Balance

Повстанцы стали получать удивительно стабильный приток добровольцев – вероятно, в силу того, что по галактике распространились новости о битве Люка и мощи Рей. Надежда была заразительна. Они общались с самыми разными людьми, пытаясь убедить их объединить усилия с Сопротивлением. Именно во время одной из таких бесед по голо-сети их связь вновь усилилась. – Черт! Только не сейчас! – шипит она, разворачиваясь к Кайло. – Я не виноват! – отвечает он, и Рей прерывается, обуреваемая внезапным желанием рассмеяться. Он одет в темный балахон, его волосы аккуратно расчесаны, а карие глаза необычно отливают желтизной. – Что это на тебе? – срывается с ее губ. У нее нет на это времени, но, возможно, смехотворное одеяние Кайло Рена стоит этого вмешательства. Он краснеет, уставившись на нее: – Слушай, я тоже этого не хочу, так что можешь не начинать? Ты, кстати, тоже сама на себя не похожа. Она корчит лицо. На ней – впервые – платье, то, что одолжила Лея. Белое, плотное и угловатое, то, что должно производить впечатление главенства и власти. Девушка чувствовала себя в нем, словно в ловушке, но Лея и Финн божились, что оно идет ей. – Мы можем оборвать связь? Я тут слегка занята. – Я, вообще-то, тоже, – огрызается он. – Но я не могу управлять этим. Может… ты снова попробуешь выстрелить в меня? – Кажется, он и сам не в восторге от этого плана. Рей не может этого сделать – она в комнате, полной других людей. А еще ей попросту не хочется. Она должна быть зла на его выбор, но понимает, что испытывает лишь грусть. Это наказание за то, что понимает его: она не может ненавидеть Кайло. – Не могу. Как я и сказала, я слегка занята. Она отходит в сторону, зная, что тогда Лея сможет продолжить разговор за нее. Девушка усаживается в углу и вновь поднимает взгляд на мужчину. – И почему ты так одет? Он отводит взгляд, не желая отвечать, но она чувствует его смущение. Она находит это забавным. – Может, думаешь стать императором? Кайло переводит взгляд обратно на девушку, и ее коробит то, что она видит в его глазах. Отвращение. Гнев. – Нет, – говорит он низко. – Я выше этого. Выше него. – Правда? – Рей пытается сесть прямо, стараясь сделать то же выражение лица, что бывает на лице Леи, когда та абсолютно не впечатлена чьим-либо ответом. – Для того, кто столько говорил о том, чтобы оставить прошлое позади, Бен, ты следуешь по слишком уж проторенной дорожке. Он начинает идти, его руки сложены на груди. Он ощутимо мрачнее, чем был в их последние разговоры, так что Рей старается сконцентрироваться на его эмоциях и понять, почему. – Что происходит? – наконец спрашивает она. Он невесело смеется, и она понимает, что мужчина куда более спокоен и резок, чем был прежде. – Думаешь, я возьму и все тебе расскажу. Забыла, что мы враги, Рей? – Нет, я просто… – она замолкает, мысленно признавая, что это был глупый вопрос. – Что насчет тебя? – спрашивает он, встречая ее взгляд. Она знает, что ему не прочитать ее мысли, но Рей очень хочется отвести глаза в сторону. – Почему на тебе это платье? Оно принадлежит генералу Органе. Она поднимается и делает к нему несколько шагов. – Она одолжила мне его. Оно подходит для важных мероприятий. Он осматривает ее сверху донизу, и Рей отшатывается, чувствуя смесь презрения и влечения с его стороны. Что-то произошло или происходит, и сейчас он для нее куда опаснее, чем когда-либо. Но она по-прежнему не боится. После он отворачивается от нее и говорит: – Одежда должна быть символом. Если я хочу быть лидером, то не могу одеваться как обычный солдат. – Ну, выглядишь ты, словно летучая мышь, – отвечает Рей, и, против воли, на ее лице расплывается улыбка. Она не знает, не сказала ли лишнего, пока, к ее изумлению, Кайло не оборачивается к ней, излучая веселость. Он по-прежнему выглядит опасным, но кончики его губ едва заметно подрагивают. – Не знаю, с чего я решил, что ты воспримешь это серьезно. – Я тоже, – только и отвечает она. Он покачивает головой, и она вновь улыбается ему. В этот момент он так напоминает собственного отца. Кажется, он готов рассмеяться, но в следующий момент Кайло встряхивает головой, словно пытается от чего-то избавиться, и достает меч. В мгновение ока лицо мужчины приобретает яростное выражение. Он активирует оружие, и Рей отступает назад, стараясь не выказать испуг. Она знает, что, технически, он не может ничего ей сделать, но это все равно будет больно. Это разорвет их связь, да, но… Кайло прижимает гарду светового меча к собственному предплечью. Рей тоже это чувствует – обжигающий жар – и перед тем, как узы рвутся, она слышит его рев. – Бен! – кричит она и замирает. Лея бросает на нее испуганный взгляд – но все же продолжает разговор с инопланетным дипломатом, тем, с которым должна была общаться Рей. Девушка в смущении оглядывается по сторонам, а потом бросается к выходу из помещения. По хватает ее за руку, останавливая. – Рей, подожди. Она смотрит на него, но не чувствует злости. Он нравится ей, и она с уверенностью