Рождённый Силой

Очереди возле знакомого кабинета не наблюдалось, впрочем, это было вполне ожидаемо. День в самом разгаре, все занимались своими делами, одна Асока не принимала в них участия, готовясь к самому важному из дел своей жизни — рождению ребёнка. Однако дверь оказалась заперта, очевидно, врач отлучился, Тано отошла от кабинета и принялась разглядывать ставшие уже привычными узоры на стенах. Сами они имели уютный желтый цвет, а рисунок представлял собой плавно перетекающие друг в друга синие и зеленые спирали, напоминающие волны, что иногда бывают в больших водоёмах при сильном ветре. В один момент она услышала отдалённые голоса в конце коридора и, слегка повернув туда голову, заметила своего врача, говорившую с неизвестным молодым человеком. Слова плохо долетали с такого расстояния, единственное, что Асока смогла разобрать, было: — Скажи ей всё, что я велел, оплата будет соответственной и вот ещё, сделайте так, чтобы эта вещь к ней попала, — произнёс паренёк и, засунув руку в карман синего жилета, вынул какой-то небольшой предмет, завёрнутый в коричневую ткань и, передавая, предупредил, — но так, чтобы она не догадалась. Врач поспешно спрятала предмет в белый карман униформы и, поспешно попрощавшись с собеседником, быстро пошла к рабочему месту. Это была ещё довольно молодая женщина, не так давно работавшая в медкорпусе, но уже успевшая зарекомендовать себя, как грамотного специалиста. Завидев возле дверей Асоку, она поздоровалась с ней и жестом пригласила пройти в кабинет. Тано, слегка помявшись, вошла. Девушка до сих пор ощущала некоторую неловкость при плановых осмотрах, ей претила мысль о том, что в её организм будут заглядывать и совершать над ним какие-то действия, причём не всегда приятные, чаще всего, даже наоборот. Но, как известно, здоровье будущего ребёнка было важнее всякой там чепухи вроде стеснения. В кабинете, как и всегда, пахло дезинфецирующими средствами и свежезаваренным чаем, очевидно, недавно был обеденный перерыв. Асока присела возле стола, за которым устроилась врач, и приготовилась отвечать на обычные вопросы, которые всегда предшествовали осмотру. — Скажите, вас в данный момент что-то беспокоит? — спросила женщина для начала, взяв в руки карандаш, приготовившись делать записи в медицинской карте. — Вы знаете, меня очень часто мучают дурные предчувствия, мне постоянно кажется, что со мной или моим ребёнком не всё будет в порядке, поэтому я ужасно сплю и всё время плачу. Как быть? — чтобы сказать об этом Асоке пришлось собраться с духом, ведь, кто знает, как врач на это отреагирует, ещё, чего доброго, решит, что у неё помешательство. Однако ничего похожего не случилось, лицо женщины выражало только участие и неподдельное желание помочь. — Не нужно этого стесняться, в вашем положении это нормально, — произнесла она с мягкой улыбкой, дотрагиваясь до руки Асоки, — Для тех, кто вынашивает ребёнка впервые, это совершенно нормально — бояться. Но, поверьте, это пустое, не стоит даже уделять этому время. Я выпишу один препарат, принимайте перед сном и тревога пройдёт. А как вы себя чувствуете в целом? Асока на миг задумалась, стоит ли рассказывать, и видимо решив, что стоит, подняла на врача взгляд и выдала главную причину своих переживаний: — Почти всегда хорошо, но вот иногда, а в последнее время всё чаще у меня начинает кружиться голова и темнеет в глазах. Это продолжается с третьего месяца. — Так, а вот это, Асока, уже серьёзно — сказала врач, внезапно изменившимся голосом, а в лице её появилось странное выражение, словно она, из потока несвязного бреда наконец, смогла выделить нечто значительное, — Расскажите подробно, как и когда это происходит? Тогрута тряхнула головой, передернула плечами и принялась как можно подробнее описывать. Она объяснила, что подобное случалось с ней чаще всего, при сильном волнении или при резком подъёме. Ещё, что уж совсем удивительно, при виде крови. — Никогда со мной подобного не случалось, — завершила девушка свой рассказ, подперев рукой подбородок. — Кажется, я понимаю, в чем дело, — задумчиво проговорила женщина, внимательным взглядом рассматривая тогруту, — Для этого придётся взять твою кровь на анализ. Произнеся эту фразу, целительница нажала красную кнопку на небольшой приборной панели, лежавшей возле подставки для письменных предметов. Тотчас же из угла кабинета послышался негромкий писк, потом, сверкая двумя зелёными огоньками и одним белым, прямо к столу подкатился небольшой дроид-помощник. Асока и раньше видела таких, но вот иметь с ними дело ей приходилось не часто. Она уже знала, что ей сейчас велят сделать, и не ошиблась. — Положите руку на стол и отвернитесь, — прозвучало через секунду. Асока покорно вытянула правую руку и повернулась в сторону, чтобы не видеть, как дроид своей острой иглой проткнет её вену. Достаточно и того, что чувство боли от этого никуда не деть. С самого детства терпеть не могла этой процедуры, старалась и по сей день по возможности избегать её. Однако теперь было не отвертеться. Тут же, словно отвечая на мысли девушки, на сгибе локтя возникла неприятная боль, похожая на укус противного насекомого, что в изобилии летали на планетах с жарким климатом. Почему-то в этот раз было больнее, чем обычно, или Асоке это просто казалось? Но вот всё закончилось, дроид убрал иглу и, согнув ей руку в локте, поставил пробирку с красной жидкостью в стоявший тут же аппарат со стеклянными трубками и чувствительным экраном. Тано могла уже повернуться и теперь видела, как по этому экрану заметались скачущие вспышки, говорившие о том, что идёт исследование. Наконец прибор ненадолго погас и спустя секунду явил взгляду таблицу из трёх столбцов. В первом — названия форменных элементов крови, во втором — их содержание в норме, в третьем — то, каким оно было у Асоки. Изучив вышедшую из задней стенки прибора распечатку, врач вынесла наконец свой вердикт: — У вас явная анемия и недостаток сахара, если так пойдёт и дальше, могут быть серьезные проблемы. А теперь приступим к осмотру.

