Естественное решение

6 февраля 2011

      При иных обстоятельствах это можно было бы назвать семейным просмотром кино. Трое подруг под конец выходных собрались в одной комнате, чтобы посмотреть старую, но до сих остающеюся классической фантастику. Приятная компания, красивый фильм, увлекательное обсуждение – самое то для позднего воскресного вечера.       Правда, собравшиеся не отдыхали. Они вообще были слишком высокого мнения о себе, чтобы тратить время на такой вид отдыха. Они считали, что определяют будущее мира – и были не так уж далеки от истины. И да, фильм имел к этому будущему самое непосредственное отношение.       Одну из женщин знали все. Правда, в двух непересекающихся ипостасях: как прославленную Александрию, одну из героинь Триумвирата, и как директора Службы Контроля Параугроз Ребекку Коста-Браун. Если бы СМИ узнали, что это одно и то же лицо… Впрочем, помимо неуязвимости и полёта, Александрия обладала ещё и способностями Умника, позволяющими совмещать эти должности. Пока что (вот уже не первое десятилетие) она справлялась.       О второй из присутствующих – темнокожей женщине в белом лабораторном халате со странным прозвищем «Доктор Мама» – знали немногие. В основном – те, кто, поверив смутным обещаниям и слухам, решили купить суперспособности. И в основном покупки совершались успешно. Впрочем, слух о «суперсилах из флаконов» так и оставался городской легендой. У Котла были свои способы сокрытия информации.       О темноволосой женщине в чёрном деловом костюме не знал практически никто. Впрочем, если бы кто-то задался малоосмысленной целью составить список самых-самых-самых могущественных паралюдей – эта женщина наверняка бы его возглавила. Нет, у неё не было неуязвимости Александрии, огневой мощи Легенды, могущества и универсальности Эйдолона. Её суперсила всего лишь рассчитывала Путь до поставленной цели. До любой теоретически возможной цели (с несколькими мелкими, но принципиальными ограничениями). Ну и заодно управляла своим носителем, позволяя пройти этот Путь с ювелирной, идеальной точностью.       Страшная способность, если задуматься. Причём не только для других, но и для своего носителя.       Учитывая, что в комнате собрались далеко не все члены Котла, поневоле задаёшься вопросом – чем же занималась эта таинственная организация? К чему стремилась, учитывая имеющиеся ресурсы?       На мелочи они не разменивались. Спасение мира – вполне достойная цель для тайного общества!       И сегодня для спасения мира трём женщинам приходилось смотреть старый фантастический фильм, выпущенный на экраны ещё до появления Сына. Казалось бы – зачем?! Пусть он был хороший, пусть душевный, пусть некогда популярный и даже культовый – столь занятые особы наверняка могли потратить время с куда большей пользой.       И тем не менее, они смотрели «Новую надежду». Доктор Мама – со спокойным любопытством. Александрия – с полным вниманием, не упуская ни единой мелочи. Контесса… кто вообще мог сказать, о чём думала Контесса? И, если уж на то пошло – думала ли она в тот момент хоть о чём-то?       А на экране бушевали звёздные войны. Звёздный разрушитель преследовал свою добычу, два забавных дроида скитались по пескам Татуина, Хан Соло стрелял первым, Дарт Вейдер вразумлял нерадивых подчинённых.       И наконец – под угрозой гибели родной планеты Лея призналась, что главная база восстания находится на Дантуине. Гранд-мофф Таркин приказал продолжать испытания. Операторы начали колдовать над старомодными, смешными даже рычагами и кнопками. Восемь зелёных «лучей» слились в один, который понёсся к бело-голубой планете…       Планета взорвалась. Превратилась в огненный шар, который распух, раздался в стороны, породил огненное кольцо в районе экватора и потух, оставив после себя облако искорок.       Красиво. Впечатляюще. Отлично снято, особенно для тех лет. Правда, сейчас, учитывая прогресс в компьютерных технологиях, и не такую картинку нарисовать можно. И уж подавно не стоит воспринимать её всерьёз. Планета – весьма устойчивое небесное тело, никаким «суперлазером» её не взорвёшь. Глупо полагать иначе. Глупо же, да? Глупо?       