Учиться, учиться и еще раз мучиться

      Неделя перед Играми была насыщена тренировками, сломанными костями и походами по ночам в библиотеку. Если драками меня уже не удивить, то поход в храм знаний принес некие плоды, как для моего развития, так и для развития Дема, который сопровождал меня. Демон слишком много за меня волновался из-за ректора, который не упускал шанса меня вывести. То одно ему не так, то другое, еще и в общую столовую стал ходить и сверлить меня взглядом. Из-за Зерцела я стала жутко дерганой и раздражительной, легкое замечание в мою сторону, и я достаю меч. Парням еле удалось удержать меня от убийства профессора Дерти, преподающего у нас защиту от светлых сил. Я даже поварихе угрожала вилкой… Занесло меня жестко, что Вель-ду даже намекнул на смену капитана команды, за что и получил по голове от Димона. Некромант был раздражен не меньше меня, каждый день ректор забирал его для какой-то проверки умертвий. Мало что ли некромантов в Академии? Как оказалось действительно мало, всего два, и те теоретики. Ужас, как вообще можно быть некромантом-теоретиком? Я думала, что все некроманты это практики, которые не боятся смерти и готовы ее принять, а нет. Магистра Шерти вырвало, когда тот увидел простенькое умертвие голима, которое еще на первом курсе делают. Вообще-то да, неделька вышла насыщенная.       До игр остался день. Потому ночью я потащила Дема в библиотеку, где заранее подготовила кое-какое оборудование. В закрытой части библиотеки при блеклом свете магической сферы я сверялась со списком ингредиентов для зелья, пробуждающего истинный облик.       — Чарадея, одумайся, — молил меня Дем, повторно читая книги про василисков.- Зерцель просто одаренный. Такое среди всех рас есть.       — Нет, — протянула я и взяла веточку буй-травы.- Он не василиск! У василисков темно-серая чешуя и глаза обычно желтые, причем у всех. А у этого чешуя серая, и глаза тоже. Он, наверное, перевертышь.       — Предположим, он такой, то, что ты будешь делать? Перевертыши в истинной форме будут страшнее болотниц раз так в сто, — парень посмотрел на меня скептически.       И ведь он прав! Что я буду делать, если ректор такой?       Перевёртыш нацеленный на боевого мага… Опытный, злой и сильный перевертыш нацеленный на недоученую боевую магиню с темным даром, который еле проявляется и не может ничем помочь… Как не смотри, а печально. Меня либо убью, либо изнасилуют, либо насильно женят на себе, ну или все и сразу. Печально.       Хотя, наши не пропадают!       — Если я докажу, что он перевертышь, то смогу обвинить его хотя бы во вранье, а там по накатанной, — выдала я и начала перемалывать травы в глиняной миске.       — Если все обобщить, то ты решила действовать по ситуации, — подвел итог Дем, причем правильно.- Чара, из-за тебя я скоро поседею.       — Демоны не седеют, — сказала я и добавила в чашу пару щепоток правда порошка.       — И откуда такие познания?       — В красной книге в третьем секторе на шестой полке есть раздел о расах с замедленным старением, там и василиски, и демоны, — отчеканила я и добавила жидкого золота в чашу.       Странная субстанция засветилась и приобрела образ пилюли, небольшой и золотой. Вроде просто, а вот сработает оно или нет, я без понятия. Испытать не на чем и не на ком.       -И как ты хочешь это, — Дем уже стоял рядом и недоверчиво смотрел на результат моих трудов, — Зерцелю незаметно подсунуть?       — Как-нибудь, — ответила я.- Может в еду?       — Заметит.       — В воду? — почесала я затылок.       — А оно растворяется?       — Без понятия, — я взяла книгу, которая лежала рядом, быстро пробежалась по тексту глазками, нашла искомое и улыбнулась.- Растворяется!       — Ну, тогда в воду можно. Но только как? Вряд ли Зерцель неожиданно захочет попить воду, которую ему предложишь ты, особенно после той выходки с мечом к горлу.       