Пособие для начинающего попаданца, или Так поступает Король

После того, как Росс ушёл, повисла неловкая пауза, которую Ленар никак не мог нарушить - настолько странным был момент, заставивший их с Сэо замолчать. Светловолосый неотрывно смотрел Лену в глаза и в ближайшее время явно не собирался отводить взгляд. Он словно проверял Герцина, непонятно только, на предмет чего. Сканировал, изучал, как в первый раз увидев. – Что теперь? - заговорил внезапно. – Бросишь меня? А может, напротив, уцепишься, как за свой последний шанс? Ещё бы, не всякому повезло подружиться с принцем… пусть даже этот самый принц ничегошеньки о себе не знает! - в голосе Сэоррэ послышалась настоящая, пусть даже и детская, обида. Ленар застыл, словно его ударили по щеке. При том не один раз, и даже не два - нахлестали знатно. Он долгие несколько секунд не мог выдавить из себя даже коротенькое словечко, но после его как прорвало: – А ты сам что предпочитаешь? - спросил тихо, как-то угрожающе, что ли? – Чтобы я ушёл, или чтобы остался и всю оставшуюся жизнь из тебя деньги тянул да титулы выпрашивал? У него на душе было так паскудно, что даже сердце закололо - вполне себе физической болью. Он искренне надеялся, что за время их с Сэо знакомства тот понял, какой Ленар на самом деле. И как только у парня язык повернулся такое сказать про человека, который... про друга?! Слышать подобное из уст возлюбленного было очень, очень неприятно. У Герцина возникло ощущение, что он долгое время рубился в какую-то игрушку, не сохраняясь, и в итоге его отбросило в самое начало без всяких привилегий и достижений. Неприятность, которая неуравновешенного подростка заставила бы разбить к херам монитор, для Лена обернулась болью и чувством стянутости в груди. Словно изнутри пытались на мелкие кусочки порвать, твари. Губы у Сэоррэ задрожали, однако он не заплакал. Ему было больно, когда отец (как оказалось, и не отец вовсе) приказал его убить, хладнокровно и равнодушно взирая на страдания детей, сожженных заживо. Его предали, растоптали в пыль все чувства, уничтожили способность доверять людям... Казалось, что уже ничто не сможет ударить по нему так сильно. Но это не могло сравниться с тем, что он испытал сейчас. – Я... - из горла вместо внятных слов вырвалось лишь сипение полумертвого человека. – Я не хочу, чтобы ты уходил. Пожалуйста, останься... Прошу тебя, Ленар, я всё для тебя сделаю, дам всё что захочешь, только останься со мной... Герцину стало вдруг стыдно, и он отвернулся, чтобы скрыть покрасневшее лицо, однако и этот жест Сэо принял на свой счёт. – Ленар!.. Он скинул с себя тяжёлое тёплое одеяло и, вскочив с кровати, в два шага преодолел то расстояние, что создал между ними Лен. Сэоррэ обнаженной грудью прижался к спине друга, пальцами вцепившись в ткань костюма. Ноги подкосились, напоминая хозяину о том, что тело всё ещё слабо и не способно так долго находиться в вертикальном положении. Ленар, почувствовав, как Сэо сползает на пол, развернулся и подхватил его. Теперь они находились в ещё более неуклюжем и странном положении. – Прекрати, ложись обратно, - пробормотал Лен, пытаясь уложить слабо, но умело сопротивляющееся тело на кровать. – Ни за что! Пока ты не пообещаешь остаться, я!.. – Сэо, - Ленар попытался улыбнуться, но оскал у него получился довольно страдальческий. – Я останусь, не уйду. Я никогда не смогу тебя бросить, ведь я... - он проглотил своё недопризнание. – Ведь ты мой друг. – Сэо! - генерал Юнмэ как всегда был потрясающим… Потрясающим воображение всякого непосвященного своим