Ученица чародейки

На пороге девушек уже поджидали Кара и Делла. — Это Джули на вас наябедничала, — Делла громко высморкалась в платок. — Что вы дождь творили. — До каких пор можно терпеть эту предательницу! — загромыхала Кара. — Давайте ночью вытащим её из постели и устроим тёмную! А потом волосы обрежем и сажей вымажем! — Не надо, — потухшим голосом произнесла Глэдис. — Теперь уже всё равно, оставьте вы её. Просто пусть теперь сидит отдельно за обедом и не ест со всеми из одной миски! — Джули надеется не стать, когда придёт время, очередной жертвой Белой Леди? — мрачно произнесла Адна. — Иначе с чего бы ей… Кара и Делла в ужасе взглянули на Адну, а Глэдис таким же тусклым тоном напомнила: — Джули всё время наушничает Наставнице, оттого-то и отправляются к Белой Леди всякий раз другие девушки. — Понятно, — кивнула Адна, больше явно не желая говорить о Джули. Да что говорить! Кара права — наказать её надо, но как-нибудь поизобретательней, чем бить и отрезать волосы. Ничего, шанс предоставится, а то и сама судьба накажет предательницу — Адна была убеждена, что каждый в конце концов получает своё. — Иди-ка, Делс, на кухню к Доре, — устало распорядилась Кара — отныне ей предстояло брать бразды правления товарками в руки, — да вели ей четыре чашечки её чудо-чая сделать, на травках. Попьём все вместе, а то… не всегда мы вот так соберёмся за столом. — Мне чем-нибудь помочь? — тут же спросила Адна. — Уж здесь-то Делла справится сама, — остановила девушку Кара. — Это ей вполне по плечу — принести нам питьё. — Разве что поможешь Каре… потом, когда сюда новенькую приведут, — договорила Глэдис, — первой ученицей и подмастерьем станет Кара. Адна стиснула зубы, но ничего не сказала. Очень уж ей не хотелось, чтобы Глэдис увела Белая Леди, но как этому помешать? И тут вспомнилось, что сама Глэдис и говорила. Про способ освободиться. Возможно, если освободится одна девушка, то это поможет и остальным? — Что это лицо так у тебя посветлело? — Глэдис повернулась к Адне. — Да так. Мысль одна в голову пришла, — Адна даже чуть улыбнулась, вспоминая того служку. Стал бы он рисковать своей жизнью ради неё? Ведь только второй раз в жизни виделись. — Кажется, я догадываюсь, что у тебя на уме. Запомни, — Глэдис перешла на шёпот, — только под Новый Год и только таким способом. Если он не узнает тебя среди ворон — пропали вы оба. Но даже если и узнает — ты раз и навсегда потеряешь колдовскую силу. — А если я на это не пойду, — помолчав, ответила Адна, — то рано или поздно Белая Леди заберёт и меня. Не говоря уж о прочих девушках. Мне нравится ощущение силы, но… я боюсь. И не хочу, чтобы Наставница продолжала творить своё зло из года в год. Кто-то должен её остановить. Вот только как сделать, чтобы служка её узнал? — Кто-то — может быть, — устало согласилась Глэдис. — Но только не я. Моя песенка спета с той самой поры, как упал первый ком земли на гроб Донни. Тут появилась Делла с подносом, уставленным чашками с травяным чаем. Молча простушка-ведьмочка раздала чашки Каре, Глэдис и Адне и взяла себе самой. Глэдис же откуда-то извлекла пузырёк с ядовито-зелёной жидкостью — За скорое проклятие Наставнице и за то, чтобы наши слёзы отлились ей! — провозгласила первая ученица, капнула жидкость в свою чашку — и, прежде чем кто-то из товарок успел остановить её, проглотила смесь. Не успела Делла позвать на помощь, как всё уже было кончено.