Жизнь за кулисами. Обмануть всех

В вечернем воздухе разливалась благословенная после жаркого дня прохлада. Нарцисса даже накинула на плечи ажурную шаль, чтобы не вздрагивать каждый раз, когда легкий ветерок пробегал по террасе их особняка Ненифа, где расположилась, любуясь предзакатным небом, семья Малфой с Северусом Снейпом. Легкий ужин на свежем воздухе плавно перетек в разговор обо всем понемногу: о последних новостях из Англии, о ценах на французские вина, о заканчивающемся отпуске Северуса и, конечно, об искреннем нежелании всех прощаться с летом. Люциус взял со стола бутылку Шабли и наполнил бокалы белым вином из Бургундии. – Сегодня я предлагаю поднять бокалы в честь нашего мастера зельеварения, – официальным тоном сказал он и подал вино жене, сделав Снейпу приглашающий жест взять свой бокал. – Его исследования по усовершенствованию ликантропного зелья наконец-то увенчались успехом, и сегодня Северус Снейп получил пакет документов, подтверждающий его весомый вклад в науку зельеварения Британии. Это уже не первое зелье, над которым ты работал, мой друг, но, безусловно, одно из самых необычных. Поздравляю, Северус! – Спасибо, – Снейп довольно заулыбался. – Зелье, возможно, еще будет дорабатываться по результатам испытаний, но оно уже зарегистрировано по всем правилам и признано на порядок лучшим, чем зелье Дамокла Белби, которым до сих пор пользовались оборотни для сохранения человеческого сознания при трансформации во время полнолуния. – Северус, поздравляю тебя. Ты самый лучший зельевар из известных мне, – Нарцисса, ободряюще сверкнув глазами, пригубила вино. – Мальчики, солнце зашло, и становится слишком прохладно. Предлагаю перебраться в гостиную. Никто не был против разумного предложения, и вскоре на террасе заскучали пустые плетеные кресла, оставшиеся без интересной компании людей. Небо быстро темнело. В ближней роще стихли птицы. Лишь далекий скрип цикад нарушал тишину наступающей ночи.

