I can't fight this feeling anymore

      Финн устало раскинулся на своей кровати, чувствуя, как легко гудит голова после целого дня напряжённых съёмок. Он через силу держал глаза открытыми — если он ляжет спать сейчас, даже не дождавшись ужина от Мэри, то проснётся около двенадцати ночи и будет бродить по съёмной квартире до самого утра, не способный заснуть снова. И тогда-то уж ему точно влетит от Шона и Дафферов, когда он явится на съёмочную площадку к обеду с опозданием и с опухшим после недолгого сна лицом. Поэтому он пытался хоть чем-то себя занять хотя бы до десяти вечера. Часы в углу экрана телефона, который он держал перед собой, показывали без пятнадцати семь.       Он лениво пролистывал Instagram, периодически отвечая на сообщения друзьям, лайкая понравившиеся посты, отправляя забавные записи Джошу и Квинси. Он пару раз уже отклонил предложение Ника заочно присоединиться к его игровому стриму, потому что знал, что сейчас он не в самой лучшей форме, чтобы отвечать на вопросы.       Финн почувствовал, как у него закрылся один глаз, а второй оставался едва приоткрытым, из-за чего экран телефона немного расплывался перед его взором. Ничего не привлекало его внимание, всё было таким обычным и повседневным.       Когда ему надоело листать бесконечную ленту обновлений своих подписок, он перешёл сначала в ленту рекомендаций, бегло промотал её вниз, потом открыл свой собственный профиль и лениво уставился на свои же публикации. Финн не особо часто заходил во вкладку, где отображались посты с его тэгом, потому что она обновлялась чаще, чем это было, кажется, физически возможно. Но иногда он находил через неё неплохие арты, которые помечал своим торжественным лайком, взрывавшем умы владельцев аккаунтов, или даже оставлял скромные комментарии, зачастую ограничиваясь одним или двумя смайликами, выражавшими его реакцию.       Он не удивился, когда шестьдесят процентов видимых превью были так или иначе связаны со «Stranger Things». Ещё около двадцати отводились под «IT», следующие пятнадцать — любой другой контент, связанный с ним самим: фотосессии, видео, фотографии от его друзей и другие проекты. Ну и оставшиеся пять были какие-то случайные публикации людей, которые зачем-то посчитали нужным тэгнуть его, хотя сам пост вообще никак его не касался.       Уже в первых пятнадцати превью он увидел три с Милевен и две с Филли. Обычно он не заглядывал в эту клоаку, наученный горьким опытом прошлых лет — от любого его случайного действия или слова фэндом сходил с ума. Но порой ему было интересно, что творится среди фанатов, особенно, когда Милли делала очередной «вброс» информации. Зачастую она говорила правду, но иногда и откровенно привирала или приукрашивала для пущего эффекта, но никто, кроме близкого круга лиц, не мог знать наверняка, где была правда, а где — ложь.       Вот и сейчас на него как будто что-то нашло — он уверенно нажал на публикацию, где на превью была их трёхгодичной давности фотография с SAG. Это была какая-то фанатская нарезка их совместных с Милли фотографий под какую-то слащаво-романтичную музыку. Ничего интересного или нового. Но он неожиданно заинтересовался тем, как поживает их пейринг — много воды утекло с тех пор, когда они активно отнекивались от любого контакта. Теперь же что он, что Милли просто предпочитали делать вид, что не замечают порой слишком агрессивно настроенных шипперов, которые готовы были залезть к ним в кровать и держать свечу.       Он нашёл во множестве хэштегов под постом — и зачем столько, когда тут только он и Милли? — хэштег Филли и нажал на него, изумлённо приподнимая брови — количество разнообразных публикаций уже насчитывало более шестисот тысяч штук, которые уверенно приближались к своей новой рекордной отметке — семьсот тысяч. Он предполагал, что не все они посвящены исключительно его с Милли отношениям, но добрые восемьдесят процентов уж точно.       Он открыл самый первый пост, который значился в списке популярных. Это была очередная нарезка, только на этот раз из видео с разных конов Милли, где она так или иначе упоминала его. Скучно. Несколько средней паршивости фотошопов с их неумело приклеенными лицами к чужим телам. Скучно. Неплохой арт, но лайкнуть его означало попасть в беду, поэтому он просто мысленно похвалил автора за оригинальную рисовку. Но всё равно скучно.       Он продолжал листать и листать — у него перед глазами, казалось, пролетела вся его жизнь, начиная с двенадцати лет, когда появились Милли и масштабный проект «Stranger Things». Чего здесь только не было. Даже придурковатый Джейкоб Сарториус мелькнул — фанаты до сих пор не могли забыть его и простить Милли её подростковую оплошность.       Ему даже наскучило то, что он видел — всё было такое однообразное. Конечно, он не мог отрицать, что порой встречались очень годные и интересные публикации, которые он бы даже лайкнул, будь у него такая возможность. А ещё фанатские теории, которые знатно его развеселили, особенно самые безумные и по-наивному детские.       И он уже хотел закрыть хэштег и вернуться к ленивому изучению Instagram — а вообще, у него же есть ещё Twitter! — как неожиданно ему попался какой-то одиночный пост, связанный с фанфиком.       О да, он прекрасно помнил, что это такое. Когда он был помладше — ещё снимался в первой части «IT» и был так очевидно влюблён в Милли, — чёрт дёрнул его почитать несколько филли-фанфиков. Он тогда, конечно, был невероятно потрясён тем, что кто-то создаёт из него совершенно другого человека. Да ещё и Уайатт позорно застукал его за тем, как он с офигевшим лицом пролистывал какой-то случайный фанфик, найденный через Google. С тех пор его опыт знакомства с фанатским творчеством этого плана был окончен, и он зарёкся когда-либо ещё делать нечто-то подобное.       Но с тех пор прошло уже три, если не четыре, года, он стал старше. Да и, что говорить, гораздо выносливее в моральном плане, так что всё же уделил внимание этому посту, вдруг заинтересовавшись им.       Автор публикации заливался соловьём о том, что недавно наткнулся на потрясающий филли фанфик. Он клялся, что никогда не читал ничего подобного. Он уверял, что образы Финна и Милли, созданные в этой работе, были невероятно реалистичными и правдоподобными. И ещё несколько абзацев хвалебной оды об идеальности этого фанфика.       