Жизнь за кулисами. Обмануть всех

Выбраться во Францию в приобретенное по вкусу Нарциссы поместье Ненифа* у Северуса получилось лишь спустя три года. Небольшой особняк, здание которого включало два крыла и сторожевую башню, Малфои еще год назад привели в достойный вид. Снейпу понравился двухэтажный гостевой домик, куда его поселили. Особенно впечатлил подвал под ним. Нарцисса постаралась и переделала помещение в прекрасную, хорошо оборудованную зельеварню, как она призналась, специально для Северуса. Два дня Драко водил Снейпа по парку и ландшафтным террасам, прилегающим к их особняку, знакомя с окрестностями. Он хвастался всеми тайными беседками, спрятавшимися среди зарослей падуба и можжевельника, маленькими гротами, скрытыми за природными и искусственными водопадами, показывал рыбок в пруду, поросшем разноцветными кувшинками, и заставлял карабкаться по крутым тропкам среди живописных валунов и скал. Они сходили к небольшой конюшне, где пожилой бретонец-маггл разрешил им покормить морковкой трех гнедых лошадей и пару маленьких шотландских пятнистых пони, за которыми он ухаживал. На третий день, когда Драко попытался опять привлечь к своим прогулкам Снейпа, тот заартачился. – Драко, я не могу все время отдыхать, мне необходимо заниматься своими исследованиями, мне нужно кое-что сварить для Хогвартса, – увидев обиженно надувшегося Малфоя-младшего, Северус вздохнул и попытался оправдаться: – Драко, ты же уже взрослый и должен понимать меня. Хочешь, пойдем в лабораторию вместе? – Хочу! – глаза восьмилетнего ребенка зажглись любопытством и восторгом от понимания, что его пригласили в святая святых дяди Сева, куда даже отец без разрешения зайти не может. – Только одно условие – ты ничего не трогаешь там руками без моего разрешения и слушаешься с первого раза. Договорились? – получив преувеличенно активный кивок в ответ, Снейп подтолкнул Драко к выходу из своей комнаты: – Иди – предупреди мать, что будешь со мной в лаборатории, и не задерживайся, а то не впущу тебя в свои владения. Северус с улыбкой проследил, как Драко побежал к особняку, размахивая руками, словно птица крыльями, наплевав на все внушения о том, что воспитанные наследники благородного рода не носятся сломя голову по поместью. В это время Нарцисса всегда читала в малой гостиной, куда и направился Драко. Умный, одаренный и немного разбалованный, он постоянно крутился возле Снейпа, стоило тому вырваться из Хогвартса и посетить друзей в Малфой-мэноре. Северус не возражал присутствию Драко рядом с собой. Ему нравился этот маленький непоседа, сующий свой нос везде, куда только можно было влезть. Драко рос любознательным ребенком и всегда очень внимательно выслушивал ответы на свои бесконечные вопросы, что особенно нравилось Снейпу. Он вечно жаловался на неблагодарных учеников, которые болтали на уроках, вместо того, чтобы слушать профессора, пытающегося хоть что-то вложить в их бестолковые головы.

