Until it sticks

Бетти зашла домой в тот же день после школы, чтобы переодеться и взять вещи для тренировки группы поддержки. — Бетти? — девушка застыла на лестнице, поднимаясь на второй этаж, в свою комнату. — Да, мам? — Я в гостиной, подойдешь? Бетти медленно спустилась обратно, надеясь на лучшее. Ее день и так был безумным, а ее мать была излишним дополнением. Элис Купер сидела на диване, сложив ногу на ногу. По ее позе и лицу было видно — тяжелого разговора не избежать. Бетти просто было интересно что не так на этот раз. — Как дела в школе? — спокойно спросила мама. — Да как обычно, — девушка неловко поправила рюкзак, все еще висящий на плече. — И ты не называла никого «ублюдком» на биологии? Бетти невольно приоткрыла рот в шоке. — Ты поставила на меня жучок? — Нет, все намного хуже, дорогая, — мама скрестила руки на груди, глядя на нее с прищуром, — мне только что звонил тренер Клейтон. — Не могу поверить, — выдохнула девушка. Чак пожаловался? — Я тоже была в шоке, — продолжила мама, — Чак сказал своему отцу, что ты ни с того ни с сего накричала на него при одноклассниках, а потом начала рыдать. Не вини мальчика, он всего лишь переживал за тебя, поэтому рассказал отцу. — Ты шутишь? Все было совсем не так! Он пытался… — Ты принимаешь свои таблетки, Элизабет? — перебила ее Элис. — Мам, если ты предъявляешь мне обвинения, дай хотя бы оправдаться… — попыталась оспорить Бетти. — Ты не принимаешь, ведь так? — повысила голос женщина. — Мам, Чак издевался над моим одноклассником. Все, что я сделала — вступилась за него. И я не устраивала истерику. Если не веришь — можешь спросить Веронику, — Бетти действительно была готова привести подругу и попросить ее рассказать все матери, лишь бы та перестала обвинять ее во всех грехах. Мама встала напротив нее, внимательно рассматривая лицо девушки. Бетти знала: по ней всегда четко видно, когда она врет, но сейчас-то она говорила правду. Впрочем, это не убедило ее мать. — Я хочу, чтобы ты выпила таблетки при мне. Бетти не поверила своим ушам: — Мы не в сумасшедшем доме! Я не буду этого делать сейчас, ты ведь знаешь, что от таблеток меня тошнит, я не смогу пойти на тренировку! — Значит ты на нее не пойдешь. Ничего страшного, если ты лишний раз не увидишь эту девицу Блоссом, свою Веронику или Арчи, — неприязненно сказала Элис. Бетти почувствовала, как ее глаза стали наполняться слезами, но она все еще верила, что может все объяснить и достучаться до своей мамы. — Это то, чего ты хочешь? Чтобы я просто сидела дома, да? Была идеальной ученицей, идеальной дочерью, идеальной сестрой. Копией Полли? Элис смотрела на нее все тем же строгим взглядом, но Бетти еще не закончила: — Я не Полли, мам. И даже Арчи — не Джейсон. Бетти надеялась, что в равнодушном лице ее матери изменится хоть что-то, что упоминание о сестре или о причине ее нестабильности — Джейсоне Блоссоме — разбудит хотя бы злость в ней. Но на ее лице все еще не было никаких эмоций, кроме твердости в глазах, когда она сказала: — Принеси таблетки из комнаты и спустись сюда. Бетти пришло в голову поставить свое условие: — Я выпью их только в том случае, если ты разрешишь мне поехать к Полли. — Это пройденный этап, Элизабет, — мама закатила глаза, — она больна. Она даже не узнаёт нас. — Моя сестра узнает меня. Даже если нет, мне плевать — мы не виделись больше четырех месяцев, с начала лета! Элис вплотную подошла к ней и схватила за руку, прерывая: — Ты выпьешь таблетки при мне, если хочешь жить в этом доме, а не проходить лечение с сестрой. Бетти сделала шаг назад, отдергивая руку, все еще до конца не веря в ее слова. Она почувствовала, как по ее щеке скатилась слеза и как внутри нее будто что-то сломалось. Ее семья была безопасной, надежной. Их дом был тем местом, куда она возвращалась после тяжелого дня и где всегда находила уют. Что бы ни происходило, это оставалось неизменным. И она понятия не имела, что произошло с его обитателями и в какой момент они изменились до такой степени. — А разве есть разница? — сипло спросила она, разворачиваясь к лестнице.