Финн заинтересованно вскинул бровь, перейдя в комментарии ниже, которых было около ста. И все они, если не касались «fff», были абсолютно солидарны с автором поста. Он пытался найти хоть один, который бы критиковал данную работу, но либо кто-то хорошо подчищал негативные отзывы, либо никто даже и не думал писать нечто подобное.       Любопытство взяло верх над голосом разума, который настойчиво советовал ему даже не лезть во всё это. Он будто целенаправленно пихал металлический предмет в розетку, хотя прекрасно знал, что это опасно.       Но ему уже семнадцать лет, он морально готов ко всему, что может появиться у него на пути. В конце концов, он же не собирался полностью читать этот фанфик, Бога ради! Он лишь пробежится по тексту глазами, чтобы получить первое и последнее впечатление.       Прикреплённая к посту ссылка привела его в браузер с открытым сайтом Wattpad. Он не был уверен, тот же ли это ресурс, с которого он когда-то читал те давнишние филли фанфики, или же какой-то другой (наверняка их очень много).       Но оказалось, что доступ был ограничен для незарегистрированных пользователей. Он не мог даже посмотреть ник автора или название. И вот тут вставал вопрос — а так ли сильно он хочет посмотреть, что там внутри. Стоит ли оно того?       Минут пять Финн крутился на кровати, размышляя, стоит ли ему регистрироваться или нет. Его дилемму разрешила Мэри, которая позвала его ужинать, тактично постучав в дверь его комнаты. Парень вздохнул и отложил телефон, оставив его на подушке — его мать не любила, когда её сыновья сидели, уткнувшись в свои электронные девайсы, не способные даже вилку до рта донести.       В течение ужина, который он провёл, мило общаясь с Мэри — Ник и Эрик были в Ванкувере, — и уплетая за обе щеки горячую еду, Финн не мог избавиться от назойливой мысли, крутившейся на задворках сознания. Его грызло любопытство — что же там было такого, что все эти люди так восхищались этим фанфиком. Нет, конечно, это ещё не показатель — в конце концов, они просто такие же фанаты, как и многие другие, но точно не профессиональные критики из популярных независимых изданий, хотя эти мысли ни на йоту не убавляли его интереса.       Быстро доев свой ужин и поцеловав удивлённую Мэри в щёку, поблагодарив её за еду, Финн направился едва ли не бегом в свою комнату, подхватывая с подушки свой телефон — была не была.       Он потратил около десяти минут, чтобы зарегистрироваться на сайте. Бóльшую часть времени занял подбор доступных ников — было очень трудно придумать что-то, где бы фигурировали его имя или фамилия. Он решил, что чем больше он будет похож на какой-нибудь фанатский аккаунт, тем меньше привлечёт к себе внимания в будущем. С горем пополам вбив ещё никем не занятый ник и добавив одну из своих самых распространённых фотографий, находившихся в общем доступе, он снова открыл тот самый загадочный фанфик.       Первое, что привлекло его внимание, — это его обложка. Это был фотошоп, который представлял собой небесно-голубой фон с облаками: в верхней части была чуть размытая фотография Милли, зажмурившей глаза и вытянувшей губы трубочкой, а в нижней — в таком же стиле было добавлено его собственное фото — он небрежно поправлял свои тёмные кудри, глядя куда-то в сторону. А посередине витиеватым белым шрифтом было написано «Wine of sky».       На вкус Финна выглядело очень даже достойно. Никакой отталкивающей вульгарности или излишней яркости.       Дальше шло то самое название, указанное на обложке, — «Wine of sky», затем две косых черты и приписка «Fillie».       Ник автора ничего интересного Финну не рассказал — «Millieloveswhales». Аватаром служила одна из многочисленных фотографий Милли, которые она публиковала едва ли не ежедневно.       Количество просмотров уже приближалось к семидесяти тысячам, а голосов — к трём с половиной. Число добавленных глав ровнялось семнадцати.       Сайт предлагал ему начать читать книгу и добавить её в личную библиотеку.       Аннотация гласила: «История, в которой парень случайно находит дневник своей лучшей подруги и узнаёт множество её секретов».       Далее шли приписка, что все права защищены, список добавленных тэгов (среди первых были «fillie», «finnwolfhard» и «milliebobbybrown»), указание, что работа находится на первом месте в тэге филли и что последняя глава была добавлена пять дней назад.       Финн заинтригованно облизнулся. Он не любил фанатские выдумки и домыслы, но неожиданно его прямо подмывало начать читать, и он не знал почему. Даже сонливость как рукой сняло, а глаза больше не закрывались, будто налившись свинцом.       Он нажал на кнопку «Read», и сайт, загрузившись, перекинул его в первую главу. Финн нетерпеливо пролистал страницу вниз, подмечая, что серый ползунок сбоку экрана очень маленький и двигается не так быстро — очевидно, что текст большой, — что комментарии люди оставляли почти под каждым пятым абзацем — всегда хотя бы один или два, а иногда даже по тридцать или сорок, — что даже со стороны оформление выглядело аккуратно и грамотно.       Финн нажал на оглавление — все семнадцать глав были именно главами, и он задумался, а стоит ли вообще начинать, учитывая, какие здесь объёмные обновления. Нажал на самую последнюю главу, долистал до конца, увидел сто тридцать три комментария под последним абзацем и, не сдержавшись, нажал на иконку, чтобы посмотреть.       «Милли заметила в его руках свой дневник и испуганно распахнула глаза.       — Скажи, что ты не читал, Финн! — воскликнула она и приблизилась к нему.       — Миллс, нам надо поговорить.»       На этом глава обрывалась, породив бурю эмоций среди читателей. Финн не перечитал все сто тридцать три комментария, лишь свежие двадцать, оставленные за последние двое суток, и все они содержали в себе мольбы с просьбой поскорее продолжить, предположения, что же будет дальше, рассуждения о поведении фанатских Финна или Милли, и многое другое.       И, чёрт возьми, Вулфарду реально стало интересно содержание работы — ну неспроста же люди так восхищаются ею. Поэтому он снова нажал в оглавлении на первую главу и, удобнее устроившись с телефоном в своей кровати, поправив сначала подушку под головой, начал жадно читать.

