I can't fight this feeling anymore

      На календаре было двадцать второе мая, и для Майка это означало только одно — сегодня ему исполняется восемнадцать лет. Теперь он официально был взрослый мальчик.       Не то, чтобы он многого ожидал от сегодняшнего дня — он просто был чуть более торжественный и важный, чем любой другой в этом году. Но его семья, друзья и, самое главное, его девушка так не считали.       Поэтому сегодня утром он проснулся от того, что кто-то ласково осыпал лёгкими — почти воздушными — поцелуями его лицо. Майк с улыбкой приоткрыл один глаз, уже прекрасно зная, кто бы это мог быть.       Эл сидела на краю его кровати, склонившись над ним, и мечтательно целовала его то в нос, то в щёку, то в лоб, то в закрытое веко, то в губы. Но, заметив, что он наконец-то проснулся, абсолютно сладким и нежным голосом прошептала:       — С Днём Рождения, birthday boy.       И для Майка сегодняшний день не мог начаться ещё лучше.       — Хочу праздничный поцелуй, — хриплым со сна голосом ответил он, кладя свою большую и тёплую ладонь ей на щёку, поглаживая подушечкой пальца её выразительные полные губы.       Эл смущённо хихикнула и быстро, но максимально чувственно поцеловала его, а затем, отстранившись под недовольный стон Уилера, потянулась к его прикроватной тумбочке.       И уже в следующую секунду она держала перед ним маленький праздничный маффин с зажжённой свечкой.       — Загадывай желание, — нетерпеливо выдохнула она.       Элевен так до сих пор и не привыкла к тому, что День Рождения — это не такой уж и большой праздник.       Нет. Она была воодушевлена и взволнована Днём Рождения каждого из своих близких друзей даже больше, чем своим собственным. А если дело касалось Майка, то Эл не было равных в желании поскорее поздравить её любимого мальчика с его праздником.       Уилер же приподнялся в кровати и, откинувшись спиной на изголовье, пятернёй зачесал назад спутанные тёмные волосы, чтобы они не мешались ему перед глазами. А затем, немного подумав над своим пожеланием, торжественно задул свечу.       Эл тут же вытащила свечку из маффина и поднесла тарелку к парню.       — А теперь ты должен съесть своё желание, иначе оно не сбудется.       И хотя ей было уже семнадцать лет, она всё так же наивно верила и соблюдала все праздничные традиции, начиная от угощения для Санты на Рождество и заканчивая «охотой» за пасхальными яйцами на заднем дворе дома.       — Не хочешь узнать, что я загадал? — с довольной улыбкой спросил Уилер, откусывая смачный кусок от маффина и буквально плавясь от наслаждения под влюблённым и радостным взглядом Эл.       Та недовольно надула губы.       — Желание в День Рождения сокровенно, его нельзя никому рассказывать, ты же знаешь.       Майк рассмеялся, отставляя тарелку с половиной праздничного маффина на тумбочку, а затем сгрёб захихикавшую Элевен в медвежьи объятия, укладывая её у себя под боком.       Он уткнулся носом ей в шею, крепко обнимая за узкую талию, и с удовлетворённым вздохом прикрыл глаза.       — А теперь дальше спать.       Хоппер рассмеялась, поглаживая его по спутанным волосам и прочёсывая их пальцами.       — Майк, уже почти девять. Ты всё проспишь.       Тот что-то невнятно пробормотал ей в шею, а потом коснулся губами её нежной кожи.       — Можно мы просто проваляемся в кровати вот так весь день?       — Нет! У нас много планов на сегодня! — Элевен была искренне возмущена ленью своего парня.       Пускай сегодня и был его день, но это не значит, что они будут бессмысленно валяться в его кровати, когда впереди столько всего интересного.       — Ну-у-у-у… Я просто хочу провести сегодняшний день только с тобой.       Он вёл себя как маленький ребёнок, а не как совершеннолетний гражданин Соединённых Штатов.       — А как же твои друзья?       Майк вздохнул.       — К чёрту друзей. — И полез к ней целоваться, не способный насытиться своей девушкой.       Прошло уже три года, как они официально встречались, а Уилер до сих пор не мог устать от разной романтичной чепухи вроде затяжных поцелуев или долгих объятий под одеялом.       Но Эл была настроена решительно, не собираясь поддаваться его милому выражению лица и головокружительным поцелуям.       — Ма-а-а-айк, — прошептала она в его губы, когда тот на пару секунд прервался, чтобы набрать воздуха для нового захода. — Твоя семья уже ждёт тебя внизу.       Вот тут крыть было нечем. Если на друзей он ещё мог махнуть рукой, то вот с Карен такой фокус не прокатит — она ведь поднимется в его комнату и насильно вытащит его из кровати.       — Ты ведь останешься на завтрак? — спросил он, положив подбородок ей на грудь и глядя на неё снизу-вверх, пока Элевен убирала пряди его волос со лба, ласково поглаживая его угловатое лицо.       — Мх-мм, — протянула она, улыбаясь. — Буду ждать тебя внизу, birthday boy.       И, не удержавшись, напоследок поцеловала его в уже припухшие и раскрасневшиеся губы. А затем, пока Майк не успел придумать очередное глупое оправдание, чтобы затащить её на новый вираж десятиминутных поцелуев, выбралась из-под него и быстро выпорхнула из комнаты, оставляя после себя сладкую смесь ароматов кокоса и персика.       Уилер же развалился на кровати, с широкой влюблённой улыбкой глядя в потолок.       Что за девушка!