* * *

– Нарси предложила нам перебраться под крышу, а сама сбежала отдыхать? – Снейп удивился поведению леди Малфой. В последнее время она всегда составляла им компанию в вечерних посиделках. – Она завтра с утра отправляется по своим французским подругам прощаться с ними до следующего лета. Так что ей необходимо выспаться, чтобы быть свежей и прекрасной, – легкая ирония в голосе абсолютно не затмила ту теплоту, с которой Люциус говорил о жене. Все-таки у них была очень славная семья, хоть и со странными и необычными отношениями. – Знаешь, как подумаю, что уже через неделю буду лицезреть Дамблдора во всей его седой красе, так меня начинает потряхивать. Что еще он придумает, чтобы нам жилось интереснее и веселее? – Снейп вздрогнул, демонстрируя свою любовь к директору Хогвартса. – Сев, так что мы решим относительно дневника? Дамблдору нужно как-то подсказать насчет наличия крестражей Лорда. Это был бы самый оптимальный вариант. Директор увидит дневник и начнет интересоваться, что это за темная штучка, после чего обратится к тебе. У него ведь нет больше под боком другого темного мага, с которым он мог бы проконсультироваться. А ты его и просветишь насчет крестражей и дашь понять, что такая вещь у Лорда не одна. Так, в порядке предположения, но для него этого должно быть достаточно, чтобы начать рыть землю в поиске остальных артефактов, созданных Повелителем. – Люциус, я даже не знаю. А если Лорд вернется и поймет, что Альбус методично уничтожает его крестражи? Ведь ты один, скорее всего, знал о них. Не считаешь ли ты, что станешь единственным подозреваемым в предательстве? Попадешь под раздачу у Темного Лорда. К тому же от директора тоже можно ожидать необычной реакции. А если он Поттера впутает в это дело? – Не попаду я ни под какую раздачу. Северус, все будет нормально. Ты же видел дневник, как Дамблдор сможет приплести к нему Поттера? Что ребенок сможет сделать с артефактом такой силы? – Малфой настаивал на своем мнении. – Как ты собираешься передать дневник Дамблдору? Надеюсь, не Драко его дашь? – Ты спятил? Я не собираюсь вовлекать в это двенадцатилетнего сына, – Люциус аж подскочил от такого предположения. – Я подброшу его кому-нибудь из министерских работников, из тех, кто заглядывает в рот нашему директору. На их домах стоят определители темной магии, которые выявят артефакт. Союзники и передадут Дамблдору дневник Лорда. – Почему директору? Почему не в Министерство отнесут? Или не выбросят? – Снейп не понимал, отчего Люциус так уверен в том, что с дневником поступят именно так, как он планирует. – Северус, включи мозги. Ты их еще на ингредиенты не пустил? С самим дневником я ничего не могу сделать, но вложить в него закладку и зачаровать ее как напоминалку – это запросто. Тот, кто будет держать в руках дневник, станет неосознанно считать, что его следует отдать Дамблдору. Чары для библиотечных книг. Помнишь такие? Только я привяжу напоминание на закладке к директору, а не к библиотеке. Вот и все. Колдовать, само собой, буду не своей палочкой. У меня есть несколько бесхозных. Выберу из них какую-нибудь попослушнее. – А директор увидит настроенную на него закладку в темномагическом артефакте и решит, что это какая-то угроза ему лично, или провокация, чтобы его дискредитировать. Думаешь, он рискнет кому-то рассказать о таком подарочке? Я не уверен. Дамблдор может быть и не знаком с разделом темной магии, связанной с манипуляциями душой. Он наверняка сможет только определить, что дневник – очень сильный темный артефакт, и все, – Северус отчаянно сопротивлялся идее Малфоя задействовать дневник Темного Лорда в игре с Дамблдором. Очень уж неожиданным может оказаться результат, если в этом замешан директор. – Закладка деактивируется при попадании дневника по назначению. Станет обычной закладкой для дневника. А директор, если не разберется сам, то позовет тебя, как своего главного эксперта. Ты ведь рассказывал, что он с тобой уже не раз советовался по вопросам, связанным с темной магией. Почему ты так сопротивляешься? Северус, пока целы крестражи, есть реальная возможность возвращения Лорда. И учитывая, что я знаю о пяти таких вещах, эта возможность возрастает пятикратно. Мы не можем сами их уничтожить, даже если их все разыщем. Открыто передать их директору – это значит подписать себе смертный приговор, – Люциус начинал злиться. – Я знаю о пяти артефактах, а Лорд говорил о семи, и хоть я не уверен, но он мог воплотить свою идею в реальность. Их вполне может быть и семь. Дух, что вселился в вашего Квиррелла, откуда-то же взялся? Это не простуда, которую можно подцепить от промокших ног! Северус, я не хочу больше ползать на коленях! – Почему ты решил, что Лорд вернется невменяемым? Может быть, он окажется вполне адекватным. – Адекватным, говоришь? Тот, что в голове вашего профессора сидел, был очень адекватным? Северус, объясни, что тебя так настораживает в моей идее с дневником? – Люциус, в твоей идее с дневником меня настораживает Альбус Дамблдор! Его нельзя просчитать! Просто невозможно представить, как он себя поведет! Можно разобраться в том, что он уже сделал, но предвидеть его будущие поступки абсолютно нереально! Не твоя идея плоха, а тот, с кем мы хотим сыграть, – Снейп прошел по гостиной в одну, потом в другую сторону. Остановился и, махнув рукой, обреченно сказал: – Делай, как знаешь. Только предупреди меня, чтобы я был в курсе, что у тебя получилось.