* * *

Два часа спустя в дверь алхимической лаборатории деликатно постучали. Люциус, заглянув в комнату, поразился, с каким увлечением его сын рубил ножом какую-то гадость на огромной доске, установленной на двух табуретах. На стук в дверь Драко даже не среагировал, зато Северус, заметив удивление Малфоя, ухмыляясь, но, не скрывая гордости за своего подопечного, произнес: – Люциус, у тебя что-то срочное? Мы с Драко сейчас заняты и не сможем уделить тебе много времени. У нас зелье в процессе варки, и нам некогда отвлекаться. Драко наконец-то заметил стоящего в дверях отца. Не прекращая достаточно профессиональных движений ножом, он серьезно заметил: – Да, отец, нам с Северусом сейчас не до развлечений. Мы варим бордо... бодропец... в общем – зелье от простуды. Вот, – Драко снова обратил все свое внимание на импровизированный стол. – Дядя Сев, они уже как каша, посмотри. Наверное, уже хватит их рубить. Северус подошел к нему, внимательно рассмотрел итог его стараний и одобрительно кивнул. – Молодец, Драко. Слизни как раз такие, как мне нужно для бодроперцового зелья. Возьми мисочку и осторожно переложи туда массу, потом можешь привести в порядок свое рабочее место, – Северус развернулся к удивленному Люциусу и поинтересовался: – Так что ты хотел? Если это не срочно, то через час мы с моим помощником подойдем в гостиную и выслушаем тебя. – Да, пап. Через час мы придем, когда сварим зелье, – Драко уже справился с жижей, в которую он превратил слизней, и, отставив мисочку с собранной гадостью на стол Северусу, начал мыть доску, служившую ему рабочим местом. Серьезное лицо наследника Малфоев выглядело бы смешно, если б дело, которым он занимался, не было бы так серьезно. Снейп доверил восьмилетнему мальчику приготовление ингредиентов для зелья, что варится для больничного крыла Хогвартса. Это для знающих людей – а Люциус считал себя именно таким – говорило о достаточно высокой оценке зельеваром способностей ученика. Кого ни попадя Северус к своим зельям не подпускал. – Нарцисса просила узнать, не мешает ли тебе Драко, но я так понял, что она зря волнуется. Я прав, Северус? – Малфой очень хотел услышать похвалу своему сыну. Люциус гордился его явными успехами. – Драко мне не мешает, он мой помощник, так что успокой Нарциссу. К тому же она прекрасно знает, если мне кто-то мешает, то сразу оказывается за дверью лаборатории. Люциус, выйди! Ты нам мешаешь, – Снейп сделал прогоняющий жест рукой и вернулся к своему котлу. Заглянул в него, определяя соответствие вида зелья с требуемым по рецепту, взял мисочку со слизнями и, помогая себе деревянной лопаткой, вывалил часть массы в котел, спровоцировав бурное выделение зеленоватого пара над ним. Люциус Малфой еще раз окинул картину полной согласованности в работе двух дорогих ему людей и, тихо прикрыв за собой дверь, отправился хвастаться жене успехами их ребенка.

* * *

Время на отдыхе всегда проходит быстро. Северус успел за этот месяц не только сварить большую часть необходимых зелий для Хогвартса, но также исследовал близлежащие луга, поля и небольшие лесные массивы, заготавливая листья, ветки и корни разных растений, которые позже станут ингредиентами для зелий. Почти всегда Снейпа сопровождали Люциус или Драко. Люциус просто скучал по другу, и эти прогулки были единственной возможностью видеть его не только по вечерам, когда уставший от своего похода Северус без ног валился в шезлонг на верхней террасе и был не способен даже долго поддерживать разговор. А Драко, шагая рядом с Северусом, пополнял свои знания по травологии и зельеделию, запоминая все, что ему рассказывал Снейп о найденных травах, насекомых, а то и камнях, отбитых от какой-то особой скалы. В один из солнечных теплых дней Люциус с другом, решившим сделать себе выходной, устроились в уютной беседке возле пруда с кувшинками. Легкий ветер, долетающий сюда с Атлантики, шевелил ветви