Рисуй только меня

      — Немного левее!       — Так?       — Для меня левее, Тони. Для тебя это правее. Голову немного ниже, ещё чуть-чуть.       — Я уже устал. Давай прервёмся? У меня ноги затекли.       — Мы же только начали, не выдумывай. Сам напросился.       — Боже, и зачем я только согласился…       Ранее.       Утро, ещё даже солнце не начало появляться на горизонте, а Питер всё ещё не ложился в кровать — он работал над своей новой картиной. Раньше он рисовал только портреты, но теперь он пробовал себя в разных темах и решил начать с пейзажа. По-доброму, ему бы следовало выехать на природу, даже хотя бы просто полюбоваться видами и сделать пару набросков карандашом на холсте, чтобы нарисовать действительно существующую местность. Но как ни уговаривал Паркер Тони, тот наотрез отказывался. На него навалилось много работы, даже чересчур, потому, что даже Поттс не справлялась, и поэтому пришлось взять всё в свои руки. Старка опять подозревали в продаже оружия, так как при подрыве здания в Колорадо на бомбе был логотип его компании. Всё же какую бы зачистку мужчина ни проводил, а его оружие всё ещё гуляет по миру. А одного парня миллиардер наотрез отказывается отпускать, даже с охраной.       И ничего больше не оставалось паучку, как рисовать выдуманные пейзажи просто нереальных мест: насыщенно-зеленая трава, которая, казалось, переливалась всеми оттенками зеленого на солнце; высокие деревья с большими кронами веток и листьев, а вокруг них весело порхают бабочки различных размеров и цветов, там уж точно не было ни одной похожей на другую; небо, усыпанное облаками, которые при хорошем воображении можно принять за какого-нибудь зверька или рыбку. Картины действительно были прекрасны, в них было много чего фантастического, даже если там такового не было. В них действительно была вложена душа, частичка большого сердца Питера. Поэтому его картины не продаются. Тони пытался завести об этом разговор, но всё заканчивалось скандалом. Не был готов парень расстаться со своей душой. Он думал, что его картины будут загрязнены руками других людей, неправильно поняты и, возможно, даже опошлены. Каждый рисунок он воспринимал как своё дитя, и жаль, что Старк этого не понимал.       — Питер, ты почему не спишь?       — Тони? Ты уже вернулся? Почему так поздно? — спросил Паркер, подрываясь с места и подходя к мужчине, обнимая его за талию — это была их маленькая традиция.       — Много дел, малыш. Нужно со всем разбираться. Я скучал, — ответил миллиардер, целуя мужа. За время решений проблем они немного отдалились друг от друга.       — Тебе нужно отдохнуть, возьми небольшой перерыв. Пожалуйста!       — Я не знаю, получится ли. Я постараюсь, честно. Если всё будет хорошо, то я даже побуду для тебя натурщиком!

***

      — Ладно, хорошо. Но я не думал, что мне придётся светить своей голой задницей в лесу!       — Она не голая, а прикрыта простынью, так что успокойся. Приспусти её немного на боку, ты сильно прижал ткань к телу, она должна свисать волнами, а не впиваться в кожу!       — Может мне голым лучше попозировать тебе? Прикрывшись только виноградом?       — А это хорошая идея, думаю, мы тут задержимся.       — Не-е-т!