Я нервно засмеялась. Да уж, как всегда не проблемы ищут меня, а я сама их на себя беру. Я же вроде как лучше хочу, а выходит как всегда.       — Слушай, а ректор живет в общем корпусе учителей или отдельно? — дзынькнула идея в моей головушке.       — Отдельно, у него небольшой дом на территории Академии, за учебным корпусом, если не ошибаюсь.       — А там разве не лаборатория некромантов? — удивилась я.       — Нет, некроманты в склеп ходят. Ты разве не знала? — склонив голову к плечу, Дем странно улыбнулся.       — Я хожу на курсы, но в лабораторию меня не допускают, — пожала я плечами.- Типо дар плохо развит, не дай Тьма, подниму там всех.       — А ты можешь?       — Не пробовала, — протянула я и мысленно поставила себе галочку около пункта: «Проверить эффективность темного дара с поднятие всех умертвий в радиусе ста метров».- Ладно, Дем, погнали к дому ректора. Устроим ему ночной визит.       Схватив пилюлю и растерянного демона, я выбежала из библиотеки. Ну, как выбежала, сиганула со второго этажа спящей библиотеки прямо в куст роз, без шипов к моему большому счастью. Дем настолько был в шоке, что еле перебирал ногами, хотя вроде ничего себе не сломал.       По кустам в кромешной темноте под вой сторожевых призрачных псов я с Демом метко и верно пробиралась к небольшому двух этажному дому ректора. Скромное без лишнего размаха здание не сразу говорило, кто его владелец, но элегантно появившийся на пороге ректор без рубахи и в поту, отвечал за него. Зерцель, кажется, устроил себе ночную пробежку или тренировку, так как по другому такой вид, пусть и в темноте, не объяснить. Мельком я заметила, что в учебном корпусе в окно второго этажа выглядывала целая охапка из трех девиц с подзорной трубой, кажется, некроманток.       — Ах, как хорош, — прощебетала одна девушка с черной косой, смотря в трубу.       — И не говори, — согласилась другая девушка с длиной челкой, отбирая трубу.       — Эй, я тоже хочу, — девушка со стрижкой под мальчишку забрала трубу себе. - Ох, поскорее бы он умер, я бы с удовольствием покопалась в его внутренностях.       Я и Дем в шоке смотрели на эту странную троицу из кустов. У меня даже матерных слов не было, чтобы обрисовать это во всех чертах. Мне, конечно, Зерцель не нравится, но не настолько, чтобы в его внутренностях копаться… Или это у них из-за любви? Бе!       Неожиданно они стали быстро забирать друг у друга подзорную трубу и шипеть друг на друга, как фурии. Девушка с косой так усердствовала, что выпала в окно и упала в аккурат по правую руку от меня.       — Твою ж, — проговорила девушка, пока не поняла, что в кустах не одна.       Она хотела заорать, но я вовремя заткнула ей рот, приставив кинжал к горлу.       — Тишина или смерть? — поинтересовалась я с самой убийственной улыбкой.       Некромантка суть вопроса поняла сразу, потому просто выпучила глаза. Вблизи девушка была похожа на воблу. Худющая, как спичка, бледная настолько, что складывалась ощущение, что она сейчас начнет с луной в яркости соревноваться. Глаза большущие темные, да еще и один глаз дергается, а нос такой, что орлы рядом комплексовать начнут.       — Дем, проводи-ка эту летунью до общаги и про подружек ее не забудь, — сказала я, здраво понимая, что стоит ее одну оставить такой визг подниматься, что капут моей операции.       — Уверена? — Дем выглянул из-за моего плеча, рассмотрел девушку. - Пум-пубум. Хорошо, но ты ждешь меня.       — Отлично, — проговорила я и незаметно скрестила пальцы. Демон, как-никак, лучше подстраховаться.       Дем скрылся с непонятной для моего понятия некроманткой, а я выдвинулась к дому ректора. Тот уже давно зашел. Домик ректора не был огорожен забором или оградой из кустов. Вот просто бери и заходи. Неужели ректор настолько уверен, что в Академии психов нет?       