деревьев, склонившихся над водой. В кронах лениво перекликались птицы, которым вторили лягушки, спрятавшиеся среди листьев водяных лилий. Редкий случай за последние недели, когда они остались наедине. Нарцисса, забрав Драко, отправилась на несколько дней в гости к Леруа, оставив мужа на попечение Северуса, от чего тот ни капли не расстроился, а, напротив, пришел в восторг и сразу же отменил все свои такие «неотложные» дела, посвятив всего себя Люциусу. Встречи поздней ночью в покоях Северуса в гостевом домике не приносили чувства полного довольства жизнью. Днем приходилось быть очень осторожными – Драко стал слишком взрослым и понятливым, чтобы иметь возможность тайком обменяться ласковым прикосновением или сказать друг другу что-то личное. Маленький шпион крутился все время рядом с ними. Драко просто обожал своего отца и старался во всем на него походить. Северус был для Драко наставником и неисчерпаемым кладезем знаний, которыми с ним щедро делился. И вот она – свобода от подглядываний и подслушиваний. Застелив пол беседки меховым покрывалом, мужчины развалились на нем в ажурной тени. Так и не одевшись после первого раунда любовной баталии, они, сплетя пальцы рук, спокойно беседовали на разные темы без особого разбора, лишь бы слышать голос дорогого тебе человека и наслаждаться его близостью. – Люциус, а я ведь тебе еще не рассказал об одном весьма занимательном случае, что произошел перед моим отпуском. Тебе, несомненно, будет интересно, – Северус улегся на бок, рассматривая друга. – За неделю до того, как Хогвартс наконец-то покинуло это стадо безголовых баранов, двое тупых представителей семейства львиных устроили в коридоре второго этажа соревнование – кто дальше забросит шлем от рыцарских доспехов. За использование частей рыцарского облачения не по назначению я отправил их на отработку к Филчу. Ну, ты помнишь, Филч – сквиб и завхоз в Хогвартсе. Так вот их защитница, эта потасканная кошка МакГонагалл решила, что я обидел ее гриффиндорцев несправедливым наказанием. Не знаю, как уж там они оправдывались перед ней, но Минерва самовольно отменила мое распоряжение об отработке. Представляешь? Она решила, что вправе отменять назначенное мной наказание. У меня, видите ли, предубеждение к ее факультету. Ну, и как я должен был среагировать на такое хамство и неуважение ко мне – декану факультета? Я, разумеется, помчался к Дамблдору. Он хоть и со странностями, но никогда не отменял уже озвученное распоряжение любого профессора. Мог потом попенять, мол, они дети, им положено хулиганить, но никогда не отменял чужих наказаний, по крайней мере, разумных. И вот, захожу я к директору, очень быстро захожу – я же был сердит на МакГонагалл, так что не просто захожу, а даже не стучусь. Просто открываю дверь и, знаешь, что я вижу? – Снейп наклонился над Люциусом и торжественно прошептал тому на ухо: – Дамблдор стоял возле своего стола и держал в руках волшебную палочку Темного Лорда! Северус наблюдал, как сказанное им доходит до Малфоя, и лицо его сразу же становится серьезным. Люциус даже сел от неожиданности, которую вызвали слова друга о Лорде. Давненько они его не вспоминали. – Ты уверен? Может, тебе показалось? – Я абсолютно уверен! Я слишком быстро вошел в кабинет директора и не успел затормозить, поэтому почти носом уткнулся в этот кусок дерева – это была тисовая палочка нашего Повелителя. Ты же не хочешь сказать, что уже забыл, как она выглядит? – Я прекрасно помню, как выглядит палочка Темного Лорда. В лучшие времена мне даже выпадала возможность ее подержать в руках и немного поколдовать с ее помощью, – Малфой просто шипел и фыркал в ответ на предположение, что он мог что-то забыть. – Не хвастайся! Было бы чем. Так как тебе такая новость? – Снейп немного подвинулся и оперся о резное ограждение беседки. – И что сделал директор, когда ты ввалился в его кабинет? Не кривись, Северус, я прекрасно