неумением находить нужное время для важных разговоров. Врывался как всегда невовремя. В голове Элуша, как только он увидел лежащего на кровати Сэо и нависшего над ним Ленара, промелькнула до боли похожая ситуация пятилетней давности. Тогда он по своей глупости и неопытности, не иначе, решил войти в общий кабинет правителей родной страны без стука… Это потом, застуканный с потрохами Расмэ пожелал себе отдельное от императора рабочее место, а до того произошедшее было подобно взрыву. Правда, в тот момент Элуш впервые увидел Эратсэ в роли мужа, а не императора. Первое, что сделал сиятельный, поняв, что в кабинете они находятся не одни - закрыл собой Расмэ. Не закричал, не приказал выйти, не продолжил, игнорируя всякое постороннее присутствие, а простейшим образом… Вот так вот спокойно, без золотого напыления души под названием «поступка». Просто закрыл. И так посмотрел… Да, Юнмэ был грешен, как на него ни посмотри. До того случая внутри него ещё были живы некоторые чувства к королю. После случившегося - всё, как бабка-ведунья отговорила. Ибо взгляд императора говорил без метафор и афоризмов: «Это МОЁ!». Не будь Эл уверен в случайности данного совпадения, подумал бы, что Эратсэ специально всё так подстроил, чтобы отвадить ненужного ухажера от мужа. Конечно же, это была случайность - нужда поговорить с Расмэ возникла внезапно, визит не был запланирован, первый генерал, собственно, никого не предупреждал. О том, куда Элуш направляется, знал только он сам да новобранец, принёсший не очень хорошую весть, требующую немедленного рассмотрения короля. Случайность, да… Или?.. Мог ли сиятельный думать не на один ход вперёд, а сразу на десять? Мог ли так точно просчитать, так легко прочесть все действия первого генерала? Разум говорил, что это невозможно, однако сердце колебалось. Ведь было в том взгляде что-то кроме собственничества. Да, там не было ни капли удивления, словно император заранее был готов встречать «гостей». Юнмэ моргнул, выныривая из воспоминаний. Теперь перед ним снова были только Ленар и Сэо. В весьма компрометирующем, конечно, но всё же не в таком смущающем, как когда-то предстали перед его взором венценосные особы Эрхи, положении. – Это ну совсем не то, о чём вы подумали, - предупреждающим, почти умоляющим тоном начал Лен, но Элуш выпалил прежде, чем сработал мозг: – И знать не желаю! - он, действительно, не хотел. Герцин вскочил с кровати, как ошпаренный, Сэо же аккуратно поднялся на подушки и сунул ноги под одеяло, только сейчас почувствовав, что в комнате всё это время стоял невыносимый холод. – Могу я предложить вам чай? - Ленар неловко переминался с ноги на ногу. – Ты слуга? - вскинул бровь удивлённый Юнмэ. Он-то думал, что Ленар для Сэоррэ как минимум друг, а как показала практика - и вовсе любовник. – Так что ты себе позволяешь в отношении первого принца Эрхи? – Лейте Юнмэ, Ленар мой друг, мы вместе учимся в Академии Магии, - подал голос Сэо, обжигая первого генерала взглядом. Недовольным взглядом. – Он не слуга. – Не стоит так злиться, - примирительно улыбнулся Эл и тому и другому. – На будущее, молодой человек, - обратился он к Ленару. От парня не ускользнула резкая смена приоритетов и переход с «ты» на «вы». – Не стоит вести себя как прислуга, вводя окружающих в заблуждение. Если вы являетесь другом первого принца, ваш взгляд всегда должен гореть огнём полупрезрения к дворовой челяди. Предлагать чай, пусть даже и генералу - не ваша задача. Всё, что вы можете сделать сейчас - быть рядом с Сэоррэ. Так будьте. И Ленар был. Рядом.