* * *

До начала занятий в Школе Чародейства и Волшебства оставалось почти две недели, когда на стол профессора зельеварения, составляющего учебные планы на будущее полугодие для всех семи курсов, сел черный филин. Снейп узнал птицу Малфоев. Он отвязал от его лапки небольшую записку и сразу прочел ее: «Приходи. Н.М.» Нарцисса очень редко писала Северусу сама, почти всегда ограничиваясь несколькими словами, приписанными к посланию от Люциуса. Это насторожило Снейпа и заставило пересмотреть собственные планы на сегодняшний вечер. Переложив несколько пергаментов на своем столе, Северус решительно встал и, придавив оставленные записи мраморным пресс-папье, направился к камину. – Северус, ты быстро, – Нарцисса встретила Снейпа, проведенного к ней домовым эльфом, в малой гостиной. – Мне нужно сказать тебе пару слов перед тем, как ты встретишься с Люциусом. Присаживайся. – Нарси, я начинаю нервничать. В записке – только одно слово без объяснений, теперь эта загадочность… Что-то случилось с Люциусом? – Снейп преувеличенно тщательно расправлял свою преподавательскую мантию, усаживаясь в кресло. – Случилось. С Люциусом кое-что случилось, – Нарцисса Малфой хихикнула, как третьекурсница, которую впервые пригласили на свидание. – Подробностей я не знаю, надеюсь узнать впоследствии от тебя в счет платы за то, что позвала тебя к нему. Учти, Люциус не догадывается о моей роли в твоем таком своевременном приходе в Малфой-мэнор, постарайся не выдать меня. Он сейчас у себя. Иди и скажи, что просто решил поужинать с нами. Ну не смотри так на меня. Иди, там сам все поймешь! – Нарцисса не удержалась от хитрой ухмылки.

