Гарри Поттер и Чёрный принц

Насколько сильным должно быть желание умереть, чтобы совершить самоубийство??! Полумна Лавгуд, девушка чьё сердце было слишком большим для собственного тела. В нём прятались все её чувства и эмоции, все переживания и тайные страхи. И когда оно переполнялось, то всё его содержимое выливалось наружу слезами, но никто и никогда не должен был их увидеть. Такое большое сердце стремилось непременно дарить любовь, заботу, доброту всему миру. Но мир вовсе не собирался на это отвечать. Доброту и простодушие все принимали за странность, а то и за сумасшествие. Мир приносил ей только боль, но девушка старалась не замечать её. А когда долго чего-то не замечаешь, оно вовсе не исчезает, оно копится где-то глубоко внутри тебя, ожидая своего часа, и непременно дожидаясь его. В большом сердце Луны за всю её жизнь накопилось неимоверное количество боли и теперь она вот-вот вырвется наружу. Насколько сильным должно быть желание умереть, чтобы совершить самоубийство? В сердце каждого кроется свой ответ на этот вопрос. Но давайте взглянем на этот вопрос с точки зрения науки. С самого рождения в каждом человеке заложен инстинкт выживания, инстинкт самосохранения. Один только этот факт мог бы доказать, что самоубийства противоречат простейшим инстинктам, а значит они невозможны, нелогичны, неправильны. Однако они есть, а единственным фактом который может это объяснить остаётся боль. Но какой же она должна быть, чтобы заставить человека бороться с собственными инстинктами? Любой инстинкт, будь то инстинкт голода и жажды, материнский инстинкт, инстинкт власти и сексуальный инстинкт, все они направлены на одно, помочь человеку выжить. И что-то же заставляет мозг отключиться от всех заложенных в нём инстинктов, от собственной природы от своей главной задачи и пойти на столь противоестественное, совершенно не свойственное человеку, да и вообще любому виду.

***

Хогвартс экспресс остановился, издал последний гудок и распахнул все двери, выпуская студентов наружу. Они уже переоделись в форму своих факультетов, встретили однокурсников и все вместе направились к замку. Хогвартс был также величественен, как и всегда. Его огромные башни поднимались к самому небу, а шпили некоторых из них и вовсе не были видны. Огромные кирпичные стены, множество окон, колонны и башни… Всё это выглядело так, словно замок и не был разрушен, реставраторы отлично справились со своей работой. Студенты не могли подавить восторженные восклицания, все они очень скучали по Хогвартсу, в сердце каждого из них он занимал отдельное место. Преподаватели уже появились и теперь строили учеников разбивая их по парам. Хагрид снова собирал первокурсников, рассаживал их в лодки и вместе они по воде отправлялись к главному входу в замок. Остальным же было гораздо проще. Студенты рассаживались в кареты запряжённые фестралами. После войны видеть их могли практически все. Гарри и Гермиона сели в карету вместе с Невиллом и Джинни. Все по очереди обнялись и карета тронулась. Невилл выглядел особенно счастливым, парень был очень рад видеть друзей. — Правда они красивые? — Гермиона указала в сторону фестралов. — Раньше я видела их только на картинках в учебниках и они казались мне пугающими и опасными. Но сейчас мне кажется что они несчастны и очень опечалены. Я думаю в этой грусти, меланхолии и извечной печали есть какая-то своя красота. — Ну не знаю — Невилл поморщился — меня они пугают. — Возможно они так печальны из-за людей. Я думаю они грустят от того, что нам больно. Насколько я знаю фестралы способны чувствовать смерть и сопереживать тем, кто знаком с ней. Фестралы сочувствуют нам. Говорят они видят саму Смерть. — Гарри тяжело вздохнул, казалось что сейчас фестралы выглядели особенно грустно. — Я не уверена, что они видят Смерть, но я где-то читала, что фестралы способны видеть души недавно умерших людей. — неуверенно пробормотала Грейнджер. Джинни тоже хотела что-то добавить, но не успела. Все кареты резко остановились. Фестралы вставали на дыбы, громко ржали и отказывались идти. В этом ржании было что-то очень печальное. Оно звучало словно музыка, очень тоскливая музыка. — Они как будто поют! — восхищённо выдохнула Уизли. — Скорее всего это из-за того, что было здесь во время войны. Всё-таки столько людей погибло — предположила Гермиона. Со всех сторон слышались удивлённые возгласы, попытки заставить фестралов идти, но все было бесполезно. В конце концов студенты просто выбрались из карет и отправились в замок пешком. Гостеприимные двери Хогвартса были настежь открыты и все студенты поспешили войти внутрь. Гарри уже успел позабыть какого это, находиться внутри столь великолепного места. Все студенты сразу направились в Большой зал, и парень был совершенно не против. За время путешествия он очень проголодался. Однако как только первые студенты дошли до двери, то вся толпа резко затормозила. Поттер от неожиданности влетел в какого-то слизеринца и получил от того весьма неодобрительный взгляд. Волшебник начал пробираться сквозь толпу, но и ему пришлось резко остановиться. В то, что он увидел Гарри просто не мог поверить. У входа в Большой зал Хогвартса висела Полумна Лавгуд. Девушка повесилась на куске длинной больничной простыни. Всё перед глазами парня поплыло. Только не Луна… Она не могла так с собой поступить…!

