Balance

Рей встречает взгляд женщины и понимает, что не знает, что делать. Что-то в сложившейся ситуации пугает ее куда сильнее, чем бои, политика и даже разделение уз с Кайло Реном. – Пожалуйста, благослови ее, – просит женщина, на сей раз куда настойчивее. Рей смотрит на ребенка, которого та держит на руках, а затем переводит беспомощный взгляд на По. Пилот же весьма красноречиво пожимает плечами – тут он ей не помощник. Девушка вновь переводит взгляд на женщину с ребенком. Это не она. Она – не героиня и не спасительница, что должна благословлять детей и быть предметом обожания людей, которых даже не встречала. – Я не… Я… Она прекрасна, – честно говорит Рей, зная, что не может просто уйти, но не желая пытаться быть той, кем ее просят. – Спасибо, – отвечает женщина, склонив голову, и девушка чувствует слабость. В ее жизни никогда не было подобного. Она была мусорщицей на планете, где дети были редкостью, и если они не умирали от голода, то обычно становились либо сборщиками лома, либо мусорщиками, либо торговцами. Кто она такая, чтобы благословлять дитя? Рей вновь встречает взгляд женщины и отчетливо понимает, что не способна стать той, кого хотят в ней видеть. Легендой, которая всем им нужна. – Простите, – шепчет она, разворачивается и срывается с места. Рей сбегает от глазеющей на нее толпы, от надежды той матери и от плача ребенка. Она бежит, не разбирая дороги, пока, наконец, не оказывается в ангаре. Побродив по нему немного, девушка замечает «Сокол». Взобравшись на борт старого корабля, она чувствует, что тот пуст, так что усаживается на один из диванов и прячет лицо в ладонях. Перед глазами до сих пор стоит образ женщины, смотрящей на нее так, словно благословение Рей и правда может защитить ее дочь от суровых перипетий галактики. Но ведь это не так. Она не тот джедай, которого все хотят. Р’иийя, она ведь даже не уверена, что является джедаем. Слова Кайло переплетаются с ее собственными страхами: действительно ли Орден джедаев и правда так хорош, как она на то надеется? Даже Люк хотел положить ему конец, а книги, что она читала, были не более ясны. Возможно ли, что джедаи просто боялись того, чем станут, если не будут контролировать себя? Что, если несмотря на все их речи о мире, они пребывали в постоянном страхе? Она не может принять этого. В любом сообществе, неважно, сколь мудром, имеют место пороки – те же мусорщики, у которых она научилась истории, торговле и самозащите, имели мерзкую привычку питаться друг другом во времена, когда Ункар Платт ограничивал выдачу пайков. И пусть Люк какое-то время думал о том, чтобы убить Бена, его характер и кодекс морали не позволили ему этого сделать. Орден ситхов же подталкивал Кайло к убийству обучавшихся с ним детей и даже к убийству собственного отца – да так, словно это было правильно. И все же ей неуютно от мысли, что именно это и значит быть джедаем: общаться с дипломатами, благословлять детей и в тайне бояться тьмы. Она поднимается и открывает ящик, где хранит книги, увезенные с острова Люка. Они будто обладают собственной аурой – словно содержат воспоминания всех людей, что когда-либо держали их. Всего книг шесть: одна – некое подобие заметок о природе; парочка массивных философских томов; та, что повествует о формах владения клинком и одна о создании световых мечей. Рей нравится та, что рассказывает о природе – это помогает ей медитировать, напоминая о балансе, который она чувствовала на острове Люка. Сегодня, впрочем, ей нужны ответы, а потому она вздыхает, открывает огромный потрепанный том и откидывается на сиденье. Эта книжка кажется ей самой самобытной – насколько понимает Рей, в ней фактически описывается огромная история галактики с углублением в исследования и философию Ордена джедаев. Не самое занимательное чтиво, но она знает, что это важно, так что старается сосредоточиться на витиеватом почерке. Не то чтобы особо помогает и это – в итоге Рей по большей части пролистывает страницы, бегло просматривая их на предмет нужных ответов. «Джедаи, – думает она, – для кучки нудных стариков имели о себе слегка завышенное мнение». И пусть она чувствует легкий укол совести за эти мысли, все-таки дабы эти книги и правда могли направлять, стоило бы попросить кого-то переписать их и придать красок повествованию. Большая часть прочитанного ничего ей не дает. Через каждую строчку канвой проходит учение о том, что страсти следует избегать