* * *

Люциус Малфой сидел в своей комнате и смотрел в окно, придерживая возле левого глаза влажную салфетку, пахнувшую травами. Зелье действовало медленно, и он нервничал. Кто-то, коротко постучав в дверь, вошел в комнату, даже не ожидая приглашения. Малфой повернулся, чтобы узнать, кто это так жаждет его видеть. – Люциус? – Снейп, рассмотрев Малфоя, удивленно распахнул глаза, и на его лице стремительно начала расцветать насмешливая ухмылка. – Кто это тебя так? Или в дверь не вписался? Малфой опять приложил салфетку с зельем на знатный кровоподтек под глазом. – Чем насмехаться, лучше залечил бы мне это безобразие. Какими судьбами в Малфой-мэноре? – Пришел поужинать. Ты не рад? Могу уйти, – Снейп забрал из рук Люциуса салфетку, понюхал и, скривившись, отбросил ее на столик. Сунув руку в карман, достал оттуда баночку с плотно притертой стеклянной пробкой. Внутри баночки оказалась резко пахнущая полынью мазь, которую Снейп без объяснений начал втирать в синяк. – Рассказывай, с кем подрался? – С чего ты взял, что я подрался? – взвился Малфой, но увидел насмешливый взгляд Северуса и сдался: – С Артуром Уизли. В книжном магазине «Флориш и Блоттс». – Так, а вот отсюда поподробней, – Снейп вытер салфеткой остатки мази с рук и уселся на край кровати, давая своим видом понять, что готов выслушать самый детальный рассказ о том, как был заработан синяк. – Да что рассказывать? – Люциус бросил в сторону двери невербальное заглушающее заклинание. Снейп оценил жест и весь подобрался. Раз Малфой не желает свидетелей его рассказа, значит, не все так просто. – Сегодня я ходил в Лютный, нужно было решить кое-какие вопросы. Что? Какие, какие... Продал лишние темномагические игрушки, те, которые не представляют особой ценности. Аврорат что-то активизировался, бродят по домам уважаемых чистокровных семейств и роются в поисках чего поинтересней. Вот я и решил подстраховаться, чтобы меньше было прятать по родовым тайникам. Малфой пересел на кровать рядом с Северусом. – Чтобы не идти в другой раз с Драко за учебниками – да и метлу я ему обещал – вот и взял его с собой. Закончив с делами в Лютном, мы с сыном отправились в «Флориш и Блоттс», а там, как назло, этот Гилдерой Локхарт, которого Дамблдор к вам берет преподавать ЗОТИ. Ты, кстати, уже в курсе этого? – В курсе, – ядовитый тон Снейпа говорил сам за себя. – Альбус уже обрадовал всех на педсовете. Взять писателя-сказочника преподавателем ЗОТИ мог только Дамблдор с его невообразимыми прожектами. – Ну да, – Малфой покивал словам друга. – А я сказал уже, что и тот самый дневник тоже был при мне? Нет? Ну вот – теперь сказал… В магазине Локхарт устроил презентацию своей очередной книжки. Можешь себе представить, что там творилось – все ведьмы от одиннадцати до пятидесяти, которые были сегодня в Косом переулке, выстроились в очередь за автографом к этому хлыщу. Мне так не хотелось еще раз приходить туда, поэтому я все же решил купить для Драко книги по списку, что пришел из школы. Вот там-то я с Уизли и встретился. Вернее, это Драко встретился с твоим Поттером. Кстати, симпатичный мальчишка получится, если его отмыть от сажи из каминной сети. Рядом с ним вертелось все семейство Уизли и какие-то магглы, наверное, родители той девчонки, что с Поттером дружбу водит. – Грейнджер. – Что? – Люциус, которому перебили его рассказ, растерянно посмотрел на Снейпа. – Ту девчонку зовут Гермиона Грейнджер. Это она опередила твоего сына по оценкам в прошлом году. У нее неплохая память. Но интеллект совсем не гибкий. Просто все заучивает наизусть. Ходячая энциклопедия, а не ведьма. – Какая разница, как зовут ту магглорожденную? Дело не в ней, а в Уизли. Артур работает в Министерстве и поддерживает взгляды директора, и я подумал, что он может прекрасно послужить нам в деле с дневником. Что ему не понравилось в моем вопросе, я не знаю. Просто поинтересовался насчет его новых знакомых – магглов, с которыми Уизли перед этим разговаривал. О родителях той Грейнджер. А он на меня с кулаками бросился. Я ему губу разбил, а Артур мне какой-то книгой в глаз засветил, – Люциус потянулся рукой к синяку. Снейп перехватил его кисть у самого лица и покачал головой, давая понять, чтобы тот не трогал кровоподтек. – Я перед потасовкой держал в руках учебник его соплячки, которая в этом году в школу идет. Вот и засунул внутрь дневник, слегка склеив вокруг него страницы заклинанием, чтобы не выпал. Теперь ожидай вопросов от директора. – Люциус, ты все-таки использовал ребенка. Ты подбросил крестраж ребенку! – Снейп взорвался негодованием. – Ты же обещал, что подсунешь его взрослому магу. А если девчонка пострадает? Какая разница, из какой она семьи? Она – ребенок! – Северус, успокойся. Я же не ей отдал дневник, а просто с ее учебником отправил крестраж домой к Уизли. Там чары распознавания темной магии, которые стоят на домах всех работников Министерства во избежание покушения на них, дадут знать о принесенном в дом сюрпризе. Как только Артур или Молли возьмут в руки дневник, то сразу подумают, что необходимо его отдать директору, зачарованная закладка не подведет, – Малфой был так убедителен, что Снейп немного поумерил свой пыл изобличителя зла и только недоверчиво кривился. – Будем надеяться, что ты прав, Люциус, – Снейп развернул Малфоя лицом к себе и внимательно рассмотрел его глаз, удовлетворенно кивнув, он приказал: – Иди умойся. Все уже прошло. И накорми меня, наконец-то, ужином! Кстати, придумай для Нарциссы объяснение, а то она весьма красноречиво посмеивалась, когда я к тебе шел.