представляю твое состояние после милой ссоры с Минервой, – глаза Люциуса светились иронией и доброжелательностью, успокаивая и подбадривая Снейпа. – А ничего не сделал. Прошел на свое место, уселся, открыл ящик стола и положил туда тисовую палочку, никак не комментируя свои действия. Не мог же я начать его расспрашивать – откуда у него палочка Лорда? Люциус, а действительно, откуда она у Дамблдора? Тогда в Годриковой Лощине эта палочка была в руках Повелителя. Я видел, как он нацелил именно эту волшебную палочку в лоб Гарри. После того, как все закончилось, ее в комнате не было. Мы с тобой столько раз просматривали мои воспоминания в Омуте памяти и не видели даже щепок от нее. – Темный Лорд после своего же заклинания, возвратившегося от Поттера, и твоей, Сев, Бомбарды превратился в жиденькое облачко пепла, если судить по твоим воспоминаниям. Палочка улетучилась вместе с ним, вернее в одно время с его исчезновением. Кто знает, куда она делась? – Малфой пожал плечами, поворошил рукой густой мех покрывала и снова улегся, подложив руки под голову. – Каждая волшебная палочка является уникальным магическим артефактом. Говорят, что маги чувствуют физическую боль, когда ломается палочка, с помощью которой они творили волшебство хотя бы несколько лет. Я видел, как палочки выпадали из рук убитых магов. Пожиратели Смерти обычно подбирали их во время боев. Даже у меня дома есть несколько чужих, принесенных мной после рейдов. Но палочка Темного Лорда тогда исчезла: то ли была разрушена, то ли куда-то переместилась. Судя по тому, насколько ты уверен, что Дамблдор держал в руках именно палочку Лорда, то случилось второе. Куда, как и почему – я не знаю. Можно попробовать поискать все о волшебных палочках, их изготовлении и свойствах. Может быть, что-то и найдем, – Малфой посмотрел снизу вверх на сидящего задумавшегося Снейпа, который, подтянув ноги, обнял их руками и уткнулся в свои колени подбородком. – Люциус, а может это именно из-за волшебной палочки Повелителя Дамблдор решил, что тот еще возвратится? – Северус, прищурившись, рассматривал Малфоя, вальяжно раскинувшегося на меховом покрывале. Тот был похож на сытого и довольного жизнью домашнего кота. Только тоненькая морщинка на лбу портила картину полной расслабленности. Люциус сосредоточенно обдумывал заданный ему вопрос. – А Мерлин его знает, какие тараканы таскают мысли в голове у нашего директора Хогвартса. Вполне возможно, что волшебная палочка Лорда попала к Дамблдору как-то очень уж по-особенному, и он поэтому решил, что следует ждать Марволо в гости. – Марволо, говоришь? – глаза Северуса недобро блеснули. Он помнил, при каких обстоятельствах Повелитель позволял так себя называть, удостоен был такой чести. – Северус, прекрати ревновать! Его уже семь лет нет, а стоит мне назвать Лорда по имени, как ты сразу начинаешь кипятиться. Словно сам с ним не был. Перестань! Лучше подумай о том, что волшебная палочка Лорда, скорее всего, попала к директору явно сразу или почти сразу после его исчезновения. Уже на следующий учебный год Дамблдор тебя никуда не отпустил и открыто говорил тебе о том, что Лорд может вернуться. Так ведь было? – Так-то оно, так... Только откуда у него палочка Повелителя? – Северус, не ломай понапрасну голову вопросами, на которые ты не сможешь сейчас найти ответ. Вернемся в Англию – пороемся в моей библиотеке. Будет мало, то так и быть – схожу в министерскую. А ты понаблюдаешь за директором. Теперь ты знаешь, что нужно высматривать, и, может, заметишь что-нибудь интересное. Северус, все это будет только тогда, когда мы вернемся из Ненифа в Малфой-мэнор. А сейчас, мой дорогой, – голос Люциуса резко изменился, превративший в сладкий мед, а глазами он просто поедал друга, – иди ко мне. Я по тебе соскучился. Ты уже целый час не уделяешь мне своего внимания, – Малфой перевернулся на живот и подполз к Снейпу, намереваясь схватить того