Доктор Мама поставила фильм на паузу и задумчиво произнесла:       – Интересно, этого хватит?       Разумеется, глупо. Вот только Контесса уже подтвердила: да, Тейлор действительно сможет создать турболазер с энергией выстрела в десять мегатонн и частотой стрельбы раз в две секунды. И космический корабль тоже сможет построить. С супероружием оставались некоторые сомнения – с использованием только земных ресурсов его было не построить, а происходящее в космосе Путь, увы, не видел.       Картинка на экране была полным, совершенным, абсолютным абсурдом. Но собравшимся женщинам приходилось работать как бы не с более абсурдными вещами.       – Даже этого может и не хватить, – ответила Александрия, – но «Звезда Смерти» – не единственное супероружие «Звёздных войн», хоть и самое известное. Я сегодня взглянула на список супероружий, придуманных на Алеф, там их как грязи. Предоставить выбор, думаю, стоит специалисту, – супергероиня слегка усмехнулась.       – Что же, если нам повезёт, то Светлячок уничтожит Сына, – согласилась Доктор Мама, – если же нет, то мы хотя бы эвакуируем часть человечества в соседние звёздные системы. Главное – аккуратно сформулировать цель.       После короткого молчания Александрия спросила:       – Контесса, ты можешь построить Путь, не нарушающий наши текущие цели, при котором Светлячок в течение полугода приступит к созданию супероружия, способного, по её мнению, уничтожить Сына?       Опять молчание. Тягучее, вязкое. Секунды тянутся как патока. Если Контесса сейчас опять ответит «Нет Пути»…       – Путь построен.

10 мая 2011

      Даже спустя два дня в произошедшее чертовски трудно поверить.       Картинка всплывает в памяти, стоит лишь немного отвлечься. Я сижу за пультом в центре управления, лихорадочно стуча по кнопкам и двигая переключатели. Балансирую, оптимизирую, выгадываю крохи энергии. Спасаю город. Пытаюсь спасти.       Я в самом деле верила, что у меня получится – или просто отказывалась принимать поражение? Не знаю. Тогда я над этим не задумывалась. Тогда я просто радовалась, что дисраптер всё-таки смог достать ублюдка, что щит потихоньку восстанавливается, что с каждой прошедшей минутой вероятность появления Сына всё выше…       А потом Левиафан снёс щит одним-единственным ударом – и силу этого удара мне просто страшно представить. Он с огромной скоростью пронёсся по улицам города, одним движением разорвал дополнительный дефлекторный щит вокруг центра управления, а потом я провалилась вниз, и портал закрылся над моей головой. Закрылся, отрезав меня от Броктон-Бей, оставленного на поживу Левиафану.       Города, в котором я родилась и выросла, больше нет. Триста тысяч человек. Из-за моих действий погибло триста тысяч человек. Число жертв настолько велико, что это воспринимается… просто как число.       И в этом числе виновата я. Знала же, что Губители иногда атакуют Технарей, пытавшихся сделать что-то… масштабное и изменить жизнь к лучшему. Не всегда, не каждого Технаря в мире, но временами такое бывало. Достаточно вспомнить историю Сферы, превратившегося в Манекена и вступившего в Бойню Номер Девять. Знала. Но – понадеялась, что справлюсь. Справилась, называется…       Я ищу у себя ошибки, пытаюсь понять, что нужно было сделать лучше. И не нахожу. Любой сценарий разбивается вдребезги.       Вместо одного щита создать множество, построить эшелонированную оборону? Левиафан показал, что менее мощных щитов он вообще не замечает. Построить больше репульсорных платформ? У меня были репульсорные платформы с лазерными пушками. Одна струя воды – и нет ни платформы, ни пушки. Сосредоточиться на постройке турболазеров? Не факт, что справилась бы, да и щит бы укрепить не успела. А стрелять из турболазера без нормального стационарного щита – значит, угробить город ещё вернее Левиафана. Да и не факт, что он помог бы, раз даже дисраптер не справился. Создать супероружие? Да я даже со вшивым турболазером не справилась! Кажется, единственная рабочая стратегия – сделать для каждого жителя по репульсорному ранцу, чтобы они все дружно взлетели по команде и за десять минут улетели из обречённого города.       