***

– Этот юнец сошёл с ума, - усмехнулся Тальген, выслушав сухой рассказ Саара. – У Эратсэ последний отголосок разума затих, если он подумал, что, убив парочку моих пешек, сможет заставить Совет замолчать навсегда. Наверняка приказ о роспуске Круга уже готов, осталось только мой вензель поставить. Но знаешь, Саар, - задумчиво произнёс глава Совета магов. – Вместо этого он получит одну большую, жирную кляксу на своей репутации. Народ Эрхи верит Совету и королю, а не императору. Расмэ на нашей стороне в этой войне - очень уж сомневаюсь, что он простит Эратсэ выблядка со стороны. Мы пережили то, что все пятеро сыновей оказались пустышками. Поэтому-то, в сущности, Рас и терпел. Но настоящий сын… Плоть от плоти, кровь от крови сиятельного - вряд ли теперь он оставит похождения мужа безнаказанными. – Вам не приходило в голову, что Расмэ простит? - произнёс Саар каким-то странным голосом. – Именно из-за принца Сэоррэ? Ради него? – О чём ты? - нахмурился Тальген. – С чего ты взял?.. – На приказе есть подпись короля, - не дожидаясь вопроса, ответил заместитель главы Совета. – Чт?.. – Ещё в самом начале нашего «сотрудничества»… - Расмэ появился словно из ниоткуда. Появился и остался, обретая истинное тело. – Я ясно выразился, сказав, что не прошу у Эратсэ отречения, и тем более не даю волю вашим, дядя, загребущим рукам! – Расмэ! – Попрошу, - твёрдо поправил Тальгена Рас. – Для вас я - Ваше Королевское Величество, и никак иначе. – Как ты посмел заявиться сюда без приглашения? - зашипел глава Совета, вскакивая с места и повиснув над ничуть не напуганным таким положением дел Расмэ. – Когда это МНЕ требовалось чьё-то приглашение? - язвительно протянул король. – Да и разрешение, впрочем, тоже? Кажется, высокий статус окончательно уничтожил остатки вашего здравомыслия, лейте второй ветви рода Виттори. Мне и пальцами щелкать не нужно, чтобы стереть ваше имя со страниц истории Эрхи. Однако вы почему-то свято уверены в моей к вам благосклонности. Так вот, я говорил это не один раз и повторю ещё: в этом государстве я - король. Я - фундамент, я - душа Великой Эрхи. А наш сиятельный император - её сердце. Его сын станет следующим императором, я никогда не приму другой кандидатуры. – Совет не позволит этого! - заорал Тальген, и воздух в комнате сгустился, становясь тяжелым и неприятным. Расмэ этот выпад не впечатлил - он и сам был магом воздуха. Так что рассеять давящую атмосферу было довольно просто. Король оскалился, втянув воздух меж стиснутых зубов. – А кто позволит Совету вмешаться? - ухмыльнулся Рас. – Ты уволен, дядя. Пост больше не твой. – Щ-щенок, - прошипел Тальген. – Я вырву твою душу и отправлю к Вечному в объятия! – Попробуй, - пожал плечами воздушник. – Я буду знать о каждом твоём шаге ещё до того, как он окончательно оформится в твоей голове. Я не стал бы раскрывать все карты, будучи неуверенным в своей победе. Ты можешь попробовать доиграть этот кон. Но все козыри у меня в руках, можешь быть уверен. – Ты потерял всякий стыд, Расмэ! Забыл, кто в Эрхе главный? Не император, не ты, а Совет! Тех шавок, которых вам удалось убрать, и близко к власти не допускали. Круг по-прежнему велик! – Ты о ком? - хмыкнул Рас. – О тех ничтожных развалинах, которые умоляли Эратсэ оставить их в живых после публичной казни той небольшой своры бешеных псов? Забудь о Круге, дядя, он уже своё отслужил. – Я. Тебя. Уничтожу! - заорал бывший глава Совета. – Выметайся из моего дома, сопляк! – Не забудьте забрать из своего кабинета все личные вещи, иначе от них избавятся в течение трёх дней, - добавил Расмэ между делом совершенно спокойно, но не удержался и добавил тихо: – Что вы там оставили? Документы, секретные переписки с вождём альмерров, цветок в треснутом горшке, гордость и чувство собственного достоинства?