***

      Когда Финн закончил пятую главу, время на часах показывало начало третьего ночи. Он даже не заметил, как повествование поглотило его с головой, заставив реально окунуться в события фанфика. Насколько он сумел уловить суть, это была их реальность, якобы реальные Финн и Милли, реальные съёмки четвёртого сезона, и всё происходило в настоящем времени.       Наверное, его бы так сильно всё это не завлекло, если бы не тот факт, что работа выглядела уж слишком реалистично. Серьёзно. Хоть там и не раскрывались какие-то важные тайны сюжета нового сезона или реальные подробности личной жизни актёров, о которых никто не мог знать, но использованные мелкие детали (вроде особенностей съёмки и съёмочного процесса, личных взаимоотношений и шуток, поведение и характеры) создавали просто невероятную атмосферу, дополненную действительно занимательным сюжетом.       Всё начинается с того, что тот, выдуманный, Финн случайно находит в трейлере, который он делит со своей коллегой по съёмкам и лучшей подругой Милли, её дневник, который она оставила на диване, отвлечённая кем-то из съёмочной команды. И тот Финн сначала принимает решение игнорировать этот факт, уважая её личное пространство, и аккуратно убирает дневник девушки к ней в сумку, делая вид, будто так всё и было.       Но проходит какое-то время, Милли начинает вести себя странно, выглядит какой-то встревоженной, подавленной и порой испуганно-загнанной, перестаёт много общаться со всеми, особенно с Финном, и тот, волнуясь, хочет узнать, что с ней происходит. Она отмалчивается или говорит, что с ней всё в порядке, но Финн ей не верит и решает выяснить всё самостоятельно.       И вот тогда ему на помощь приходит тот самый дневник, который Милли второй раз по рассеянности забывает убрать в свою сумку, оставив на этот раз на столике. И Финн, переступая через свои принципы, решает прочитать его, убеждая себя, что делает это только из благих намерений.       И вот уже реальный Финн останавливает своё чтение фанфика на том, что его фанатское альтер эго украдкой фотографирует на телефон все страницы дневника. На этом пятая глава заканчивается. На самом деле, Вулфард продолжил бы читать и дальше, но Мэри, заглянувшая к нему ночью, чтобы проверить, всё ли в порядке, отругала его, как пятилетнего ребёнка, что он до сих пор не спит и сидит в своём телефоне, хотя утром ему вставать на работу.       Скрепя сердце Финн поставил уже почти разрядившийся мобильник на зарядку и, повернувшись к нему спиной, закутался в одеяло, пытаясь заснуть. Но то ли сон уже был сбит, то ли возбуждение и любопытство, поглотившие его в процессе чтения, так повлияли на него, но он проворочался в постели ещё около часа.       Он действительно был приятно поражён тем, насколько люди на самом деле могут быть талантливы. Он, чего уж греха таить, даже оставил несколько восторженных комментариев под несколькими абзацами, слившись с толпой других читателей — никто и не заподозрит, что это он — сам Финн Вулфард собственной персоной! — похвалил чей-то фанфик про его отношения с Милли.       Но Финн не мог иначе, серьёзно. Он уважал чужой труд и всегда ценил то, что было сделано очень добротно. И ему даже было плевать, что это касалось непосредственно его — за все эти годы он уже привык, что вся его жизнь (публичная и личная) находится под пристальным вниманием фанатов, которые любят сочинять про него разные теории. Так что он даже не стыдился того факта, что похвалил автора за его труд.       Финну нравилось то, каким он был представлен в этой работе, как в нём сочетались его известные многим черты характера, как он вёл себя и что говорил. Пока за пять глав он ни разу не был зол или недоволен своим альтер эго — в реальности, наверное, он бы поступил абсолютно так же.       А ещё ему нравилась здесь Милли. И хотя она фигурировала пока не так часто — повествование было больше сосредоточено на Вулфарде и событиях от его лица, — но всё равно её образ импонировал ему. Он действительно очень ценил, любил и уважал реальную Милли — свою Миллс, — и ему действительно было очень больно читать о том, что с ней происходит. Он как будто переживал эмоции своего альтер эго и реально даже начал волноваться за подругу, поэтому, не выдержав, ещё около часа ночи внезапно написал ей «Как ты?» и заставил её удивлённо ответить «Я в порядке. Что-то случилось?».       Ближе к пяти утра, утомлённый собственными мыслями, Финн с трудом, но всё-таки заснул, провалившись в зыбкий сон, где ему снилось, что он находит дневник Милли в их общем трейлере.       Около десяти часов его разбудила Мэри, мягко журя за то, что ему не следует сидеть допоздна в телефоне накануне работы. Финн извинился, согласившись с матерью, не решаясь рассказать ей, что же так сильно его зацепило, что он просто не мог оторваться.