может сказать, что мужчина и сам чувствует себя не в своей тарелке. – Я должен проследить, чтобы ты осталась и поговорила с генералом Органа, когда она закончит. Рей нервно кивает. Лея наверняка поняла, что произошло, или как минимум подозревает об этом, а ей не хотелось бы говорить об их с Кайло Реном связи. Никто не поймет. Они решат, что она может выдать секреты Сопротивления, но ведь все совсем не так. Она садится и ждет. Ее предплечье по-прежнему пульсирует, хоть на коже нет и намека на отметину. Она хочет наорать на Кайло за то, что сделал это с собой, только вот ей придется подождать следующего раза, когда вступят в силу узы. – С тобой все в порядке? – тихо спрашивает По, облокотившись на небольшой столик рядом с ее стулом. – Это странно. Джедаи всегда такие чудные? – М-м, нет, не думаю, – признает она. – Тебе стоит что-то сделать с этим, – говорит По, улыбаясь. – А то как-то жутковато. Она слабо улыбается: – Ты и представить себе не можешь. Он приподнимает брови, но ничего не говорит. Проходит не так много времени – Лея наконец кланяется, и голографическое изображение дипломата меркнет. Затем генерал оборачивается и смеряет Рей пронзительным взглядом. – Рей, я бы хотела поговорить с тобой. Все, кроме По, бесшумно покидают помещение. У них с Леей, кажется, есть определенная договоренность, потому что вместо этого он подходит к столу и опирается на него руками. Лея жестом указывает в сторону пары стульев, и Рей усаживается. Генерал тоже садится, выпрямив спину и опустив руки на колени. Она была той самой легендой, которую представляла себе Рей, и, поразительно, но этот образ и правда являлся отражением действительности. – Не знаю, как, но мой сын был здесь, – уверенно говорит женщина. – Я его чувствовала. Что произошло? Рей опускает взгляд. Она не хочет никому рассказывать об узах между ней и Кайло, и меньше всего – его матери. – Сноук создал некое подобие… связи между нами, – тихо говорит она. Ей не хочется смотреть на По. Она знает, что делал с ним Кайло, и ей кажется, что этими словами она предает его доверие. – Когда я была с Люком на острове, мы начали видеть друг друга, эти узы соединили наши чувства. Мы не знаем, почему, – лишь то, что управляем этим не мы. Мы… говорили. А потом я подумала… Сноук послал мне видение, как Кайло обращается к Свету. И я отправилась туда, чтобы поговорить с ним, чтобы обратить его. Он думал, что видел, как я обращаюсь ко Тьме. Сноук сказал, что играл нами, но сейчас, когда он мертв… узы по-прежнему действуют. Мы не можем управлять тем, когда это происходит. – Он видел нас? Слышал, о чем мы говорили? – тут же спрашивает По, обходя стол, чтобы встать ближе к ним. – Нет. Мы не можем видеть окружение, только друг друга. Лея подается вперед: – Он в порядке? Рей вздыхает. – Не думаю. Иногда… иногда кажется, он хочет поговорить со мной и хочет быть честным, но он очень зол. В этот раз что-то было не так, но я не знаю, что. Он обжег себя, чтобы прервать связь, – она инстинктивно потирает плечо. Боль ушла, но девушка чувствует себя так, словно на предплечье должна была остаться отметина. – Значит, вы не можете читать мысли друг друга? – спрашивает По. – Нет. – Это хорошо. Значит, ты ничего не выдашь. – Не выдам. – Ты кричала, – тихо говорит Лея. – Потому что он обжег себя. Я это почувствовала. И… я не хотела, чтобы он это делал. По корчит гримасу и бормочет: – Он заслужил это. Выродок. Без обид, генерал. – Без обид, командор. Но он не выродок, – замечает она, и в ее глазах мелькают искорки. – Самый что ни на есть законнорожденный отпрыск, к сожалению. Рей слабо улыбается. – Рей, ты могла бы держать меня в курсе дальнейших разговоров с Кайло? – серьезно спрашивает Лея. – Я понимаю, что это может быть личным, но мне нужно знать, есть ли какие-либо намеки на то, чем он занимается. Опыт подсказывает мне, что он принял руководство Первым Орденом. Рей вздыхает. Эти разговоры и были личным, в частности, потому, что они опирались на их эмоции и понимание друг друга, но Лея по меньшей мере заслуживает того, чтобы знать, что делает ее сын. – Конечно, генерал. Простите, что не сказала вам. – Поверь, Рей, я понимаю, – Лея встает, показывая, что обсуждение подошло к концу, и кладет руку ей на плечо. – Если почувствуешь, что тебе сложно справляться с этим, ты всегда можешь поговорить со мной. Она уходит, оставляя Рей наедине с По. Пилот склоняет голову набок: – Ну разве ты не счастливица? – О да, еще какая, – иронично парирует она. – Половину времени в моей голове присутствует злой лорд ситхов. – Ну, лучше ты, чем я, – отвечает он. – Не переживай, я знаю, что по-прежнему могу доверять тебе. Ты не переметнешься во Тьму, это было бы слишком глупо. А ты не глупая. – По улыбается и идет к выходу. – Передай Кайло, что он может засунуть свой дурацкий меч себе в задницу! Рей фыркает, улыбаясь. Хоть разговор прошел куда лучше, чем она ожидала, ей по-прежнему неуютно. Она вновь потирает руку и решает вернуться в свою комнату.