***

Где-то с час отдохнув, Росс всё-таки заявился на ковёр к начальству. Эратсэ к тому времени уже настолько извёлся, что не мог найти себе места - мерил шагами личные покои. Почему-то каждый раз получалось разное количество. Шаги были то слишком большими, то невыразимо маленькими - это бесило. Эрэ многого о себе не знал, в том числе и то, что с самого детства являлся прожженным циником и перфекционистом. Малейшие передвижки в собственных же планах заставляли бросаться на стенку от злости. Так было и сейчас. Найти Кейран-Лэну не составило бы проблем - всего-то отдать приказ Россу, и дело в шляпе, сворачивайте экспедицию. Но реальный корень и весь идиотизм ситуации составляло заверенное личной подписью императора обещание отдать своего старшего сына (за неимением дочери) в мужья наследнику племени альмерров. Сэо, когда Лэну отыщут, придётся сразу же уехать. Адорасэ уже распаковал чемоданы и решил, что обоснуется в своих покоях ещё на долгие, долгие годы. Эратсэ не мог препятствовать. Не после того, как фактически подписал «сыну» индульгенцию. Йена могла порадоваться за выродка. Да, могла, если бы не была поглощена идеей испортить жизнь Тэйашу. К слову, каэ как раз таки вёл себя чинно, прилично и максимально благовоспитанно - сидел в выделенных ему покоях, на глаза Эрэ не попадался (спасибо тебе, Единый), козни никому не строил, в сторону королевского трона, казалось, не смотрел даже краем глаза. Нет. Теперь он нагло и бездумно пялился в сторону постели Адорасэ, что Эратсэ не беспокоило, но веселило. Не получилось с императором, начни с принца? Странная тактика, учитывая тот факт, что дорога к трону для Адорасэ теперь была перекрыта огромным шлагбаумом с неоновой надписью «Сэоррэ». Для Тэя было бы разумнее обратить внимание именно на Сэо, но сын рода Виттори не мог поступать логично. Неспроста он был родственником Расмэ - его поступки тоже не находились в рамках адекватности и продуманности. Впрочем, что было «плохо» для юного вдовца Тэйаша, было хорошо для императора. Рядом с Сэоррэ не должны были находиться всякие мутные личности вроде Тэя. Одного «мутного» Ленара было вполне достаточно, хотя Эратсэ уже думал, как бы так аккуратно от парня избавиться, чтобы не вызвать у Сэо отторжения и внезапной ненависти. Однако идеи как-то не шли. Проблему решил Росс. – Я нашёл Кейран-Лэну, - сообщил начальник разведки, убедившись, что их не подслушивают. Глаза сиятельного удовлетворенно вспыхнули. Уж в ком, а в Россе он никогда не сомневался. Рыжий мог быть невыносимым собеседником, иногда даже переходил рамки дозволенного и начинал фамильярничать, но работу свою выполнял превосходно. Лучшей кандидатуры на его место найти было бы сложно, если не сказать - невозможно. – Его уже везут во дворец? - сдерживая улыбку, спросил Эратсэ. Он почувствовал небывалый душевный подъем и некоторое внутреннее опустошение, от которого стало легко-легко. – Он уже во дворце, - безо всяких эмоций произнёс Росс, и только в тот момент Эрэ почувствовал, что что-то не так. Это дело, видимо, не было таким простым, как ему казалось. – Говори, что там ещё, - потребовал император, тяжело вздохнув и наконец пристроившись в кресло. Только тогда он почувствовал слабость в ногах - весь последний час он непрерывно вышагивал по комнате, как солдат-новобранец по плацу. – Проблема именно в Кейран-Лэну, Ваше Величество, - признался Росс. – Дело в том, что… это не тот человек, которого мы ищем. – Что это значит? - усмехнулся Эратсэ. – Он его брат-близнец или что? – Нет, Ваше Величество, - покачал головой начальник разведки. – В теле Кейран-Лэну сейчас находится душа другого человека. Из другого мира. Усмешка тут же сползла с лица императора, он мгновенно стал серьёзным и собранным. Это могло стать как катастрофой мирового масштаба, так и… чудесным благом. Подарком небес для династии. Подумать только, ну ведь действительно - пути Единого неисповедимы. Это же надо - переселенец, и не в абы какую оболочку, а именно в тело Сына Дождя! – Я понимаю, о чём вы думаете, Ваше Величество, признаться, я тоже был рад выпавшей возможности, - словно прочитав мысли сиятельного, произнёс Росс с некоторой усталостью. Всё же обеденный сон - это вам не шутки. Такое ощущение, что ты не отдохнул, а принял на себя все тяготы земной жизни за полчаса беспокойного сна. – Но, проанализировав ситуацию, могу сказать, что решение это довольно рискованно. Процент успешности менее пятидесяти процентов. Мы действительно можем не опасаться за жизнь принца Сэоррэ, если отправим его с Кейран-Лэну в Дикие Земли. Человек, живущий в теле Сына Дождя, ни за что не причинит принцу вреда. Однако, если обман раскроют, и Лэну убьют… Кто тогда защитит Сэо? Эрастэ нахмурился. Могла ли Цэсея так поступить с собственным ребёнком? Отдать сына на растерзание толпы? Нет. Цэсея не могла так сделать. Потому что она знала - родитель, убивающий своих детей, не достоин жизни. Потому что она была из рода Гордецов.