за ногу. Не удалось. Северус, хитро ухмыльнувшись, отдернул ногу, а в следующее мгновение, сделав стремительный рывок, он уже нависал над Люциусом, перевернув его на спину и прижимая плечами к полу. – Мой капризный друг жалуется на отсутствие внимания? Я сейчас буду исправляться, – губы Снейпа заскользили легкими прикосновениями по лбу, скулам и подбородку Малфоя, пока не достигли его губ, сцеловав с них тихий всхлип удовольствия. – Я буду очень старательно исправляться... Оседлав бедра Люциуса и уделив достаточно времени длинным платиновым прядям, аккуратно уложив их подальше от плеч и рук любимого, Северус принялся исполнять свое обещание. Его ладони заскользили по груди, задевая соски, легонько надавливая пальцами и царапая их ногтями, гладили ключицы, плечи и чуть щекотали бока, заставляя выгибаться дугой, подставляясь под жаркие поцелуи. Губы следовали за руками, почти в точности повторяя их путь. Невесомые прикосновения здесь, прикусывание и сразу же влажная ласка языка там... Вырисовывая своей нежностью замысловатый узор на теле Люциуса, он сдвигался все ниже. Вот уже его язык протанцевал над бугорком от бедренной косточки, а руки прижали вздрагивающего от этих прикосновений друга к меховому покрывалу. Нетерпение передалось и Северусу, поэтому забыв о своей преувеличенной медлительности, он обратил свое внимание на жаждущий его прикосновения член партнера. Слегка дотрагиваясь пальцами, он проследил путь венки от основания и до головки, заменил пальцы языком и повторил им все в обратном порядке, чтобы потом вернуться к яркой вершине. Облизав губы, он вобрал в рот такой твердый и словно бархатный на ощупь член, вырвав у Люциуса стон наслаждения. Двигаясь вверх-вниз и выписывая языком змейки вдоль ствола, он сделал несколько глотательных движений, одновременно удерживая бедра Люциуса, который непроизвольно начал подмахивать ему. Северус не смог подавить стон. Лаская любимого, он еле сдерживался, чтобы не прикоснуться к себе и не прекратить эту сладкую муку. Он по-змеиному скользнул по телу Люциуса вверх, прижимаясь к нему каждой клеточкой, каждой возбужденной частичкой своего и впился в его губы жадным и слегка жестковатым поцелуем. Руки Люциуса пробежали по спине и бокам Северуса, но подергивающееся от нетерпения тело Снейпа подгоняло их движение, неоднозначно намекая на то, где их прикосновения сейчас просто необходимы. Огладив ягодицы, Малфой ловко помог привставшему на коленях Северусу насадиться на подрагивающий от нетерпения член. За пару секунд до этого Люциус успел торопливо пройтись по своему члену рукой с невербально призванной на пальцы смазкой, поэтому тот легко оказался в глубине тела любимого. Чувство заполненности вызвало у Снейпа неконтролируемую мелкую дрожь удовольствия, заставившую Люциуса вздернуть бедра и зашипеть сквозь зубы что-то не совсем приличное. На миг они замерли, прислушиваясь к ощущениям единения и впитывая в себя эмоции друг друга. По можжевеловым кустам, скрывающим беседку с хозяином и его другом, пробежал волной ветерок, словно хотел подсмотреть за обнимающимися мужчинами, но испуганный неожиданным вскриком птицы, оставил без внимания и можжевельник, и наших героев. Только солнечный зайчик, взобравшись на спину Северусу, не хотел покидать своего уютного места между его острыми лопатками, потихоньку подпрыгивая, когда Снейп двигался над телом любимого. Его не смог прогнать даже судорожный вздох и последовавший за ним то ли стон, то ли вскрик. Солнечный зайчик несколько раз нервно вспрыгнул на плечо выгибающемуся в упоении Северусу, а затем проследовал вдоль его позвоночника и затих у поясницы, когда он расслабленно разлегся на любовнике. Люциус прикоснулся губами к виску Северуса и, запустив руки в темные шелковые пряди, стал их ласково перебирать, стараясь тем временем успокоить сбившееся от страсти дыхание и колотящееся в диком восторге сердце.

