втянув воздух, совершенно не готовый к этому. Он потрясённо посмотрел вниз, ожидая чего угодно, но точно не… ничего. Серьёзно. Между его ног не было ничего, что могло бы создавать это восхитительное и возбуждающее давление. Ни руки. Ни ступни. Ничего.       А ощущения, между тем, наоборот, только усиливались. Он стиснул зубы, пытаясь сдержать стон, и вцепился в свои столовые приборы, сжимая их до побелевших костяшек, пока его член, скрытый шортами и нижним бельём, как будто мягко трогали и мяли, доставляя ему тем самым массу удовольствия.       Майк не знал, куда ему деваться и что делать. С одного торца стола сидел его отец, с другого — мать, а напротив — его девушка.       Кстати, о девушке…       Майкл посмотрел на Эл распахнутыми глазами и заметил её — без шуток — шкодливую улыбку. Она, подперев щёку рукой так, чтобы её лицо не видела сидящая слева от неё Карен, смотрела прямо на него. И у неё была небольшая капелька крови под носом.       И тут парня осенило, кто же и чем именно его в данный момент ласкает.       Уилер не знал, мстит ли она ему таким образом за их сорванный просмотр фильма и её оргазм прямо в зале кинотеатра или же она просто дразнит его, но итог всё равно был один — у него в ушах звенело от всё нарастающего и нарастающего возбуждения, а губы уже болели от того, как сильно он их сжимал, чтобы не выпустить даже крохотного стона наслаждения и не привлечь к себе лишнее внимание (хотя его постоянное ёрзанье на стуле уже не должно было остаться незамеченным).       Чёрт возьми. Он никогда в жизни не думал о том, что его девушка будет при помощи своих сверхспособностей телепатически ласкать его член, пока они ужинают за одним столом с его родителями. Абсурд! Нонсенс! Но Майку всё равно почему-то невероятно это нравилось.       Он упёрся локтем в столешницу, зажав рот ладонью, и низко опустил голову, закатывая глаза от удовольствия. Парень чувствовал, что уже близок к разрядке, что ему осталось ещё совсем чуть-чуть до яркого финала.       Ну же, ещё чуть-чуть… ещё немного… и…       — Майкл!       Давление моментально пропало, как будто его и не бывало, и он крупно вздрогнул, подскакивая на месте, глядя на мир вокруг ошалевшими глазами.       Карен вновь неодобрительно качала головой, Тэд недоумённо хмурил брови, а Элевен едва подавляла ехидную улыбку, пытаясь невинно скрыть её за стаканом воды.       — Я… я… — потерянно мямлил Майк, совершенно потерявшись в своих ощущениях, не зная, как ему теперь оправдаться. — Я пойду к себе. Спасибо за ужин. — Он быстро вскочил из-за стола и рванул к лестнице, лишь бы никто не успел заметить его стояк, упирающийся в домашние шорты.       — Что это с ним? — лениво спросил мистер Уилер, дожёвывая последний кусочек мяса и поправляя свои очки.       Карен вздохнула, обречённо прижав ладонь ко лбу, удивляясь тупости своего мужа, а Эл утёрла губы салфеткой и бесшумно поднялась из-за стола.       — Спасибо за ужин… Карен, — сказала она, и женщина ей слабо улыбнулась. — Вам помочь с посудой?       — Не нужно. Ты сегодня уже достаточно потрудилась. Иди, я сама здесь приберу.       Девушка кивнула и быстро засеменила на второй этаж, неуверенная, какой именно реакции стоит ожидать от Майка.       Сначала идея воспользоваться своими силами, чтобы немного подразнить Уилера, показалась ей даже забавной и интересной, но сейчас, после того, что случилось за ужином, она уже не была так уверена в том, что всё прошло гладко и без негативных последствий. И что он на неё не обижается из-за этого.       Но стоило Эл лишь тихонько приоткрыть дверь и заглянуть в залитую закатными лучами комнату, как её тут же втянули внутрь, и за её спиной моментально щёлкнул замок.       Она почувствовала, как её не грубо, но уверенно вжали лицом в стену с висящими научными плакатами и постерами, а к спине прижалось горячее долговязое тело.       — Чёрт возьми, Эл, это было… — захрипел ей на ухо Майк, нетерпеливо оглаживая её живот и грудь поверх футболки, потираясь пахом чуть выше поясницы. — Это было… Ты просто сводишь меня с ума, Эл…       Девушка гулко сглотнула вязкую слюну, прикрывая глаза, когда горячее и прерывистое дыхание Уилера опалило её чувствительную кожу.       — Тебе понравилось? — неуверенно прошептала она, покорно подставляясь под его касания и опираясь на стену предплечьями, чуть удерживая себя на весу.       — Ты… Ты невероятная… — лихорадочно бормотал Майкл, поспешно задирая её футболку вверх и оглаживая открытый живот и бока. — Делать это… пока мы за столом с моими родителями… Господи, Эл… Ты чёртово искушение, ты знаешь это?       Кажется, парень окончательно потерялся в ощущениях, начиная покусывать мочку её уха, облизывая её, а его руки нетерпеливо снимали её футболку и расстёгивали замок на юбке.       Элевен послушно прогибалась в пояснице, закусив губу, сдерживая тихие стоны, и закатывала глаза, когда очередная волна удовольствия пронзала её от макушки до пят.       — Тебе… тебе нравится мой… сюрприз? — тяжело дыша, всё-таки спросила она, когда Майк стянул с неё юбку вниз, а футболку вообще без сожаления откинул куда-то себе за спину.       Девушка осталась перед ним в одном нижнем белье, которое уже почти как четыре дня мечтала показать ему.       Майкл, который до этого, пользуясь своим высоким ростом, самозабвенно целовал Эл в ухо и изогнутую шею, нависая сверху и лаская её дрожащее тело руками, с заинтересованным вздохом немного неохотно отстранился.       — Какой сюр?.. — Он открыл глаза и буквально подавился очередным вздохом.       Перед ним была просто восхитительная картина: опирающаяся на предплечья Эл, прижатая к темно-синей стене его спальни, завораживающе прогнувшаяся в пояснице, томно смотрящая на него через плечо и одетая — Бога ради! — в чёрное кружевное бельё. Её смуглая мягкая кожа, казалось, сияла на фоне глубокого чёрного оттенка. Но контрольным выстрелом в голову и в пах были её чёртовы трусики. Он, конечно, знал о существовании таких моделей, но никогда не думал, что увидит их на своей стесняшке Эл. Но вот она, реальность, в которой его восхитительная девушка стоит к нему спиной и заманчиво покачивает обнажёнными ягодицами, чуть прикрытыми поверху искусными кружевами. Вот почему он, заглядывая к ней под юбку днём, сначала подумал, что она без трусиков. Потому что их сразу и не заметишь, особенно глядя снизу-вверх.       Майк тяжело сглотнул, опустил одну из своих рук вниз и крепко сжал напряжённый член прямо через одежду, шипя сквозь зубы. Он уткнулся лбом в загривок обеспокоенно хмурящейся Элевен, которая внутренне переживала, что ему не понравилось.       — Эл… — прохрипел он, посылая мурашки вниз по её спине. — Если Бога не существует, то я не знаю, кто тебя тогда создал…       — Майк?..       — Ты самая идеальная девушка, Эл, — бормотал он, сдерживая внезапные слёзы, потираясь носом об её горячую и мягкую кожу ключичной впадины и шеи, оставляя за собой нежные и щекотные поцелуи пересохшими губами. — Ты всё, что может желать любой парень… Но ты моя… Да, чёрт возьми, ты моя!       Он вновь прижал её к своему телу руками, обхватив за талию, и Элевен коротко застонала от ощущения того, как его член упирается сквозь два слоя ткани ей в поясницу, из-за чего её ноги нетерпеливо задрожали.       Майк всё целовал и целовал её шею, словно обезумевший, оглаживая её повсюду, щекоча чувствительные бёдра и пару раз задевая её уже намокшие от возбуждения трусики. Эл доверчиво отвечала на всего его прикосновения, закусывая нижнюю губу, лишь бы сдержать стоны, потому что — ещё пока — прекрасно понимала, что они находятся у него дома, где на этаж ниже отдыхают после плотного ужина его родители и младшая сестрёнка.       — Идём в кровать… — пробормотал он, оставив ей яркий засос на стыке шеи и надплечья. — Идём, идём, идём…       Парень отстранился, позволяя Элевен выскользнуть из «тюрьмы», созданной стеной и его собственным телом, и начал быстро снимать с себя одежду, пока она лёгкой — но всё равно чуть шаткой — походкой прошла к его кровати, а потом, обернувшись к нему лицом, с улыбкой упала на мягкий и пружинящий матрас, вытягиваясь на нём в полный рост.       