Жизнь за кулисами. Обмануть всех

В дверь декана Слизерина коротко постучали. Снейп вздохнул и потянулся, разминая мышцы, поднялся из-за стола и пошел открывать. Достаточно было бы и взмаха волшебной палочкой, чтобы впустить в кабинет любого желающего его увидеть, но Северус решил воспользоваться чьим-то неожиданным визитом для небольшого отдыха от проверки бездарных работ бестолковых студентов пятого курса. Не обнаружив никого за раскрытой дверью, Снейп осмотрел коридор и, только опустив глаза к порогу, увидел черного филина, который предусмотрительно отошел в сторону от входа и с независимым и гордым видом дожидался, пока его заметят. Филин Малфоев был единственной птицей, приносившей Северусу письма прямо в кабинет. Все остальные пернатые почтальоны при необходимости разыскивали его в Большом зале. Только Астарот, так звали филина, никогда не отдавал послания Снейпу при посторонних, он всегда находил адресата в его кабинете или лаборатории. Северус приподнял руку, давая птице понять, что готов забрать его ношу. Астарот взмахнул крыльями пару раз и, пролетев по небольшой дуге в коридоре, спланировал на предложенную профессором руку. Снейп еще раз осмотрелся и, не обнаружив свидетелей прибытия к нему особенного посланника, прошел в кабинет, запечатав за собой дверь парой заклинаний. На всякий случай. – Астарот, ты как всегда осторожен. Молодец. Присаживайся, – Северус поднес руку с птицей к столу и, дождавшись, когда филин устроится на предложенном месте, открепил от его лапки свиток. – Что ты мне принес? Здесь что-то интересное или опять нытье о скуке? Снейп разворачивал свиток, полученный от друга, по пути к шкафчику с органическими ингредиентами, требовавшими применения чар охлаждения. Зыркнув на птицу, он с удовлетворением заметил, как Астарот внимательно следит за его действиями. Филин прекрасно знал, что в этом шкафу хранится для него угощение – вкусная мышка, которой Снейп всегда запасался для умного почтальона. Расплатившись с филином за работу, Северус принялся внимательно изучать письмо от Малфоя, написанное на качественном пергаменте и зачарованное от любопытных посторонних глаз. «Дорогой Сев! Я получил от Драко презанимательнейшее письмо. Мой сын утверждает, что Наследник Слизерина – это Гарри Поттер, и что тот умеет разговаривать со змеями. Не соблаговолишь ли ты, мой друг, пояснить мне, почему в который уже раз я узнаю такие важные новости от ребенка, а не о тебя? Северус, Мордред тебя полюби, открой после отбоя по Хогвартсу камин, или я за свои действия не отвечаю! Л.М.» Перечитав послание дважды, Снейп ухмыльнулся своим мыслям и, подбросив письмо, испепелил его невербальным Инсендио прямо в полете, не забыв уничтожить и создавшийся пепел. – Астарот, ты уже подкрепился? Отнеси это хозяину, – на лапку филину Северус ловко прикрепил небольшую записку: «Слушаюсь и повинуюсь. С.С.» Выпустив птицу за дверь, Снейп уселся проверять работы своих юных уничтожителей ингредиентов, чтобы к вечеру быть свободным для разговора с Люциусом. Драко, как обычно, мчался впереди паровоза и доносил отцу все новости из школы, не забывая высказать свое незрелое мнение о них. Что ж, Северусу не привыкать вправлять мозги и доводить до сведения друга предвзятость суждений его малолетнего сына. Он, правда, слегка надеялся, что этот разговор произойдет позже, но так даже лучше. Люциус, расслабленный запиской от Снейпа, получит ответы на все свои вопросы, и нет никакой гарантии, что они ему понравятся.