* * *

Англия встретила Северуса Снейпа сомнительно приятным сюрпризом, который ему вручили сразу по возвращении. В Малфой-мэноре его дожидалось письмо от Дамблдора. В получении писем от директора не было ничего необычного, но именно этот экземпляр его графоманских усилий отличался от всех его предыдущих посланий. Отличался он, прежде всего, указанным адресом мистера Снейпа – вместо привычного «Спиннерс Энд» на пергаменте четко было выведено рукой директора «Малфой-мэнор. Северусу Снейпу». Подобный поворот событий не обрадовал ни адресата, ни хозяина указанного на письме адреса. Они столько лет старались не привлекать внимания к своей дружбе. И вот директор каким-то образом узнал, что его коллега поддерживает отношения с лордом Малфоем, который ранее был правой рукой Темного Лорда. Люциуса, конечно, оправдали. Кто ж откажется от тысяч галлеонов, просто просящихся в ваш сейф? Но факт от этого не перестал быть таковым. – И что теперь? – Северус с раздражением вертел в руках письмо от директора. – Северус, а ты не хочешь его прочесть? Возможно, там и написан ответ на твой вопрос, – Люциус не сводил глаз с куска пергамента, измаранного чернилами Дамблдора, словно надеялся, что тот сейчас исчезнет, и у них не будет никакой головной боли по разбирательству с директором. – Дамблдор срочно хочет со мной поговорить. Все, – Снейп отдал пергамент Люциусу, позволяя тому и самому убедиться, что в письме больше ни о чем не написано. Северус отошел к окну и стал безразлично смотреть на яркие клумбы возле мэнора. – Что посоветуешь? – Ничего не посоветую. Будешь решать по ходу вашей с директором беседы. Главное – не вывести его на тему каминной сети в твоих покоях в Хогвартсе. Остальное, я думаю, решаемо. – Интересно, он просто узнал о том, что я провожу у тебя лето, или... – Снейп вопросительно поднял бровь, оглянувшись на Малфоя. – Очень надеюсь, что без «или». Иначе Нарцисса нас с тобой похоронит в одной могиле, еще и попрыгает сверху, чтоб нам уютнее там лежалось. Какая сволочь наговорила старику про нас? Практически ведь никто не знает о нашей дружбе. Летом гостей в Малфой-мэноре не бывает. Все уважающие себя семейства на это время выезжают отдыхать. А зимой тебя здесь нет, чтобы какая-то подруга Нарциссы могла столкнуться с профессором Хогвартса, а потом настучать об этом директору школы, где учится ее чадо, – Люциус вдруг изменился в лице, какая-то мысль заставила лорда Малфоя побледнеть. – Драко! Северус, ведь мы не запрещали Драко рассказывать о тебе своим друзьям. В последний год он от тебя не отходит. Может это сын с кем-то говорил о тебе в нашем доме? – Возможно. Только не смей наказывать ребенка. Мы сами виноваты, что не подумали об этом. А может, Драко и ни при чем. Но раз вспомнили, что такое может случиться, то лучше поговорить с ним. Он мальчишка умный и не подведет нас. Если, конечно, уже не проболтался кому-то из друзей, – Снейп несколько раз сжал пальцы в кулаки и разжал их, словно сбрасывал лишнее напряжение. – Люциус, я пойду пообщаться с Дамблдором. Не хочу предполагать, если можно пойти и все узнать. А ты поговори с сыном, только спокойно. Хорошо? – Хорошо, – Люциус подошел к Северусу. – Я поговорю с Драко. А ты будь осторожен с Дамблдором, очень уж он непредсказуем. Малфой обнял Северуса, похлопывая его по спине, и, поцеловав в висок, подтолкнул из комнаты, отправляя на встречу с директором Хогвартса. – Иди. Я жду тебя к ужину. – – – – – – – – – – – – – – – – – * Nеnuphar (фр.) – кувшинка, водяная лилия