Смерть с твоими глазами

Грузовик с гробницами Майклсонов грохочет по дороге, а я сижу в кабине, зажатая между водителем и Ребеккой. Клаус затаил ярость где-то глубоко внутри - это чувствуется даже сквозь металлические стенки кузова, где он сейчас сидит рядом с ещё не пришедшим в себя Стефаном. Ребекка время от времени бросает на меня колючие взгляды, и наконец я не выдерживаю: — Что тебе не нравится на этот раз? — Ты клялась, что не причинишь Нику боли, — её голос звучит холодно, как сталь. — Но ты такая же, как все остальные. Я нервно сжимаю колени: — Знаешь, что меня больше всего поражает в Майклсонах? Когда вы защищаете свою семью, вам плевать на методы. Но стоит мне попытаться спасти сестру — и я сразу предательница. Я не обманывала Клауса, просто... недоговаривала. Я действительно дорожу твоим братом. Но наши отношения вряд ли вечны, а кроме Елены и Джереми у меня никого нет. "Хотя мне так хочется верить, что между нами нечто большее", — мысленно добавляю я, понимая всю наивность этой надежды. Мы уже на подъезде к Мистик-Фоллс, и скоро весь город узнает о моих отношениях с Клаусом. Меня ждёт полное отчуждение, но я всё ещё надеюсь, что хотя бы с братом и сестрой мы останемся семьёй. Последние лучи заходящего солнца слепят мне глаза — мы уже на въезде в город. Сердце начинает бешено колотиться, и Ребекка тут же замечает это. — Да ты прямо дрожишь, — усмехается она беззлобно. — Кстати, знаешь, почему у него не получается создать гибридов? — Нет, — качаю головой, всё ещё щурясь от солнца. — Но думаю, пойму, когда увижу Елену. Ребекка резко поворачивается ко мне, её взгляд становится пронзительным: — Скажи честно: что ты на самом деле чувствуешь к Нику? На моём лице появляется горькая усмешка. Что я чувствую к гибриду? — Думаю, и так всё очевидно, — уклончиво отвечаю я, бросая взгляд на кузов. — Тем более, мы не одни. Грузовик останавливается у "Мистик Гриль". Стефан, выйдя из кузова, нервно озирается по сторонам, словно боится увидеть Елену прямо здесь. Клаус наблюдает за его реакцией с хищной усмешкой. — Начнём со школы, — заявляет он, хватая Стефана за руку. Они исчезают в мгновение ока. Ребекка берёт меня более аккуратно, и через секунду мы уже стоим у знакомого школьного здания. Оно не изменилось — всё те же серые стены, вызывающие поток нежелательных воспоминаний. — Ребекка, займись Стефаном, — раздаётся голос Клауса. — А ты, красавица, пойдёшь со мной. Его рука обхватывает мою талию, и мы оказываемся в школьном коридоре. Клаус резко отпускает меня и идёт вперёд, явно следуя за каким-то звуком. Я едва поспеваю за ним, поскальзываясь на отполированном полу. Когда мы проходим второй поворот, до меня доносится знакомый смех сестры — сердце сжимается от этого звука. Дверь в коридоре младших классов открывается, и я вижу знакомую макушку. Елена ещё не замечает нас, но когда поворачивается — застывает на месте с громким вскриком. — Вот и моя девочка, — произносит Клаус каменным тоном. — Клаус... — в её голосе смешиваются удивление и ужас. Она инстинктивно делает шаг назад, но гибрид мгновенно пресекает эту попытку. — Ты должна быть мёртвой. Думаю, мне стоит поблагодарить твою сестрёнку, — он бросает в мою сторону взгляд, от которого хочется провалиться сквозь землю. — И теперь вопрос: что нам с этим делать?