***

      Когда он спустился вниз, переодевшись и умывшись, вся его семья, включая Эл, уже поджидала его в столовой с праздничным плакатом, цветными колпаками, воздушными шариками и маленькими хлопушками-конфетти.       — С Днём Рождения! — хором произнесла вся женская половина присутствующих.       Тэд же лишь тепло, хотя и несколько отстранённо, улыбнулся — в конце концов, его единственному сыну сегодня исполнялось восемнадцать.       — Майки-и-и-и! — протянула Холли, кидаясь своему старшему брату в объятья.       Тот подхватил её на руки и несколько раз подкинул, заставляя сестру весело завизжать.       — С Днём Рождения, Майки! — сказала она, крепко-крепко обнимая его за шею.       Это казалось таким забавным — ей было уже восемь лет, а по росту эта кроха только недавно едва переросла четыре фута, в то время как он был уже выше шести.       Но потом он посмотрел на радостно щебечущую о чём-то вместе с Карен Элевен, с усмешкой оценивая взглядом свою девушку — его любимая коротышка тоже так и не выросла выше пяти футов и трёх дюймов, и поэтому теперь всегда невинно смотрела на него снизу-вверх, порой пробуждая в нём очень грязные фантазии.       Следующей была Нэнси, которая тепло обняла своего младшего брата — ей тоже пришлось привставать на носочки, потому что её рост был такой же, как и у Хоппер.       — С Днём Рождения, большой мальчик, — сказала она, похлопывая его по спине.       Майк улыбнулся; кто бы ему сказал лет так пять назад, что он будет в настолько тёплых и доверительных отношениях со своей старшей сестрой, он бы лишь по-детски фыркнул, закатив глаза. Но все те события, через которые им пришлось в своё время пройти, и все те советы по поводу отношений с Эл, что ему пришлось просить у Нэнси, сделали своё дело, создав между ними очень крепкие родственные узы.       — Мой малы-ы-ыш! — Следующей на очереди была Карен, на глаза у которой навернулись слёзы. Она чмокнула сына в щёку, оставив чёткий отпечаток от красной помады. — Ты теперь уже такой взрослый!       Майк не часто говорил об этом вслух, но он очень любил свою маму. К своим сорока годам она выглядела очень красиво и свежо. А уж какой она была заботливой матерью, верной женой и отличной домохозяйкой вообще упоминать не стоило.       — Ма-а-ам! — наигранно устало протянул Майкл, хотя на самом деле лишь крепче обнял Карен, чувствуя, как его самого пробивает на сентиментальный плач.       — Прошло уже пять лет, а ты всё такой же противный мальчишка, — с улыбкой сказала миссис Уилер, отстраняясь и украдкой утирая слёзы. — Пойду проверю торт. — И, чтобы ещё больше не расплакаться от переполнявших её чувств, быстро скрылась на кухне.       — Поздравляю, сын, — сдержанно, но искренне сказал Тэд, похлопывая Майка по спине. — Ты многого достиг к своим восемнадцати годам. Я горжусь тобой.       Тот улыбнулся, не ожидая от мистера Уилера подобных слов.       — Спасибо, отец. Это многое значит для меня.       Тэд кивнул и, поправив очки, направился обратно в гостиную, чтобы продолжить смотреть утренний выпуск новостей.       Холли вместе с Нэнси ушла на кухню, чтобы помочь Карен с последними приготовлениями и украшениями.       Эл же бесшумно подошла к Майку и обняла его со спины, уткнувшись носом ему между лопаток, и сердце Уилера едва могло вынести такого переизбытка положительных эмоций.       — Я люблю тебя, — прошептала девушка ему в клетчатую рубашку, крепче обнимая его за пояс.       Майкл окончательно растаял, превратившись в абсолютного плюшевого медвежонка, который готов был обнять всех вокруг.       Пожалуй, всех, кроме Макс. Потому что это было бы уж слишком.       — Ты мой самый лучший друг, — вдруг продолжила Эл, коварно улыбаясь, хотя Уилер не мог этого видеть.       — Что? — потрясённо переспросил он, заводя руку назад и подталкивая девушку так, чтобы она оказалась у него в «захвате».       Элевен хихикнула, закусывая губу и глядя на Майка из-под его руки, которой он обхватывал её за плечи, пока она всё ещё стояла чуть сзади и сбоку.       — Ага. Мой самый-самый лучший друг.       — Э-э-э-эй! — возмущённо надулся Уилер, вскидывая брови. — Это ты меня сейчас только что зафрендзонила?!       По правде говоря, Эл обожала дразнить Майка. Это выражалось во всём: в одежде, в поведении, в словах, в поступках. Она дразнила его по поводу и без, потому что ей нравилась его умилительная реакция — бурное возмущение и проявление собственнических замашек.       И особенно ей нравилось его «френдзонить».       Однажды она в шутку назвала его своим другом, когда обстановка между ними была очень романтичной и — почти что — сексуально напряжённой, и Майк тогда впервые отреагировал так яростно и живо: он тут же на практике доказал ей — то, что он делает сейчас с ней в этой самой кровати, не может делать какой-то там обычный друг. Да даже лучший друг. Нет, только парень.       Но Эл такая реакция пришлась по душе, и периодически она дразнила его, а Майкл наивно вёлся каждый раз, как в первый, искренне недоумевая, с каких это пор он стал для Элевен просто каким-то там другом (даже если и лучшим).       — Это ведь так весело — по-дружески праздновать День Рождения, — со шкодливой улыбкой протянула девушка. — Ведь мы друзья!       Лицо Майка ещё больше вытянулось от недовольства.       — Какого чёрта? — пробухтел он, глядя на её невинное милое лицо сверху. — Не называй меня другом!       Элевен хихикнула, ворочаясь под его рукой, которая лишь крепче сжалась на её плечах.       — Ты ведь просто мой друг, в смысле, как мой лучший друг друг¹.       — Ох, нет-нет-нет. — Майк отрицательно покачал головой. — Это меня злит, не зови меня другом!       Но Эл не успела ему ответить, поскольку в столовую вошла Нэнси, застав их в достаточно комичной позе — Майкл как будто собирался кулаком по-дружески потереть макушку Элевен, как обычно это делают друзья.       — Эй, голубки, садитесь за стол.       Майк от этих слов гордо вскинул подбородок, как бы говоря: «Вот видишь, мы с тобой не какие-то там друзья».       Эл лишь хихикнула и предпочла пока больше не провоцировать своего парня. Ведь впереди у неё был целый вечер, чтобы вдоволь подразнить его.

