Смерть с твоими глазами

— Если ты думаешь, что я не замечаю твой взгляд, то сильно ошибаешься, — пробормотала я сквозь зевок, прячась с головой под одеяло. Его пристальное внимание жгло кожу, даже сквозь ткань. — Ты уже давно не спишь, солнышко, — раздался знакомый, ласково-насмешливый голос. Клаус легко стянул мою "броню", и я встретила его лукавую улыбку. — Выспалась? — Вроде бы, — я нехотя приподнялась, потянулась, выгибая спину, пока позвоночник не хрустнул. — То, что я видела утром… Это ведь был не сон? — Совсем не сон, — ответил он, притянув меня к себе, прижав к широкой груди. — Теперь мы все вместе. Семья в сборе. — Сдается мне, дом развалится быстрее, раз уж вы все под одной крышей, — пробормотала я, вдыхая его запах: теплый, пряный, с нотками чего-то древесного. Его пальцы мягко скользили по моим волосам, и я слушала мерный стук его сердца, будто заклинание. — Почему ты ушла с ужина? — спросил он после паузы. — Словно кто-то вытолкнул меня из-за стола. Не знаю, как это объяснить. Просто… почувствовала, что мне нужно домой, — я вздохнула, вспоминая пережитую ночь. — И не ошиблась. Кто-то напал на Рика. Он бы умер, если бы мы не вмешались. Пришлось... убить его самой. Чтобы он восстановился. Потом — уборка, пока Елена и Мэтт везли его в больницу. А утром — сюрприз в лице вашей семейки. Я, кстати, врезалась в Кола? — Врезалась, — тихо подтвердил он, и его рука на мгновение застыла. — Будь с ним осторожна. — К сожалению, не он внушает мне страх, — я наклонилась ближе, заглянула в глаза гибрида, медленно приблизилась. Наши губы встретились. Его поцелуй был голодным, нетерпеливым, а язык, как хищник, ворвался в мой рот. Я отстранилась с тихим стоном, чувствуя, как его ладонь скользнула к моей талии. — Может… в душ? Уголки его губ приподнялись, превращаясь в довольную, почти опасную ухмылку. В следующую секунду он уже поднял меня на руки и с вампирской скоростью перенес нас в ванную. — Вижу, ты не против, — прошептал он, царапая шею своими губами. После бурного дневного секса мы, не спеша, одевались. Теперь, когда в доме собралась вся семья Майклсонов, ходить по коридорам в пижаме было… неловко. Я стояла перед зеркалом, застёгивая блузку, когда в отражении вдруг возникла вытянутая рука с золотым конвертом и ухмылка Ника. — Что это? — спросила я, осторожно беря конверт. — Открой, — его голос был почти шепотом, пока он застёгивал последние пуговицы на моей шее. На плотной бумаге было выведено моё имя. Я аккуратно разорвала печать, как ребёнок, получивший подарок. Внутри — изящная открытка: «Семья Майклсон приглашает Вас сегодня в семь вечера на праздничное торжество», а на обороте — короткое послание от руки: «Надеюсь, ты согласишься быть моей парой. — Клаус Майклсон». — И ты думал, что сможешь пойти с кем-то кроме меня? — я изогнула бровь. — Да я бы убила эту бедную девушку. — А я бы разорвал любого, кто осмелился бы быть твоим кавалером, — его пальцы обвили мою талию, притягивая ближе. — Не сомневаюсь, — я поцеловала его, легко, словно ставя точку. — Но мне срочно нужно платье. — Уже не нужно, — Ник повёл меня за руку к кровати, где лежала аккуратная коробка, перевязанная белоснежной лентой. Я сняла крышку — и замерла. Верх платья искрился, словно звёздное небо, открывая плечи и деликатный разрез между грудью. Подол был пышный, белый с серебристым отливом — словно