Жизнь за кулисами. Обмануть всех

Учебный год закончился. Студенты благополучно разъехались по домам. Правда, не все так уж и благополучно. Снейп только головой покачал, когда узнал, что Драко с Винсентом и Грегори опять в Лондоне с Хогвартс-экспресса забирала бригада колдомедиков из больницы Святого Мунго. – Ты взрослый парень, Драко, а ума у тебя как у дошкольника, – Северус посмеивался, навестив того в больничной палате. – Ну, конечно же, Поттеру можно все. А я – дурак, потому что этого никак не могу понять и надеюсь отомстить ему, – Малфой-младший обиженно поджал губы. Снейп смотрел на него и просчитывал, насколько неестественным будет, если он обнимет Драко, якобы успокаивая. Ему нужно было предупредить его о гостях в их поместье. Не придумав ничего лучше, Северус подошел к кровати и присел на ее край. Потянувшись рукой к сыну своего партнера, он ухватил его за плечо и рывком притянул в объятия. Свидетелем их встречи была только молоденькая колдомедик, но рисковать и вести разговор открыто Снейп не собирался. – Тихо. Не дергайся, – крепко удерживая парня, Северус, бросив заклинание отвлечения внимания в сторону девушки, прошептал ему прямо в ухо: – Драко, у вас дома обосновался Темный Лорд. Ты должен вести себя предельно осторожно. Лучше будет, если ты не станешь лишний раз выходить из своей комнаты. Не попадайся ему на глаза. Посмотрев на реакцию Драко на услышанное, Снейп почти не удивился. Тот радовался, его лицо светилось таким счастьем, что можно было подумать – он получил подарок, которого ждал целый год. В присутствии сына Люциус никогда не говорил о своих настоящих мыслях о Повелителе, особенно после его возрождения. Внешне всегда поддерживалась видимость полного согласия с помыслами Темного Лорда, и все поведение лорда Малфоя говорило о поддержке идей и целей Повелителя. Драко был еще в том возрасте, когда полноценные окклюментивные щиты поставить нельзя, а, следовательно, Лорд мог бы прочесть его мысли без особых помех. Такого нельзя было допустить, и Малфоям в присутствии сына приходилось притворяться. Подобная тактика дала свой результат: Драко не замечал их притворства, а самостоятельно разобраться в ситуации еще был не готов. Воспитанный с малолетства, что нет ничего дороже, чем семья, он и выступал якобы на стороне своей семьи, даже не догадываясь, как ошибался. – Глупый ребенок. Нечему радоваться. Твой отец в тюрьме, и неизвестно, остался бы он жив, если бы туда не попал. Малфои в опале. А ты скалишься, как идиот, – прошипел Снейп сквозь зубы. Благо колдомедик вышла из палаты, оставив их вдвоем. – Я смогу служить Темному Лорду вместо отца. Я добуду для него помилование. – Ты дурак, Драко! Повелитель не прощает провалов операции. Он еще покарает Люциуса. А служить ему ты еще не готов. Ты еще – ребенок. Несомненно, ты знаешь больше, чем средний ученик Хогвартса, но для вступления в ряды Пожирателей ты еще не готов, – Северус мучился из-за того, что не мог открыто все сказать. Драко вообще нечего делать среди Пожирателей, и его отец не будет рад такому повороту событий. Но Снейп был реалистом и понимал, что теперь, когда Темный Лорд решил перейти в наступление, нельзя ничего сбрасывать со счетов. От Драко может и не зависеть его выбор. Северус ясно предчувствовал, что будущее готовит им еще не одно испытание.