***

      В итоге после праздничного завтрака, где был уже нормальный торт и восемнадцать свечек, родители торжественно вручили ему ключи от его первой собственной машины. Да, она была уже не новая, а перекупленная подешевле с рук у друзей семьи, но, во-первых, они были не настолько богаты, чтобы позволить себе совершенно новый автомобиль, поскольку работал один только Тэд (Нэнси обеспечивала сама себя), во-вторых, это было уже гораздо лучше, чем непрезентабельный для восемнадцатилетнего парня велосипед, а в-третьих, у Майка наконец-то появилась возможность самому отвозить по утрам Эл на занятия и забирать её обратно, так что шериф теперь окончательно останется не у дел, что не могло не радовать Уилера.       А уж сколько всего можно было придумать вдвоём с Элевен в его машине и говорить не стоило.       Нэнси подарила ему самую дорогую бонусную карту на все торгово-развлекательные автоматы в «The Arcade», куда он и его команда всё ещё периодически заглядывали после учёбы или на каникулах.       Холли вручила ему аккуратно переведённый с постера и разукрашенный рисунок Хана Соло и Леи Органы, а в уголке подписала, что это он, Майк, и его девушка Джейн в будущем.       А Эл, поцеловав его в щёку (стесняясь быть чуть увереннее и наглее в присутствии его родителей), подарила ему новые наручные часы, за которыми ей пришлось вместе с Хоппером ездить в Индианаполис. И хотя она отдала за них все свои сбережения, Элевен ни капли не жалела ни об одном потраченном центе, потому что это стоило того счастья, которое охватило Майка, как только он увидел её подарок.       После завтрака все разошлись по своим делам: Тэд отогнал свою машину до СТО, чтобы посмотреть двигатель и поменять масло, Карен отправилась с Холли в торговый центр, чтобы сводить ту в кинотеатр на новый мультик, а Нэнси убежала в гости к Робин, с которой у них за последние три года сложилась достаточно крепкая женская дружба.       Майк же отправился провожать Эл до её дома, поскольку та сказала, что до начала праздничной вечеринки в честь его Дня Рождения ей и его друзьям всё ещё нужно приготовиться.       Хотя Уилер искренне не понимал, зачем было так заморачиваться. Ведь они могли бы сейчас просто остаться у него в пустом доме, где никто бы не помешал им немного насладиться обществом друг друга. Но девушка твердила ему, что друзья ничем подобным не занимаются, к тому же Макс ждала её к часу у себя.       Майкл злился, недовольно пыхтел, как паровоз, закатывал глаза и поджимал губы, но ничего не мог с этим поделать — трёхлетняя дружба между Мэйфилд и его девушкой превратила последнюю в достаточно самоуверенного и свободолюбивого подростка. А спорить и вставать между двумя подругами было себе дороже: к сожалению — уяснил Майк, — не всегда Эл выберет его сторону, особенно, если у неё что-то было на уме, и это самое что-то не совпадало с планами самого Уилера.       Но, когда они прощались на крыльце её дома, невинно держась за руки и заглядывая друг другу в глаза, безмолвно прощаясь до вечера, Элевен всё-таки одарила его напоследок головокружительным поцелуем, заставив его губы привычно распухнуть и покраснеть, а мозг — пьяно затуманиться.

***

      Вечер настиг Майка быстрее, чем он думал.       Несмотря на то, что заехать за Эл он должен был в семь часов, а распрощались они в начале первого, время пролетело незаметно, поскольку он не успевал отходить от домашнего телефона — звонили всего его близкие и дальние родственники и знакомые, поздравляя его с восемнадцатилетием.       К тому же Карен, пока её сын ещё не ушёл развлекаться и праздновать до глубокой ночи, хотела отпраздновать такую дату в узком семейном кругу, обсуждая с ним планы на ближайшее будущее.       Поэтому, когда время перевалило за шесть, Майк спешно поднялся к себе в комнату и начал быстро собираться. Ему нужно было принять душ, попытаться хоть как-то уложить волосы, переодеться во что-то более торжественное и проверить, всё ли он с собой взял: деньги, ключи, жвачка, презервативы (последние — по крайней мере, он надеялся — ему сегодня точно должны были понадобиться). Потом, последний раз окинув себя взглядом в зеркале и побрызгавшись туалетной водой, что Эл подарила ему на День Святого Валентина, он остался доволен собой лишь наполовину.       Он всё ещё недолюбливал своё угловатое лицо и тощее телосложение, но Элевен — по её словам — любила его любым, поэтому он решил не заморачиваться сейчас по этому поводу. Только не в такой важный вечер.       Брать свою новую машину он не решился — в конце концов, хоть им и было всего по восемнадцать (а кому-то только семнадцать) лет, но это не означало, что они не могли раздобыть немного алкоголя в такую знаменательную дату. Майк был уверен, что Дастин или Лукас точно протащат с собой какую-нибудь бутылку, а отказывать себе в парочке бокалов праздничного напитка Уилер определённо не собирался.       Поэтому он вызвал такси, которое должно было заехать сначала за Эл, а потом отправиться в недавно открытый в их городе новый караоке-бар.

