Меланхолия теннисных мальчиков

Когда я спал с Ёном, парнем, что официально заправляет делами борделя, то мельком взглянул и на изнанку бизнеса. Всего конечно мне видеть не довелось, но, например, я знаю, как подготавливают охранников — обучение вроде идёт месяц с небольшим. Создаётся впечатление, что там не только обучают, но и наказывают. Я воспроизвёл образ своего приятеля, трудящегося в поте лица во время подготовительных занятий, уже отчаявшегося, а потом мирно сидящего в кресле, не сводящего взгляда с камеры. Может именно железная дисциплина, внушенная ему ранее не давала задремать на посту? Скорей всего так и было. Когда так же серьёзно прокачивают мозги детям перед экзаменами, они потом во время самого процесса начинают искать в простом сложное. Этот парень Ён был харизматичным и умным, но сдаётся мне, его лицом просто прикрываются, а у настоящего владельца казино и стрип клубы натыканы по всей Азии. Официант с бледным лицом меня раздражал, я вышел на улицу и отыскал там телефонную будку знакомств. Меня заинтересовал попавшийся мужчина в трубке. — Номера небольшие, но есть кровать и душевая, обслуживание номеров и бумажные салфетки. — Салфетки? — Прости. — А чем ты занимаешься? — Можно сказать, я — писатель. Работаю над романами для удовольствия, иногда пишу сценарии для мелких комедий, так же пишу портреты детей. — Так ты художник? — Называй как тебе нравится. — Значит шоу-бизнес? — Ну, можно и так сказать. (ха-ха-ха-ха!!!) Некоторые разговоры, что веду в телефонных клубах записываю, изучаю людей, которые идут на анонимные знакомства, потом напишу об этом сценарий для пьесы. — Вот оно что. Ищите интересных девушек? — А, всех подряд, главное, чтобы личность была стоящая. Так как, может, встретимся разок? — Почему бы нет? Ладно. — Правда? Не верится. Хорошо, я буду в бейсболке Нью Йорк. Встретимся на входе в ресторан Migabon в 7 вечера. — И ты с ним встретился? — Джун не смотрел на меня, я понял, что остатки кокаина он добил сравнительно недавно. — Нет, он показался мне странным. Я не пришёл. — Хорошо, сегодня не моя смена, Дженни должна скоро придти. Можем прогуляться, ты всё равно пока болтаешься без дела. У тебя есть…? — Нет, сегодня не хочется кокаина, а прогуляться пойдем. Есть немного травки, она не химическая, но и не слабая. — Хорошо. А вот и Дженни, — взбодрился он скорей от моей заначки, чем от появления брюнетки, — Толстоляхая, — шепнул он мне. Нас, обогнал курящий мужчина в деловом костюме, кажется, он шёл с работы, помахивая своим кожаным портфелем. — Хотите есть? — спросил он. От накурки есть и правда сильно хотелось, деньги у меня были только на такси и ещё немного, но этого бы не хватило, чтобы пообедать по людски. Всё, что я мог на них себе позволить, так это максимум разбить пару маленьких тарелок в ресторане. — Покажите визитку, — обратился Ким. — Весьма предусмотрительно. Мы трое вышагивали вдоль улицы, Джун изучил его карточку и изрёк: — Почему бы и нет. Мы ели сябу-сябу с мисо-соусом в японском ресторане и запивали белым вином. Мужчина сидел напротив нас по-турецки. — Помнишь меня? Ты ведь Чимин? — Не помню. Еда очень вкусная, спасибо. — Мы трахались в лав отеле без презервативов. Ты ещё тогда кокаином баловался. Мы с Джуном переглянулись, посмеиваясь, «а поточнее можно?» — Мой сын примерно ваш ровесник, учится в престижном ВУЗе, гордость семьи. Слушай, когда говорят старшие! Вот ведь заноза, я итак его прекрасно слышал. — Я его один воспитываю. Девица с которой я когда-то встречался сообщила мне, что залетела, когда только осознал, что являюсь геем. Так что, аборт? Зарыдала она. Дура! Сама предложила. Давай мне его на воспитание, раз у тебя нет денег. Родишь здорового — хорошо заплачу, если нет, решай сама как быть дальше. Ему сейчас уже 24 года, кажется, вырос слишком доверчивым. Девчонок не водит, может тоже гей, как и я? Джун, верно? Оставь нас пожалуйста, сходи выпей чего-нибудь в баре и не беспокойся о деньгах. Итак, Чи-мин. Ты похорошел, и всё такой же молодой. Когда же ты уже закончишь расти? — Господин, извините, что перебиваю, меня не интересует секс за деньги. С этим покончено. Прошу принять как факт и давайте закроем тему. Мужчина задумался, трогая подбородок. Странно, что я никак не мог вспомнить его лицо, даже в базе данных его анкета не мелькала. Вот сейчас смотрю и понимаю, что если бы видел хоть раз, то наверняка бы запомнил такого чудика. Черты тоже не совсем обычные: здоровенные мешки под глазами, под ними широкие объёмные скулы, умные глаза, сосредоточенный рот. Похож на киноактёра из боевиков. Скорей