***

      Рабочий день пролетел для него, как в дымке. Сначала он не мог толком сосредоточиться на своей сюжетной линии Майка, периодически забывая слова, зевая и сонно потирая глаза двумя пальцами, но потом, после обеда, собравшись с мыслями, честно не запорол больше ни одного дубля, решив, что реальная жизнь важнее каких-то фанатских фантазий.       И всё же, несмотря на то, что он прекрасно знал о вымысле описываемых событий, он не мог не присматриваться к Милли, которая беспечно улыбалась всем подряд, дурачилась с Ноа и Сэди, пила холодный кофе из «Starbucks», привезённый ей Пейдж, и в целом абсолютно не была похожа на свою фанатскую альтер эго. И в какой-то момент Финн окончательно расслабился, принимая ту мысль, что с ней действительно всё в порядке. И после этого он винил автора фанфика за то, что тот так накрутил его, заставив усомниться в собственной реальности.       Когда он ехал домой на машине, он первым делом открыл шестую главу. Друзья заваливали его сообщениями, интересуясь, почему он не отвечает — в частности, Джош и Квинси, — а он чертовски хотел знать, что же там будет дальше.

***

      Финн не помнил, как проглотил ещё пять глав, в очередной раз потерявшись во времени. Нет, конечно, он отвлекался на зов своей матери или настойчивый звонок по FaceTime от Ника, а ещё долго ужинал вместе с Мэри, несколько раз ходил в туалет и пил воду, но в остальном он был погружён в чтение.       Вулфард никогда не замечал в себе такой мании, но, вероятно, всё дело в том, что ему было действительно очень интересно. На время чтения он как будто превращался в такого же фаната-читателя, как и все остальные, жадно интересуясь подробностями жизни фанатских Финна и Милли. Как будто он не знал своей жизни по ту сторону камер, как будто это и не он вовсе.       Время от времени на особо волнительных моментах он открывал комментарии, чтобы оставить свой — как какая-то тринадцатилетняя пищащая девчонка, Бога ради! — и почитать реакцию других. В какой-то момент он заметил за собой, что бессмысленно кивает, соглашаясь с мнением какого-нибудь читателя, или улыбается на чью-нибудь удачную шутку или подколку. Это было невероятное чувство, которое Финн, возможно, испытывал впервые.       Разумеется, он сам был фанатом (ещё до того, как стал знаменитостью), но он никогда не впадал в крайнюю степень фанатизма, чтобы начинать читать работы других фанатов или фотошопить картинки. Он считал себя выше этого, хотя и признавал, что каждый имеет право любить и делать то, что ему нравится и хочется.       И теперь волею судьбы он сам стал таким, кто бы мог подумать! Если бы два дня назад ему сказали, что он ночами не будет спать, зачитываясь филли фанфиком, он бы посчитал этого человека очередным двинутым на голову фанатом. И вот где он теперь…       События фанфика развивались медленно и очень драматично. Среди основных героев — Финна и Милли, — безусловно, присутствовали альтер эго их друзей, кое-какие известные личности со съёмочной площадки (вроде Дафферов и Шона) и члены их семей. А ещё — ох, как же Вулфард его ещё больше возненавидел — чёртов Джейкоб!       Он был, казалось, в каждой бочке затычка. Все и везде его использовали, делая третьим в шипперской лодке, пятым колесом у телеги. Обязательно он фигурировал как разлучник и гад. И, если честно, Финн его таким себе и представлял, ещё с самого начала его реальных отношений с Милли недолюбливая слащавого поп-певца.       В этой же работе Джейкоб окончательно испортил Вулфарду впечатление о себе. Точнее, за Джейкоба это сделал автор фанфика, заложив в голову Финну искажённый образ Сарториуса. Но кого это, собственно, интересовало? Правильно, никого. Даже другие читатели в комментариях активно хейтили Джейкоба, особенно, когда по сюжету раскрылись подробности его личной жизни с альтер эго Милли.       Фанатский Финн чем-то напоминал реальному Финну самого себя — тот тоже не мог оторваться от чтения, читая с телефона в любой удобный момент, пока никто не видит. Дневник с небесно-голубой обложкой и облаками, на котором белым маркером собственноручно было аккуратно выведено «Wine of sky», раскрывал альтер эго Вулфарда все секреты его подруги.       Начиналось всё достаточно невинно: обычные девчачьи фантазии, мысли и глупые секретики с личным дневником. Но потом, одновременно с нагнетающимся сюжетом работы, где Милли становилось всё хуже и хуже, раскрывались страшные подробности её жизни, такие как: угрозы со стороны бывшего парня, шантаж с её обнажёнными фотографиями, физическое и сексуальное насилие.       Реальный Финн готов был собственноручно задушить реального Джейкоба, только знал, что тот этого точно не делал — реальная Милли была гораздо морально сильнее той, что была в этом фанфике. Но эта мысль никак не помогала ему, заставляя его сердце учащённо стучать в горле от волнения и злости.       Десятая глава заканчивалась на том, что вымышленный Финн вызывался помочь Милли добраться до дома, потому что та неожиданно решила остаться ночевать в их трейлере.       Часы показывали два ночи. Вулфард учёл ошибки с прошлого раза, поэтому не купился на «Ну, ещё одну главу» и уверенно заблокировал телефон, убирая его от себя в сторону на зарядку.       Но, как и в прошлый раз, сон никак не шёл. Взбудораженный прочитанным, Финн невольно ассоциировал вымышленные события с реальной жизнью, поэтому уже через тридцать минут, не способный выдержать подкативший к горлу ужас, схватил телефон и быстро набрал номер Милли, желая услышать её голос и узнать, всё ли с ней в порядке.       Она долго не брала трубку, заставляя Вулфарда разнервничаться ещё больше, но вскоре на том конце провода раздался её тихий сонный голос.       — Алло? — невнятно промямлила она.       — Миллс? Ты в порядке? — встревоженно спросил Финн без всяких предисловий.       Он услышал, как девушка завозилась в своей кровати, шурша одеялом.       — Финн? — удивлённо спросила она. — Что-то случилось? Сейчас три часа ночи…       — Я… Я… — Неожиданно парень понял, как глупо и опрометчиво себя повёл, снова купившись на собственные фантазии, навеянные фанфиком. — Э-э-эм… Прости, что разбудил. Просто… Скажи, у тебя всё хорошо? Где ты?       — Ты ведёшь себя очень странно, — пробормотала она. — Я дома, спала в своей постели. И я была в порядке, пока ты не разбудил меня.       Финн мог сказать, что она не была такой злой, какой хотела казаться. Скорее, встревоженной и удивлённой.       — Финн, ты пьян? — уже более уверенно спросила она.       — Нет! — поспешно воскликнул тот, а потом прикусил язык, зажмурившись — лишь бы Мэри не услышала его возгласов. — Я… я просто… Забудь. Главное, что ты в порядке.       — Финн, у тебя точно всё хорошо? — Теперь уже, кажется, начала волноваться Браун.       — Да, просто глупый сон… — Парень неловко почесал затылок, спутывая тёмные пряди, мысленно проклиная себя и своё волнение. — Прости, что потревожил. Спокойной ночи, хороших выходных!       — Да… — неуверенно промямлила Милли, вздыхая. — Ничего страшного. Спокойной ночи, Финни, хороших выходных…       Они неловко помолчали пару секунд, а затем Финн быстро отклонил вызов, звонко шлёпая себя ладонью по лицу — это было чертовски неудобно и глупо.       Но его внутренний Финн, впечатлённый прочитанным фанфиком, наконец-то немного успокоился, смирившись с мыслью, что с Милли на самом деле всё в порядке.