* * *

Привычный для слуха волшебника шум в камине возвестил о прибытии лорда Люциуса Малфоя в гостиную декана Слизерина. Аккуратно переступив каминную решетку, Люциус осмотрелся и даже слегка вздрогнул, заметив взгляд друга, устремленный в его сторону. Снейп сидел в кресле недалеко от камина. Сложенные на груди руки, поджатые губы, легкое раздражение и недовольство на его лице не предвещали ничего хорошего позднему гостю. Люциус, весь день накручивавший себя на громкое выяснение отношений, приготовивший дюжину упреков и полдюжины угроз и ультиматумов, в один миг сник и растерянно посмотрел на декана своего сына. Другом и любовником назвать того, кто так пронзает тебя взглядом, он не решался даже в мыслях. Перебирая в уме все свои слова и поступки за последнее время, Малфой лихорадочно старался понять, чем он так разозлил Снейпа, но ответа не находил. – Привет, – Люциус взял себя в руки и направился ко второму креслу, стараясь потянуть время, пока усаживался, и заставить Снейпа начать говорить, а не только обвиняюще глядеть своими невозможными глазами, которые, казалось, видят тебя насквозь. – Я слушаю тебя, Люциус, – Северус мысленно посмеивался над другом. Его показное преувеличенное недовольство удалось на славу, и Малфоя можно было брать тепленьким и лепить его мнение по своему усмотрению. За долгие годы дружбы Снейп хорошо изучил друга – чтобы не выслушивать всю ересь, наверняка придуманную Люциусом после письма Драко, он воспользовался почти беспроигрышным вариантом обуздания его возмущений. Малфой никогда не начинал открытого наступления, если настроение его оппонента не соответствовало теме обвинений Люциуса. Сидел бы Снейп спокойно или с виноватым видом – Люциус кинулся бы на него с вопросами, жалобами и упреками, стоило только войти в кабинет. А так, пока он не узнает, чем недоволен Северус, Малфой будет осторожничать и выяснять, с какой стороны подступиться к нему, так сказать, во избежание неприятностей. – Сев, случилось что-то, о чем я не знаю? – Люциус старался говорить равнодушно, но внимательный наблюдатель легко мог заметить небольшую нервозность в его голосе. – Дорогой Люциус! Зачем ты пришел задавать вопросы мне? Иди к Драко. Он тебе расскажет обо всем, что случилось, если еще не успел написать, – тихий голос Северуса звучал вкрадчиво и с издевкой, словно Снейп с трудом удерживался от грубости и ругани. – Он же у нас эксперт. Твой сын прекрасно разбирается в том, что происходит в Хогвартсе. Ты уже его посвятил в историю с дневником? Зачем делать такие глаза? Не напрягайся, Люциус. И не мычи. У тебя словарный запас иссяк? Как же великий Драко будет оценивать ситуацию, если не знает о роли отца в ней? – Прекрати брызгать ядом! Объясни, что произошло! – Малфой уже понял – не судьба ему сегодня обвинять и упрекать. Скорее уж он сам подвергнется атаке от Снейпа. – Что произошло? Тебе очень интересно? А когда подбрасывал дневник соплюхе-первокурснице, ты не интересовался, что из этого выйдет? В школе еще двое потерпевших, Люциус. Еще один ученик и привидение пострадали от фамильяра Слизерина. Сколько еще необходимо жертв? А Драко только и делает, что ходит, выпятив грудь, и радостно рассуждает о том времени, когда все грязнокровки пострадают от монстра из Тайной Комнаты. Поттер – Наследник Слизерина… Соплохвосту на смех! – Снейп встал из кресла и начал расхаживать по кабинету, то подходя к столу и перекладывая на нем несколько пергаментов, то переставляя местами книги на полке возле камина. Все его действия говорили о том, что он старается немного отвлечься и не сорваться окончательно. – Люциус, займись сыном! В который раз прошу тебя! Ты все у него на поводу идешь, вместо того, чтобы приструнить. Как я могу разорваться – и за Поттером следить, и Драко не давать совершать глупости? – Что такого сделал мой сын, что ты так взбеленился? – Взбеленился? Это я взбеленился? Наш Драко становится неуправляемым похлеще, чем Поттер! Маленький, глупый, заносчивый засранец твой Драко, ясно? Я ему говорю, объясняю, убеждаю, а у него даже не задерживается ничего в голове! Говорю – не трогай Поттера, это не доведет до добра. Через полчаса в коридоре свара. Кто зачинщик? Драко Малфой! Что он сделал? Прицепился к магглорожденной подружке Поттера в его же присутствии, обозвав ту грязнокровкой и угрожая расправой Наследника Слизерина. За что и получил на орехи от Поттера. Заслуженно получил! Хороший мальчик Драко! Послушный и внимательный