Сакральное

два стакана утром

      У Лили Поттер нормальная фигура. Нор-маль-на-я. Девочка не слишком худая, не слишком толстая, одним словом — обычная.       И, казалось бы, можно не думать о весе и продолжать наслаждаться беззаботной юностью шестнадцатилетней девчонки, если бы не одно но…       хрупкие нимфы, окружающие Скорпиуса Малфоя со всех сторон и завораживающие изящностью своего тела.       Малфой и сам тонок и статен. Красив до невозможности и также самоуверен.       Лили отчаянно пытается убедить себя, что внешность — иллюзия, что душа намного важнее тщательно созданного образа, но почему-то всё равно продолжает искать изъяны в себе и восхищаться другими.

два вечером

      Лили не верит в диеты, а спорт уже не кажется панацеей, ведь мышцы — это не красиво, в отличие от остро выпирающих ключиц и прозрачной кожи.       Девочка сперва отказывается от ужинов, потом делает разгрузочные дни, далее — недели. Результат виден, но всё ещё не то.       На очереди водное голодание.       На десятый день тени под глазами не скрывает ни один консилер и ни одно заклинание.       Но девочка считает, что это придает её изменившейся внешности шарма.

два литра в течение дня

      Мыслей о Скорпиусе всё меньше, о еде — всё больше. Лили наконец-то находит эффективный способ управления телом, изначальная причина голодовки отходит на второй план.       Плевать на постоянную слабость и сонливость, и что любимый пирог бабушки уже не вызывает прежнего прилива радости, а синяки на теле, появляющиеся от малейшего прикосновения — это эстетично.       Ну и пусть мама что-то подозревает, Лили уже семнадцать, она сама знает, что для неё лучше.

если добавить лимонный сок

      Лили профессионально умеет отводить подозрительные взгляды от своей тарелки.       Она разрезает утку на мелкие кусочки, накалывает на вилку, что-то пылко рассказывает родителям.       Её слишком много, она везде и нигде. Смеется с Джимом, спорит с Алом, подмигивает маме с папой и говоритговоритговорит.       И в такой суматохе просто невозможно заметить, что с её тарелки не исчезает ни грамма съестного.

то можно избавится от тошноты

      Лили хорошая дочка. Она всегда убирает со стола и моет посуду. Готовит невероятно вкусную картофельную запеканку и любимый пирог отца.       Лили правда любит свою семью, но ещё больше она любит еду. Ей нравится контролировать её. Она создает шедевры кулинарии без помощи палочки и домовиков.       Лили боготворит еду. Лили бредет едой.       Лили еду не ест.

ещё можно пожевать листик мяты

      Скорпиус влюблён в сестру лучшего друга курса с четвертого. Ему нравятся её огненные волосы, озорные зеленые глаза и ямочка на левой щеке.       Он давно хочет признаться Поттер в чувствах, вот только всё никак не может перебороть непонятные страхи, которые буквально кричат изнутри: «Сын пожирателя смерти не заслуживает золотую девочку!»       И он молчит. Позволяет себе только смотреть и никогда — трогать.

чтобы избавиться от запаха ацетона

      После выпуска из школы они не видятся почти полгода. А потом Ал приглашает Скорпиуса на Рождество в Нору.       И Малфой в панике смотрит на ходячий скелет, обтянутый белоснежной кожей.       Лили всё ещё красива, но это уже не Лили, а её тень.       — Поттер, ты чем-то больна? — спрашивает Скорпиус, когда ему удается случайно подловить гриффиндорку в одном из коридоров, кажется та направляется на кухню.       — И тебе счастливого Рождества, Малфой, не помри от вежливости!       Лили злится, но вида старается не подавать, хотя ей отчаянно хочется закричать: «Это же всё ради тебя! Любуйся! Что же тебе не нравится?!»       Но она лишь вырывает свою хрупкую ладонь из стальной хватки и скрывается за дверью.       Утром на запястье красуются синеватые отметины.       Малфой пытается донести до младших Поттеров ужасающий факт — с их сестрой что-то не то. Но те лишь беспечно отмахиваются от слов друга и зовут играть в квиддич!       Скорпиус бесится, но на время оставляет свои попытки открыть этим идиотам глаза на правду.       Когда Лили падает с метлы из-за случившегося голодного обморока, парень не произносит ни слова, но в голове набатом бьет: «Я ЖЕ ГОВОРИЛ!»

и обмануть организм

      Лили против её воли и вопреки слезам отводят в Мунго, где ставят неутешительный диагноз.       Анорексия.       Джинни с Гарри в панике. Альбус и Джеймс в шоке. И лишь Скорпиус наконец-то удовлетворен.       Малфой ни секунды не сомневается, что целителям удастся вылечить его глупую девочку.       Но кто бы мог подумать, что даже лучшие лекари в мире не в состоянии помочь пациенту, если он сам не жаждет исцеления.

а резь в желудке

      Лили сбегает из больницы на третий день принудительного лечения. Злая, растрепанная и всем сердцем ненавидящая Скорпиус Малфоя.       Ведь именно он настоял на госпитализации!       Ну какое дело этому противному слизеринцу до её проблем?! Неужели не мог как и все купиться на этот нелепый фарс за столом и игру одного актера?!       Так нет же! Захотелось поиграть в рыцаря, спасти принцессу от себя самой.       А может ей нахрен не сдались никакие рыцари и никакое спасение?! Ей уже семнадцать, она сама знает, что для нее лучше!       От прошлой влюбленности остается лишь отвратительный вкус восстанавливающих зелий на языке и тёмные отметины на запястье.

так это ничего страшного

      Лили убегает из родительского дома с той же прытью, что и из больницы. Не отвечает на письма братьев и громовещатели от мамы.       Первые страницы «Ежедневного пророка» украшают её фотографии и идиотские заголовки по типу «Герой войны голодом морит свою дочь!», «Великий Гарри Поттер отыгрывается на детях за своё ужасное детство!», «Мальчик-который-выжил или Мальчик-который-убивает?!» и всё в таком роде.       Лили ненавидит Риту Скитер даже больше чем Скорпиуса Малфоя.

главное перетерпеть

      Когда она понимает, что с ней действительно что-то не так, на голове уже красуются проплешины, всё тело в отвратительных тёмных пятнах, а выпирающие рёбра грозятся разорвать слишком тонкую кожу.       Лили аппарирует на Гриммо в предобморочном состоянии. Тело не слушается, и она падает прямо на ступеньках родного дома.       Отец на руках несёт её к камину, чтобы отправиться в Мунго.

два стакана утром

      Целители вливают в нее тоннами зелья, магией заставляют печень функционировать, консультируются с коллегами из Америки и Германии.       Мама рыдает у кровати дочери, которая больше напоминает инфернала, чем живого человека.       Отец не отпускает крошечную ручку из своих теплых ладоней.       Альбус молча пялится в окно, боясь поднять глаза на то, что осталось от сестры.       Джеймс нарезает круги по палате, потому что ему кажется, что если остановится, то и сердце его принцессы перестанет биться.       Скорпиус ежедневно навещает её с белыми лилиями, молясь, чтобы ему не пришлось приносить их на могилу.       Лили в бреду шепчет потрескавшимися губами «люблюблюблюблю».

два вечером

      До вечера девочка не доживает.