Destination Darkness 333

Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Звездные Войны

Пэйринг и персонажи:
Кайло Рен/Рей, Лея Органа-Соло, Люк Скайуокер, Финн, Армитаж Хакс, По Дэмерон, Роуз Тико, Энакин Скайуокер, Капитан Фазма, Йода, С-3РО, R2-D2, BB-8, Сноук, Оби-Ван Кеноби, Хан Соло
Рейтинг:
PG-13
Размер:
Макси, 337 страниц, 38 частей
Статус:
закончен
Метки: AU Hurt/Comfort Songfic UST Ангст Драма Любовь/Ненависть ОМП Слоуберн Смерть второстепенных персонажей Фантастика Показать спойлеры

Награды от читателей:
 
«Отличная работа!» от кислая_вишня
Описание:
Когда Кайло не удается пробить ментальную стену, созданную Рей, он начинает новую форму войны... Кто сдастся первым?

Посвящение:
Всем, кто любит этих персонажей

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Название взято из песни The Rasmus - No fear, которая во многом подходит героям.

Часть 12. Друг

25 февраля 2018, 18:31
      Сила обрывает сеанс связи так резко, что Кайло невольно чувствует сожаление. Разговор с Рей кажется ему неоконченным и, пусть у него нет плана, Рену не хочется просто так отпускать её. Сила лишает его контроля, лишая контроля и Рей. Они оба — её заложники, и вынуждены сталкиваться друг с другом снова и снова. Неужели так будет продолжаться и дальше? Кайло этого не знает. Но он знает одно: всё становится только хуже. Ему нужно думать о Рей как о враге, но как можно считать врагом человека, что просит прощения за совершенную подлость?       Кайло вздыхает и прячет лицо в ладонях. Их связь лишь усиливается, и даже их чувства постепенно становятся общими. Что же будет дальше?       Громкий настойчивый кашель выводит Рена из размышлений. Он тут же выпрямляет спину, но не морщится, пытаясь превозмочь боль. У входа в покои стоит генерал Хакс, сердитый и довольно потрёпанный. На его лице — множество мелких ссадин. Хакс старается держаться ровно, но Рен всё равно замечает гипс на его ноге, хоть и он и замаскирован всеми возможными способами.       Похоже, Кайло не единственный, кто не желает демонстрировать свои слабости. Рен невольно вторгается в мысли Хакса, пытаясь разглядеть его точку зрения. Генерал успокаивает себя тем, что гипс совсем незаметен, а если и так, то новый громкий шаг прибавляет ему весомости.       Кайло с трудом прячет улыбку.       — Я вас случайно не отвлекаю? — спрашивает Хакс, ожидая разрешения войти в комнату.       Он вымотан, но находит силы, чтобы язвить. Похоже, генерал снова заметил рассеянность Верховного Лидера. Нужно быть осторожным, нужно всегда оставаться осторожным…       Кайло кивает и, поднявшись с места, подходит к окну. Хакс медленно подтягивается ближе.       — Вы смогли подсчитать количество пострадавших? — спрашивает Верховный Лидер.       База Первого Ордена разрушена. К счастью, это не единственное их прибежище, но весомая часть материальной базы безвозвратно утрачена, и это не говоря о людских потерях.       — Приблизительно. Данные ещё уточняются, — в голосе Хакса впервые за долгое время появляется горечь. — Согласно последним данным, число погибших приближается к тысяче человек, и их количество только растёт. Раненых около двух сотен.       Неудивительно, что Хакс так переживает. В некотором плане, штурмовики — его дети. Будучи сыном офицера из Первого ордена, Хакс впитывал его атмосферу с раннего детства. Сменив отца на важном посту, он сделал всё, чтобы отточить систему отбора и обучения штурмовиков до совершенства.       А теперь им придется всё начинать сначала.       — У нас нехватка ресурсов, — произносит он вслух. — Мы не успеем подготовить надёжных штурмовиков за столь короткий срок…       Но у Верховного Лидера уже есть решение.       — Набирайте персонал среди добровольцев, а также жителей на колонизированных нами планетах. Думаю, при желании вы сможете развернуться и как следует проявить себя, Хакс. Разве вам не нравится моделировать новые системы отбора?       Это не комплимент, но всё же, стоит признать, что Хакс — хороший теоретик. Генерал прищуривается, рассматривая Рена и пытаясь понять, есть ли подвох в его словах. Наконец, он расслабляется. Раздутое эго мешает Хаксу оценивать ситуацию трезво. Вот что имел в виду Сноук, когда говорил об этом Кайло, кажется, вечность тому назад. Если знать, как манипулировать чужими слабостями, можно достичь неплохих результатов…       — Это мне по плечу, — отвечает Хакс. — Я займусь этим, как мы закончим переход на новую базу. И, пожалуй… — он колеблется прежде, чем завершить фразу, — стоит признать, что ваши знания оказались для нас полезными. Ваш прогноз касательно прихода Сопротивления оказался максимально точным. Любопытно…       Хакс, что, на что-то намекает? Верховный Лидер хмурится и бросает в сторону генерала гневный взгляд. Заметив его, Хакс демонстративно прячет глаза в пол. Его разум затуманивается, будто скрывая что-то.       Конечно, Кайло Рен не планирует сообщать Хаксу, по какой причине налёт Сопротивления вообще стал возможным.       — Как она? — спрашивает он, стараясь переменить тему.       Хакс поднимает голову.       — Фазма? Её эвакуировали вместе со всем медицинским блоком, как вы и просили. Она по-прежнему в медицинской коме, но, похоже, ваш прогноз точен и здесь…       Чёртов фокусник, думает про себя Хакс.       Кайло со вздохом представляет, как смыкает ладони на его горле. Конечно, прогноз Рена сбывается и здесь. Фазма — их новый секрет, но Рен относится к ней с большим трепетом. И дело не только в сочувствии к соратнице. Здесь есть кое-что личное, ведь в случае восстановления психики капитан может стать… новым Вейдером.       Фазма выжила только чудом - её спасла броня, отлитая из сверхпрочного материала. Тем не менее, к моменту обнаружения капитан стала похожа на обугленную головешку. Фазма больше не была женщиной, которой являлась когда-то. Она — обожженный, злобный, но пока ещё живой комок с разбитой вдребезги психикой. После отправки в медицинский блок, Фазму ввели в кому. Узнав о её жизненных показателях, новый Верховный Лидер решил, что не может позволить ей умереть, и приказал стабилизировать Фазму настолько, насколько это возможно.       — Что насчёт костюма? — спрашивает Рен.       По его приказу сотрудники получили ограниченный доступ к макетам системы жизнеобеспечения Лорда Вейдера. На его основе Фазме готовят свой костюм — улучшенный и куда более удобный, чем тот, что в своё время носил дед Верховного Лидера. Это тоже отчасти личное. Кайло наслышан от Сноука о массе неудобств, что когда-то причинял ситху его костюм.       — Он на финальной стадии доработки, — Хакс снова что-то обдумывает, но Рен не хочет смотреть его мысли. Размышления о великом предке невольно завораживают Кайло, и избавиться от них не так уж просто.       — Её стабилизировали? — спрашивает он.       Тишина в ответ. Хакс почему-то начинает мяться, и в нём появляется что-то, похожее на страх. Заметив это, в Кайло тут же пробуждается гнев. Он взрывоопасен и словно ждёт той маленькой искры, что сожжёт его дотла.       — Её стабилизировали? — кричит Рен.       Эти внезапные вспышки гнева раздражают Хакса. Он делает глубокий вдох, чтобы успокоиться. Впрочем, он сам виноват, дав себе слабину. Верховный Лидер это чувствует…       — Не совсем, — уклончиво поясняет он. — Персонал хочет всё перепроверить. Чтобы не вышло, как в прошлый раз…       Фазму уже пытались вывести из комы, но тогда они находились в открытом космосе, и из этой идеи ничего не вышло. Сначала всё шло гладко, но когда Фазма узнавала, что продолжала находиться на борту корабля, мысли о недавнем поражении и боли выводили её из равновесия, вызывая мощную, неконтролируемую паническую атаку. Кайло предположил, что всё образуется, как только они окажутся на земле. Фазма боится воздуха, боится чувства полета, ведь следом за ним всегда следует прыжок в пропасть.       Верховный Лидер тоже делает глубокий вдох, пытаясь прийти в себя. Ему нужно держать себя в руках. Контроль, контроль…       Перед глазами почему-то появляется Рей. Это срабатывает. Кайло чувствует, как ярость ненадолго уходит, заполняя тело чем-то, похожим на умиротворение. Он представляет Рей, концентрируясь на мысли, что больше не должен злиться. Нужно держать себя в руках.       Кайло делает очередной глубокий вдох, и новые, чистые мысли приходят ему в голову.       — Думаю, на этот раз всё получится, — отвечает он другим, мягким тоном, словно порыва злости и не было. — Держите меня в курсе дела.       Генерал кивает в ответ. Он собирается покинуть зал, когда Рен добавляет:       — Хакс?       Генерал останавливается на полпути.       — Слушаю, Верховный Лидер?       — Вы должны сообщить Фазме о том, что она больше непригодна к постоянной службе.       — Вы хотите списать её? — спрашивает Хакс, не скрывая своего удивления. Они почти подготовили мощного суперсолдата. Да, у Фазмы нет всех этих магических трюков, что были когда-то у Вейдера, но…       Рен пожимает плечами.       — Если Фазма этого захочет, — Верховный Лидер поражает генерала своим великодушием. Рен словно увидел призрака, и тут же изменил своим старым привычкам. — Она сможет быть полезной только на земле. Не думаю, что такая работа её устроит.       Хакс вздыхает. Он всё ещё не согласен с решением Рена. Ход его мыслей становится нечётким, и Кайло переключается на вид за окном.       — Я поговорю с Фазмой, когда она придёт в себя. Мне стоит надавить на нее, чтобы…?       — Нет. Это… её выбор.       Кайло больше не хочет злиться. Если бы Рей была здесь, она бы сказала, что его решение правильное. Почему-то ему хочется так думать. Кайло хочется думать, что когда-нибудь она его поддержит…       Эта непривычная мягкость Рена почти пугает Хакса. Он прищуривается, разглядывая Верховного Лидера с головы до ног. Нет, здесь точно что-то не так…       В этот момент в его голове зарождается отличная идея. Возможности… суперсолдат… Фазма, что становится непобедимым воином…       Мысли Хакса опять становятся размытыми.       — Конечно. Я могу идти?