***

      Следующий день был объявлен для них выходным, поэтому Финн с чистой совестью выспался почти до полудня, не реагируя на Мэри, которая для стирки собирала у него по комнате разбросанные грязные вещи, и на жужжащий почти под ухом телефон. А всё потому, что он почти до шести утра, нарушив собственное решение лечь спать, читал дальше, осилив ещё две главы.       Впереди оставалось ещё пять — обновлений не было уже неделю, что его очень печалило, — и ему не терпелось поскорее засесть за чтение. Проглотив поздний «завтрак», парень немного помог матери с уборкой — в частности, приведя в порядок свою комнату — и наконец-то ответил всем своим друзьям, уверяя их, что он просто был очень занят на съёмках. От Милли тоже уже было сообщение. Она желала ему доброго утра и интересовалась, как он и нет ли у него похмелья. Финн ответил ей, что он не был пьян и что ему просто приснился плохой и слишком реалистичный сон, в котором с ней случилось кое-что плохое. Браун в ответ на это отправила ему тонну сердечек, уверяя его, что он самый сладкий мальчик из всех (даже слаще милашки Ноа).       Вулфард чувствовал себя глупо, когда, задёрнув в комнате шторы, которые Мэри постоянно раздвигала по утрам, улёгся на свою кровать и открыл тринадцатую главу, погружаясь в чтение. Он знал, что это, конечно же, не запрещено законом, что это пишет такой же живой человек, как и он сам, но парень не мог избавиться от чувства, будто автор держит его собственную жизнь в своих руках и управляет им, как хочет.       Он уже даже не обращал внимания на несостыковки или какие-то преувеличения. Он настолько ассоциировал себя с вымышленным Финном, что уже даже не сомневался в том, что, скорее всего, в подобной ситуации он бы поступил точно так же.       События начали развиваться неожиданно поспешно, особенно, если сравнить их с предыдущими главами.       Альтер эго Финна, продолжая потихоньку читать чужой дневник и узнавать страшные и грязные тайны своей подруги — в том числе её давнюю и безответную влюблённость в него, которая обернулась ужасными последствиями, когда она сошлась с Джейкобом, — старался как можно больше времени проводить с Милли, всей душой желая помочь ей выбраться из её эмоционального кризиса. В следующих главах они постепенно сближаются и даже разделяют свой первый не экранный поцелуй — у реального Финна почему-то сердце в горле забилось в этот момент, а щёки чуть покраснели, — а Милли заново учится доверять парням и любить.       Вся шестнадцатая глава была посвящена тому, как вымышленный Финн приглашает альтер эго Милли на семейный ужин с Мэри — неожиданно, что в этой работе Ник и Эрик также находятся в Канаде, а Вулфард живёт на съёмной квартире с матерью — и как они проводят целый вечер, дурачась за приставкой в его комнате.       Реальный Финн мог даже представить, каково это — пригласить Милли к себе домой. Хотя его родители и относились к Браун доброжелательно, всё равно не особо жаловали её, а всё после того, как пару лет назад она связалась с Джейкобом и несколько месяцев высказывала своё «фи» в сторону Финна, тем самым настроив его родителей против себя.       Семнадцатая глава рассказывала о том, что альтер эго Вулфарда по ошибке удаляет папку, в которой были сохранены все фотографии с дневника Милли, а ему оставалось дочитать ещё совсем немного. Он считает своим долгом узнать до конца, что же скрывает Браун не только от него, но и, как он понял из её записей, ото всех вокруг.       Вся глава посвящена его неуклюжим попыткам добыть заветный дневник и его фееричным провалам. Лишь под конец, когда проходит почти неделя сюжетного времени, ему всё-таки удаётся улучить момент и умыкнуть из сумки отлучившейся Милли её небесно-голубой блокнот. Финн листает его, желая начать фотографировать с того момента, где он остановился, но обращает внимание, что исписанных листов стало больше с последнего раза, когда он держал дневник в руках, и он не может пересилить себя, поэтому решает хотя бы бегло пробежаться глазами по последним записям, сделанным рукой Браун. Он замечает, что его имя стало слишком часто мелькать в тексте, поэтому вчитывается внимательнее, понимания, что Милли повествует о том, что снова влюбляется в него, какой он чудесный и заботливый, и что она надеется, что он никогда не узнает о том, через что она прошла в прошлом. И он теряется во времени, забываясь, где находится, и вернувшаяся Милли застаёт его с её дневником в руках.       На этом глава обрывается. Под последним абзацем набралось ещё плюс двадцать шесть комментариев. И Финн, потрясённый сюжетом в целом, был абсолютно солидарен со всеми остальными комментаторами, умоляющими о продолжении.       А еще Вулфард заметил, что автор — та самая Millieloveswhales — ни разу не отвечала своими читателям, не обращалась к ним после текста и вообще казалась не особо активной. Но это не смущало её поклонников, наоборот, те жаждали её внимания с ещё большей силой.       Финн действительно был заворожен, потрясён и морально убит этой работой. Это, конечно, не было произведением, достойным войти в английскую классику и гордо стоять на библиотечных полках — в конце концов, это был всего лишь фанфик о реально существующих людях! — но именно этот факт и добавлял ещё бóльшего количества эмоций после прочтения. Он был уверен, что не стал яростным фанатом филли, который теперь будет заглатывать каждую худо-бедно написанную работу — да он в принципе не собирался больше ничего читать, — но этот фанфик он не мог и дальше оставить без своего внимания. Ему было невероятно интересно, чем всё закончится. И, возможно, он бы даже ещё почитал что-нибудь от этого автора, если он решится продолжить пробовать себя на этом поприще.       Но а пока он переваривал прочитанные семнадцать глав, глядя в потолок своей комнаты. Он уже не был уверен, какие события были реальны, а какие — нет. Всё было описано настолько достоверно — но без грубого фанатизма, как будто автор знал, где стоит провести черту между вымыслом и реальностью, — что теперь смешивалось в голове Финна, заставляя его сердце гулко ухать в груди.       Неожиданно для себя он понял, что, возможно, та старая детская влюблённость всё ещё никуда не делась, и стоит ему наконец-то должным образом сблизиться с Милли и уделить ей своё внимание, потому что она так отчаянно пытается его привлечь к себе всеми своими признаниями и комплиментами в его сторону, как всё вспыхнет вновь с новой силой.       И, как бы смешно это не звучало, этот фанфик был своеобразным толчком в спину, в котором он так давно нуждался.       И, загоревшись своей новой идеей, он предварительно захотел сначала поблагодарить автора за его труд, правда, не в комментариях, а написав личное сообщение через систему Wattpad.       Финн не был хорош в выражении своих чувств и эмоций, но постарался максимально выразить своё отношение, при этом пытаясь не выдать себя, как личность. Он похвалил сюжетную составляющую, образы главных героев, накал страстей и в целом уровень передачи мысли. Пожелал дальнейших успехов и намекнул, что настоящим Финну и Милли такое бы даже понравилось, несмотря на пикантные подробности, содержащиеся в дневнике альтер эго Браун.       С чистой совестью Финн вернулся к своей обычной жизни, время от времени проверяя, не появилась ли новая глава или не пришёл ли ответ от автора. Но было тихо. На волне неожиданного воодушевления Вулфард попытался почитать ещё какую-нибудь другую работу, но начал плеваться уже с первой главы, решив точно завязать с этим, лишь бы не портить у себя впечатление о своих фанатах.