второго плана, но, цепляющий взгляды. — За деньги не даёшь. А кокаин: отборный, брал недавно политикам, чистенький. У меня его до дуры. Что скажешь? Хм. А как насчёт квартиры? В центре Сеула: большая, с хорошим видом. — Извините, я пожалуй пойду. — Стой. Чимин, пойми правильно, я вовсе не хотел тебя напугать. Я из самых добрых побуждений. Всего лишь секс, безопасный, если хочешь. Мне таких как ты уже не найти, в обмен проси, всё что угодно! Клянусь, никаких извращений. Сообщишь своему другу, где находишься для страховки. Ну же, как ты умеешь. Вот, позвони мне. Я отвечу в любое время, только позвони. Джун уже налопался в баре, а само помещение буквально давило на меня. Я убрал визитку того мужика в задний карман и, несмотря на то, что мне тоже хотелось выпить, оставаться здесь казалось чем-то вроде самоубийства. Внутренний голос верещал об угрозе как устрица, и мы, покинув заведение, поймали такси. — Что он тебе говорил? — Давай не здесь это обсуждать. Таксист посмотрел на нас в зеркало и прибавил громкость. Играл Сальваторе Аккардо «Соната №2». Мы договорились молчать до конца поездки, и каждый из нас просто смотрел в окно, слушая резвую скрипку. Год назад я думал: «Чимини, это ребячество. На самом деле тебе не нужно подставлять свои дырки кому-попало ради собственного уважения» и «Однажды ты поймёшь, как был глуп», и «Ты не понимал, что делаешь». Сейчас я считал точно так же, что когда-нибудь начну жалеть, но пока этого не случилось, буду наслаждаться моментом. Интересно, что сейчас делает мужчина моей мечты? Наверное готовит себе ужин или пьёт вино и читает книгу. Может он даже и не пьёт. И не курит. Хотя, лучше пусть курит. Наверное, он редко смотрит телевизор, а налоги за кабельное выплачивает регулярно. Его жизнь внешне выглядит обычной, но тот кто ведёт будни по такому серому распорядку, должен хранить какой-то секрет. Ведь так? Меня это обнадеживает. — Хрен с ним, с этим типом. Сейчас погода дурная, вот и по вылазили все сумасшедшие. Дайкири, пожалуйста. А тебе? Тогда два Дайкири и два пива. Ещё принесите нам сушеных кальмаров и алкогольное меня, выберем что-нибудь ещё. Спасибо. — Баблишко завелось? — присвистнул я. — А разве не ты платишь? Извини, у меня с собой столько нету. — У меня тоже. Ладно, не парься. Выпьем по коктейлю, и я посмотрю, что можно сделать. — Думаешь кто-нибудь за нас заплатит? А, ну да, прости. Как я мог усомниться. Когда принесли заказ, мы решили начать с Дайкири. — За легкие деньги? — предложил он. — За лёгкие деньги, — согласился я, и мы выпили. — Давай я позвоню нашему общему приятелю. — Кому это? — Тому милашке охраннику, вы кажется подружились. — А, звони. Предложи ему с нами выпить, пусть захватит наличку. — Сказал, что сейчас приедет. В такое время, думаю, без пробок. — Ага, приедет минут через двадцать. Охранник выглядел довольно стильно без этой задрипанной униформы. В простых черных штанах — классика, черный свитер с широким воротом, сверху куртка замш, а на ногах тёмно-фиолетовые мокасины. — Отлично выглядишь, — сообразил Джун. Наш приятель сразу же заказал бутылку виски на стол и сырную тарелку. Я бы такое не выбрал, но дело сразу пошло на лад, как только мы разогнались пивом. — Вы парни, кажись, нюхать любите? Меня ещё давненько угостил один японец, а я угощаю вас, сам то не любитель, да и грех, всё смести одному. — Отлично, вытирая рот салфеткой, встрепенулся Ким, пошли выйдем в туалет что ли? Когда мы вернулись, алкоголь нас уже отпустил, зато кокаин оказался ядреным, и мы сразу начали обсуждать наших работников. Охраннику доводилось видеть всех шлюх по камере наблюдения и он тоже был в теме, при этом совершенно не стесняясь высказывал свое мнение, указывая на все их недостатки и достоинства. — А эта, Чжи ён, она кажись подхватила какую-то инфекцию. Ахаха, вот ведь трудяга. У неё слишком заострённое лицо на мой взгляд. Помню, она пришла от врача и начала вопить прямо у стойки регистрации: «Какая-то пакость! Не может быть, меня что, теперь уволят?!» И всё в таком духе, я её еле усмирил тогда. Устроила концерт! Идиотка! Мы обсуждали всех этих девиц и парней довольно громко, а потом, когда стали прихлёбывать виски, то начали так драть глотки, что все посетители один за другим стали на нас оборачиваться. — Ким, — шепнул я ему, пока наш приятель отвлёкся, — Как его зовут-то? А то неудобно. Ещё как назло, никто не зовет его по имени. — Тэхён, можно просто Тэ. — Ага. Спасибо. Мы снова собрались в туалет, чтобы нюхнуть ещё кокаина, как вдруг я заметил того странного мужчину из японского ресторана, он следил за мной!