***

Клаус буквально волок нас по школьным коридорам, его голос гремел, как гром, обрушивая на Елену потоки ярости. Моё имя то и дело вплеталось в его монолог, звуча то обвинением, то насмешкой. Он резко распахнул дверь спортзала, его пальцы так сильно впились в мою руку, что завтра точно останутся синяки. Зал был полон старшеклассников, готовящих школу к традиционному Дню розыгрышей. Такое чувство, будто время застыло - они расставляли те же стаканчики с водой, что и пять лет назад. — Внимание, выпускники! — голос Клауса прокатился по залу, заставив всех замереть. — Вечеринка окончена. По домам! Недовольный ропот быстро стих, когда ученики, хватая коробки, поспешили к выходу. — Эй, вы двое, — Клаус остановил пару знакомых лиц. — Я вас помню. — Простите, а вы кто? — растерянно спросила одноклассница Елены, чьё имя я напрочь забыла. — В прошлый раз я был... не в лучшей форме, — его губы растянулись в опасной улыбке. — Дана, подними ногу. Она механически выполнила приказ, подняв правую ногу. — Если она опустит ногу, ты убьёшь её. Понятно? — Клаус обратился к парню по имени Джейк. Тот кивнул, обмениваясь с подругой недоумёнными взглядами. Я ожидала подобного, но Елена тут же вступилась: — Клаус, не надо их втягивать! — О, милая, но я просто обязан, — он перевёл взгляд на меня, и в его глазах вспыхнул знакомый огонь. — Любовь моя, чего молчишь? Не хочешь поговорить с сестрёнкой? Лёд пробежал по спине — он намеренно подводил меня к краю. — Ник, не надо, — я попыталась остановить его, не готовая к этому разговору. — А что такого? — его пальцы нежно скользнули по моей щеке, но в глазах читалась угроза. — Если не скажешь ты, скажу я. Елена переводила растерянный взгляд между нами, пока наконец не остановила его на мне. Я беззвучно прошептала «прости», но Клаус уже заговорил: — Елена, твоя драгоценная сестра всё это время была со мной. И знаешь почему? — его губы искривились в усмешке. — Мы встречаемся. Глаза Елены расширились, полные недоверия и ужаса. — Это... правда? — её голос дрогнул, в нём ещё теплилась надежда, что это чудовищная шутка. Я опустила взгляд, облизывая пересохшие губы: — Да. — Думаю, вам стоит поговорить, — Клаус разомкнул пальцы, отпуская меня, и я последовала за Еленой на верхние трибуны. Тишина между нами была густой, тяжёлой. Несколько раз Елена открывала рот, но слова застревали в горле. — Ну скажи уже что-нибудь, — наконец не выдержала я. — Хватит молчать, как рыба. — Я... не понимаю, — она повернулась ко мне, её глаза искали в моём лице знакомые черты. — Что ты к нему чувствуешь? Я горько усмехнулась, глядя в спину Клаусу, который наверняка ловил каждое наше слово. — Ты уже вторая, кто спрашивает об этом сегодня. Если честно... это не просто симпатия. Это что-то гораздо большее. — Но как? — её шёпот был полон недоумения. Я глубоко вдохнула, собираясь с мыслями: — Когда я вернулась после смерти родителей, я думала... мы снова станем семьёй. Но у тебя уже была новая жизнь — подруги, Дженна, Джереми. А я оказалась лишней. — Голос дрогнул, но я продолжила: — Деймон... он скрашивал одиночество, пока не попытался меня убить. Элайджа стал другом, но и это не спасло. А потом появился он... Я замолчала, вспоминая те моменты, когда Клаус казался единственным, кто действительно видел меня. — Он интересовался мной не как "сестрой Елены", а как личностью. Спрашивал о любимых книгах, цветах, фильмах... — губы сами растянулись в улыбке. — Он жесток, да. Безумен — без вопросов. Но он никогда не притворялся кем-то другим. И когда он предложил мне остаться... я даже не задумывалась. Тишина снова повисла между нами. Я не жалела о сказанном, хотя понимала — эти слова были скорее для Клауса, чем для Елены. — Деймон... пытался убить тебя? — её голос дрогнул. — Когда ты его отвергла, я высказала ему всё, что думала, — я машинально коснулась шеи. — Его клыки впились мне в горло. Стефан остановил его, и так я оказалась у него в долгу. Новая пауза. На этот раз я прервала её первой: — Ты осуждаешь меня, да? — Катерина, он убил Дженну! — её шёпот был полон боли. — Он убивает всех подряд! — Как и Деймон убил Джереми, — холодно парировала я. — Как Стефан убивал, когда терял контроль. Они все убийцы, Елена. Но тебя никто не осуждает за выбор. Чем я хуже? Этот вопрос повис в воздухе, не требуя ответа. Наши взгляды снова разошлись, уставившись в разные концы зала. Внизу Дана начала терять равновесие. Клаус спустился с трибун: — Не отпускай ногу. — Где Стефан? Что ты с ним сделал? — вскочила Елена. — У него... перерыв. В этот момент в зал ворвались Бонни и Мэтт. Ведьма тут же оказалась рядом с Еленой, её глаза полные ужаса смотрели на Клауса. Я присоединилась к ним, когда Клаус объявил: — Вижу, вы поговорили. Теперь к делу. — Он повернулся к испуганным школьникам. — Дана, можешь опустить ногу. Теперь у меня две ведьмы, — его взгляд скользнул по мне, — и ты, Катерина, как я понимаю, проводила заклинание. Из-за тебя Елена жива, и ты видела последствия. Ребекка втолкнула в зал Тайлера, крепко держа его за руки. — Познакомьтесь с моей сестрой Ребеккой. Предупреждаю, она очень злая. — Ну зачем ты так? — фальшиво возмутилась она, толкая Тайлера прямо в объятия Клауса. — Не трогай его! — вскрикнула Елена. Клаус невозмутимо продолжил: — Каждый раз, когда я превращал оборотня в гибрида, они умирали. — Он прокусил запястье и заставил Тайлера выпить свою кровь. — Найдите способ спасти моих гибридов. И ради Тайлера вам лучше поторопиться. Одним движением он свернул шею оборотню. Тело Тайлера замертво упало. Все замерли в ужасе, кроме Майклсонов. Клаус уселся на трибуны, бросив нам. — Он убил его. — шокировано произнес Мэтт. — Тайлер не умрет, если мы найдём ошибку проклятия. — ответила я, присаживаясь на корточки возле Тайлера, и прикладывая руку к его лбу. — Что ты делаешь? — спросила Бонни. — Поищи книги, любую информацию, касающуюся превращения. — игнорируя вопрос ведомы, сказала я, — Найдёшь, хоть что-то нужное, сразу сюда. — Катерина права. — сказал Клаус, незаметно спустившийся для меня с трибун, — Бонни ищи, пока есть время. А я останусь с сёстрами Гилберт. Бонни опустила взгляд ко мне, и я кивнула. Она вышла из зала, вместе с Мэттом. — Ребекка, убери его отсюда. — сказала я, выпрямляясь. — Что-то узнала, куколка? — спросил Клаус, становясь против меня. В это время, Майклсон схватила Тайлера за руку, и потащила из спортивного зала. — Нет, но мне нужна Бонни. — У тебя пятнадцать минут. Опоздаете — умрут оба.