***

      Когда Хакс покидает комнату, в голове Кайло, наконец, проясняется. Спокойствие покидает тело, и Верховный Лидер остаётся недовольным проведенным разговором. Эта чёртова связь с Рей пробуждает всё больше Света в его душе. Кайло не заметил, как вновь стал рассеянным и, к тому же, проявил непривычную ему мягкость. Он отчасти развязал Хаксу руки, и кто знает, что генерал задумает на этот раз?       Это неправильно…       Рен пытается погасить Свет единственным способом — злостью. Кайло включает свой световой меч, рассматривая нестабильное кровавое свечение. Секунду-другую Рен стоит ровно, будто он — сама непроницаемость, а затем с той же непроницаемостью начинает громить всё, что видит. Сердцебиение уходит в галоп, кровь бежит по венам, отстукивая тревожный ритм в висках. Это расшатывает его, возвращая огромную боль в спине, на которой искрит недавняя рана. Эта боль почти невыносимая, но Кайло не останавливается, словно наслаждаясь этой болью, и продолжает превращать комнату в хаос, крепко сцепив зубы.       Когда на его лице блестит пот, а руки дрожат так, что клинок вот-вот выпадет на пол, Кайло сгибает спину и выключает оружие. Он уходит в спальню и, бросив меч на покрывало, садится на кровать. Он ждёт, что ему станет легче, и Свет отступит, что Тьма, наконец, вспомнит о нём и укажет свой путь.       Вместо этого Кайло Рен получает в награду лишь пустоту. Отчаявшись, он снова прячет лицо в ладонях. Что он делает не так? Кайло вымотан, рассержен, а ещё он не знает, что делать. В такие моменты Рен начинает думать, что ему нужен друг, кто-то, кто смог бы понять его тревоги. Тот, кто подскажет, как справиться с этой борьбой между Тьмой и Светом…       Рен пытается унять дыхание, когда слышит:       — Не стоит об этом жалеть. Свет — часть тебя.       Мужской голос настойчив, но тих. Всё ещё сидя с закрытыми глазами, Кайло улавливает чьё-то мощное присутствие в Силе. Кто-то словно стоит неподалёку, наблюдая за ним. Этот голос Рену незнаком. Нахмурившись, он поднимает голову и с интересом и удивлением изучает Призрака Силы.       Стоящий перед Реном образ невольно поражает его. Не замечая, что делает, Кайло поднимается на ноги, подходит ближе и внимательно разглядывает Призрака с головы до пят.       В отличие от голоса, фигура джедая кажется ему знакомой. Кайло Рен, будучи ещё Беном Соло, видел этот образ на одной из сохранившихся голограмм. Впрочем, он узнал бы его и так — в этой фигуре слишком много знакомого…       — Энакин Скайуокер, — произносит вслух Кайло, уже зная ответ.       На лице Призрака появляется тень улыбки. И этот прищур…       — Я рад, что ты узнал меня.       Кайло осматривает фигуру деда ещё раз. Внезапно его накрывает обида. Рен ждал его так долго, а он…       Кайло вздыхает и, покачав головой, отходит в сторону и садится обратно на кровать.       — Зачем ты пришёл? Я не звал тебя.       Улыбка Призрака становится шире.       — Ты уверен?       В голове тут же всплывают отрывки из памяти.       Направь своего внука… и я завершу, начатое тобой.       Кайло с трудом подавляет вспышку гнева, поднимается на ноги и начинает мерить шагами комнату.       — Мне нужен был не ты! Мне нужен был…       — Вейдер. Я знаю. Но его больше нет. Я умер, вновь обретя свободу, — в отличие от внука, Энакин остаётся спокойным.       Кайло замирает на месте.       — Но ведь это ошибка! — кричит он. — Возвращение Вейдера на Светлую Сторону было неправильным!       