Губитель. Просто. Тупо. Сильнее.       Я недооценила противника. Опять. В прошлый раз погиб Оружейник, в этот раз всё вышло гораздо, гораздо хуже.       Отсюда следует вывод, который пугает до чёртиков. Губители сдерживаются. Экономят энергию, атакуют не в полную силу. Если бы Левиафан бил так же, как во время прошлых своих визитов – я бы справилась. Щит, по крайней мере, продержался бы дольше. Его вообще можно было обстреливать из артиллерии с утра и до вечера. Он бы даже атомный взрыв выдержал бы. Не мультимегатонный, конечно, но килотонн двести – вполне.       А вот Левиафана – не выдержал.       В памяти всплывают лихорадочные объяснения Сплетницы. К этой злодейке я отношусь довольно настороженно, хотя пару раз в сложных ситуациях она давала весьма ценные советы. Но в тот раз… просто не приняла её слова всерьёз.       Нет, я поверила в отсутствие уязвимых органов у Губителя и в разделение его тела на слои, каждый последующий из которых прочнее предыдущего. Вполне согласуется с данными наблюдений. И в то, что на полтора процента к ядру основного тела и головы прочность тканей Левиафана сравнима с бором, я тоже вполне поверила. Просто решила, что рано или поздно этот степенной рост заканчивается. Ну не может же прочность в ядре составлять десять в степени пятьдесят-с-хвостиком мегапаскаль, это просто абсурдно!       Собственно говоря, я до сих пор в это не верю. Думаю, где-то в глубине тела рост плотности останавливается. Но очевидно, что Губители гораздо, гораздо прочнее, чем все думали. На много порядков прочнее.       За два месяца я не создала ничего, способного победить этого хтонического монстра. Да и не смогла бы создать. Слишком мало времени и ресурсов. Если бы не помощь Котла, я бы погибла.       Ах да, в Котёл тоже чертовски трудно поверить.       Секретная организация, продающая желающим суперсилы из флаконов? Всего лишь смутная городская легенда.       Секретная организация, продающая желающим суперсилы из флаконов и занимающаяся спасением мира? Сюжет конспирологического романа, не иначе. Не имеющего ничего общего с реальной жизнью, разумеется.       Секретная организация, продающая желающим суперсилы из флаконов и занимающаяся спасением мира, в которой состоят Александрия, Легенда и Эйдолон? Это шутка. Это всего-навсего несмешная шутка.       Вот только когда эта шутка спасает тебя и твоего отца от неизбежной смерти, поневоле приходится поверить.       И возможности этой организации… поражают, и это ещё мягко сказано. Базы в иных мирах. Межмировые порталы. Суперсилы из флаконов. Борьба с грядущим через несколько лет концом света.       Последний элемент особо диссонировал. Да, Земля-Бет – не самое спокойное и безопасное место. И не самое нормальное – думаю, многие в восьмидесятом году не поверили бы, во что превратится планета через какой-то десяток лет. А в девяностом – с трудом смогли бы представить пришествие Губителей. Но «конец света» – это всё равно что-то слишком чуждое. Что-то из области высокого фэнтези, в котором встречаются Чёрные Властелины, Армии Тьмы, Кольца Всевластия и Последние Битвы. Но не что-то, что может случиться на нашей Земле!       Правда, мне сразу же вспомнились редкие оговорки Дины, которая избегала говорить о том, что произойдёт через два-три года – хотя о вероятностях на ближайший год рассказывала охотно. Тогда я сочла… честно говоря, вообще не обратила на это внимания. А сейчас вспомнила, и попросила связаться с Диной.       К счастью, Джедай выжила – её увезли из Броктон-Бей одной из первых. И к счастью, Доктор Мама пошла навстречу моей просьбе.       Тридцать четыре запятая шесть восемь один пять четыре процента вероятности того, что в период с июня по декабрь две тысячи тринадцатого года наступит конец света. Дина не знала, как и почему это произойдёт. Она только озвучила вероятность. И она пугала. Почему-то она пугала даже больше, чем круглые «сто процентов».       В Котле о грядущем «конце света» знают больше. И обещали сегодня рассказать. Чувствуется, разговор будет ещё тот.       Несмотря на всё произошедшее, я уверена, что лимит на удивления ещё не исчерпан.