***

      Эл выпорхнула из своего дома, закрывая за собой дверь на ключ.       Поскольку был уже конец мая, на улице стояла по-летнему тёплая погода, поэтому девушка была одета в облегающее чёрное платье чуть выше колена, а сверху было накинуто воздушное белое болеро, застёгнутое на маленькие чёрные пуговки. Под воротником красовался чёрно-белый шейный платок².       Её распущенные каштановые волосы с ровным пробором посередине были аккуратно подкручены наружу на концах. На запястье поблёскивал в лучах закатного солнца серебряный браслет, который он подарил Эл на их первую годовщину. На ногах у неё красовались чёрные босоножки на маленьком, но массивном квадратном каблуке. Из макияжа она предпочла только любимый фруктовый блеск для губ.       И она была восхитительна. Майк в который раз влюблённо таращился на неё с приоткрытым ртом, а его зрачки возбуждённо расширились, затопив тёмную радужку.       — Привет, birthday boy, — весело сказала она, подходя ближе.       С одной стороны, Уилера удивляла эта новая Эл — она была яркая и общительная, много и заразительно улыбалась и смеялась. Она мало чем была похожа на ту загнанную и испуганную малышку, что он и его друзья нашли пять лет назад в тёмном и сыром лесу Хоукинса. Теперь она была полноценной и невероятно красивой девушкой, у которой были собственные интересы, вкусы и мнение.       Но с другой стороны, иногда — а именно, когда она оставляла его ради девчачьих ночёвок с Макс или бессмысленного шопинга с ней же — он невероятно скучал по той, прежней Эл, которая пугливо озиралась по сторонам и доверчиво жалась к нему в поисках защиты. Тогда он чувствовал себя как никогда нужным и взрослым, ему хотелось защищать её до последнего своего вздоха.       Не то, чтобы что-то изменилось в его отношении к ней и теперь, но на сегодняшний день они почти потеряли ту тонкую грань, которая отличала их любовь от любой другой.       — Привет… — прохрипел он, притягивая её к себе за выразительную талию, как сделал это буквально сегодня утром. — Ты выглядишь потрясающе.       — Спасибо, — с довольной улыбкой ответила Эл, закусывая нижнюю губу.       — М-м-м, ты кем-то занята? — шутливо поинтересовался Майк, незаметно поглаживая ладонью по её изогнутой пояснице.       А Элевен сразу же включилась в свою любимую игру, которую называла «Mike Friendzone Wheeler».       — Да так, есть у меня один друг.       Уилер вновь возмущённо запыхтел над ней, втягивая её в непоколебимый и властный поцелуй.       — Хватит. Меня. Френдзонить.       Он выдохнул каждое слово ей в лицо, прижавшись своим лбом к её.       — Ладно, ладно, — она улыбнулась. — Но что насчёт дружеского поцелуя?       Майк запрокинул голову и раздражённо закатил глаза, застонав, а Элевен, веселясь, взяла его за руку и потащила к машине.       — Идём, друг, мы опаздываем на вечеринку!

***

      Когда они приехали в караоке-бар, все их друзья уже были там.       Эл первой вышла из такси, радостно помахав рукой Макс, которая курила на улице, привалившись спиной к стене у входа. Та приветливо улыбнулась, откидывая сигарету на землю.       Майк нагнал свою девушку почти сразу, как только расплатился с таксистом.       — С Днём Рождения, Уилер! — хмыкнула Максин, заправляя рыжие пряди за уши.       Она не утруждала себя праздничным образом, надев любимые джинсовые шорты и какую-то полупрозрачную блузку.       — Да, спасибо, Мэйфилд. — Майкл кивнул, пытаясь как можно искренне улыбнуться.       Хотя прошло уже три года, но эти двое никак не могли поделить между собой Хоппер, постоянно пытаясь перетянуть её на свою сторону. Но та не могла отказаться от любимого парня или лучшей подруги, поэтому старалась найти подход к каждому, чтобы не обидеть.       — Все уже внутри, — продолжила Макс более мягко, глядя на Эл.       Очевидно, она ожидала, что та возьмёт её под локоть, и они вместе войдут в караоке-бар.       Но Элевен осталась стоять за руку с Майком, радостно улыбаясь, как ребёнок.       — Отлично! Идём!       Уилер самодовольно хмыкнул, проходя мимо Мэйфилд, которая сморщилась и показала ему язык.       Дастин, Лукас и Уилл сидели за празднично украшенным столиком и просматривали меню, обсуждая, что заказать.       — Привет всем! — жизнерадостно прощебетала Элевен, полная энтузиазма касательно сегодняшнего вечера.       У её мальчика сегодня было День Рождения, а она всегда любила устраивать праздники.       — Хэй, это же наш Майк твою-мать-восемнадцать Уилер! — воскликнул Дастин, первым поднимаясь с места, чтобы обнять друга. — Поздравляю, чувак!       Тот искренне улыбнулся, похлопывая Хэндерсона по спине.       Следующим на очереди был Лукас.       — С Днём Рождения, Майк. — Они крепко обнялись. — Теперь-то ты можешь не прятать все свои потрёпанные выпуски «Playboy» под матрасом.       — Иди ты к чёрту, — рассмеялся Уилер.       К слову, у него никогда и не было никаких порнографических журналов. Да и зачем, когда рядом с ним была такая восхитительная и отзывчивая девушка как Эл?       — С восемнадцатилетием, Паладин, — низким голосом сказал Уилл, хлопая Майкла по спине и плечу.       Да, теперь в Байэрсе было не узнать того щуплого и маленького парнишку пятилетней давности. В росте, конечно, он соперничать с Майком уже не мог, но вот по силе они потягаться могли. И кто знает, кто бы в их дружеском армрестлинге вышел победителем.       Когда с поздравлениями было закончено, ребята вручили Уилеру подарки и расселись по своим местам за забронированным столиком.       Двадцать второе мая как раз неудачно выпало на воскресенье, поэтому в караоке-баре было много народу. В основном все пили, ели и веселились, но мало кто отваживался подняться на мини сцену, чтобы что-нибудь спеть.       Эл, которая ещё за месяц распланировала весь праздничный вечер, специально заказала угловой столик на шестерых.       Это был один из самых лакомых кусочков заведения — кабинка находилась на идеальном расстоянии от стереосистемы и сцены, чтобы можно было слушать музыку, но и не перекрикивать друг друга во время разговора, и при этом в стороне от прохода на кухню и в туалет, так что мимо них не проходил никто, кроме обслуживающего их официанта.       Поэтому Элевен по праву гордилась собой, сидя рядом с Майком, и, положив голову ему на плечо, выбирала вместе с ним блюдо и напитки из меню.       Поскольку они планировали сидеть здесь едва ли не до закрытия, ребята решили не заказывать всё сразу. Сначала взяли прохладительные коктейли, сок и лёгкие закуски, через час попросили принести что-то посущественнее — каждый выбрал себе своё, — а потом уже все будут смотреть по ситуации и самочувствию.       Также выяснилось, что Майк был прав насчёт алкоголя — Дастин протащил с собой в рюкзаке целую бутылку неплохого джина. Макс и Эл попросили разбавить им его соком, а парни решили пить понемногу, но в чистом виде. Хотя Уилер не планировал напиваться, поскольку рассчитывал на вполне себе определённое продолжение сегодняшнего вечера вместе с Элевен, а заниматься с ней любовью в пьяном и не отдающем самому себе отчёт виде он точно не хотел.       Впрочем, празднование уже началось.