***

      Время шло. Финн действительно начал постепенно сближаться с Милли, неумело, но искренне оказывая ей знаки внимания. Конечно, это всё не выходило на публику и не сопровождалось сердечками и комментариями, а также тонной лайков каждого поста и упоминанием имени Браун после каждого второго слова (хотя сама девушка не стеснялась выносить их взаимоотношения на люди, но никто даже и не подозревал, что она говорила на полном серьёзе).       И, если честно, со всей накатившей на него работой и фотосессиями Финн и думать забыл о когда-то поразившем его до глубины души фанфике. В какой-то момент он даже удалил вкладку, перестав проверять её каждые пару дней в надежде увидеть продолжение.       И, наверное, всё так бы и кануло в небытие, если бы однажды Вулфард снова не зависнул в Instagram на тэге филли, который он стал проверять чуть чаще, чем раз в два-три месяца, и не наткнулся сначала на пост о Милли и китах, а потом и на упоминание о том самом фанфике — «Wine of sky». Вернее, его внимание привлекла обложка, которую кто-то скачал и загрузил постом к себе в аккаунт, восхищаясь сюжетом и героями.       Ему стало интересно, продвинулась ли работа за последние пару месяцев дальше или так и осталась на семнадцатой главе. Он быстро открыл Wattpad, вошёл в свой профиль и заметил, что у него висит одно уведомление — неожиданно, ему ответила та самая Millieloveswhales. Это было около полумесяца назад, судя по дате отправления, и она (Финн не сомневался, что это девушка, потому что парни редко таким занимаются) благодарила его за такие тёплые и добрые слова, извинившись за задержку.       В «Wine of sky» прибавилось ещё две главы, и последняя была добавлена буквально сутки назад. Вулфард, глупо улыбаясь, сделал себе мысленную пометку, что, когда он вернётся с площадки, обязательно прочитает продолжение.

