Одно лето Драко Малфоя

Как всегда по утрам приходила почта. Конверты уже лежали перед приборами, когда хозяева и гости Бриттии приходили к столу. Драко с удивлением увидел возле прибора Квисли конверт, надписанный рукой Люциуса Малфоя. - Тебе пишет отец? - Ага, и не только он. Квисли игриво показал Драко конверт, на котором стояла подпись Беллатриссы Лестрейндж. Еще ему пришла заграничная посылка. Маленький, тщательно запакованный ящичек, пестреющий марками и печатями. - Откуда? - спросил Анжелина. - Какие странные буквы. - Из России. Самому Драко родители не писали и в тот день, когда он увидел возле своего прибора конверт, подписанный рукой отца, сердце его кольнуло недоброе предчувствие. А письмо было недобрым от первого до последнего слова. - Мне нужно срочно уезжать, - сказал Драко, дочитав. - Сразу же после завтрака. - Кстати, мне тоже, - заявил Квисли. - Как, уже? - огорчилась Анжелина. - Мы оставляем вам жизнерадостный, общительный Гриффиндор. Не отпускайте их. Свозите их на Блаженный остров. Квисли говорил беспечным тоном, но взгляд его был очень серьезен. Когда они шли в свои комнаты, Малфой обратился к другу: - Ты-то куда едешь? - Прости, Малфой, снова к вам. Буду надоедать. - Квисли! - Надо, Дракон. Квисли скрылся за дверью. Немного погодя в коридоре появился озабоченный Поттер с распечатанным конвертом в руках. Не замечая Драко, он постучался в дверь Квисли и скрылся за ней. Драко пожалел о том, что не занимается подслушиванием. В лодке они не разговаривали. В голове Малфоя все время вертелись строки письма. «Драко, я пишу к тебе, как к абсолютно взрослому человеку. В твоих руках судьба нашей семьи. Ольга вернулась из России, она угрожает рассказать Лорду о планах нашего бегства, если ты не женишься на ней. Отказ означает смерть нас троих. Мы с матерью ждем тебя сегодня». За несколько дней до Бриттии. Квисли вызвал к себе Лорд. Он молча указал на кресло, и Квисли сел. Бледность не сходила с его лица, а руки слегка дрожали. Темный Лорд изучающе наклонил голову у его сторону. - Нет, таким, как вы, я никогда не был, - наконец произнес он. – Я всегда воспринимал свою магловскую часть, как человеческую, ущербную и больную, а магическую, как подлинно достойную мыслящего существа и лишенную всяких человеческих черт. Теперь у меня есть только магическая природа. Иногда я задаю себе вопрос, счастлив ли я? Не знаю. Я больше не знаю, что такое счастье и горе. Меня не терзают страсти. Перешедший предел, который называют выбором Темной стороны, знают, что зла нет. Есть твои силы и способ их приумножить. Ни колебаний, ни слабости. Любой волшебник, обладай он способностями, превышающими средний уровень, придет к этому. А ваши способности превышают средний уровень. - Мне не нужно больше сил, чем я имею, - сказал Квисли, уже овладевший собой. - Легкомыслие молодости. В вас много легкомыслия, но я помогу вам от него избавиться. Магия – ваше истинное призвание, а значит, и вы пойдете по тому пути, какой избрал я. Квисли молчал. Воландеморт подошел к нему сзади и положил ладони на плечи юноши. Квисли вздрогнул от этого прикосновения. - Вам страшно? - спросил Темный Лорд. - Чего вы боитесь? Смерти? - Не знаю. - Даже смерти не следует бояться. Я ведь был мертв. Боль, потеря близких, утрата привычного образа жизни страшат, когда не знаешь, что это такое. Переживи это один раз — и страха уже нет и не будет. Лорд помолчал. - Я не могу понять, зачем вы здесь. Вы воспользовались омутом памяти, это очевидно. Я привык к этому. Я тоже делаю ошибки. Мне следовало утаить от всех свою способность читать мысли. Тогда мне