* * *

Когда через несколько дней, аппарировав на зов метки, Снейп понял, что стоит у ворот Малфой-мэнора, ему вдруг припомнились слова Лорда о предстоящем им разговоре. Холодок пробежал по спине. На входе в здание его встретил домовик и, явно от страха прижимая уши к голове, проводил в самый большой зал поместья. Бальный зал Малфой-мэнора претерпел значительные перемены после того, как Северус был здесь в последний раз. Окна закрыли плотными шторами, убрали всю мебель, со стен сняли картины и украшения. На возвышении стояло троноподобное кресло, похоже, то самое, что раньше занимало почетное место в зале собраний у Ноттов. На кресле сидел Темный Лорд, а рядом полукругом разместились Пожиратели Смерти, прибывшие раньше Снейпа. У ног Повелителя на коленях стоял Драко Малфой в традиционной черной мантии, которого нельзя было не узнать. Его голову не покрывал капюшон, давая всем возможность полюбоваться платиновым цветом его волос, которые были чуть светлее, чем у Люциуса, но так же, как и у того, имели неповторимый оттенок. Собравшись с силами и загнав эмоции в самый дальний угол, Снейп подошел поприветствовать Повелителя. Позже, вспоминая, как пришлось наблюдать получение Драко метки, Северус удивлялся, откуда у него взялось столько терпения, что он и не попытался вырвать того из рук Темного Лорда. Драко кричал так, что волосы на голове шевелились от ужаса и непонимания, что можно делать с человеком, чтобы он испытывал такую муку. В свое время Темный Лорд дал Северусу какой-то артефакт, позволив зажать тот в руке для уменьшения боли от выжигаемой на теле магической метки. Драко так не повезло, Повелитель отыгрывался на нем за ошибки его отца. После процедуры Темный Лорд заставил Снейпа унести Драко, потерявшего сознание. – Надеюсь, ты в курсе, где комната юного Малфоя. Потом возвращайся, Северус. После выслушивания отчетов, разработки каких-то планов по нападению на маггловские селения и дома неугодных Повелителю магов, после восхваления их целей и обещания всем прекрасного будущего, Темный Лорд распустил собрание. – Северус, задержись, – фраза, второй раз подряд завершавшая собрание Пожирателей Смерти, заставила некоторых внимательно присмотреться к Снейпу, пытаясь понять, чем он так привлек внимание Повелителя. – Ты говорил, что летом живешь дома. Нам с тобой нужен связной, который бы в любое время мог передать тебе мое распоряжение, не отрывая тебя от работы. Ты ведь на каникулах занимаешься исследованиями? – Я раньше занимался летом исследованиями, мой Лорд. Сейчас для этого остается слишком мало времени. Мне приходиться варить зелья для наших целей и для Дамблдора, вы же понимаете, что я не могу ему отказать, – Снейп говорил спокойно и безэмоционально, словно его не волновало то, о чем он рассказывал. – Я полагаю, что Петтигрю будет отличным связным и помощником тебе, – внимательный взгляд красных глаз давал понять – вопрос обсуждению не подлежал. К Снейпу приставляли соглядатая. – Слушаюсь, мой Лорд. – Это еще не все. Кое-какие зелья тебе придется варить здесь, в Малфой-мэноре, поэтому я советовал бы тебе проверить состояние лаборатории и наличие там ингредиентов, – Темный Лорд поднялся со своего кресла и, подойдя к окну, отвел в сторону край шторы. Наблюдая за догорающим днем, он продолжил: – Северус, я собираюсь поручить Драко некоторое дело. Мне хотелось бы, чтобы ты проследил за ним. Если ему потребуется содействие – ты поможешь ему, – Повелитель резко развернулся и впился взглядом в лицо Снейпа, оценивая его реакцию на свои слова. Оставшись довольным увиденным, он взмахом руки отпустил Северуса, приказав напоследок: – Позаботься о юном Драко, я не хочу, чтобы он возненавидел меня до того, как выполнит мое поручение. Соратники уже увидели то, что были должны увидеть. Они поняли – возмездие за их нерасторопность может дотянуться до их родных. И поговори с Нарциссой, она была против, чтобы ее сын принимал метку. От наказания ее спасло только то, что свое недовольство она выказала без свидетелей. Объясни этой женщине положение дел. Она должна только выполнять мои распоряжения, а не раздумывать над ними. Ее мнение меня абсолютно не интересует. Иди, Северус.