лёд в лунном свете. — Нравится? — прошептал он, его дыхание щекотало мочку уха. — Безумно, — прошептала я, не отрывая взгляда от платья. Спустившись вниз, я заметила, что почти все уже были в гостиной — кроме Эстер. Подготовка к балу шла полным ходом. — А вот и принцесса, — ухмыльнулся Кол, поправляя галстук перед зеркалом. — Как я тебе? — Если запомнишь моё имя, станешь ещё симпатичнее, — я мило ему улыбнулась, проходя мимо. Позади послышался смешок Ребекки. — Катерина, — кивнул он, подходя ближе. — Мы уже знаем, кто ты. И знаем, что ты украла сердце нашего брата. Хотя… он не лучший из Майклсонов. На лице Кола была та самая фирменная ухмылка — коварная, обольстительная. При всём при этом — признаю, красив. — Жаль только, меня не загипнотизировать, чтобы я поверила, — ответила я, мягко обходя его. Рядом хихикали Финн и Ребекка. — Теперь понятно, чем ты зацепила Ника, — сказал Кол, отвернувшись к зеркалу. — А я думаю, — подал голос Элайджа, — что он окончательно влюбился в тот момент, когда ты поставила его на колени своей магией. — Ведьма? — уточнил Кол, с интересом разглядывая меня. — Да, — кивнула я, и в этот момент в комнату вошла она — Эстер. Её взгляд сразу нашёл меня. Сейчас она выглядела как элегантная женщина современного мира — обманчиво мягкая, с глазами, полными тайных мыслей. — Ещё раз здравствуй, Катерина, — сказала она, голос её был ласковым, но в нём чувствовалась скрытая сила. — Здравствуйте, Эстер, — я встретила её взгляд открыто, но внутри сжалась. Что-то в ней меня настораживало, хотя на словах всё было безупречно. — Мы не смогли пообщаться утром. Может, сейчас найдём минутку? — Конечно, — я бросила взгляд на Элайджу, тот едва заметно кивнул. Мы прошли на кухню, где уже ждали две чашки с дымящимся чаем. — Садись, — предложила она. Мы уселись рядом. Она смотрела прямо в глаза, изучающе, почти матерински. — Признаться, когда я узнала, что у Никлауса есть девушка, я была… удивлена. — Почему? — осторожно спросила я. — Я знаю его характер. Ты не просто с ним — ты стала его частью, — её голос был почти ласков, но в глубине души что-то царапало. — Я спросила его сегодня, с кем он пойдет на бал. И он… он светился, произнося твоё имя. Моё сердце затрепетало, предательски. — Ты ведь сестра Елены? — Да. Мы с ней непростые сёстры, но поняли друг друга. Возможно, я даже слишком похожа на Клауса... не самая лучшая из сестёр. — Семья — священна. Ник привязан к своим братьям и Ребекке. Я хочу воссоединить нас всех. Поможешь мне? — Если это важно для него — то да. Но характер у всей вашей семьи… сложный, — заметила я, и она слабо рассмеялась. Затем её взгляд стал серьёзнее. — Ты ведьма? — Да. Не такая, как вы, но магии хватает. — Не стоит недооценивать себя, — её голос стал чуть строже. — Независимая от природы ведьма — это уже сила. Таких, как ты, в моё время не было. Позже они появились… и за это поплатились. Я уловила в её тоне предупреждение. — История рода у нас непростая, — я поставила чашку, сохранив дружелюбную улыбку. — Но если мы не поторопимся, пропустим бал, поэтому я думаю, нам стоит разойтись по делам. А это всё же особенный вечер. — Конечно, — Эстер поднялась, её движения были грациозны. — До встречи, Катерина. Этот бал станет волшебным. — Я в этом не сомневаюсь, — тихо ответила я, но в груди ощущалась странная тяжесть. Словно воздух перед грозой.