***

– Лэну? - Ленар резко вскинул голову. Его глаза, увеличившись в размерах и округлившись, явно грозили вывалиться наружу. Герцин как-то услышал на лекции, что олигофренопедагогика изучает методики работы с людьми трёх типов умственной отсталости. Так вот, учитывая это, по шкале дебил-имбецил-идиот он явно тянул на все виды в сумме. Кто его, черт возьми, вообще просил выходить из комнаты? Ах, да. Юнмэ приспичило поговорить с принцем наедине, и Лена, как неприкаянного и непосвященного в чужие тайны, выгнали из покоев. Ну он, недолго думая, и побрёл по коридорам. Пока не наткнулся на человека, которого, внимание - единственного в этом гребанном дворце видеть не должен был! Цэсея стояла перед ним явно ошарашенная и обескураженная внезапной встречей. Ей какого хрена приспичило погулять, тоже было загадкой, на разгадывание которой у Лена не было ни времени, ни желания. Важен был лишь сам факт присутствия жены вождя альмерров прямо напротив. И тут уже как бы вариантов развития событий не много - либо сделать вид, что он призрак, и промчаться мимо, как Соник, либо… Мраморный пол был холодным и явно не подготовленным к тому, чтобы на него плюхались со всей дури с высоты немаленького роста. Колени ответили на необдуманные действия резкой болью, через пару минут на них наверняка появились бы огромные синяки, но Ленару было плевать. Он упал перед Цэсеей на колени и опустил голову так, чтобы волосы занавесили лицо. – Простите меня, госпожа, - заговорил Герцин на варварском. Он планировал признаться ей немедленно. Так у него был хоть какой-то шанс искупить свой грех. Его чудесное попадание в тело Кейран-Лэну… было ошибкой. Он изначально лишил жизни достойного парня, которого все любили и ждали. Он занимал чужое место, пользовался чужим телом. Жил чужой жизнью. – Я… – Он ничего не помнит, - раздался за спиной Ленара мрачный мужской голос. Парень резко обернулся. Да, ошибки быть не могло, Лен уже видел этого мужчину раньше. Во время проверки таам он занимал один из тронов на верхней площадке и взирал на происходящее со скучающей миной утомленного самой жизнью человека. Его выражение лица изменилось только когда к сфере подошёл Ленар… и Сэо. За спиной Герцина стоял император собственной сиятельной персоной - возвышался над ним монолитной скалой величия и самолюбования. Длинные чёрные волосы были забраны в высокий хвост, а звериные желтые глаза по-прежнему ярко сверкали уже знакомой Лену яростью. Он очень уж часто видел эту эмоцию в глазах окружающих. Но, несмотря на это, чувство опасности не наполняло нутро, так же как и в случае Демисаррэ. Надежность, строгость и серьёзность - это всё, что излучал Эратсэ. – Когда мы нашли его, он ничего не смог рассказать. Вероятно, что-то случилось после того, как ему удалось выжить. Именно из-за потери памяти Лэну не смог вернуться домой. Лекарю мы его ещё не показали, именно к мэтру сейчас и торопились, госпожа Цэсея. Ленар непонимающе смотрел на нагло врущего императора и внутренне истерически похихикивал. М-да. А он-то надеялся прожить долгую и счастливую жизнь, а не сойти с ума в какие-то жалкие шестнадцать. – Единый нас спаси, - в глазах железной леди блеснули слёзы, и она, упав на колени рядом с сыном, крепко обняла его. – Не волнуйся, Лэну, теперь всё будет хорошо. Мы вернёмся домой, и всё снова станет как прежде, даже лучше. Ты станешь вождём, ты всё вспомнишь! Если где-то в Эрхе действительно жили боги, то над Леном они явно издевались.