к советам старших! – яд уже не брызгал, а лился полноводной рекой вместе с ехидной речью Снейпа. – Я не узнаю его! Стоит ему переступить порог Хогвартса, как все авторитеты для него перестают существовать! Он видит одного Поттера, и все его свободное время занято тем, чтобы придумать и осуществить очередную гадость Избранному. Не доходит до твоего сына, что Поттера поддерживает Дамблдор, который закроет глаза на все, что бы ни сотворил его протеже. Я на собственной шкуре это знаю. Гарри не Джеймс, он не злой по натуре и, к твоему сведению, очень даже сдержанный, но и его, в конце концов, достанут нападки Драко, и он не справится со своей магической силой. Я могу просто банально не успеть защитить твоего сына от мести, ты это понимаешь? – И ты из-за глупого поведения Драко так сердит? – Люциусу очень хотелось сгореть от стыда за поведение сына, но позволить себе такого он не мог и поэтому изо всех сил старался выглядеть если и не спокойным, то, по крайней мере, и не слишком расстроенным. – Драко тебе написал о Дуэльном клубе? – Конечно. Он же победил Поттера, как же Драко мог упустить подобное и не похвастаться мне? – самодовольство промелькнуло во взгляде Малфоя. – Победил? Кого это он победил? Я надеялся, поставив его для дуэли с Поттером, что Драко пошвыряется учебными заклятиями и на некоторое время успокоится, спустив пар. А что сделал твой сын? Победил, говоришь? Вот так вот взял – и победил! Великий наш победитель Избранных – Драко Малфой! Виртуозный дуэлянт! Он должен благодарить Мерлина и Поттера вместе с ним за то, что тот оттянул внимание на себя, и никто не стал разбираться с тем, что именно сотворил твой сын! – казалось, Снейп сейчас начнет орать от злости. – Только благодаря тому неизвестному нам магу, который в Хогвартсе поработал с охранными чарами так, что они теперь практически не выявляют темномагические проклятия, твой сын еще не отстранен от занятий, а ты не сидишь в Азкабане за его обучение. – Что он сделал? – Люциус побледнел, зная – Снейп не станет разбрасываться такими словами попусту. – Серпенсортия, – прозвучал лаконичный ответ. – Зачем ему это понадобилось? Зачем Драко змея? Это ведь… – Заклинание почти не опасное, но темномагическое, ты это прекрасно знаешь. И наказание за него можно получить сполна, как за любое другое, связанное с темной магией. А зачем оно понадобилось нашему Драко? Чтобы Поттера напугать перед всей школой. Только вот и здесь твой сын попал впросак. Поттер умеет говорить со змеями и, судя по его убедительному тону, спокойствию и очень уверенному виду, он просто уговаривал змею не нервничать и никого не трогать. Не смотри так! Да! Я считал его поверхностные мысли! Там были десятки детей, там были Драко и Поттер, я переживал за их безопасность. Не на Локхарта же надеяться… Снейп плюхнулся в кресло, прекратив порывисто расхаживать по кабинету, и тяжко вздохнул. Откинувшись на спинку кресла, Северус прикрыл глаза, всем своим видом давая понять Люциусу, как он устал от всего, что происходит в школе в последнее время. – Я поговорю с Драко. На каникулы он домой не поедет – это будет его наказанием. – Что? Что значит – не поедет? Люциус, здесь опасно! Ты не можешь так рисковать мальчиком! – Снейп, не веря своим ушам, смотрел на друга, сомневаясь в разумности принятого тем решения. – У меня нет выхода. Драко все равно остался бы в Хогвартсе, я просто дам ему понять, что это наказание. У Леруа – родственников Нарциссы во Франции – беда, мы уезжаем завтра в Ненифа. Ты же знаешь, мы с ними очень сблизились в последние годы, не поддержать их мы не можем. В одиночку Драко в Малфой-мэноре делать нечего, а брать его с собой несерьезно. У него каникулы, и портить их трауром не хочется. Я бы попросил тебя присмотреть за Драко, но и так знаю, что ты сына не оставишь без внимания. – С кем именно беда? – Снейп был знаком с родственниками Нарциссы, и его интерес выглядел вполне уместно. – Доминик остался без отца, и его мать в тяжелом состоянии – слегла на почве нервного срыва после похорон. Помочь мы мало чем сможем, но и не поехать нельзя, – Люциус развел руками. – Родственные связи, так удачно восстановленные Нарциссой, необходимо поддерживать. – Передашь мои соболезнования. За Драко я, безусловно, пригляжу. Ты прав, ему там нечего делать и дома одному быть тоже не стоит. Пусть отдыхает в Хогвартсе вместе с Поттером, – кривая усмешка сопровождала последние слова Снейпа. – С сыном обязательно поговори. Приди