***

Сообщив Бонни о необходимости связаться с духами умерших ведьм, я вернулась в спортзал. Картина предстала мрачная: тела Даны и Джейка на полу, бледная как полотно Елена, Клаус с той самой хищной ухмылкой и Стефан с пустым, мёртвым взглядом. — Я пришла вовремя, — прозвучало у меня автоматически, когда я встала перед гибридом. — Планы изменились, — его голос капал ядом. — Стефану нужно продемонстрировать покорность. Я молча отошла в сторону, заняв позицию слева от него, чувствуя, как ноги предательски дрожат. Внезапно дверь с грохотом распахнулась — Ребекка ворвалась в зал, сжимая телефон так, что экран треснул. — Где моё ожерелье?! — её крик эхом разнёсся по залу. Клаус медленно повернулся: — О чём ты? — Оно у неё! — Ребекка ткнула пальцем в Елену, швырнув телефон брату. — Взгляни сам! Когда Ребекка бросилась к Елене, я инстинктивно встала между ними. — Ещё одна ложь, — прошептал Клаус, просматривая телефон. Его голос звучал опасно тихо. — Где оно?! — Ребекка обнажила клыки, пытаясь достать Елену через меня. Я оттолкнула её, но она мгновенно восстановила равновесие. — Хватит, Ребекка, — Клаус лишь слегка повысил голос, но этого хватило. — Заставь её сказать правду! — взбешённо прошипела она. Клаус устало вздохнул и повернулся к Елене: — Где ожерелье, дорогая? — У меня его нет. Его украла Кэтрин. — Ну конечно, кто же ещё, — его взгляд скользнул ко мне, и в глазах вспыхнуло что-то тёплое, несмотря на ситуацию. — Было бы ожерелье, всё было бы проще. Но раз выбрали сложный путь... — Он пнул стаканчик с водой, направляясь к табло. — Обратный отсчёт. Двадцать минут. Таймер замигал красными цифрами. — Если ты или Бонни не найдёте способ спасти гибридов, — он остановился прямо передо мной, — Стефану придётся поужинать Еленой. Я застыла, чувствуя, как сердце готово вырваться из груди. Елена что-то кричала, но звуки будто доносились сквозь воду. — Мы уходим. Вы остаётесь здесь, — Клаус повернулся к Стефану. — Если Елена попытается уйти — сломай ей позвоночник.