Майк, нетерпеливо стягивая с себя шорты — как назло, узел никак не развязывался, — окинул её влюблённым и восхищённым взглядом, облизываясь. Она была идеальна. Её смуглая кожа пылала в оранжевых лучах закатного солнца. Небольшая грудь, очень удачно подчёркнутая необычным кружевным бюстгальтером — вот и разгадка оптического обмана, — быстро вздымалась и опускалась. Длинные стройные ножки были заманчиво чуть согнуты в коленях и разведены в стороны, как бы приглашая его улечься между ними — и Майкл готов был стать их узником навечно. А светло-карие — родные — глаза практически умоляли его поторопиться.       — Ма-а-айк… — прошептала одними распухшими и покусанными губами Эл, протягивая к нему руку.       И Уилер, плюнув на узел, резко дёрнул шорты вместе с нижним бельём вниз, зашипев от боли, когда натянутая в поясе резинка зацепила его напряжённый член.       — Осторожнее… — мягко засмеялась девушка. — Тебе не больно?       — Бога ради, Эл, — низко простонал Майк, буквально накидываясь на неё, — это ничто по сравнению с тем, как сильно я хочу тебя…       Элевен с довольной улыбкой в очередной раз закусила губу, невинно глядя на него снизу-вверх, и Майкл снова готов был разрыдаться от того, насколько же красивой и идеальной была его девушка.       Она лежала под ним, подняв тонкие руки над головой, как будто она без боя сразу сдавалась в его плен, а её шелковистые волосы ореолом рассыпались по подушке. И она так доверчиво смотрела на него, прижавшись одной щекой к наволочке, что Уилер на пару секунд зажмурил глаза, желая, чтобы эта картинка навечно отпечаталась у него в памяти.       — Позволь мне доставить тебе удовольствие, Эл… — пробормотал он, лихорадочно целуя всё её лицо, спускаясь ниже, на шею и грудь, освобождая напряжённые соски из плена чашек бюстгальтера, уделяя каждому из них по несколько томительных минут, заставляя их ещё больше затвердевать прямо у него на кончике языка. Потом скользнул ещё ниже, к подрагивающему животу, а уже потом с внутренним трепетом взялся за края кружевных трусиков, преступно медленно стягивая их сначала по её изящным бёдрам, а затем и по приподнятым икрам, напоследок оставляя короткий, но волнующий поцелуй на своде одной из стоп.       Он снова приподнялся над ней, любуясь её подрагивающим и жаждущим его прикосновений телом, её стыдливо закушенной губой, её полным вожделения взглядом прикрытых длинными ресницами глаз, её растрёпанными волосами и её доверчиво разведёнными ногами.       Майк восхищался её красотой и простотой. Ей не нужны чулки или кружева, чтобы свести его с ума. Достаточно её одной, одного её запаха и одного только взгляда, чтобы его сердце уже бешено колотилось в горле, а руки потели от волнения. Она, наверное, никогда так и не поймёт, какой же властью обладает над ним. Уилер готов был сделать всё ради неё, бросить к её ногам целый мир, если бы она только этого захотела.       Но пока она хотела только его, и он с превеликим удовольствием отдавал ей всего себя, с энтузиазмом целуя её нежные бёдра, лаская её пальцами так, как она это больше всего любит. Они занимались этим не так уж и долго, но он уже выучил все азы, способные доставить ей максимальное наслаждение, и теперь с гордостью демонстрировал ей свои познания, позволяя своим указательному и среднему пальцам мягко скользить внутрь и наружу, вызывая у неё сдавленные всхлипы, которые она пыталась скрыть за прижатой ко рту ладонью. А когда он уверенно и без стеснения коснулся её там языком, щекоча, Эл буквально забилась под ним в судорогах, комкая свободной рукой простыню под собой. И Майк получал удовольствие от того, что Элевен была потеряна в экстазе, бессознательно зажимая его голову между своими бёдрами, пытаясь таким образом усилить давление и ощущения. И он беспрекословно повиновался, используя одновременно язык и пальцы, из-за чего девушка буквально хныкала, время от времени сипло шепча его имя и подкидывая бёдра навстречу его прикосновениям и ласкам.       Думал ли Майкл утром, поедая свои хлопья с молоком, о том, что его сегодняшний день закончится настолько феерично? Определённо, нет. Но сожалел ли он об этом? Тоже нет. В тот момент не было места сожалениям или замешательству. Только не им.       В тот момент Майк любил — физически и духовно — свою удивительную девушку и мысленно благословлял тот день пять лет назад, когда он и два его лучших друга решили нарушить все запреты и отправиться ночью в лес на поиски их пропавшего товарища.