***

Драко Малфой тоже был в толпе учеников Хогвартса, и был даже одним из первых. Жуткое зрелище предстало его глазам. Тощее, бледное тело Лавгуд висело на тонкой больничной простыне, голова лежала на костлявом плече, шея была неестественно изогнута. Она болталась в воздухе, словно и вовсе никогда не стояла на земле. — Вот же дура! Какая же ты дура!!! — закричал парень. Все взгляды были устремлены на него, каждый кто был в зале был удивлён такой реакцией слизеринского принца. — Только дура убила бы себя. — добавил Малфой с уже такой свойственной ему ухмылкой. — Это ты здесь дурак Малфой! Не смей так говорить о ней! Полумна была моим другом! Гарри прижал Драко к стене и уже занёс руку для удара, когда вдруг передумал и просто отошёл в сторону. Студенты так и толпились вокруг безжизненного тела, пока профессора не сняли его и не отнесли бедную девушку в лазарет. После этого был устроен обычный приветственный ужин в Хогвартсе, правда студенты чувствовали себя просто ужасно. Год не должен был начаться так. Малфой решил пропустить ужин и сразу направился в свою комнату. Именно сейчас он был счастлив иметь свою собственную комнату. Ведь слизеринский принц плакал, а такого никто не должен был увидеть. Полумна Лавгуд тоже участвовала в реставрации замка вместе с Драко, и в последнюю неделю девушка призналась Малфою, сказала, что любит его! А он попросту не был готов к любви. За всю его жизнь блондина никто не любил. И он отказал ей, грубо и жестоко. Парень посмеялся над чувствами девушки, сделал из её любви посмешище. А она вот не выдержала. Насколько сильным должно быть желание умереть, чтобы совершить самоубийство??! Луна не дура, нет, просто ей было очень больно. Настолько сильно, что её мозг пошёл против всех заложенных инстинктов. Но ведь самоубийство это тоже инстинкт, просто немного иного рода. Ведь во вселенной ничто не исчезает бесследно. В том числе и инстинкты человечества, они не исчезают, всего лишь изменяются, превращаются в другие. Точнее в один другой, всепоглощающий, неизвестный и неистребимый… Инстинкт саморазрушения. Тот самый инстинкт что убил Полумну Лавгуд. Ведь в конечном итоге всё живое стремится к этому, и возможно это то единственное, чего заслуживает человечество. Ведь жизнь — это порочный круг. А единственный способ разрушить его — умереть… В эту ночь Драко Малфой был единственным, кто знал о чём плакали фестралы. Они вспоминали Полумну Лавгуд, девушку у которой было слишком большое сердце.