***

Пятнадцать минут поисков — и никакого результата. Мы с Бонни только что откачали захлебнувшегося Мэтта. — Викки сказала... — Донован закашлялся водой, — Елена должна была умереть. Клаус обратился от её крови. — Она так сказала? — переспросила Бонни. — Что это значит? — Как я сразу не догадалась?! — я схватилась за волосы. — Нужна её кровь, а не смерть! Бонни кивнула, но её взгляд был полон вопросов. — Ты ищешь Тайлера и пишешь, где будете, — я поднялась с мокрого пола. — А я добуду кровь Елены. Они кивнули, и я бросилась по коридорам, заглядывая в каждый класс. В столовой услышала крик и ворвалась внутрь. — Потрошитель, не желаешь испить из шеи двойника? — голос Клауса звучал сладострастно. Стефан у стены, вены выступили на его лице. Клаус держал Елену, их спины ко мне. Когда Стефан бросился на неё, я вклинилась между ними. — Нашли решение, милая? — Клаус повернулся, в его глазах читалось любопытство. — Да, — я достала пробирку и осколок стекла. — Ты обратился благодаря её крови. — Сделав надрез на ладони Елены, я наполнила пробирку. — Что, если её кровь спасёт твоих гибридов? Он взял пробирку, его пальцы ненадолго коснулись моих. В глазах мелькнуло что-то неуловимое.

***

Теперь я стояла у машины, глядя на больницу, где из Елены выкачивали кровь. Ребекка спрыгнула с капота и ушла. Клаус приблизился, его присутствие обжигало. — Мы скоро уедем, — он взял мою руку. — От этого города, от этих проблем. — Да, вы уедете, — я не отводила взгляда от больничных окон. — Ты, Елена, Ребекка и гибриды. А я останусь. Он резко развернул меня к себе, пальцы впились в подбородок: — И почему же ты остаёшься? — в голосе зазвучали стальные нотки. — Потому что я люблю тебя, Ник, — мои глаза наполнились влагой. — И в этом вся проблема. Я готова на всё ради твоего доверия, ради того, чтобы быть с тобой. Ты знаешь, что я твоя... Но ты никогда не будешь моим. Его брови сдвинулись, в глазах вспыхнуло что-то дикое. — Любовь для тебя — слабость, — я продолжила, чувствуя, как слёзы катятся по щекам. — Ты боишься, что признание сделает тебя уязвимым. Но это не так. Просто... ты не готов. Поэтому я остаюсь. А ты — уезжай. Удачи, Ник. Я поднялась на цыпочки, целуя его в последний раз. Его губы были тёплыми и знакомыми. Отрываясь, я прошептала ему на ухо: — Прощай, дорогой. Когда я отошла, его рука на мгновение потянулась за мной, но тут же опустилась. В его глазах бушевала буря эмоций, но он ничего не сказал. Я развернулась и пошла прочь, чувствуя, как кусок моего сердца остаётся с ним навсегда.