Кроличья нора

— Что же, блять, с вами не так? Голос из колонок телевизора с шипением вворачивался в уши острее и болезненней обычного. Это привычно беспощадно выдернуло из забытья, которое нельзя было назвать сном. Щека Кортни саднила, словно ее возили лицом по полу, а во рту стоял навязчивый металлический привкус. Девушка вздрогнула и не решаясь открывать глаза, прислушалась к ощущениям. Выступ тазобедренной кости ныл сильнее обычного, а вместо привычной холодной ветхой ткани под щекой ощущалось ледяное покрытие пола. Татуированная рывком села на полу и, проморгавшись, огляделась. Ничего по-настоящему нового вокруг не обнаружилось. Покинутый матрас немым укором обретался поодаль. Кортни представления не имела, как и почему она вдруг предпочла пол этому, пусть и убогому, но спальному месту. В черепе стоял ком непроглядной густой тьмы — будто после самой адовой попойки. Разве что голова не болела. Зато болел каждый сустав, ныла каждая мышца и чуть крутило желудок. Требовательный хлопок ладонями у самого микрофона прокатился по помещению не хуже громового раската. Девушка подавила желание немедленно найти себе укрытие и неохотно переползла на матрас.  — Что? — вымученно спросила шатенка, поворачиваясь к камере. Человек на экране едва и вообще на нее смотрел — глаза безумно бегали по монитору. Словно тот наспех пытался решить какую-то сложнейшую загадку с тысячей неизвестных.  — Тех двоих — поглотило сразу и с концами, а что Зои, что эту суку с корабля — наоборот, едва берет, — пробормотал Лукас. Кортни поежилась от пытливого взгляда, мельком брошенного точно в веб-камеру. Мужчина коротко хохотнул, — Забавно, что именно Зои оказалась «не нашей породы»… И все — женщины на пике репродуктивного возраста. У вас что-то с иммунной системой?  — С моей все в порядке, насколько знаю, — пожала плечами татуированная, невольно избегая смотреть на мерцающий экран. Психопат был каким-то особенно взвинченным, и шатенка могла бы с чистой совестью взять назад все слова об упущенной возможности для него нормального будущего. Бесцельно блуждающий взгляд девушки наткнулся на перевернутую миску, поблескивающую в углу. Кортни тяжело сглотнула. Она не помнила, чтобы успела так психануть, чтобы начать швыряться предметами. — Пожалуй, — вздохнула женщина, нерешительно поднимаясь, — это единственное, что у меня сейчас в порядке, — шатенка присела рядом с миской и осторожно, будто дохлую крысу за хвост, кончиками пальцев подцепила тонкий бортик посуды, чтобы ее перевернуть. Грохот рывком перевернутой посуды резанул слух. Кортни зажала рот рукой, недоверчиво глядя на пустое поблескивающее дно, местами испещренное длинными разводами — словно вылизанное. Очевидно вылизанное. В шипение колонок телевизора вплелся хохот и хлопки. Татуированная покосилась на экран, где мужчина, видимо, искренне радовался ее находке, довольно откинувшись на спинку стула.  — Здесь кто-то был? — с опаской выдохнула Кортни, теряя контроль над собственными голосовыми связками. Все, что было громче шепота, рисковало стать визгом.  — А тебе бы этого хотелось, — с усмешкой заметил Лукас, подаваясь ближе к монитору и ерзая на месте. — Нет, — поцокав языком, сообщил мужчина, — там больше никого не было, — для пущей убедительности человек на экране картинно приложил руку к сердцу в клятвенном жесте. Напомнив себе о том, что верить психопатам — заведомо паршивая идея, Кортни с напускным спокойствием отбросила миску, вернулась к матрасу и плюхнулась перед экраном, всем своим видом давая понять «Хрен ты меня проведешь». Глубоко запавшие глаза мужчины метались по монитору, жадно высматривая одному ему ведомые изменения.  — Я этого точно не делала, — бросила татуированная, уверенно мотнув головой.  — Да неужели? — саркастично уточнил Лукас.  — На все, блять, сто, — процедила женщина, игнорируя глас здравого смысла, ехидно напоминающий, что не так давно она очнулась посреди комнаты на полу, не имея ни малейшего представления, как там оказалась. Занавес из наигранной уверенности продержался позорно недолго. — Сука, — всхлипнула татуированная, бессильно роняя лицо в ладони, — вот почему именно сейчас? Вот именно когда я окончила университет, именно когда нашла хотя бы уважаемую работу, именно когда на полтора года задержалась в отношениях…  — Ты только выпустилась? — недоверчиво поднял бровь мужчина. — Задержку в развитии тебе не диагностировали? — с язвительным сочувствием поинтересовался Лукас.  — Нахер тебя! — рявкнула Кортни, отрывая заплаканное лицо от рук. Волна ярости грозила захлестнуть девушку так, что та сделает что-нибудь очень, очень неосмотрительное. Татуированная вскочила и быстрым шагом пересекла комнату до двери, стремясь оказаться вне поля зрения камеры. Что-то подсказывало, что никаких серьезных неудобств она своим уходом не причинила, и мужчине будет достаточно в пару кликов переключиться на другую камеру. Стены и потолок за заграждениями были неаккуратно оплетены гирляндой, ехидно подмигивающей мелкими разноцветными огоньками. Менее гнетущей атмосфера от этого никак не становилась, и коридор в размытом от слез зрении выглядел, скорее, как портал в иное измерение. Кортни моргнула и оторопело попятилась, тщетно пытаясь спастись от жутчайшего абсурда, подступающего со всех сторон. Как бы это ни выглядело, это было только очередным признаком того, что девушка все чаще выпадала из реальности на достаточно долгий срок.