* * *

Вернувшись в школу рано утром, Снейп застал возле двери в свои апартаменты хогвартского домового эльфа, переминающегося с ноги на ногу и смешно подергивающего носом. Северус категорически запретил эльфам появляться в его покоях и даже наложил на свои комнаты специальное заклятие-табу для домовиков, если вдруг кто-то из ушастых был не в курсе его распоряжений. Стоило Северусу приблизиться, как эльф кинулся к нему, размахивая зажатым в длиннопалой руке пергаментом и громко объясняя свое присутствие здесь: – Профессор Снейп, директор вчера не мог вас найти, и он приказал мне обязательно вас дождаться, сэр, и передать его записку, – эльф протянул пергамент Снейпу, счастливо заглядывая ему в глаза. Только Альбус мог быть настолько «забывчивым», чтобы не сообразить, что эльф воспримет его приказ дословно и простоит под дверью Снейпа до самого утра. Северус развернул послание, которое гласило: «Северус, я не смог разыскать тебя вечером, поэтому приглашаю позавтракать со мной. Я встаю в 07-00. Дамблдор». Эльф все еще стоял рядом, и Снейп мысленно хлопнул себя по лбу – бедное создание всю ночь его ждало под дверью, а он и сейчас не соизволил его отпустить. – Прости, я замешкался. Ты можешь быть свободен, устал ведь за ночь, ожидая меня? – О нет, сэр. Не беспокойтесь. Директор ведь приказал дождаться вас, но он не запрещал Бэнни спать. Я так хорошо выспался, сэр, – посмотрев на сомневающегося Снейпа, окидывающего взглядом непривлекательные серые плиты пола в коридоре, эльф поспешил заверить: – Бэнни стелил себе одеяло. Бэнни было очень удобно, и никто его не тревожил. Сэр, может быть, я могу вам чем-то услужить? Снейп вызвал Темпус. Оказалось, что его прогулка от Хогсмида заняла довольно много времени. Да, по правде сказать, он и не спешил в замок, спокойно добираясь из деревни. Свежий утренний воздух, замечательная погода и еще более замечательное настроение располагали к приятной неспешной прогулке. Но все же до встречи с директором еще было минут двадцать, а зная, какой завтрак предложит Альбус, он, ухмыльнувшись своим мыслям, решил-таки облагодетельствовать домовика: – Принеси мне, Бэнни, кофе и пару бутербродов с ветчиной. Знаю я, какой завтрак будет у директора, так что стоит перед ним немного подкрепиться. Эльф, безмерно счастливый от того, что профессор запомнил его имя и позволил принести ему завтрак, кивнул головой, подтверждая, что вполне согласен с мнением о странных завтраках директора, и исчез выполнять заказ. Северус зашел в свои покои, оставив дверь открытой, чтобы домовик мог зайти, не сталкиваясь с заклинанием-табу.