* * *

– Нарси, не истери! – Снейп сидел на краю постели, в которой все так же без сознания лежал Драко, и втирал ему в левое предплечье резко пахнущую мазь. – Ты ничего не могла сделать. – Люциус меня прибьет за то, что я допустила это, – она тыкала пальцем в метку на руке сына. – Мальчику только шестнадцать. Лорд просто наказал его вместо Люциуса, раз уж до того не в силах сейчас дотянуться. – Прекрати! Уже ничего нельзя изменить. Даже Люциус не смог бы противиться решению Повелителя. Сядь рядом и выслушай меня. Драко скоро придет в сознание, и тогда мы не сможем открыто поговорить. Северус объяснил, как себя вести, когда в доме присутствуют Темный Лорд и его последователи. Нарциссе раньше никогда не приходилось сталкиваться с таким количеством Пожирателей Смерти, и теперь ее до дрожи пугало то, что их поместье выбрано местом для встреч и проживания некоторых из них и самого Лорда. Снейп расспросил ее о решении Министерства в отношении Люциуса, получив в ответ неуверенный рассказ о том, что всех задержанных в Отделе тайн пока без суда отправили в Азкабан. – Нарси, Повелитель собирается что-то поручить Драко. Не дергайся и возьми себя в руки. Ты же не думала, что Лорд ограничится только дарением метки твоему сыну? Так вот, когда это случится, постарайся выведать, какое задание получит Драко. Если будет необходимо, свяжешься со мной, и мы решим, что делать, – Северус развернулся к приходящему в сознание парню и занялся проверкой его самочувствия. – Драко. Драко, ты меня слышишь? Посмотри на меня. Не отводи глаз, я проверяю зрачки. Голова болит сильно? – Болит. Я опозорился, я кричал и потерял сознание, – голос было еле слышно, в сорванном горле саднило, и это позволяло только слегка хрипеть. – Глупец. Все кричат и очень многие теряют сознание. Ты был сильным, Драко, – Снейп не удержался и легонько успокаивающе потрепал его по волосам. – Вот, выпей, станет легче. Мне пора уходить, а ты слушайся мать. Ты меня понял? Ты делаешь все, что тебе говорит Нарцисса. Я не собираюсь отвечать перед Люциусом за то, что с тобой произойдет что-то непоправимое. Нарси, ты знаешь, как меня найти. Снейп, коснувшись губами виска подруги и на несколько секунд прижав ее к себе, даря надежду и поддержку, спешно покинул комнату. Ему еще было необходимо проверить свой дом на Спиннерс Энд на наличие компрометирующих вещей, ведь уже завтра туда может заявиться соглядатай от Лорда – Питер Петтигрю.

* * *

Беллатриса Лестрейндж причиняла Снейпу некоторые неудобства своим постоянным подзуживанием соратников не доверять ему. Никакие отговорки, что Темный Лорд ему доверяет, на нее не действовали. После удачного разговора без свидетелей с Нарциссой о поручении для Драко, Северус решил заткнуть Беллатрисе рот, устроив ей «показательное выступление». – Нарси, ты приведешь ее ко мне домой и потребуешь от меня Непреложный обет для помощи Драко. Надеюсь, такой шаг успокоит твою сестрицу, и она перестанет мутить воду. Надоело, что она постоянно обращает внимание всех вокруг на мою персону. Мне и так нелегко, постороннее внимание ни к чему. Только формулируй свои требования для обета так... Снейп подробно разработал эффектное представление для Беллатрисы, которое они с Нарциссой очень удачно и отыграли через несколько дней. Нарцисса притащила сестру к Снейпу домой на Спиннерс Энд и слезно умоляла Северуса помочь Драко с заданием Лорда. – Ты мог бы сделать это вместо Драко, Северус. Тебе удалось бы, конечно, и Повелитель наградил бы тебя превыше нас всех, – слова Нарциссы звучали искренне, потому как они таковыми и были. – Я думаю, он намерен рано или поздно поручить это мне. Но ему угодно, чтобы сначала сделал попытку Драко, – Снейп уже получил распоряжение от Темного Лорда помогать, так что его слова не были по большому счету ложью. Даже если Беллатриса проговорится Повелителю, тот не усмотрит в его действиях никакого подвоха. – Северус, ты поможешь Драко? Ты позаботишься о нем, присмотришь, чтобы с ним ничего не случилось? – упрашивала Нарцисса. – Я постараюсь, – Снейп говорил таким тоном, словно делал одолжение. – Ты будешь рядом? Ты защитишь его? Северус, ты поклянешься мне в этом? Ты дашь Непреложный обет? – Нарцисса уже повторяла про себя условия обета, которые они со Снейпом приготовили для этого спектакля при Беллатрисе. – Конечно, Нарцисса, я принесу Непреложный обет, – сказал Снейп тихо после небольшой паузы, словно обдумывал ее слова. – Может быть, твоя сестра согласится скрепить его для нас? Беллатриса была покорена такой самоотдачей Снейпа и на некоторое время перестала доставать его своей подозрительностью. А данный Северусом Непреложный обет его почти ни к чему не принуждал. Помогать Драко он был обязан и по требованию Темного Лорда. Правда, Повелитель так и не сказал ему, в чем именно будет состоять задание и какая помощь может понадобиться. Но Нарцисса вполне компенсировала этот пробел информации, когда при Беллатрисе, заламывая руки, в отчаянии повторяла: – Драко не сможет этого сделать! Он не готов убивать! Ему не устоять против Великого! Снейп ее успокоил и объяснил, что самое главное, чтобы ее сын не замкнулся и не наломал дров. Северус заверил Нарциссу в своей несомненной помощи Драко во всем. Он не стал ей говорить, что, возможно, ничего не придется и делать, потому как директор поражен смертельным заклятием и жив еще только благодаря зельям и темным обрядам, которые Снейп для него проводил. Но никому, в том числе и Нарциссе, этого знать, пока не следовало.