завтра утром и напиши официальное прошение о том, чтобы Драко на каникулах остался в школе – я передам его директору. Пусть он тоже почувствует ответственность за учеников на каникулах, может, не будет так попустительствовать ночным прогулкам Поттера. А то списки ребят, остающихся на каникулах в школе, соберут и в стол отправят. Ни тебе заявлений от родителей, ни разрешений от Попечительского совета… Что хотят, то и делают. – В тебе опять проснулся декан. Хорошо, я поговорю с Драко и напишу прошение на имя директора. Сделаю все так, как скажешь. А теперь объясни мне, что там насчет магии Поттера ты сказал. Почему это вдруг она может вырваться? – После поступления в Хогвартс Поттер не принимает больше зелье для связывания магии. Сам понимаешь, что он не смог бы учиться, если бы пил то зелье, которое я ему варил раньше. Только вот Дамблдор перехитрил сам себя. Альбус ведь надеялся, что до школы зельями магию Поттеру заблокирует, а когда мальчишка попадет в Хогвартс, то, как директор, он сможет поставить магические ограничители Поттеру. А не вышло! Я неумышленно помешал этому. Помнишь, я рассказывал, что Гарри был истощенным и отставал в физическом развитии? Так вот, я зелье для блокирования магии дополнил кое-чем сверх заказа Дамблдора и ему об этом, естественно, ничего не сказал. А теперь оказалось, что я не только физическое развитие мальчику немного подправил, но и восприимчивость к ограничению его магических способностей. Стандартные ограничители, которые используют для детей, слетают у Поттера через несколько дней. Альбус уже замаялся их обновлять. Так что иногда Поттер и без ограничителей по неделе-другой бывает. А сила у него немаленькая для второкурсника, я сам уже как-то раз убедился, наблюдая, как он развлекался, швыряя магией камешки в гигантского кальмара. Поттер на удивление сдержанный мальчишка, несмотря на его вспыльчивость и шило в одном месте. Свою магию он контролирует неплохо, хотя вряд ли осознает это. Но ты ведь прекрасно знаешь, что ограничители ставят именно для того, чтобы не было случайных пиковых всплесков. Поттер практически не защищен от такого. – Поттер не защищен? Это дети, которые вместе с ним учатся, не защищены от него. Ты хочешь сказать, что мальчик, которому еще нет пятнадцати, когда магия становится достаточно стабильной и не нуждается в контроле чарами, ходит по школе без ограничителей? Северус, необходимо что-то делать. Почему ты полтора года об этом молчал? – Во-первых, проверить наличие ограничителей на Поттере я решил только в этом году, раньше даже не задумывался об этом. Директор не жаловался, я считал, что проблем с магией у Поттера нет. Ну, собственно, у Поттера проблем и нет, проблемы у Дамблдора с установкой ограничителей. Был бы он магическим опекуном, не пришлось бы Гарри поить зельями до школы, и не было бы сейчас никаких недоразумений. Во-вторых, причину такого положения я вычислил всего с месяц назад, когда повторно просмотрел и просчитал формулу зелья, которым поили Поттера. В-третьих, он прекрасно справляется и без постромков. Если Поттера не провоцировать, ничего непоправимого не произойдет. А сделать в этой ситуации с неустойчивыми ограничителями можно только единственное – лишить его магии, сам понимаешь, на такой шаг никто в здравом уме не пойдет. Мальчишка не виноват, что я слегка перестарался, восстанавливая его физическое состояние, а я никому в этом признаваться не собираюсь, только тебе, – Снейп пожал плечами, словно говоря этим, что ничего теперь не изменишь, и следует просто смириться с создавшимся положением. – В Хогвартсе учится студент без ограничителей, по Хогвартсу бродит василиск, а директор с упоением жует сладости, – Люциус покачал головой. – А что там насчет Наследника Слизерина? – Ничего. После выходки Драко с темной магией вся школа теперь знает, что Поттер говорит на серпентарго. Все на него косо смотрят и подозревают во всех этих случаях окаменения студентов. Это в Англии дар говорить со змеями считают исключительно редким. А вообще в мире это не такое и необычное явление, чтобы приписывать его только темным магам. Вон дед сестер Патил, однокурсниц Драко, тоже владеет серпентарго, хоть сам из светлого рода. – Откуда знаешь? – Что из светлого рода? Из документов учащихся. А про способность говорить со змеями – так это его внучки спорили на перемене плохо или хорошо, что их дед знает серпентарго, оценивая его дар в свете происшествий в Хогвартсе. Я слышал