***

      Прошло уже три часа. Народу в караоке-баре не уменьшилось, но большинство посетителей успело уже смениться на новых.       Всё это время ребята болтали ни о чём, играли в принесённые с собой небольшие настольные игры (когда с основным блюдом было покончено, они снова заказали лёгкие закуски и снеки и расставили тарелочки по кругу, чтобы освободить центр стола), тайно допивали единственную бутылку джина и в целом хорошо проводили время.       Майк постоянно оглядывался на устроившуюся у него под боком Эл, которая с радостной и милой улыбкой щебетала с сидящей напротив неё Макс. Иногда он обменивался раздражёнными или самодовольными взглядами с той же Мэйфилд, когда та замечала, как шаловливая рука Уилера беспрепятственно оглаживает тело невозмутимой Элевен. Но в основном Майкл просто обнимал свою девушку за талию и болтал с парнями о разном, наслаждаясь чудесным вечером.       Иногда, конечно, Эл дразнила его, называя другом или разыгрывая «дружеские шуточки», которые заставляли его злиться и ревновать.       — Да-а-а-а. Макс моя вот-вот почти жена, — шутила Элевен (если честно, она даже не поняла, как их разговор вообще подошёл к этой теме).       Заметив прищуренный взгляд возмущённого до глубины души Уилера, Элевен со смехом продолжила:       — Нет, нет. Майк просто мой друг.       Мэйфилд злорадно хмыкала в свой стакан, наблюдая за тем, как пыхтит ревнивый Майкл. Но, к её глубокому сожалению, у Уилера всегда была возможность заявить свои права на милашку Хоппер — хотя бы этим быстрым, но многозначительным поцелуем и рукой у той на бедре.       А ещё Эл, когда все поднимали свои стаканы — кто с соком и джином, кто с чистым алкоголем, — и произносили свои тосты в честь Майка, с самой обаятельной улыбкой тихо шептала ему:       — За тебя, друг.       Иногда масла в огонь подливали их общие друзья, очевидно, прознав фишку Элевен, поскольку наблюдать за таким Уилером было действительно уморительно.       Каждый раз, когда Майк оказывал Эл какие-то милые знаки внимания — будь то заботливо налитый в опустевший стакан сок или смех над её не слишком удачной шуткой, — они начинали улюлюкать со словами:       — О-о-о-о, friendship goals³.       Чем только ещё больше распаляли Уилера.