не пришлось бы угадывать, что стоит за провалами в воспоминаниях и мыслях. Все рассовывают свои мыслишки по омутам памяти, - голос Темного лорда зазвучал злобой, но сейчас же вернулся к прежним спокойным интонациям, - Но и это мне на руку, со временем ко мне пришла невероятная прозорливость. Кстати, друг мой, где Гарри Поттер? Я не что-то не ощущаю его присутствия в Англии. Вы не знаете? Квисли покачал головой. Темный Лорд сочувственно похлопал его по плечам. - Омут памяти, несомненно. Когда я приду к власти, запрещу эту вредную вещь. Воландеморт вернулся в сое кресло, подпер голову указательным пальцем и некоторое время разглядывал Квисли. Тот начал ерзать под этим взглядом. - Я ломал над вами голову, - признался темный лорд. - Я, всемогущий лорд Воландеморт не мог разрешить вашу загадку. Зачем вы здесь? Я предполагал, что вы должны что-то подкинуть мне. Возможно, яблочко-по-блюдечку. Но это ведь драгоценный подарок, а не диверсия. Ну, что ж… Я знаю, что вас послал ко мне Дамблдор. Ну, что ж, у меня есть очень осведомленные люди в Хогвартсе, которых я могу спросить о делах и намерениях Дамблдора. Замерли? Я чувствую ваш страх. Да, на вашем месте я бы тоже задрожал. Знаете, что мне ответили мои осведомленные и безусловно преданные люди в Хогвартсе? Никто не знает, зачем вас послал ко мне Дамблдор. Старикан заметно сдал в последнее время. Похоже, его старческое слабоумие прогрессирует. Вы этого не замечали? - Я вижу директора только за столом…. - Дамблдор сошел с ума, а вы жертва его безумия. Поздравляю, мой дорогой. - Могу я задать вопрос? - Да. - Почему вы не убили меня? - Убить легко… Вы знаете такой роман? Умнейшая женщина. Я хотел бы видеть ее в своих рядах. Жестокие обдуманные убийства, кровь невинных, изощренная ложь. Когда я обрету способность поднимать мертвых… Так вот, убить легко. Живой, вы будете мне полезней. Я выжгу из вас все, что мне помешает. Придет день, и вы склонитесь передо мной с искренним почтением, а не со страхом. Кстати, очень неосмотрительно с вашей стороны воспользоваться фамилией Цепеш. Цепеши древняя и горделивая семья. Они не прощают фамильярности. Смотрите, как бы в самом деле не стать одним из них. - На что вы рассчитываете? – спросил Квисли. – Вы могущественный маг, но ваших приверженцев так мало. Вам не выстоять против всего мира. - А зачем мне сражаться против всего мира? Мистер Браун, мы не в Германии с ее ограниченными ресурсами, блицкригом, да… да… это я тоже знаю. Когда же вы усвоите, мы, маги, гораздо могущественнее людей. Что передо мной все армии мира, если я могу превратить бензин в газированную воду, а порох в стиральный порошок? Смешно? А маглам будет не до смеха. Ни один танк не двинется с места, ни один самолет не взлетит, ни одно оружие не выстрелит. А я… Я сделаю миру предложение, от которого он не сможет отказаться. Кто сказал, что я буду править чрезмерно жестоко? Я уничтожу всех недовольных и не согласных, а в бессмысленных смертях я не нуждаюсь. Я даже не потерплю распрей, и на всей земле воцарится мир. Квисли усмехнулся. - Этого еще никому не удавалось сделать. - Я буду первым. И, знаете, Квисли, я ведь больше думаю о себе. - сказал Темный Лорд. – Вы думаете, Дамблдор сильно отличается от меня? Нет. Вспомните, с какой легкостью он послал вас ко мне. Он знает, что мне не составит труда прочесть ваши мысли. Он знал, что вы смертельно рискуете, но вы здесь. Так подумайте, кому служить, я не играю вашей жизнью. - Я никому не хочу служить. - Вот до этого мне нет дела, - Темный лорд снова расположился в своем кресле. - Я буду жить вечно, но мне хочется