их спор. В Индии многие владеют таким даром. Только здесь, в Хогвартсе, этого не объяснишь, если сам директор дает понять детям, что разговаривать со змеями плохо, и в пример ставит Слизерина. Пугало из основателя уже сделал, чтоб ему сладким объесться. Еще бы Темного Лорда вспомнил! – Но в Англии это действительно исключительно редко встречающийся дар. Откуда он у Поттера? – Да мало ли откуда? Поттеры за сотни лет столько раз вступали в браки с магами из темных родов, что не мудрено, если и потомки Слизерина там были. А может, все проще, и в род приняли кого-то из Индии или подобной страны, где дар говорить со змеями не редкость. Какая разница? Это что, единственное необходимое доказательство для подтверждения родства мальчика с великим родом, и он поэтому гарантированно является Наследником Слизерина? Да если и наследник, то именно Поттер никакую Тайную Комнату не открывал. Он сам ее с друзьями ищет. Вон даже Оборотное зелье тайно варят, кстати, весьма сносно – и это на втором курсе. Зачем оно им, могу только догадываться, – говоря о зелье, Снейп удовлетворенно ухмыльнулся. Не все его ученики непроходимые бездари. Жаль, за это зелье нельзя дать баллы ребятам, а он обязательно бы поощрил их, если бы не маска вредного профессора зельеварения, которую снимать ну никак не желательно. – И зачем им зелье? – Пойдут у кого-то что-то выведывать. Поживем – увидим. Разговор становился все спокойнее, вместо возмущений, обвинений и упреков все больше звучали размышления о том или ином нюансе создавшейся обстановки в школе. Они снова и снова пытались проанализировать события последних месяцев, но всякий раз приходили к одним и тем же выводам – из-за их вмешательства по школе шастает василиск. Из-за самовольного изменения Снейпом зелья у Поттера не держатся ограничители магии. Из-за свободного доступа Драко к домашней библиотеке, тот чуть не подставил родителей под Азкабан. Такие мудрые, изворотливые и хитрые, они столько ошибок допустили, что теперь только с недоверием качали головами. – Северус, мы непозволительно расслабились. Когда вернется Повелитель, а он вернется, чует моя душа, нам будет очень тяжко. Нужно собраться и хоть как-то выправить ситуацию. Ладно, с магией Поттера вряд ли что-то можно сделать, я верю твоим наблюдениям и выводам. Драко выдеру, как норовистого скакуна, чтобы мозги включал. А как быть с фамильяром Слизерина? Как остановить эту скотину? Веришь? Я уже тысячу раз себя корил за выходку с дневником! Это моя вина, что школа и дети в опасности. Хорошо, хоть Нарцисса не в курсе моих художеств, а то уже давно пришлось бы обживать полку в семейном склепе. – А что мы можем с ним сделать? Я приготовил галлон Феликс Фелициса для Поттера и тенью хожу за ним, когда Драко меня не отвлекает. Надеюсь вовремя напоить Избранного зельем Удачи. Ничем больше помочь мальчишке не могу. Можно было бы сварить антидот от окаменения, есть такой рецепт. Очень старинный. Но насколько он действенный, я не знаю, да и выпить его нужно непосредственно перед тем, как идешь общаться с василиском или Горгоной, он действует часа два-три согласно описанию, не больше. – Зелье сложное? – глаза Малфоя засветились неподдельным интересом. – Нет, не очень. Ингредиенты только не из дешевых, а некоторые и вовсе относятся к редким. – Пиши, что необходимо, я все достану. На всякий случай свари, а вдруг понадобится. Не Поттеру, так нам с тобой или Драко, или вообще кому-нибудь в этой школе. Оно же не ядовитое? Вот ходишь сам по ночам на дежурстве по Хогвартсу, так и пей – в качестве профилактики от василиска, – Люциус хмыкнул от пришедшего ему в голову сравнения рептилии с болезнью. – Откупиться хочешь? – Снейп спрашивал несерьезно, поддергивая друга. – Завтра получишь список. Сварю, лишним не будет. Люц, ты домой идешь? Вставать скоро. Мне завтра, нет, уже сегодня, еще со студентами воевать. – Прогоняешь? – Малфой встал сам и подал руку Северусу, чтобы помочь ему подняться с кресла. – Пойдем спать. Не зыркай, я сказал спать, а не что-то другое. Тебе в самом деле скоро в клетку со студентами пора будет заходить, дрессировщик ты наш, идем отдыхать, – Люциус, посмеиваясь, потянул Снейпа в спальню. Протестующе заскрипела кровать, когда мужчины вдвоем улеглись на ее узкое ложе. Сон одинаково быстро забрал в свои объятья и лорда Малфоя, и профессора Снейпа, не делая между ними разницы и не взвешивая на весах их ошибки и заслуги, давая обоим отдохнуть перед грядущим днем.