***

Джагхед сидел за дальним столиком «Попс» практически в обнимку со своим ноутбуком, громко стуча по клавишам, будто пытаясь заглушить шумную компанию старшеклассников, сидевших у входа в кафе. Было около семи вечера, но он уже чувствовал, что его глаза слипаются. Он не хотел возвращаться в холодную будку кинотеатра и не мог позволить себе оставить главу незаконченной, так что он потянулся к чашке давно остывшего кофе, выпивая остатки с густым горьким осадком и поднял руку, привлекая официантку. Когда он поднял глаза на подошедшего, перед ним стоял сам владелец кафе. — Привет, Поп, — Джагхед улыбнулся добродушному пожилому мужчине, всегда предлагавшему постоянному клиенту кофе за счет заведения. — Джагхед, я понимаю, что у тебя тяжелый график писателя без перерывов и выходных. Но одиннадцатая чашка кофе может свалить даже лошадь. Джагхед неверяще уставился на свою пустую чашку. — Эээ… это седьмая, нет? — неуверенно ответил он. Поп обреченно покачал головой. — Я оплачу все, извини, — Джагхед вытащил горсть монет и пару купюр из кармана. Хозяин отмахнулся от него, все еще покачивая головой и отходя от столика. — Поп, тебе придется налить мне кофе, если ты не хочешь, чтобы тебя загребли за жестокое обращение с детьми! — в отчаянии крикнул ему вслед Джагхед. Но мужчина вернулся за свою стойку, оставаясь непреклонным к мольбам. Парень еще раз растерянно оглядел свою грязную опустевшую кружку, нехотя заново открывая документ на компьютере — главу ему дописать придется, с кофеином или без. Битый час Джагхед мучился, вытягивая из себя мысли, всерьез подумывая о перспективе поставить пару спичек между век, и отчаянно скучая по кофе. В закусочной еще оставалась пара посетителей, но неугомонные старшеклассники ушли и теперь некому было помешать Джонсу погрузиться в сон. Он оторвался от экрана, давая перерыв глазам, оглядывая занятые места. На противоположной стороне кафе, через несколько столиков от себя он увидел Веронику Лодж и, сидевшую напротив нее, Бетти. Лодж рассказывала что-то, энергично жестикулируя, и Бетти, в сравнении с ней, показалась не совсем свежему сознанию Джагхеда почти обездвиженной. Ее профиль вписывался в обстановку, как будто она сошла с одной из фотографий первых посетителей на стене «Попс»: руки сложены на столе, рядом стоит нетронутый коктейль, светло-розовый кардиган почти сливается с волосами, как обычно собранными в хвост. Когда его взгляд добрался до лица девушки, она неожиданно обернулась. Блондинка неуверенно помахала ему рукой и Джагхед кивнул в ответ, снова переводя взгляд на компьютер. Его голова прояснилась, и почти законченная глава показалась не такой ужасной — Бетти Купер всегда действовала лучше любой чашки кофе. Он усердно продолжал печатать, когда краем глаза заметил движение у своего столика. — Можно я присяду? — Бетти переминалась с ноги на ногу. Теперь он окончательно проснулся, удивленно глядя на ее. — Если хочешь, — Джаг отодвинул ноутбук от себя, когда девушка села напротив. Бетти очистила поверхность стола от песчинок сахара, попеременно поглядывая на Джагхеда и свои руки. — Как дела? — наконец смущенно произнесла она. — Неплохо, — Джагхед проследил за тем, как она неловко скрепила руки, — ты можешь просто сказать, если тебе что-то нужно. — Да, ладно, я не то чтобы… — Бетти кусала губы, исподлобья глядя на Джонса, — извини, ты не подумай… Джагхед закрыл ноутбук и скрестил руки на груди, заинтересованно глядя на нее и старательно сдерживая улыбку. — Так вот, — Бетти глубоко вздохнула, встречаясь с ним взглядом, — ты не хочешь писать со мной для «Голубого и золотого»? Ее плечи сжались и руки прекратили хаотичное движение по столу, как будто она ожидала услышать прямой отказ. — Не думаю, что я подхожу для того, чтобы писать в школьной газете, Бетти, — мягко сказал Джагхед, уже ненавидя эти слова. — Я буду помогать и редактировать, — затараторила Купер, — и ты ведь пишешь роман о Джейсоне Блоссоме? Я собираюсь расследовать это, так что… — Стой, — Джагхед ошарашено оглядел ее, — ты… что? Бетти тяжело вздохнула. — Я думаю, что исчезновение Джейсона может быть как-то связано с моей семьей, — ее глаза погрустнели, — это, конечно, только мои догадки. Но произошло что-то страшное, мы все чувствуем. Я просто хочу знать, почему. И, если честно, — Бетти подняла умоляющий взгляд на парня, — мне очень нужна твоя помощь, Джагги. Джагхед сощурился, глядя на нее и пригрозил пальцем: — Это был запрещенный прием, Купер. Бетти наклонилась ближе к нему и произнесла чуть тише, как-то по-своему незатейливо, но обезоруживающе нежно: — Джагги. Джагхед так и застыл с направленным на нее пальцем. Одна его часть понятия не имела как он собирается иметь дело со школьной газетой, а другая загорелась желанием узнать, что именно скрывала Бетти Купер под своей улыбкой, попутно расплавляя его сердце этим ласковым обращением. — Ладно, — в итоге произнес он, возводя глаза к потолку и покачивая головой. Лицо Бетти озарила настоящая улыбка, — но с одним условием. — Каким? — Бетти открыто смотрела на него, без следа настороженности, похоже, согласная на любую просьбу. — Ты можешь заказать для меня кофе? — заговорщически сказал Джагхед.