***

Проблемы имелись не только у Асоки, не всё хорошо и гладко было сейчас и у ещё одной особы. Местом её жительства был не шумный, никогда не замолкавший Корусант, а спокойная, покрытая зелёными лугами планета Набу. Атмосфера тихой, первозданной природы с журчанием водопадов и пением лесных птиц, казалось, была специально создана неизвестным творцом, чтобы уставшие от забот и бесконечных дел жители Галактики смогли отдохнуть и набраться сил. Вот только подобное суждение никоим образом не относилось к молодой женщине, которая неспешно прохаживалась возле озера и размышляла. О чем она думала? На этот вопрос не имелось точного ответа. Вернее, их было бы слишком много: о дальнейшей судьбе, о работе, да и просто о том, что ей ответить надоедливому ухажеру. И всё же, чаще всего, её мысли касались недавнего прошлого, которое казалось теперь просто идеальным. Ведь там всё было так хорошо, а теперь... Она осталась совершенно одна. Муж счастлив с новой любовью, у родных и друзей свои заботы, рядом оставался лишь верный шпион-приспешник, но его внимание и забота скорее раздражали, нежели радовали. Женщина сегодня вообще была не в настроении, притом с самого утра. Едва проснувшись, она ни с того ни с сего запустила стаканом из-под воды в свою служанку. Та едва успела увернуться. — Прости меня, Дорме, я право, не в себе сейчас, — пробормотала она растерянно, с трудом взяв себя в руки. — Ничего, госпожа, всё в порядке,— поспешно сказала помощница, собирая осколки посуды, разлетевшиеся по комнате бывшего сенатора. Поняв, что находиться дома она не в силах, набуанка вышла в сад. — Нет, я больше так не могу, как меня всё достало! — произнесла она исступлённо, по старой привычке швыряя в воду камни. Уволившись из Сената, женщина пока не нашла другого занятия и бесцельно проводила дни в родном поместьи. В конце концов, не удержавшись, прошла на стоянку звездолетов, где оставила тот, что принадлежал ей ещё со времен службы в Сенате и, как всегда, попросив протокольного дроида взять управление, села в кабину, взяв курс на Корусант.