***

Праздник уже шёл полным ходом, а я только закончила собираться. Разговор с Эстер выбил меня из колеи. Проведя нюдовой помадой по губам в последний раз, я вышла из ванной — Ник уже ждал, сидя в кресле. — Ты ослепительна, любовь моя, — сказал он, вставая и протягивая мне руку. — Благодарю, мистер Майклсон, — я улыбнулась, когда он коснулся тыльной стороны моей ладони губами. — Короля и королеву уже ждут, — я взяла его под руку, и мы вышли из комнаты. Мы плавно свернули к залу, где проходило празднование, и начали спускаться по мраморной лестнице. Сначала нас заметили лишь немногие, но вскоре весь зал обернулся. Я натянула на лицо светскую улыбку, оглядывая гостей. Деймон стоял с Еленой, Ребекка сюсюкалась с Мэттом, Элайджа был в беседе с миссис Лерн. Всё это длилось до тех пор, пока мы не ступили на последний пролёт. — Я ненадолго, — прошептал Ник мне на ухо и вновь поцеловал ладонь. — Прекрасно выглядишь, Елена, — я подошла к сестре. Она действительно сияла: волосы, перекинутые на левое плечо, мягкий макияж и утонченное платье с умеренным количеством страз — всё было со вкусом. — Ты тоже выглядишь великолепно, Катерина, — сестра улыбнулась. Мы смотрелись гармонично: она — шатенка в коричневом, я — блондинка в серебристо-белом. Наши платья украшены стразами, оба пышные. Макияж деликатный, но эффектный. — Деймон, — кивнула я, а затем обратилась к сестре: — Но к сути — что ты тут делаешь? — Эстер пригласила меня, — сказала Елена, чем сильно меня удивила. — Что? Почему я не знала? — Я не собиралась идти, но стало любопытно, зачем ей это понадобилось, — Елена явно чувствовала моё напряжение. — Будь осторожна, — заметив взгляд Ника, я добавила: — Приятного вечера, — и, мило улыбнувшись, направилась к нему. Он уже держал два бокала шампанского. — Пора приветствовать гостей, — сказал он, подавая мне один из бокалов, — это традиция. — Подожди. Я должна стоять там с вами? — спросила я, когда он, обняв за талию, повёл к лестнице, украшенной гирляндами. — Разумеется, — он улыбнулся, — ты часть моей семьи. И я хочу, чтобы все об этом знали. К тому же, это была идея моей матери. — О, боже, — я начала подниматься, чувствуя его руку на талии, — все опять смотрят на меня. — Я думал, ты любишь внимание, — прошептал он. — Люблю. Но только когда знаю, что будет дальше, — прошипела я, замечая удивлённые лица Елены, братьев Сальваторе, Кэрол, Мэтта… Только их компания из города была здесь. — Ты прекрасна этим вечером. Не переживай. Я рядом, — Ник встал на ступень рядом, и мне сразу стало легче. Эстер ещё не вышла, но остальные Майклсоны уже заняли свои места. Элайджа стукнул ложечкой по бокалу. — Внимание, пожалуйста, — начал он, — Добро пожаловать. Спасибо, что пришли. Эстер в элегантном чёрном платье, словно королева, появилась на лестнице, мгновенно привлекая взгляды. — Каждый раз, когда наша семья собирается, мы открываем вечер танцем. Сегодня — древний вальс. Найдите себе партнёра и присоединяйтесь к нам в бальный зал. Мы с Майклсонами начали спускаться. Я обратилась к Нику: — Древний вальс — это как? — С заменой партнёров, — усмехнулся он, забирая бокал из моей руки и ставя рядом со своим, — и пусть хоть один посмеет опустить руку ниже талии. Его шея встретит мои клыки. — Думаю, после нашего появления никто даже не рискнёт взглянуть, — усмехнулась я. — Вот и прекрасно, — сказал он и поцеловал меня в губы. Музыка зазвучала. Мы шагнули вперёд, свернули налево, не отпуская рук. Поклонившись другим парам, двинулись дальше. Я чувствовала на себе его взгляд. — Ты снова так смотришь, — прошептала я, чувствуя лёгкий румянец. — Я говорил, что ты