Кайло не может остановиться. Ему хочется выплеснуть всю злость — и сделать это как можно скорее. Рен задыхается от этой злости.       Энакин качает головой.       — Возвращение к Свету — лучшее из решений, принятых мной в жизни, — голос джедая тих, но чёток. В нём проявляются нотки грусти.       Слова Энакина ещё больше раздражают Рена.       — Если ты собрался читать мне нотации — то у меня уже есть один Скайуокер, который отравляет мне жизнь.       Озлобленный и сердитый, Кайло садится обратно на кровать.       Энакин смеётся в ответ его шутку, подходит ближе и садится вплотную к внуку. Похоже, чувство юмора у них тоже одинаковое.       — Люк пытается помочь, хоть он и не понимает терзаний, что происходят в твоей душе.       Энакин молчит, а затем снова издаёт смешок, и Кайло невольно поворачивается к нему. Что тут смешного?       — Ты злишься. Я понимаю и это. Оби Ван страшно раздражал меня, когда я был молод. Люк во многом напоминает мне его, — Кайло кажется, что Призрак борется с налётом тоски и грусти. — И я знаю, каково это — когда Тьма и Свет разрывают тебя на части, — добавляет Энакин, вновь став серьёзным. — Это борьба никогда не заканчивается.       Кайло разглядывает образ деда. Неужели он и правда понимает? Он столько лет ждал, он надеялся…       — Я знаю, ты не хочешь доверять мне, — продолжает Энакин. — Ты всё ещё веришь в слова Сноука о том, что произошло с Вейдером. Я понимаю, но знаю ещё кое-что… знаю, каково это — попасть под влияние не того человека. Не повторяй ошибок, которые я совершил. Пути назад уже не будет.       Кайло понимает, о чём говорит Скайуокер. Он больше не увидит Вейдера. Есть только Энакин.       Рен обречённо вздыхает.       — Что мне делать? — спрашивает он. Кайло не знает, почему сменяет гнев на милость, но образ Скайуокера невольно завораживает его.       На лице Энакина появляется подобие улыбки. Приглядевшись, Рен замечает на лице деда шрам — на том же месте, где носит шрам и он сам.       — Не сдерживай Свет, что живёт в тебе. Подавление Света ничем тебе не поможет.       — Но тогда я стану слабее! — начинает восклицать Рен.       Энакин качает головой.       — Мнение о том, что Тьма даёт больше Силы, неверно, — поясняет он. — Я достиг своих максимальных возможностей, будучи джедаем, а не ситхом. Тьма не поможет тебе. Она не приносит покоя.       Кайло не знает, что на это ответить. Он чувствует себя уязвимым, чувствует себя так, словно у него выбили из-под ног почву. Впереди — бесконечное падение.       Призрак поднимается, возвышаясь над ним.       — Тебе нужно время, чтобы подумать об этом.       Энакин и здесь не осуждает его. Кажется, он и правда понимает. Скайуокер сжимает его плечо, и Кайло кажется, что это касание реально, и Рен чувствует тяжесть его ладони. Внезапно Бен понимает, что должен что-то сказать прежде, чем Призрак исчезнет. Он должен что-то сказать, должен что-то сделать…       Бен поднимает взгляд на деда.       — Ты придёшь ещё?       В его голосе слышна надежда. Бен не готов признать это, но Энакин — друг, который ему так нужен. За их короткий разговор он показал ему больше, чем Люк дал за несколько лет обучения.       На лице Энакина появляется усмешка. Он всё ещё сжимает плечо внука.       — Я всегда буду с тобой, и буду рядом, когда стану нужен.       Бен с облегчением кивает в ответ.       Давление на его плече исчезает, и вскоре Призрак растворяется в воздухе.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.