Until it sticks

Бетти дописывала сочинение по английскому, когда лежащий рядом мобильник настойчиво завибрировал, привлекая внимание. Она озадаченно глянула на часы, показывающие половину десятого. Кому понадобится звонить ей в такое время? Девушка еще больше смутилась, увидев незнакомый номер. Опасливо поднося телефон к уху, она нажала «ответить» и, не успев вымолвить ни слова, услышала до боли знакомый голос: — Бетти? — почти кричала в трубку ее сестра. — о Боже, Пол! — все в голове Бетти перемешалось: от радости слышать голос сестры, до острого желания узнать о причинах ее нахождения в больнице, — Как ты? Как твое здоровье? — Бетти, я звоню не просто так, — Купер наконец расслышала, каким серьезным был ее голос и плохое предчувствие холодными тисками сжало сердце, — этот звонок дался мне очень нелегко. — Полли, что случилось? — почти задыхаясь спросила девушка. — Я знаю, что у тебя есть причины мне не верить: представляю, что мама и папа наплели о причине моего отсутствия. — Бетти попыталась перебить сестру, но смолчала, услышав следующие слова, — Ты должна выслушать меня очень внимательно и дать слово, что ни наши, ни чьи-либо еще родители об этом не узнают. Это касается даже шерифа Келлера, ты поняла? — Даю слово, — твердо сказала Бетти. — Я полагаюсь на тебя, Бетти, и умоляю поверить во все, что я сейчас расскажу и воспринять это очень серьезно. — Полли перевела дыхание, — Около двух часов назад мне позвонил Джейсон. Я и понятия не имела об его исчезновении, спасибо родителям, — саркастично добавила она, — он сказал, что мне угрожает смертельная опасность и, казалось, очень спешил. Я не смогла узнать ни где он, ни о какой вообще опасности идет речь. Но он приказал мне сматываться из лечебницы и можешь поверить человеку, который знал Джейсона не один год — этот парень не шутил. Мысли лихорадочно забегали в голове Бетти, и она кинулась за своим блокнотом, готовая записывать каждое сказанное сестрой слово. — Что мне делать?

***

Джагхед Джонс преспокойно посапывал на диване в редакции «Голубого и золотого» с легкой руки Бетти найдя здесь свое новое пристанище. Оказалось, что в школе даже приятнее, чем в драйв-ин, если не брать в расчет начинающего что-то подозревать охранника, но Джаг предпочитал решать проблемы по мере их поступления. Резкий неприятный звук раздался прямо под ухом Джонса и он бы отмахнулся от него, как от беспокойно мухи, если бы на экране нарушившего сон телефона не высветилось имя Бетти Купер. С опаской взглянув на дверь, как будто ожидая, что Бетти прямо сейчас заявится в кабинет, он поднес телефон к уху. — Джаг? Ты спишь? — раздался взволнованный голос девушки. — Уже нет, — зевая в трубку, ответил он. — Где ты? Он раздумывал над правдоподобным местом, когда она резко прервала его размышления: — Не важно. Мне нужна твоя помощь. Это срочно. И это касается Джейсона Блоссома. Уже на первых словах Джагхед стал натягивать шапку. Теперь, собирая свои немногочисленные пожитки, он только спросил куда ему подойти.