великолепна, — его слова заставили меня взглянуть прямо в его глаза. — Да, говорил, — мы закружились в танце. Его привычная ухмылка, моя тихая улыбка. — Помнишь наш первый танец? — Конечно. На свадьбе. Тогда я знала только одну сторону Никлауса Майклсона. Он закружил меня — и я оказалась в руках Кола. — И снова здравствуй, принцесса, — с усмешкой сказал он. — Ты принципиально не называешь меня по имени? — А иначе неинтересно, — Кол снова закружил меня, и я оказалась с Финном. — Мы не так близки, как ты с другими, — сказал он. — Думаю, на это были причины. Мы знакомы всего день. — Приятно было танцевать, Катерина, — он отвёл меня к краю зала. — Взаимно, — я искала глазами Ника, но ко мне подошла Ребекка. — Ты красивая, — вручила мне бокал шампанского. — И ты выглядишь прекрасно. Где Мэтт? — С какой-то Лией, — фыркнула она. — Теряешь хватку, сестра, — Кол появился рядом, — Да и якшаться с людьми — так себе выбор. Катерина. — подмигнул вампир, вновь оглядывая меня с ног до головы. — Снова ты, — закатила я глаза, как вдруг почувствовала руку на талии. — Позволь украсть тебя от моей семьи, — Ник увёл меня к одному из столиков, — Ты ведь так и не видела весь дом. — Между похищениями гробов и встречами с твоей роднёй, как-то не успела. — Тогда пойдём. Хочу тебе кое-что показать. Я ухватилась за его руку. Мы прошли по коридору и остановились у двустворчатых дверей. — Я их уже где-то видела, — заметила я, когда он открыл их. Это была мастерская — полная картин и набросков. Я замерла. Просто осматривала всё, пока мой взгляд бегал от одного холста к другому. — Это… невероятно, — я повернулась к нему, — Я знала, что ты рисуешь. Но не думала, что так. — Рад, что тебе нравится. Одна из моих картин висит в Эрмитаже. — Хвастун, — я улыбнулась. — Я хотел показать не только это, — он снял тряпку с одной из картин. Это была я — в тот самый вечер нашей первой встречи. — Ты нарисовал меня? — Захотел сразу, как только увидел. Ты просто отпечаталась в моей памяти: красные губы, улыбка, волосы, платье, глаза… Твои глаза невозможно забыть. — У меня нет слов, — я обняла его за шею, прижимаясь к нему. Его руки крепко обняли меня за талию. — Я говорил, что люблю тебя? — Сколько бы ни говорил — мне будет мало, — мы соприкоснулись лбами, и он начал мягко вести меня в танце. — Тебе-то удобно — ты хоть музыку слышишь. Он рассмеялся и резко наклонил меня назад. — Как ты там говорил? Короля и Королеву уже ждут. Мы вернулись в зал. Мне было неспокойно, будто что-то должно было случиться. Эстер вышла на середину лестницы и постучала по бокалу: — Добрый вечер. Поднимем бокалы за то, что моя семья снова вместе. За вас! Гости повторили и отпили. Вечер продолжился спокойно — если не считать потасовки Кола и Деймона. Мы с Ником ушли раньше. В спальне я почувствовала резкую боль в груди. Дыхание стало тяжёлым. Ник усадил меня в кресло. — Что с тобой? Я не могла ответить, лишь кивнула на стакан воды. — Позови Элайджу, — прошептала я. Когда он пришёл, я спросила: — Эстер говорила с Еленой? — Да. В тот момент, когда вы ушли. — Перед её речью? — Да. Я побледнела. — Нам срочно к моей сестре. У дома Елены я постучала. Она открыла, удивлённо посмотрев: — Катерина? Я зашла внутрь. — О чём вы говорили с Эстер? — Она просто извинилась… за попытку убить меня. — Не ври, — я сдерживалась из последних сил. — Я не вру… — Говори, — я схватила её за руку. — Она… хочет уничтожить своих детей. Сказала, что если создала зло — должна его искоренить. Связала их всех вместе. Хочет убить их — потому что они рушат баланс. Я отшатнулась. Шок. Паника. — Ты… глупая. Ты подписала смертный приговор своей сестре.