На мое счастье, окно на первом этаже было открыто. Я без зазрения совести забралась в открытое окошко и попала в гостиную. Светлая просторная комната не то, что кабинет Зерцила в ректорском корпусе. Это место не наводило ужаса, ну, только, что мой портрет, который висел над камином. С этого я прифигела во всех смыслах. Это же ужас! Кому нужен мой портрет?! Ну, кроме, моего отца, конечно. Что-то я не помню Зерцеля в списке моих родителей.       Хозяин всей этой шизы, был на втором этаже. По плеску воды поняла, что он в душе. Тихо поднялась по лестнице и зашла в приоткрытую дверь. Опаньки, спальня! На этом мое счастье кончилось. Портреты, портреты, портреты и все мои! Шизик, чистый шизик!       Сама комнатка, ничего, если убрать все двадцать моих портретов. Светлая спальня в постельных тонах с большими окнами, которые украшали плотные шторы, которые почти волочились по полу. Кровать ректора внушила мне легкий страх, большая с пологом. Да на ней человек десять без проблем улечься могут. В комнате также была пара тумб, кресло у окна, рядом с которым стояла небольшая столешница с еще одним моим портретом, книжный шкаф, шкаф с разным алкоголем и, разумеется, камин. Мило, уютно, страшно…       Прижав кулак с пилюлей к груди, подошла к тумбе около кровати. На ней, как раз, стоял стакан с водой. Кинула пилюлю, проследила за тем, как та растворилась и уже хотела сбежать. Но из коридора послышался свист и шум шагов. У меня инфарк! Я в логове психа ректора, одна, хоть и с оружие. Хотела выпрыгнуть в окно, но или я разобью стекло и привлеку кучу внимания, или замучаюсь открывать окно, и меня поймают на месте. Недолго думая, своей умной головушкой, спрятала за шторы.       Зашел, определила это по скрипу двери, дальше ориентировалась с трудом. Должна отдать должное, ректор ходит слишком плавно и тихо. От незнания насколько близко он ко мне мурашки дружно ходили по телу и вопили, что пришла мне крышка. Услышала звук стакана, который поставили на тумбу. Мне стало еще хуже, так как я не знала, как поведет себя Зерцель под действием снадобья. Хоть бы он не был перевертышем. Спаси меня, Тьма!       Следующим, что я услышала, был скрип кресла, в которое сел ректор. В крохотную щель я увидела, что Зерцель сидел в кресле и потирал виски. В одном полотенце на бедрах мужчина сидел, ничего не стесняясь, а надо бы. Закинув ногу на ногу, он устало закрыл глаза, пару раз поморщился, открыл глаза и взял одной рукой мой портрет со столешницы, опираясь щекой на другую руку.       — Как же ты меня выводишь, — проговорил ректор портрету.       У меня вытянулось лицо, так как я не ожидала такого уровня шизы.       — Вот зачем ты целый день таскаешься с этим демоном? Он же и ногтя твоего не стоит. Темный, грязный демон. Признаю, у него есть родословная, но чем я хуже?       Я пойму все, но разговор с моим портретом не входит в мое все.       — Я готов весь мир склонить к твоим ногам, казнить дурочка Ритора, ради тебя, а тебе демона подавай. И что ты такого услышала в его груди? Он же демон, а у них нет сердец!       Шиза-шиза, она такая. Офигеваю я капитально, как после того, как в Димон оживил желе в столовой.       — Я слышу твои мысли на расстоянии и понимаю, что сейчас ты думаешь обо мне. Мне, конечно, это льстит, но не могла бы ты не называть меня психом?       И вот вопрос, понял ли он то, что знаю я, но мысленно не проговариваю. Хотя не буду думать, пусть думает сам.       — Странная ты, Чара, — усмехнулся Зерцель, все смотря на портрет.- Странная и доверчивая. Только почему-то не тем доверяешь.       Не ваше дело! Нашелся учитель! Кому хочу, тому и доверяю! Ох, как хочется показать язык, но прикрытие обязывает стоять столбом и сливаться со шторкой.       