***

      В какой-то момент, когда алкоголь — пускай она и выпила его не так много — ударил Эл в голову, они с Макс решили пойти и воспользоваться караоке по назначению. По сути, только ради этого Хоппер и бронировала здесь столик — чтобы можно было вдоволь повеселиться.       Они с Максин любили дурачиться и подпевать в расчёски, кривляясь друг перед другом в стенах чьей-либо комнаты во время ночёвок. И вот теперь им выдался реальный шанс попеть в настоящие микрофоны. А любое стеснение было смыто уровнем — хотя и не очень высоким — алкоголя в крови.       — Эй, ты куда? — спросил недовольно Майк, не желая отпускать Эл от себя.       Он уже так привык держать её у себя под боком, что, как только она отстранилась и поднялась с диванчика, он сразу почувствовал себя каким-то неполноценным.       — Мы хотим петь, Уилер! В конце концов, это караоке! — фыркнула Максин, терпеливо дожидаясь подругу рядом со столиком, пока та пыталась выбраться из угла, перелезая через колени Майкла.       Тот разочарованным взглядом проводил заманчиво обтянутые узким платьем ягодицы своей девушки, которые маняще близко промелькнули мимо его паха.       — Не скучай, друг, — прошептала ему Эл и, прежде чем уйти, поцеловала в надутую щёку.       Если честно, Уилер уже устал как-то реагировать на её нескончаемые попытки зафрендзонить его. Это было почти больно и обидно.       Он внимательно наблюдал за тем, как хихикающие и переговаривающиеся между собой девушки уверенно направились к мини сцене, чтобы выбрать себе в автомате какую-нибудь знакомую песню.       Наверное, ему просто стоит расслабиться и немного отвлечься, поэтому он разом махнул из своего высокого стакана остатки чистого джина, который до этого цедил медленными глотками, не желая напиваться.       Иногда он искренне желал, чтобы Мэйфилд никогда не переезжала к ним в Хоукинс из Калифорнии.       Девушки долго выбирали песню, шушукаясь рядом с автоматом. Майк видел со своего места, как Макс пыталась подавить волю Эл и побудить её согласиться на какую-то другую песню, но Элевен упорно качала головой, убеждая подругу взять именно эту.       Он гордился своей девушкой, поскольку Максин, когда-то воспитывая свободолюбивую и вольную — в основном, от него, Майка — натуру в ещё морально юной Хоппер, теперь пожинала свои же плоды — у Эл появилась своя точка зрения и свои желания, которые она научилась отстаивать, не прогибаясь ни под кого другого. И свою лучшую подругу в том числе.       В конце концов, девушки определились с будущей песней, и, хотя Макс всё ещё недовольно кривила губы, она ничего не могла с этим поделать.       Эл взяла один из микрофонов и, пока её подруга настраивала автомат, с застенчивой улыбкой произнесла, привлекая внимание всех присутствующих:       — Сегодня День Рождения у моего самого-самого близкого и лучшего друга. И я хотела бы посвятить ему эту песню.       Майк, со своей стороны, был одновременно и польщён, и обижен: Эл посвящала ему песню, но при этом в которой раз за сегодняшний день назвала его своим чёртовым другом, которым он не был.       Заиграла мелодия, и Максин, взяв другой микрофон, присоединилась к подруге.       Они обе стали мягко напевать, нежно выдыхая под музыку, а Уилер пытался быстро сообразить, что же это за песня и где он её уже слышал.       А ещё он никогда не видел Эл такой смущённой и уверенной одновременно. Она покачивалась под музыку на месте, прижимая микрофон к губам, и при этом сильно краснела, почти не глядя в зал. И что уж говорить о том, как она была прекрасна в небольших софитах на сцене.       Майк плыл от удовольствия, пожирая свою девушку взглядом.       Элевен же, которая уже когда-то успела расстегнуть болеро и открыть своё глубокое декольте на платье, наконец-то неуверенно запела (и, если честно, Уилер никогда и не догадывался, какой музыкальный у неё был голос):       — Mister       Your eyes are full of hesitation       Sure makes me wonder       If you know what you're looking for.       Baby       I wanna keep my reputation       I'm a sensation       You try me once, you'll beg for more.       А затем, на припеве, к ней присоединилась Макс, которая до этого лишь мягко мурлыкала в микрофон.       — Yes Sir, I can boogie       But I need a certain song.       I can boogie, boogie woogie       All night long.       Yes Sir, I can boogie,       If you stay, you can't go wrong.       I can boogie, boogie woogie, all night long       Следующий куплет начался почти без перерыва, и Эл снова продолжила петь одна, но в этот раз она наконец-то посмотрела прямо на Майка, перехватывая его голодный и жаждущий взгляд тёмных глаз.       По её спине пробежали мурашки, и она соблазнительно улыбнулась, слишком храбрая из-за алкоголя в крови.       — No Sir,       I don't feel very much like talking       No, neither walking       You wanna know if I can dance.       Yes Sir, already told you in the first verse       And in the chorus       But I will give you one more chance.       И потом к ней вновь присоединилась Макс, с которой они стали дурачиться на сцене, то глядя друг на друга, то прижимаясь спинами, и громко и беззастенчиво пели, наслаждаясь собственным перфомансом.       Майк же наблюдал за одной только Эл, которая призывно крутила бёдрами, танцуя вместе с подругой, и, кажется, окончательно потеряла страх перед публикой, под конец руками зазывая остальных подпевать им.       Уилер был рад, что его девушка наслаждается сегодняшним вечером. Когда она была счастлива, он тоже был счастлив.       После этого Элевен и Максин исполнили ещё какие-то совершенно девчачьи и глупые песни — в основном, хиты последних лет — уже никому не посвящая своё выступление и просто дурачась с караоке.       Майк тоже вернулся к разговору с парнями и игре в покер, но краем глаза следил за тем, чтобы Эл не натворила делов в таком состоянии.       И вскоре его цепкий и внимательный взгляд уловил фигуру какого-то парня, который пересел поближе к сцене и теперь наблюдал за поющими и смеющимися девушками.       Уилер недовольно свёл брови и, извинившись перед друзьями, тоже подсел за пустующий столик, за которым устроился этот самый музыкальный «поклонник».       Сначала Майк никак не давал о себе знать, просто любуясь своей девушкой вблизи. Та, казалось, не замечала на себе ничьего постороннего внимания и просто от души веселилась.       Но, когда Майкл увидел, что незнакомый парень плотоядно улыбается и облизывает губы, он решил наконец-то с ним заговорить и пока что дружелюбно сплавить его куда подальше.       — Нравятся? — как бы невзначай спросил Уилер, облокотившись на столешницу и вытянув одну ногу в проход.       Парень удивлённо вскинул брови, оборачиваясь к нему.       — Ага, — согласился он, очевидно, подумав, что Майк такой же искатель девушки на ночь, как и он. — Хорошо поют и двигаются. И фигурки вроде ничего.       Майкл едва сдержался, чтобы не треснуть парню в его противную ухмыляющуюся морду.       — Может, они уже заняты?       Собеседник вскинул брови, снова оборачиваясь.       — Ну, не знаю, как рыжая, а шатенка явно свободна.       Уилера аж передёрнуло, и он ядовито спросил:       — С чего ты взял?       — Она сказала, что у неё есть лучший друг, но при этом ни разу не посвятила песню своему парню. Значит, у неё его нет.       Майк едва не кипел от ярости — эта глупая игра Эл с попытками шутливо зафрендзонить его зашла слишком далеко и повлекла за собой опасные последствия.       — Чур, шатенка моя, — когда песня закончилась, сказал его собеседник, готовый уже подняться и поговорить с веселящейся на сцене Элевен. — Если хочешь, забирай себе рыжую, мне всё равно.       Уилер молча и самоуверенно встал со своего места первый, окинув незнакомого парня убийственным взглядом.       Пора показать этому ублюдку, чья это девочка на самом деле.       — Эл! — громко и властно произнёс Майк, привлекая внимание своей девушки.       Та отвернулась от автомата, у которого они с Макс выбирали очередную песню, и широко улыбнулась, как будто она и вовсе забыла, что была здесь с ним.       — Ма-а-айк!       А потом едва ли не прыгнула на него, повиснув у него на шее.       Незнакомец рядом с ними недоумённо вскинул брови, наблюдая за развернувшейся сценой.       — Погоди, так вы?..       Элевен обратила на него внимание и пьяно прощебетала:       — Мы с ним просто лучшие друзья.       Но Майк, крепче стиснув её талию, злобно прорычал:       — Я её грёбаный парень, чёрт возьми. И мы встречаемся, понятно, кусок дерьма?       Тот поднял руки в знак поражения и покивал.       — Всё, всё, чувак, успокойся.       Уилер посмотрел на пьяно хихикающую Эл, которая потиралась щекой о его грудь.       — А с тебя на сегодня хватит.       — Но я хочу потанцева-а-ать!       — Мы идём домой, Эл, и это не обсуждается.       Девушка надулась, умилительно выпятив губы.       — Party breaker⁴, — разочарованно выдохнула она, но Майк на это никак не отреагировал.       Уилер буквально отбуксировал Элевен до их столика, чтобы попрощаться с ребятами и забрать свои подарки.       — Эй, спасибо вам за то, что пришли. И спасибо за поздравления. Вы можете ещё сидеть, если хотите, а мы уже пойдём, пока всё не стало ещё хуже.       Парни понимающе закивали, начиная пожимать ему на прощание руку.       Пока Майкл вытаскивал из кармана деньги, чтобы покрыть весь сегодняшний счёт с излишком, к ним рыжим вихрем подскочила недовольная и такая же подвыпившая Максин.       — Эй, Уилер! Оставь её! Мы ещё не закончили веселиться!       Тот предпочёл не начинать публичное выяснение отношений и просто промолчал, собирая одной рукой все ручки от пакетов с подарками, а другой придерживая притихшую Эл за талию.       — Я с кем разговариваю?       — Макс, оставь его. Эл действительно пора домой, — попытался вступиться Лукас, но Мэйфилд была слишком пьяна, чтобы мыслить рационально.       — Это ему пора домой. А девушки хотят веселиться! Правда, Эл?       Максин выжидательно уставилась на подругу, но та вдруг сонно зевнула.       — Я лучше пойду домой.       Макс фыркнула и, когда Майк начал идти вместе с Элевен в сторону выхода, громко прокричала ему вслед:       — Ты грёбаный party breaker, Уилер!