иметь учеников. Основной инстинкт, знаете ли. О, нет, я никогда не пренебрегал никакими знаниями. Наши доморощенные маги уткнулись в свои книги и рецепты и все еще по-старинке считают, что маглам нечего им сообщить. Я так не думаю, я маг новой школы, моей собственной. Кто владеет информацией, тот владеет миром. Я знаю все, что следует знать об открытиях маглов. Так вот, мне страстно хочется иметь учеников. Гарри Поттер… хорошо бы, но мне придется его устранить. Идиотское пророчество…. Драко Малфой, он мне не нравится, капризен, нерешителен, в сущности, дитя, и повзрослеет ли, неведомо.… Нет, из него ничего не удастся сделать, а вот вы мне нравитесь. - Я не хочу учиться у вас, - с нажимом проговорил Квисли. - А вот до этого мне нет никакого дела. В тот памятный день Джесси пришла в библиотеку университета, где работала летом, изумленная и напуганная встречей. Из дома она вышла в прекрасном настроении, но теперь оно улетучилось. Девушку лихорадило, болела голова. Она достала из сумочки и приняла таблетку аспирина. Что-то произошло. Что-то еще, помимо этой странной встречи. Кто этот юноша? Джесси была уверена, что не знает ни его, ни другого человека со странным именем Квисли. Опасность. Да. Она подвергалась какой-то опасности. Эти люди опасны. Но какие яркие, сияющие глаза у этого юноши, имени которого она даже не узнала, и у его отца. Ни у кого прежде она не видела таких сияющих глаз. И он смотрел на нее с надеждой. Нет, от него не исходит опасность. Вечером она снова прошла мимо этого сквера с и надеждой заглянула через ограду. Никого, похожего на юношу со светлыми волосами. Джесси почувствовала разочарование. Она вздохнула и ускорила шаги. Дома девушка включила телевизор, посмотрела старомодный фильм, сходила в душ и совсем, как будто, забыла об утренней встрече, но ночью она приснилась ей с такими подробностями, словно повторилась. За утренним чаем Джесси думала о незнакомом юноше. Что бы ей не обернуться и не посмотреть, куда он ушел, досадовала на себя девушка. Прошло несколько дней. У нее появилась привычка, проходя знакомой дорогой, обегать глазами скверик, даже заходить туда. Чудо не случалось, но однажды кто-то окликнул ее по имени. Джесси с надеждой обернулась, и, разочарованная, отступила на шаг. Это был не тот, а другой и тоже совершенно незнакомый молодой человек. - Добрый день, - с улыбкой сказал он. – извините, что подошел к вам прямо на улице, но вы очень нужны мне. Я – Квисли Браун. Джесси нахмурилась. - Я не знаю вас… - начала она и осеклась. Девушка вспомнила, где слышала это имя. «Квисли Браун», «Я друг Квисли Брауна». - Подождите… - ко мне уже подходили на улице, прямо здесь… - Да, это был мой друг, Драко Малфой. Вы его не знаете, а вот он вас знает. - Откуда? - Присядем, я вам расскажу. Квисли показал рукой на лавочку в сквере. Они уселись. - Видите ли, мы учились в вашем университете за несколько лет до вас и время от времени, не часто, приходим сюда…А о вас мы узнали от вашего декана… Кстати, вот и Драко! Он подхватил девушку под локоть и потянул за собой к остановившейся у ворот сквера черной машине. Джесси была так ошеломлена, что даже не подумала, что незнакомый молодой человек только что рассказал ей невразумительную историю и куда-то тащит. - Драко! Выходи! – весело крикнул Квисли. Дверь машины распахнулась. Вместо Драко на заднем сидении была женщина с копной смолянисто-черных волос. - Миленькая, - оценила женщина, взглянув на Джесси недобрыми черными глазами, и подняла руку с палочкой. - Петрификус... - было последнее, что услышала Джесси. «Тоталус» она уже не услышала.