Неожиданно Зерцель замер, посмотрел прямо на меня, что сердце стало биться раз в шесть быстрее. Он хотел встать, пошатнулся, сел обратно и… заснул. Вот просто взял и дал храпун. Я как бы тут, а он как бы спит… Поблагодарив всех темных богов, я вышла из-за шторы и направилась к двери, но резко остановившись посмотрела на ректора.       А точно ли он спит? Как можно уснуть, если человек, портретами которого завешана вся спальня, радом? Я осторожно подошла к Зерцелю и прошептала:       — Магистр…       Не ответил, даже не дернулся. Неужели пилюля усыпила?       Я осторожно ткнула пальцем в руку ректора, и снова ничего. Разыгралось детство в жопе. Я достала из кармана брюк магическую ручку и, тихо хихикая, начала разрисовывать лицо магистра. Спасибо, папа за опыт, как-никак, а ты был хорошим тренажером. Разрисовав лицо ректора в стиле «я клоун из заезжего цирка», я почти смеялась вслух. Понимая, что такими темпами я разбужу спящего красавца, собиралась уйти… Вот именно, что я собиралась. Меня схватили за руку.       Больно это первое, холодно второе. Я повернулась к ректору.       — Не перевертыш, — единственное, что я успела сказать.       Бледный, как снег, глаза горят голубым и чем-то диким, на щеках серебристая чешуя, волосы совсем потеряли черный оттенок и стали абсолютно зелеными. Вместо ног змеиный хвост. Руки уже совсем не руки, а лапы с длинными черными когтями. Ректор высунул свой раздвоения язык, а мои глаза благополучно захотели меня покинуть. А вот сейчас представьте весь этот ужас еще и с раскраской аля-клоун. То ли мне смеяться, то ли кричать от ужаса. Тьма, где ты, когда так нужна?!       От Зерцелая веяла не просто силой, демонической силой. Настолько сильной, что ноги мои стали предательски трястись. Никогда не была трусихой, всегда могла в шутку подразнить призрачных псов, а тут трясусь, как лист на ветке. И за какие прегрешения мне досталось это?       Когда магистр поднялся, и оказался в два раза выше меня, я захотела в обморок. Вот взяла и захотела! Мне можно, я девушка, как-никак. Только кто меня в этой ситуации туда пустит.       Серые глаза, блестящие ярко-голубым, делали во мне дырки, как будто я мишень. Как там нас учили… Если на вас напал медведь, притворитесь мертвым… А если напал неадекватный ректор, тоже надо мертвой претвориться? Не знаю, что посоветовал бы учебник, но вариант с мертвой навиться мне сейчас больше всего, тем более обморок меня уже ждет.       Я начала благополучно падать, теряя сознание, но холодные руки на талии мгновенно привели в чувства.       — Отпустите! — забрыкалась я, ногами и руками отталкивая от себя Зерцеля, но тот лишь шипел, демонстрируя свой язык.       Неадекватный змей пытался меня обнять, ну или задушить в объятьях. Мне просто его не понять.       — НЕТ! — завопила я, когда раздвоенный язык еле коснулся моего носа.       Не знаю почему, но змей резко убрал руки. Я же, не теряя времени, просто вылетела из комнаты в коридор, с лестницей церемониться не стала, поэтому, опираясь на перила, спрыгнула вниз. На первом этаже по инстинкту врезалась во входную дверь, но та была закрыта, а открывать ее времени не было.       Змей не стоял на месте и полз за мной. Медленно преследуя, давая мне испытать спектр всех видов страха, как будто мне и этого мало. Он и смеялся, и шипел, и что-то бубнил на неизвестном мне языке, а я знаю двадцать языков! Меня трудно чем-то удивить, но этот язык, уж точно удивил. Шипящий, что-то среднее между эльфийским, демоническим и змеиным.       Я ломанулась в гостиную, там с разбегу дельфинчивом прыгнула в окно, сделала кувырок по траве и побежала в том направление, в котором собственно и была. В лес, в темный лес! Разбив на ходу прозрачный щит, я бежала, не оглядываясь назад, в самое темное место леса. Пробежав по моим расчетам километров пять, остановилась, чтобы отдышаться, предварительно достав родовой меч. Каждый шорох пугал, в частности мне не нравился холод в лесу. Странно, но стволы деревьев вокруг меня покрылись инеем. Стало жутко холодно, что меня начало трясти не только из-за страха.       