***

      Он ещё даже не начинал исчерпываться.       Сын. Сын, первый супергерой, по некоторым теориям, подаривший человечеству суперсилы. Сын, спасающий людей двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю двенадцать месяцев в году. Сын, единственный парачеловек, способный гарантированно отогнать Губителя. Сын, далёкий от понятия «суперзлодей» настолько, настолько это возможно…       Что же, по крайней мере, он действительно «подарил» людям суперсилы.       Вот только «человеком» назвать его было нельзя. Даже с приставкой «пара».       Впрочем, это даже не полбеды – о нечеловеческой природе Сына размышляли многие. Но я ещё не слышала теорию, по которой он был бы аватарой злобной Сущности, намеренной в конце Цикла сожрать Землю и всех её обитателей!       Сижу за круглым столиком в небольшой, но довольно уютно обставленной комнатке, и слушаю неторопливый рассказ двух женщин. Одна из них – Александрия. Знаменитая, неуязвимая супергероиня, которую я спасла от бомбы Бакуды меньше трёх месяцев назад. Почему-то воспоминание об этом делает разговор проще. Позволяет держаться… ну не на равных, конечно же, но без того внутреннего трепета, охватывающего меня при первых встречах.       Кстати, оказалось, что в своей гражданской личности Александрия возглавляла Службу Контроля Параугроз. Правда, после всего услышанного это откровение вызывало у меня реакцию «и что с того?»       Вторую собеседницу, молодую брюнетку, я видела впервые. По словам Ребекки, она обладала способностями Умника. Контесса казалась задумчивой и печальной, время от времени на её лице появлялась грустная улыбка. И ещё она чем-то неуловимо напоминала мне маму. Женщина неторопливо рассказывала о встрече с первой Сущностью, и её слова были слишком фантастичны, чтобы им не верить.       Все необычные, чудесные, необъяснимые суперсилы, что начали появляться у людей тридцать лет назад – всё это было лишь частью плана двух могущественных, практически божественных существ. Лишь частью великого Цикла, повторяющегося бесчисленное количество раз на необозримом множестве планет. Цикла, в конце которого Землю и всех её обитателей ждало неминуемое уничтожение. К счастью, в этот раз у Сущностей что-то пошло не так: одна из них серьёзно пострадала при посадке на планету, и её удалось убить. Ножом. В буквальном смысле этого слова.       К сожалению, суперсила, с помощью которой удалось низвергнуть Бога, была потеряна (Контесса не вдавалась в детали, а я не решилась уточнять). К сожалению, вторая Сущность – Сын – осталась цела. К сожалению, у Сына хватало сил, чтобы уничтожить не просто Землю-Бет – нет, он мог аннигилировать все Земли, во всех измерениях, со всем человечеством.       И с вероятностью в тридцать четыре с хвостиком процентов он займётся этим трудным делом меньше чем через три года.       Не те новости, которые приятно узнавать до завтрака. Или после завтрака. Или вообще в любое время суток.       – Мы планировали – впрочем, и сейчас планируем – организовать армию паралюдей, способных бросить вызов Сыну, – вновь взяла слово Александрия. – Именно поэтому мы продаём флаконы, стремясь увеличить количество кейпов. Именно поэтому существует Клетка, в которую мы помещаем самых опасных суперзлодеев. Впрочем, сейчас речь не о наших планах, а о тебе, Светлячок.       – Я… конечно, помогу чем смогу, – вот только битва с Левиафаном показала, что я ничего толком не могу, – но я не знаю возможностей Сына… полагаю, он очень хорошо защищён? Не думаю, что турболазеры смогут нанести ему какой-то вред.       – Никто их в точности не знает, – ответила Контесса на первый вопрос, – но «золотой человек» – лишь аватара Сущности. Её основное тело лежит в отдельном измерении, недоступном для взлома агентами. Чтобы добраться до тела, необходимо уничтожить аватару, что, – Контесса пожала губы и хмуро помотала головой, – практически невозможно.       – И я имею в виду не турболазеры, – добавила Александрия.       Не турболазеры? Тогда чт…       Нет.       «На тебя работает большая часть промышленности США, в качестве базы у тебя есть альтернативная Земля с полностью сохранившимися природными ресурсами, и в случае необходимости ты можешь получить доступ к другим Землям. Соответственно, Симург и проблем с освоением космического пространства нет. Разрешены любые способы, в жертву ускорения строительства можно принести всё. Так вот, если бы ты была суперзлодейкой, за сколько бы ты успела построить первую “Звезду смерти”?»       Чёрт-побери-нет!       – Нет ни единого грёбанного шанса, что я в действительности соглашусь построить «Звезду Смерти»!       Ой. Кажется, последнюю фразу я сказала вслух.       Лицо Александрии закаменело, она поджала губы. От Контессы, напротив, веяло… сочувствием?       – Я понимаю, – мягко сказала она.       – Когда человек говорит, что понимает, это значит, что он нифига не понимает!       – Обычно это действительно так, – брюнетка грустно хмыкнула, – но в этом случае я действительно понимаю. Ты же выросла на «Звёздных войнах», Тейлор. Ты смотрела все эпизоды, и твои симпатии были на стороне хороших парней. Ты сопереживаешь тем, кто спасает жизни, а не тем, кто отнимает их, Люку и Антиллесу, а не Вейдеру и Таркину. Ни один разумный человек не станет ассоциировать себя с «Империей Зла».       Она… она действительно понимала. Контесса безошибочно показывала мне мои страхи, даже лучше, чем я сама осознавала их. При этом не насмехалась, не говорила, что они глупы, беспочвенны и безосновательны. Просто перечисляла, спокойно и сочувственно.       – Да и потом, – продолжала Контесса, – в «Расширенной вселенной» супероружие всегда было привилегией плохих парней. Империи, ситхов, Палпатина. Светлый Реван уничтожил «Звёздную кузницу». «Меч тьмы» Дурги Хатта взорвался вместе с самим Дургой Хаттом. Новая республика отказалась от «Сокрушителя Солнц» и решила спрятать его в недрах Явина. Как показала гибель Кариды, единственный недостаток этого плана заключался в том, что «Сокрушителя» спрятали недостаточно надёжно. И даже во время Йуужань-вонгской войны, когда жестокие и фанатичные захватчики из иной галактики грозили уничтожить всю цивилизацию, Кви Ксукс наотрез отказалась строить супероружие. Битва при Фондоре подтвердила её правоту. А когда уже Новая Республика применила «Альфу-Красную», это едва не привело к смерти Зонамы-Секот и абсолютной катастрофе.       Удивительно. Как редко удаётся поговорить с человеком, который и в самом деле читал мой любимый «Новый Орден джедаев»… который действительно меня понимает.       – Так что да, Светлячок, – Контесса улыбнулась, – весь твой опыт, все твои знания говорят о том, что супероружие, во-первых, неэтично, и во-вторых, бесполезно. Сказать по правде, – собеседница нервно передёрнулась, – сама мысль о реальном строительстве супероружия меня тоже… пугает.       – Но альтернатива, – возразила Александрия, – это гибель. Всех Земель, со всем человечеством.       – Но ведь вероятность конца света тридцать четыре с чем-то процента… Может, его удастся предотвратить?       Аргумент был, откровенно говоря, жалким. Но супергероиня обратила внимание не на это.       – Вижу, Джедая ты не расспрашивала. Да, если мир выживет в промежутке между июнем и декабрём 2013, вероятность конца света в следующие несколько лет будет ничтожной. Но, – голос Александрии посуровел, – если мир доживёт до две тысячи четырнадцатого года, то вероятность его гибели в промежутке между две тысячи тридцатым и две тысячи тридцать пятым составляет восемьдесят девять запятая девять восемь один пять четыре процента. В промежутке между две тысячи тридцатым и две тысячи сороковым – девяносто восемь запятая семь два три девять восемь процента.       Молчу. Цензурного ответа у меня нет. А, есть: «Вот и ожидаемые сто процентов пожаловали».       – Учитывая постоянный прессинг со стороны Губителей и возможность появления новых, единая человеческая цивилизация к тому моменту может расколоться на изолированные анклавы, а самые могущественные кейпы – погибнуть или лишиться сил. Скажу по секрету, Эйдолон уже не столь силён, как на заре своей карьеры. Конечно, мы изо всех сил постараемся отсрочить конец света, перенести его на более удобное время. Но отменить его не получится. Рано или поздно Сын решит уничтожить Землю во всех измерениях. И если армия потерпит поражение, а «Звезды Смерти» у нас не будет…       – Вы не понимаете!       Александрия замолчала. Я… накричала на неё? Да, накричала. Сейчас это не важно. Сейчас надо переубедить её, объяснить, в чём она ошибается. Сфокусируйся, Тейлор.       – Вы не понимаете. Даже если я построю «Звезду Смерти», или «Меч Тьмы», или что-то ещё, даже если из супероружия удастся выстрелить… Ведь убивают не джоули. Убивают ватты на квадратный метр. Энергия выстрела суперлазера «Звезды» или «Меча» – порядка десяти в тридцать второй степени джоулей. Площадь поражения в районе земной поверхности – область с радиусом в сотни километров. Область можно сузить, как это сделано в ЗС-два, но за счёт резкого снижения энергии выстрела. На «Звёздный разрушитель» этого хватит, а на Сына? Сколько ватт придётся на один квадратный метр его золотой аватары? В результате выстрел убьёт население планеты, но оставит в живых нашего главного врага.       Господи. Я обосновываю неприемлемость «Звезды Смерти» её… неэффективностью? Не неэтичностью, не аморальностью, не тем, что супероружие строить нельзя, не миллиардными жертвами – а её неэффективностью?       Да.       А ведь это значит, что я допустила, пусть даже гипотетически, пусть даже в рамках предположения, оружие, которое убьёт миллиарды.       Мотаю головой, пытаясь избавиться от несвоевременных мыслей, и заканчиваю:       – Более того. «Суперлазер», несмотря на название, не имеет отношения к лазерам. Его выстрел двигается… далеко не со скоростью света. Не знаю, каковы возможности Сына. Но предполагаю, что он может успеть увернуться даже от этого.       После моего ответа наступила короткое молчание. Я… смогла обосновать, почему строительство ЗС – это, чёрт побери, плохая идея?       – Тейлор, – мягко ответила Контесса, – Котёл спас тебя и твоего отца от Губителя. Защитит и от других угроз, если потребуется. Но никто не сможет спасти вас от Сына.       Ласковым, почти что материнским жестом она взяла мою ладонь в свою.       – «Звезда Смерти» не справится. А что справится?       Что справится?       Чувствую, что где-то на задворках сознания вздымается вихрь чертежей, более яростный и мощный, чем когда бы то ни было. Ведь с самого начала, с самых первых дней, когда я обрела суперсилу, выписалась из госпиталя и сделала первый набросок – мне хотелось построить что-то… большое. Что-то ультимативное. Я гнала от себя эти мысли, смеялась над ними, подшучивала на пресс-конференции, запрещала даже прикасаться к ним. Намеревалась остановиться где-то, положить им предел.       Но Губитель с лёгкостью пробил все пределы.       Александрия права. Альтернатива – всеобщее уничтожение. Контесса права. Страх перед супероружием, ощущение его запрещённости я впитала из фильмов и книг. Если вернуться в реальность, если взвесить на чудовищных весах одну планету и несчётное множество планет, миллиарды жизней и триллионы жизней… Ответ вымораживает душу и разум. Ответ очевиден.       Помню, как впервые мысленно прошла по всей цепочке от бластерных пистолетов до звёздных суперразрушителей – и остановилась. Затормозила. Позже, освоившись со своей силой и спася Александрию, я осмелилась заглянуть чуть дальше.       Но если я хочу защитить мир, хочу сделать хоть что-то – то мне придётся пойти ещё дальше.       Дальше «Звезды Смерти».