***

Они встретились на автобусной остановке пригородного пути Ривердейла. Руки Бетти не переставали дрожать ни пока она покупала билеты, ни даже после того, как они сели в автобус на пути в приют для неблагополучных подростков «Дом тихого милосердия». — Объясни еще раз, — попросил Джагхед, — почему мы не можем позвонить шерифу? Или хотя бы вашим родителям?  — Джейсон запретил говорить кому-то из взрослых. Я сама не поняла всего, но у Полли не было времени объяснять — она тайком украла телефон из сумки медсестры, обычно им не позволено делать звонки. — Извини, что спрашиваю, — осторожно сказал парень, — но ты уверена, что эта информация… достоверная? — Нам придется поверить ей на слово, Джагги. — Бетти откинулась на сиденье, прикрыв глаза, — Это полное безумие, знаю. Возможно, моя сестра просто придумала все это, потому что она действительно больна… а возможно ей и вправду грозит серьезная опасность. И я не знаю, чего боюсь больше. — Что вообще за история была у них с Джейсоном? Бетти тяжело вздохнула, начиная рассказ: — Они общались долгое время, дружили. Мои родители никогда не одобряли этого, но не вмешивались, пока в прошлом году те не начали встречаться. Взрослые всячески противостояли этому, контролировали каждый шаг Полли, мама сильно давила на нее, а папа все время повторял, что Блоссомы — наши заклятые враги, просто потому, что когда-то давно они вели вместе бизнес, а потом что-то не поделили и прадедушка Блоссом убил прадедушку Купера, — блондинка развела руками, — короче, какой-то бред. Потом оказалось, что семья Блоссомов тоже не в восторге от этой пары. В итоге, все привело к тому, что они сходились и расходились чуть ли не семь раз в неделю, и это здорово отразилось на Полли. Она часто плакала, осунулась, похудела… но клянусь, она не была сумасшедшей! В начале лета я уехала в Нью-Йорк на курсы по журналистике… когда приехала, сестра уже была в лечебнице, а Джейсон пропал. Джагхед сложил руки под подбородком, задумавшись. — Тебе не кажется, что остается слишком много вопросов? Причина вражды как будто притянута за уши… — Я понимаю, о чем ты, поверь, я пыталась узнать подробности. Но от всех вопросов о Полли мама либо мастерски увиливала, либо повторяла, как заведенная, что она больна. Папа старательно избегает меня с того момента, как я вернулась — знает, что устрою ему допрос с пристрастием, даже уехал в командировку. Я все думала, что родители, конечно же, знали, что для Полли лучше… — Бетти досадливо покачала головой, — И все же я не могу закрывать на это глаза, что-то здесь отдает липой. Мама всегда была помешана на контроле, но чтобы вести себя так странно… Джагхед вопросительно посмотрел на нее, когда она не закончила. — Что именно она делала? — Не позволяла никак контактировать с Полли, до этого вечера я даже не знала, в какой именно лечебнице она находится, хотя я не раз пыталась это выяснить. Кроме того, — похоже, Бетти было особенно неловко говорить следующее, — в общем… она пыталась насильно заставить меня пить таблетки. В детстве у меня часто бывали нервные срывы и с тех пор мне выписывают успокоительные. Они довольно сильные и пью я их только в самых критических ситуациях, которые случаются не каждый день, конечно же… но от лекарств мне нехорошо, так что я стараюсь избегать употребления. — девушка крепко зажмурилась, избегая смотреть на Джонса, — Мне стыдно говорить об этом, и я прошу… — Никто никогда ничего от меня не узнает, — пообещал Джагхед. Бетти благодарно кивнула ему, продолжив: — Это все ненормально. Моя семья бывает странной, да… Но то, что происходит сейчас — это не моя семья. Поэтому я решила… — Что они могут быть замешаны в исчезновении Джейсона. — закончил за нее Джаг, — Зачем похищать его? Заставить держаться подальше от Полли? — Не знаю. Возможно, они ни при чем, но совпадения странные. — Совпадений не бывает, — уверенно произнес парень, — в любом случае, что-то с твоей семьей не так и ты должна знать, что именно. — Мне жаль, что я впутываю тебя в это, — с огорчением признала Купер, — ты в любой момент можешь отказаться, я все пойму. — Я не брошу тебя, — категорично покачал головой Джагхед и, заметив взгляд девушки, быстро добавил, — к тому же мне нужно быть в гуще событий, знать все подробности, для книги. Автобус уже подъезжал к месту назначения, когда Бетти призналась: — Если честно, я понятия не имею, как мы проберемся в лечебницу среди ночи. — Придется импровизировать. Они вышли на остановке, оказавшись прямо напротив дома для неблагополучных подростков. Даже Джаг признал, что выглядел он устрашающе: фасад выполнен в готическом стиле, на широкой лестнице, перед входом, по бокам сидели две скрюченные в нелепой позе горгульи. Похоже, они оказались в романе Дафны Дюморье или в «Джейн Эйр», как минимум. Одинокий уличный фонарь освещал парочку, и они поскорее отошли в тень, испугавшись, что кто-то в лечебнице их заметил. Джонс указал Бетти на тропинку, ведущую в сад на заднем дворе приюта, и они направились туда, защищенные покровом темноты, надеясь придумать что-то получше, чем входить через