Ком застыл в горле, что я чуть не задыхалась.       Прислушавшись, поняла ужасное, гад не по земле ползет и не по деревья. Он под землей! Я заметила трухлявый пень, с которого вполне могла бы осмотреться. Побежала к пеньку, но змей вылез прямо передо мной. Он схватил меня за горло и прислонил к ближайшему дереву. Я хотела замахнуться мечом, но Зерцель отмахнулся от него, как от мухи и так хорошо, что меч оказался в пеньке. Я не добежала, хоть меч добрался…       Я вцепилась в руку бешенного ректора и уперлась ногами ему в живот. Горло морозило, что страх расходился по коже еще быстрее, чем до этого. Когда кислорода осталось всего на два вздоха, я перестала брыкаться и посмотрела обессиленными глазами на магистра. Клоунской раскраски уже не было, а вот глаза его светили ярче всех звезд, кожа казалась белоснежнее диска луны, а зеленые волосы напомнили мне детство, где я бегала по саду перед поместьем, а отец, читая газету, сидел в беседке и с улыбкой наблюдал за мной.       Я иронично улыбнулась. Неужели смерть и вправду показывает лучшие моменты жизни? Тогда, где победы на ринге, пьянки с парнями из группы в трактирах и тавернах, мой первый визит в Имперский дворец? Где все то, что греет душу?       Когда холодные когти начали сильно давить на шею, я уже ничего не видела. Все было размыто и не так ощутимо.       Неожиданно Зерцеля снесло в сторону от меня. Я упала на колени и смогла дышать. Кислород моментально вернул краски, очертания и ощущения. Мне больно, холодно, я в бешенстве. Я быстро схватила меч и хотела уже пойти на Зерцеля, но меня остановили со спины.       — Пустите, я прибью гада! — кричала я.       — Успокойся! — меня резко развернули и прижали к груди.       Дем поглаживал по волосам, которые уже совсем не напоминали косу, и напряженной спине.       — Тихо, Чара, тихо, — повторял демон.- Он тебя не тронет. Больше никогда не тронет… Я рядом. Слышишь?       — Слышу, — прохрипела я, слушая тихое сердцебиение.- Почему, ты так долго?       — А ты почему пошла без меня, — меня ущипнули в бок.- Я же тебя попросил, подождать меня.       — Ну…       — Без «ну»! А представь, если бы я не заметил, что Зерцель вихрем под землю зарывается. Как думаешь, сколько у тебя было бы процентов на выживание?       — Давай не будем о печальном, — я отодвинулась от Дема и посмотрела на ректора.       Он лютым зверем бился о стенки клетки, которую соорудил Дем из темной материи. Бился, рычал, шипел, пытался разбить клетку хвостом, но не выходило.       — Что с ним будет? — тихо спросила я.       — Ну, я подержу его еще в клетке, но в его доме. К утру должен прийти в норму. Есть вероятность, что он ничего не будит помнить.       — Это для меня хорошо.       — Нет, Чара. Воспоминания будут приходить медленно и с сильной болью. Я расскажу ему все, подготовлю к приходу воспоминаний.       — Ладно. Ты к завтрашним играм будешь готов?       — Да, клетка сил много не берет, еще и поглощает его вспышки. Я буду в норме, а вот тебе надо поспать. Я открою для тебя портал.       — А как же барьер? — удивилась я.       — Ты сломала его, пока бежала. Все же не так бесполезен твой дар.       — Ну, хоть что-то, — цокнула я языком.       Дем открыл для меня портал. Я уже сделала шаг, но парень меня остановил, поцеловал в лоб и только после отпустил. В свое комнате я смогла выдохнуть. Безопасность, вот что я ощущала. Больше ничего…       Кифы, как и всегда по ночам, не было, поэтому я без лишних объяснений сходила в душ и легла спать лишь с одной мыслью — забыть поскорее все как страшный сон.