***

      Финн понял, что у него немного кружится голова, поэтому попросил у Дафферов небольшой перерыв. Те сказали, что съёмки возобновятся через полчаса, и отпустили его отдохнуть в его с Милли трейлер. Сама Браун, игриво ему подмигнув и огладив его ладонь своими прохладными пальцами — да, их отношения всё ещё колебались между просто лучшими друзьями и чем-то большим, — убежала вместе с Сэди, чтобы перекусить свежими манго, которые сегодня привезли в столовую.       Отказавшись от компании, Финн лениво побрёл к себе, раздумывая над тем, чтобы проваляться пластом все тридцать минут и, возможно, развлечь себя, читая начало восемнадцатой главы.       Когда он вошёл в трейлер, он первым делом направился к холодильнику, чтобы залпом осушить почти всю маленькую бутылку воды, а потом дошёл до дивана и, не глядя, плюхнулся сверху.       В ягодицу сквозь штаны Майка упёрлось что-то острое. Он удивлённо вскинул брови, а потом, немного приподнявшись, выудил из-под себя небесно-голубой блокнот. На его обложке были размытые облака, а белым маркером аккуратно было выведено «Wine of sky».       У Финна пересохло в горле, а глаза распахнулись. Он сначала подумал, что просто спит, что ему это всё только снится, но потом, несколько раз зажмурившись и ущипнув себя за руку, оставляя на бледной коже красные метки, понял, что это всё реально.       И поэтому почти с каким-то ужасом взглянул на то, что держал перед собой.       Это не могло быть правдой, верно? Но это и не могло быть обычным совпадением. Значит Милли — а это безусловно был блокнот Милли, поскольку это их совместный трейлер — либо читала тот фанфик, либо… возможно, была самим автором.       Финн сглотнул и дрожащими руками открыл дневник — а это был как раз личный дневник, — боясь увидеть те же записи, что были в фанфике. Что все те ужасы, что происходили с альтер эго Браун, на самом деле происходили и с ней самой.       Он листал и листал, бесстыдно читая чужие заметки. Раньше он бы ни за что не переступил границы и не вторгся в частную жизнь Милли, но сейчас обстоятельства вынуждали его поступить именно так.       Он с леденящим душу ужасом искал глазами рассказы Браун о том, что ей пришлось пережить, пока она встречалась с Джейкобом и дважды с ним расходилась. Но к его огромному облегчению всё, на что он натыкался, было лишь недовольство в сторону Сарториуса. И никакого морального насилия и шантажа, никаких угроз и рукоприкладства.       Ему казалось, что у него с плеч упала целая гора. Он, наверное, ещё никогда в своей жизни не чувствовал такого сильного облегчения, как в тот момент — знать, что всё, что было в фанфике, так и осталось в фанфике, было просто восхитительно.       Пока он листал её дневник, он невольно заметил, что его имя стало чаще фигурировать в её последних записях, и не смог сопротивляться, как и когда-то его вымышленный альтер эго, желанию узнать отношение Милли к нему.       И он не обратил внимания, что выделенные ему сценаристами тридцать минут уже давно прошли. Он просто читал, рассевшись на диване, с улыбкой листая голубоватые страницы. Милли была такой очаровательной, когда писала о нём, делясь со своим дневником подробностями их совместного времяпрепровождения.       И, разумеется, он не заметил, что Милли зашла в трейлер и застукала его за тем, как он бессовестно читает её самые сокровенные мысли.       — Финн! — с ужасом воскликнула она, быстро подбегая к нему и выдёргивая блокнот у него из рук.       Тот не ожидал подобного манёвра, поэтому даже не сопротивлялся, лишь недоумённо нахмурил брови. А потом его настигло осознание.       — О чёрт, Милли!       Он подскочил с дивана, начиная нервно обтирать моментально вспотевшие ладони об штаны Майка. Браун недовольно посмотрела на него, прижимая дневник к груди.       — Скажи, что ты не читал, Финн! — потребовала она.       У Вулфарда было нереальное ощущение дежа вю. Он сглотнул и нерешительно улыбнулся уголком губ.       — Миллс, нам надо поговорить.       Судя по её удивлённо распахнутым глазам, она тоже только что осознала, что происходит.       — Ты читал… — прошептала она едва слышно.       Финн нервно хмыкнул, пожимая плечами.       — Смотря, что именно: твой реальный дневник или фанфик.       Было заметно, как Браун вздрогнула и немного покраснела, смущённо отводя взгляд.       — Это будет долгий разговор… — пробормотала она. — А сейчас нас ждут на площадке. Давай отложим его на потом?       Вулфард кивнул.       — Но нам обязательно нужно поговорить об этом.       — Хорошо…       Милли спрятала свой дневник в сумку, и они, закрыв трейлер, отправились обратно, сохраняя неловкое молчание всю дорогу.