парадные двери. — Наверняка у них есть запасной выход, — предположила Бетти, — но, возможно, там сидит охранник или установлена сигнализация. — Я надеюсь, что у них есть подвал, — прошептал Джаг, прислонившись к каменной стене больницы, нащупывая в кармане мобильник, чтобы чем-то себе подсветить. — Вот, — Бетти протянула ему ручной фонарик, судя по виду, унаследованный у того самого прадедушки Купера, — не могу позволить современным технологиям испортить антураж нашей детективной вылазки. Усмехаясь себе под нос, Джагхед посветил на стену, почти сразу же увидев маленькое грязное окно, спрятанное за цветочной клумбой. Слегка надавив на него, парень убедился, что оно заперто. — Черт, не хотелось бы его разбивать… — еле слышно сказал он, разыскивая подходящий булыжник поблизости. Бетти уверенно отодвинула парня, присев на корточки и запустила руки в свои светлые волосы, усердно разыскивая что-то. — Ага! — она победно улыбнулась, нашарив невидимку и теперь орудуя ею у окна. Когда оно с легким скрипом распахнулось, она гордо добавила, — Я научилась этому из «Пособия для юных детективов от Нэнси Дрю». — Я был уверен, что сегодня мы Шерлок Холмс и доктор Уотсон, но как скажете, мисс Нэнси. — Ну, ты всегда можешь быть Нэдом Никерсоном*, если угодно, — подмигнула ему Купер. Джагхед невольно улыбнулся, глядя на ее воодушевленное лицо. — Мы обсудим наши сценические псевдонимы позже, если для тебя это так важно. А сейчас сосредоточься, — он мягко подтолкнул ее в сторону окна и Бетти ловко просунула туда ноги, теперь сидя на земле. Джаг взял ее за руки, удерживая, пока она не совершила мягкую посадку внизу. Сам же он просто прыгнул внутрь, не особо заморачиваясь о безопасности. Они выпрямились, оглядывая пыльный почти пустой подвал лечебницы, отыскивая взглядом лестницу наверх. — Что дальше? — поинтересовался Джонс. — Комната 304, третий этаж. Мы должны пройти туда по возможности незаметно и вывести Полли. — А если нас все же заметят? — Если на пути обратно — не страшно, — пожала плечами Бетти, — делаем ноги, но только втроем. Они поднялись к выходу на первый этаж, приоткрыв дверь и высунув головы, смотрящие в разные стороны: вокруг было тихо и ни одной души. Оба приметили деревянную лестницу наверх и, не сговариваясь, как можно быстрее и тише направились к ней. Едва Бетти ступила на первую ступеньку, та издала казавшийся в могильной ночной тишине приюта, невероятно противный и громкий скрипучий звук. Парочка недовольно переглянулась и Джагхед прошептал на ухо девушке: — Это классика. Дальше подниматься было еще неприятнее и опаснее: каждая ступенька соревновалась с другой за более невообразимое нарушение тишины, так что они полностью синхронизировали свои шаги, наступая одновременно и с перерывом в несколько секунд. Наконец попав на второй этаж, оказалось, что не все трудности были преодолены: следующий пролет был не менее громким. Изрядно вспотев от напряжения, но все-таки добравшись до двойных дверей, ведущих в отделение на третьем этаже, ребята, уже готовые праздновать победу, неожиданно услышали тяжелые шаги двух пар ног, поднимающихся позади них. Не думая о возможном присутствии охранника или медсестер на третьем этаже, они с нереальной по сравнению с подъемом по лестнице, скоростью, залетели внутрь. Опытным взглядом человека, проводившего каждую ночь в школе, Джагхед нашел подсобку в самом начале коридора и потянул туда Бетти. Стоило им прикрыть за собой дверь, и они услышали, как кто-то прошествовал мимо. Парень и девушка, переплетаясь руками и ногами, опираясь друг на друга в тесном чулане, встретились испуганными взглядами. Бетти попыталась что-то сказать, но Джагхед приложил палец к ее губам, останавливая. Нависнув над девушкой, он старательно вглядывался в щелку между стеной и дверью. Двое мужчин, прошедших мимо них, остановились возле одной из многочисленный комнат здешних «постояльцев». Кто-то, Джонс не смог разглядеть кто, снаружи ключами отпер им дверь. Внутри послышались сначала непонятные шорохи, потом включился свет, что-то разбилось и Бетти вздрогнула, не видя происходящего. Джаг успокаивающе положил руку ей на плечо. Парень услышал два низких голоса, но не смог разобрать ничего, кроме тех фраз, когда оба громко ругнулись, недовольные чем-то. Затем они снова появились в коридоре, и он с трудом расслышал испуганный женский голос: — Я понятия не имею, откуда она узнала… конечно никто не предупреждал… далеко уйти не могла… передайте ему, что я сделала все, что было в моих силах… Грубо ответив что-то, мужчины вышли на лестничный пролет, а женщина, открывшая им дверь, быстрыми шагами удалилась в другую сторону. Выждав еще пару минут, Бетти и Джагхед опасливо вышли из подсобки, в любой момент готовые вернуться обратно. Но затем блондинка разглядела на оставшейся распахнутой двери цифру «304». Наплевав на конспирацию, девушка забежала в комнату, в которой никто не потрудился выключить свет. Но это было и не нужно: редкие острые осколки стекла, оставшиеся от когда-то большого окна, возвещали о том, что Полли Купер спасла себя сама.