***

      Майк поймал такси и отвёз Эл к ней домой.       Девушка, которая всё это время отчаянно боролась со сном, всё-таки уснула ещё на половине пути, обняв рядом сидящего Майка и чуть вздрагивая от прохладного воздуха, пробивавшегося сквозь открытое водительское окно и кусавшего её обнажённые ноги, руки и зону декольте.       Когда они приехали, было около одиннадцати ночи. Машины Хоппера, на удивление, на подъездной дорожке не было — возможно, он ночевал сегодня у Джойс.       Конечно, шериф всё ещё цапался с Уилером по поводу слишком близких контактов между Майклом и своей приёмной дочерью, но тем было уже по семнадцать-восемнадцать лет, и он всё-таки понял, что его время супер защитного отца, как таковое, уже давно вышло.       Поэтому, видимо, он и не сторожил, как пёс, свой дом, прекрасно понимая, что двум влюблённым нужно будет уединиться. И пусть лучше они сделают это под крышей и в нормальной обстановке, чем где-нибудь в лесу на земле. Хоппер знал — они ведь всё равно сделают, запрещай он им или нет.       Но на самом деле у Майка, который изначально строил одни планы на вечер, теперь были совершенно другие намерения — просто довести Эл до кровати и уложить её спать.       В общем, так он и сделал, открыв её ключами дверь и буквально дотащив её до её спальни.       — Ма-а-айк… — тихо протянула она, когда он осторожно снял с неё не слишком комфортное для сна болеро и повесил его на спинку стула.       — Что? — устало выдохнул Уилер, начиная сосредоточенно расстёгивать замочки на её босоножках.       У него не было никакого желания с ней ругаться.       — Давай займёмся любовью…       Он удивлённо посмотрел на неё, всё ещё сидя на корточках возле кровати, пока Эл, приподняв голову и уперевшись локтями в матрас, разглядывала его затуманенным взором.       Майк криво улыбнулся.       — Лучшие друзья ведь таким не занимаются, Эл.       Та недовольно заскулила, давя на жалость и пытаясь затянуть его на себя, но Уилер мягко высвободился из её захвата.       — И спят друзья тоже в разных кроватях. Спокойной ночи, Эл. — Он коротко поцеловал её в лоб, прежде чем выйти из её комнаты, прикрыв за собой дверь.       — Майк?..