***

      Когда съёмки закончились и для них объявили большой перерыв, Финн не позволил Милли улизнуть от разговора, поэтому уверенно схватил её за запястье и едва ли не буксиром оттащил к ним в трейлер, заперев за ними дверь на щеколду, чтобы никто их не прервал.       Вулфард посадил девушку на диван и, заглянув ей в лицо, которое она старательно прятала, отводя взгляд, сказал:       — Рассказывай.       — Что именно? — пробубнила она, всё ещё не глядя на него.       — Как ты докатилась до жизни фикрайтера? Так ведь вас называют? — хмыкнул Финн, ободряюще сжимая её похолодевшие ладони. — Я не буду тебя ругать или в чём-то винить. Я просто хочу узнать всю историю.       — Ну-у-у… — Милли закусила губу, собираясь с мыслями. — Всё началось около года назад, наверное. Когда я второй раз разошлась с Джейкобом, я поняла, что ты мне всё ещё нравишься гораздо больше, чем просто друг. И я пыталась всеми способами привлечь к себе твоё внимание, но ты был такой холодный и самоуверенный. Я, конечно, не теряла надежды, но всё равно чувствовала себя… преданной? отвергнутой? Не знаю, но было неприятно. — Милли вновь задумчиво пожевала нижнюю губу. — Я стала больше внимания уделять фанатской составляющей нашего сериала, влилась, так сказать, в фэндом. Сначала сосредоточилась только на Милевен, потом сама не заметила, как перешла на Филли. Всё началось с просмотров разных фанатских роликов, картинок и фотошопов, а потом я обнаружила себя, уже читающую фанфики. Не все были такими ужасными, на самом деле. Мне попадалось несколько действительно очень и очень хороших работ, но в основном все фанфики были похожи один на другой. И меня бесило, какой образ создавали тебе или мне. Да, я понимала, когда это были AU… — Финн недоумённо вскинул брови, и Милли вздохнула, взмахнув рукой. — Альтернативная реальность. Когда мы с тобой не актёры, а, например, обычные школьники, и всё в этом духе. Что? Не смотри на меня так! Побудь ты на моём месте, и не такое бы узнал. Это ещё цветочки по сравнению с тем, с чем я столкнулась после этого. Так вот, были хорошие работы, были плохие. И в какой-то момент мне вдруг захотелось попробовать себя в письме. Ты всё так же не обращал на меня внимания, поэтому я решила создать свою реальность, немного изменив её, конечно. Насколько я понимаю, ты каким-то образом наткнулся на мой фанфик и даже прочитал его… Ну что ж. Можешь говорить всё, что угодно, но я довольна тем, как всё получается. — Браун вздёрнула нос. — И читателям тоже нравится! А так, в общем, на этом, наверное, всё… — Она нервно обтёрла ладони о колени, сглатывая, а потом, вдруг нахмурившись, подозрительно покосилась на парня. — А тебя каким ветром занесло на Wattpad?       Настала очередь Финна неловко отводить взгляд и краснеть.       — Ну-у-у… Это началось около двух месяцев назад. Мне было скучно, поэтому я листал Instagram. Наткнулся сначала на пост с хэштегом филли, потом решил из интереса посмотреть, чем люди там занимаются. — Он просто пожал плечами и почесал затылок. — Ну и, пока ковырялся там среди постов, случайно наткнулся на чью-то публикацию, которая возносила до небес, как оказалось, твой фанфик. Но я-то тогда этого не знал, но мне всё равно стало интересно, потому что все комментарии были очень положительными. Ты не подумай, я ничем таким не занимаюсь, это было просто из любопытства. — Финн вскинул руки в защитном жесте. — Я сначала хотел передумать, когда потребовалась регистрация на сайте, но интерес оказался сильнее, и я всё-таки начал читать…       — И как тебе? — нетерпеливо перебила Милли, подаваясь всем телом вперёд, желая услышать реакцию самого, можно сказать, главного критика и читателя.       Финн молчал, подбирая слова, а Браун начинала нервничать.       — Это было… Ох… Это было действительно потрясающе, Миллс! — Вулфард улыбнулся. — Я серьёзно не мог оторваться, пока не прочитал все опубликованные на тот момент семнадцать глав. Ты действительно очень круто пишешь…       — Погоди-ка… — Девушка прищурилась. — Так вот почему ты звонил мне в три часа ночи, спрашивая, где я и как я?       Финн неловко пожал плечами, глупо улыбаясь.       — Да. Твоя работа настолько поразила меня, что я действительно начал за тебя переживать. Потом, когда я закончил семнадцатую главу, я был настолько в восторге, что написал тебе сообщение на сайте…       — Так это был ты! — радостно воскликнула Милли, а потом рассмеялась. — О, это действительно было очень мило, Финни! Спасибо! — Она потянулась и на радостях беззастенчиво чмокнула его в щёку, заставив ошарашенно приоткрыть рот и покраснеть.       Он неосознанно прижал ладонь к месту поцелуя.       — Не за… не за что, — потерянно промямлил он, а потом очень глупо улыбнулся.       Они смотрели друг другу в глаза, не говоря больше ни слова. Финн взял её руки в свои, мягко поглаживая тыльные стороны своими большими пальцами. Они медленно потянулись навстречу друг другу, а потом также неспешно поцеловались, разделяя свой первый не экранный поцелуй, как и их альтер эго в «Wine of sky».       Когда с последним мягким чмоком Милли отстранилась первая, смущённо краснея, Финн снова заулыбался.       — Я ещё не читал твои последние две главы, но как раз хотел сегодня этим заняться.       — Тогда я буду ждать твоей реакции! — Браун радостно хлопнула в ладоши, хихикнув.       Оставшееся свободное время на площадке они провели, всё так же заперевшись в своём трейлере, обсуждая фанфик Милли, её героев и возможные сюжетные линии. Девушка, откинувшись головой Финну на грудь — они сидели в обнимку на диване, — вслух рассказывала, с какими трудностями ей пришлось столкнуться на поприще фикрайтера, как долго она морально готовилась перед тем, чтобы опубликовать первую главу, как вообще она продумывала весь сюжет, сколько у неё уходит времени на то, чтобы написать что-то, как она ждёт реакции на свои обновления. В общем, Милли была такой… Милли — беззаботной балаболкой, которая беспрерывно улыбалась и хихикала.       А Финн зачаровано слушал её и изредка поддакивал, мягко ероша длинными пальцами её волосы. Хоть он никогда и не был безумным фанатом, который что-то создаёт на фэндоме, но он понимал, что такие люди действительно помогают их сериалу держаться на плаву и привлекать новых зрителей. А ещё это помогло ему наконец-то осознать, что самый главный фанат их пейрингов — обоих — ходит прямо у него под носом, озаряя мир широкой улыбкой с по-детски чуть выдающимися клычками.