и что нельзя чувствовать мир, если глубоко погружаешься во что-либо. Рей старается читать это, отбрасывая собственные суждения, – правда старается – но в конечном итоге ей приходится признать, что написанное слишком уж сбивает с толку, а отдельные утверждения даже вызывают некоторое беспокойство. Ей очень хочется найти во всем этом смысл, но получает девушка только больше вопросов. Почему она чувствовала баланс на Акх-то, ведь джедаи проповедуют следование свету и полное отречения от тьмы? И ведь сам остров отличался некоей двойственностью – в нем сочетались обе стороны. Тогда, двинувшись во тьму, она не увидела зла. Лишь страх. И отсутствие ответов, которые бы все объяснили. Девушка вздыхает и продолжает продираться через написанное в книге. Ведь в ней же должен найтись какой-нибудь ответ, так? Новая страница, к удивлению Рей, приносит с собой новое писание. Это писал кто-то другой – стиль разительно отличается от прочитанного раньше, да и воспринимать становится куда проще. Ответы, впрочем, здесь столь же расплывчивы, и она вновь принимается бегло пробегать глазами по строчкам, пока выбивающийся из общей канвы текст не привлекает ее внимание. Это что-то написанное короткими строками, что-то... сродни песне. Рей хмурится и внимательно читает: «Сначала был день, За ним пришла ночь. Следом сквозь тень Свет проносится прочь. Сказали, что разница В том лишь, как быть, От сумрака избавиться, Взгляд джедая открыть». – В этом есть смысл, – расстроенно бормочет Рей. Это самое близкое подобие ответа, которое она нашла, и все же оно не ясно до конца. Значат ли эти слова, что важно найти баланс? Или же гласят о том, что джедаи ответственны за то, что нет больше «сумрака», лишь Свет и Тьма? Или, может, здесь говорится о чем-то еще? Рей резко захлопывает книгу, бросая ее на пол, – впрочем, тут же чувствуя себя виноватой за эту вспышку. Пустая трата времени. Она не знает, зачем вообще полезла в эти старые джедайские фолианты. Впервые за долгое время Рей совсем одна – и избегала она этого не просто так. Будучи с друзьями, Леей или даже Кайло, у нее выходило игнорировать тянущее глубоко внутри чувство одиночества. Сейчас же, когда в руках нет даже занудной книжки, она дает волю мыслям. И они не милостливы к ней. Она начинает задумываться о том, был ли прав Кайло, правда ли кто-то заботится о ней не только из-за ее силы. Люк бесцеремонно посылал ее с острова, пока она не объяснила ему, что связана с Силой. Лея же вынуждает ее рассказывать всем потенциальным союзникам, что Рей – джедай и может сражаться на их стороне. Даже Кайло временами, кажется, думает о том, что это единственная общая их черта, которая стоит того, чтобы обращать на нее внимание. Оставили бы ее родители, зная, на что она способна? И так ли это важно? Люди на базе, солдаты, семьи, политики – все смотрят на нее, словно она их надежда. И пусть порой ей и правда приятно, что ее так воспринимают, Рей прекрасно осознает – все это потому, что люди не знают ее. Ведь во многих смыслах она – никто. Всего лишь мусорщица. Всего лишь дочь никчемных перекупщиков хлама. Недостаточно сильная, чтобы противостоять Сноуку; не завершившая обучение – и даже неуверенная, что может стать той, кем нужно. Нет, она не совсем одинока, Рей знает это. Финн, Роуз и По любят ее, и им не важно, джедай ли она – особенно Финну. Но кажется, что вся остальная галактика наблюдает за ней, ждет, пока она станет… чем-то. Кайло хочет, чтобы она оставила все ради него. Лея – это ясно как божий день – хочет, чтобы она была послом, какими были джедаи во время войны клонов. Множество других людей, очевидно, хотят видеть легендарного бесстрашного рыцаря-джедая, способного противостоять целым армиям. И даже у Силы есть на нее планы. Только вот Рей не является никем из перечисленного. Она всего лишь человек. Человек, не имеющий ни наследия, ни ответов. Вздохнув, девушка поднимает книгу с пола и убирает обратно в ящик. Несомненно, Лея ожидает услышать извинения или, по крайней мере, объяснение. Подобное бегство спасителя от тех, кто нуждается в помощи, едва ли благоприятно скажется на Сопротивлении. Девушка знает, что это некрасиво с ее стороны и что она должна контролировать подобные чувства. Но в то же время она всю жизнь прекрасно обходилась без джедайского кодекса, а значит, если продолжит это делать, ничего не случится. И пусть Рей не уверена в своей правоте, сейчас ей все равно.