* * *

Снейп постучал в дверь директорского кабинета и, услышав негромкое: «Входи, Северус», – предстал пред ясны очи директора, счастливо улыбаясь и потягиваясь, словно только что вылез из постели. – Проходи, присаживайся, – Дамблдор во все глаза рассматривал своего декана Слизерина и не узнавал его. – Сейчас нам подадут пирожные, а конфетами я вчера запасся, посетив свой любимый магазин маггловских сладостей. Может, ты еще и овсянку будешь, Северус? Так мы закажем. Директор болтал и продолжал рассматривать Снейпа. Откуда же ему было знать, что тот решил немного поиздеваться над Альбусом. Такое уж настроение было у Северуса. – Не беспокойтесь, директор. Я уже позавтракал. Еще в постели, – уточнил Снейп и восторженно закатил глаза, всем своим видом показывая, какой приятный был у него завтрак. – Вы что-то срочное хотели обсудить? Что ж вы вчера на обеде не предупредили меня? Я бы пересмотрел свои планы. Хоть моя встреча и была заранее договоренной, но ради вас я всегда могу отложить личные дела. Вы же знаете меня, Альбус. Так чем я могу быть полезен? – Да нет, ничего такого уж очень срочного, – Дамблдор даже головой покачал, подтверждая свои слова и пытаясь понять, почему Снейп на себя не похож. Какой-то непривычно расслабленный, что ли? – Ничего срочного? Так зачем же тогда Бэнни сказали «обязательно дождаться»? – увидев удивленный и непонимающий взгляд директора, Снейп пояснил: – Бедный эльф всю ночь меня дожидался под дверью, как вы приказали. Нужно было все-таки предупредить меня за обедом. Бедное создание. Он так устал, несчастный. Северус, пока утром завтракал, успел договориться с домовиком, что тот не станет рассказывать директору ни о том, что выспался сам, ни о том, что Снейп позавтракал уже в школе. Миф о том, что хогвартские эльфы беспрекословно во всем подчиняются директору и обо всем ему доносят, словно он их хозяин, Северус для себя развеял еще во время учебы. Эльфы в таких учреждениях привязаны к замку, а не к конкретному магу, и выполняют разумные с их точки зрения просьбы всех, кто находится в здании. И теперь Снейп практически в открытую говорил Дамблдору, что тот бесчувственный червь и измывается над домовиками. – Да, нехорошо получилось, но я ничего такого не имел в виду. Просто поручил передать тебе записку, когда ты появишься, – директор сделал кающееся лицо, в самый раз подходящее к данной ситуации. – А где ты был, Северус? Я хотел еще вечером с тобой переговорить. Бери чай. Пирожные, печенье. Доставай конфеты. – Спасибо, Альбус. Я же сказал, что уже позавтракал. И вы прекрасно знаете мое отношение к сладкому и мучному. А где был, это не важно. Это личное дело. Учебный год ведь еще не начался, и я волен не отчитываться в своем уходе. К тому же – всего на ночь, – Снейп удовлетворенно мысленно себе поаплодировал. Он заметил, что Дамблдор сделал для себя соответствующие выводы и перестал удивляться расслабленности и странностям Северуса. – Да, конечно. Надеюсь, ты приятно провел время, – глаза директора маслено заблестели. – Нам, старикам, уже недоступны некоторые радости жизни. А как иногда хочется вспомнить молодость. – И все же, о чем вы хотели переговорить? – Снейп фыркнул на неприличные намеки директора и посерьезнел. – Северус, я хотел тебя попросить терпимо отнестись к новому профессору ЗОТИ. Я знаю, что ты сам хочешь занять эту должность. Но ты ведь понимаешь – я не могу этого допустить. Ты темный маг и… – Что «и»? Что, директор? Я стану проклинать студентов? Или сделаю всех их темными магами? Это невозможно, и вы это знаете. Темным магом не становятся после нескольких уроков. Так что мешает мне занять эту должность? – Снейп не очень-то и стремился стать профессором ЗОТИ, но понаблюдав за теми, кто преподавал этот предмет последние годы, он не завидовал студентам на экзаменах. Квалификация педагогов оставляла желать лучшего. – Ты же знаешь, что должность профессора ЗОТИ проклята. Я не намерен еще прощаться с тобой. Ты мне нужен в школе. Разве тебе не нравится преподавать зелья? – Нравится. Так что там с новым профессором ЗОТИ? Я должен завести с ним дружбу? Или стать его помощником? А может, проверять вместо него письменные работы студентов? – ехидство и сарказм в полной мере показали отношение Снейпа ко всем его предположениям. – Нет, Северус. Ничего этого я от тебя не требую и не прошу. Просто будь с ним вежливым и не ставь его в глупое положение своими репликами. Не издевайся над ним и не унижай замечаниями. – Профессор Дамблдор, я не стану относиться к новому профессору ЗОТИ хуже, чем он того заслуживает. Выделять его среди других педагогов я не стану. Но особого к нему расположения с моей стороны я бы вам ожидать не советовал. Этого не будет, – Снейп был категоричен. – Достаточно, чтобы ты намеренно не выискивал у него недостатки. – Их у него и без выискивания предостаточно. Не так ли, Альбус? Кто не знает Локхарта? Болтуна и неумеху. А еще непревзойденного хвастуна и задаваку. Ладно, обещаю болезного на голову профессора лишний раз не высмеивать. Это все, о чем вы хотели поговорить? У меня еще не все планы готовы. – Да-да, Северус. Это все, о чем я хотел тебя попросить. Надеюсь на твою педагогическую солидарность. – Что? Я не обещал никакой солидарности. Я сказал, что не обижаю убогих. Хорошего дня, директор, – Северус закрыл за собой дверь и, прислонившись к ней с обратной стороны, глубоко вдохнул-выдохнул несколько раз, успокаиваясь. Он еле сдержался, чтобы не выразить свое откровенное мнение по поводу качеств тех профессоров ЗОТИ, которых выбирает Дамблдор. Но вопрос не стоил ссоры с директором, поэтому Снейп сдержался. Отлепившись от двери, он легко сбежал по ступенькам в коридор и, довольный своей выдержкой, направился к себе в подземелье.