***

      Конечно, Майк не пошёл к себе домой.       Он просто устроился на первом этаже — Хопперы уже как год переехали в новый маленький двухэтажный домик, — перед телевизором, разбирая свои подарки.       Конечно, он был немного огорчен тем, как в итоге закончился его так идеально начавшийся День Рождения, но и винить Эл он не желал — она была прекрасной девушкой, которая организовала в одиночку всю вечеринку, заморочилась с его новыми часами, приехала с домашним маффином рано утром, чтобы первой поздравить его. А то, что у них не произошёл ещё и праздничный секс, уже не так важно. Да и не хотел он пользоваться её не совсем вменяемым состоянием.       Сам Майк был почти трезвый. Конечно, он выпил немного чистого джина, но он рассчитывал на определённое развитие событий после вечеринки, поэтому прекрасно соображал и координировал свои действия. Хотя при этом градус в его крови не давал ему уснуть, заставляя бессмысленно бодрствовать перед экраном телевизора почти всю ночь.       Он щёлкал каналы, надолго не останавливаясь на каком-то конкретном. В голову лезли разные глупые мысли по поводу их с Эл отношений, но он их быстро отгонял, не желая нагружать себя подобным в эту ночь.       Ближе к четырём утра, когда за окном уже едва стало светать, он услышал тихие шаги, спускающиеся со второго этажа.       Вскоре рядом с ним осторожно присела завёрнутая в простыню сонная Элевен.       Майк уменьшил звук на телевизоре, но оставил его включённым, чтобы на них падал хоть какой-то свет, и внимательно посмотрел на свою девушку.       Она уже успела снять своё красивое чёрное платье — а оно действительно было очень красивое, хотя и простое, но оно невероятно шло её точёной фигурке, — и завернуться в свою тонкую простыню, которой он накрыл её, прежде чем уйти.       Её праздничная укладка потеряла свой презентабельный внешний вид, а волосы чуть спутались и распушились. Блеск больше не украшал её пухлые губы, а браслет был заботливо упакован обратно в бархатную коробочку.       Теперь она была больше похожа на ту невинную и по-детски наивную Элевен, к которой он приходил каждый день после Снежного бала, чтобы провести с ней как можно больше времени.       — Привет… — он первый нарушил тишину, но при этом не сдвинулся с места.       — Привет… — глухо отозвалась Эл, виновато потупив взор и чуть нахмурившись.       — Как самочувствие?       Элевен украдкой посмотрела на него, закусив губу.       — Уже лучше, спасибо…       — Всегда пожалуйста, — Майк неловко улыбнулся и пожал плечами.       Разговор не клеился.       Но наконец-то Эл глубоко вздохнула и придвинулась чуть ближе, кладя свою ладонь на ладонь Уилера.       — Прости, — прошептала она, доверчиво заглядывая ему в глаза. — Я вела себя как полная дура.       — Всё в порядке, Эл, честно. Тебе не о чем жалеть.       Но Хоппер отрицательно покачала головой, посмотрев вниз, на их сцепленные ладони, и начала задумчиво поглаживать его костяшки.       — Нет, не в порядке. Я вела себя отвратительно. Это был твой День Рождения, а я напилась и говорила всякую чушь.       — Эл… — попытался вставить хоть слово Майк, не желая, чтобы его девушка корила себя за вчерашний вечер, но она упорно продолжила:       — Нет, выслушай меня. Я виновата перед тобой за то, что случилось. Вся эта дурацкая игра… Прости. Я действительно перегнула палку. Конечно, я считаю тебя своим другом, но это определённо не те чувства, что я испытываю к ребятам или Макс. Ты гораздо важнее для меня, чем они, потому что ты мой парень. И мне очень жаль, что я дразнила тебя всё это время. Я не имела в виду ничего подобного, честно. Ты единственный для меня. И я люблю тебя.       Эл безотрывно смотрела на его крупную ладонь, увлечённо поглаживая его кожу, стыдясь посмотреть ему в глаза и увидеть там разочарование.       Да, ещё вчера вся эта ситуация казалась ей лишь весёлым и безопасным развлечением, но сейчас она искренне жалела о том, что сделала. Она не имела права так шутить с чувствами Майка.       И вдруг она почувствовала, как он мягко, но настойчиво приподнимает её лицо за подбородок, вынуждая посмотреть ему в глаза.       И, к её величайшему облегчению, она не увидела там ни капли сожаления, презрения или недовольства. Лишь безграничную любовь, преданность и восхищение.       — Эй, я ни в чём тебя не виню. Ты вчера хорошо провела время, и это единственное, что важно для меня. — У неё на глаза навернулись слёзы от того, насколько замечательным был на самом деле её парень. — Но я принимаю твои извинения. Спасибо за чудесный День Рождения.       Он уверенно наклонился к ней и поцеловал её в губы.       Этот поцелуй не был наполнен страстью или вожделением, только лишь безграничной любовью и нежностью.       Эл не смогла сдержать слёз, обхватывая Майка за скулы и зажмуривая глаза. Он был слишком идеальным парнем. Самым лучшим из всех, что можно пожелать.       И Элевен не уставала благодарить тот день, что свёл их вместе.

—**—**—**—

      Примечание автора:       «Ты ведь просто мой друг, в смысле, как мой лучший друг друг¹» — на английском эта фраза была бы более корректной и звучала бы как «You're just my friend it's like my best guy friend».       «…чёрно-белый шейный платок²» — кому интересна одежда Элевен: https://ibb.co/jhCjSL9 (страница из журнала «Burda Moden» за 1988 год).       «Friendship goals³» — в грубом переводе означает нечто вроде «Самые лучшие дружеские отношения».       «Party breaker⁴» (дословно — «разрушитель вечеринок») — это человек, который своими действиями нарушает всё веселье.