* * *

Жизнь в магических поселениях Британии почти замерла, приноравливаясь к новым реалиям и требованиям безопасности. Пожиратели Смерти бесчинствовали в маггловском мире, руша мосты и наводя порчу на людей, дементоры, вырвавшись из-под повиновения Министерству Магии, пировали на эмоциях магглов, насылая повсеместно уныние и подталкивая самых слабых к самоубийствам. Черные метки, все чаще всплывающие над домами волшебников, наводили ужас и заставляли всех магов вести более скрытный образ жизни. Волшебники перестали ходить друг к другу в гости, они забыли, что можно провести время праздно шатаясь по магическим улицам, переходя из магазина в магазин только для того, чтобы встретиться со знакомыми, посидеть с ними в кафе или пабе и просто посплетничать. Все с опаской оглядывались вокруг себя, направляясь на работу или отлучаясь за покупками. В их домах поселился страх за жизнь близких, за свое будущее и будущее своих детей. Тем временем ряды Пожирателей Смерти пополнялись новобранцами из сочувствующих идеям Темного Лорда и из числа особо трусливых волшебников, дрожавших за свои никчемные жизни и надеявшихся таким образом не попасть под раздачу во время рейдов темных магов. Профессору зельеварения Северусу Снейпу некогда было отдыхать, несмотря на то, что учебный год закончился, а он находился в своем законном летнем отпуске. Северус жил в доме своих родителей на Спиннерс Энд – в маленьком, рассыпающемся под действием времени домишке. Неприятную компанию ему составлял Питер Петтигрю, который по распоряжению Темного Лорда был приставлен к зельевару для помощи и поддержания связи с Повелителем – так гласила официальная версия. На самом деле он просто шпионил для Лорда, наблюдал за Снейпом в тщетных попытках уличить того в измене. Так продолжалось до того знаменательного дня, когда Повелитель пожелал, чтобы Северус перешел работать в лабораторию Малфой-мэнора. – Здесь тебе будет, несомненно, удобней. Питер рассказывал о бедности твоей зельеварни в старом доме отца-маггла. Ты ведь когда-то жил здесь, Северус, и, помнится, тебе это нравилось. Нарцисса не станет противиться, чтобы ты опять занял свои прежние комнаты в поместье. И не беспокойся, я не собираюсь тебя удерживать здесь силой или нарушать твои планы, связанные с работой на стороне, – сделав ударение на последних словах, Темный Лорд ухмыльнулся, намекая на работу в Ордене Феникса. Снейп был не против поселиться в Малфой-мэноре. Так он мог присмотреть за Нарциссой и Драко, мог помочь им в случае необходимости, да и просто поддержать подругу в такое тяжелое для нее время было нелишним. О том, что и ему самому нужна поддержка близкого человека, Северус старался не вспоминать. Огорчало лишь то, что он теперь находился под неусыпным контролем Повелителя, но Снейп привык жить бок о бок с опасностью.

* * *

Регулярно раз в неделю Снейп отлучался из Малфой-мэнора для того, чтобы доставить зелье Дамблдору и провести очередной обряд над его поврежденной заклинанием рукой. Когда Северус в первый раз увидел словно сгоревшую кисть директора, он сразу понял, что тот стал жертвой очень темного и весьма коварного заклинания. Отменить окончательно его действие никак нельзя, можно только отвоевать у смерти несколько месяцев. Снейп сразу же после оказания первой помощи и, приостановив распространение проклятия, сказал об этом Дамблдору, не скрывая всей неприглядной и страшной правды. Узнав о том, что жить ему осталось не больше года, Альбус только горестно покачал головой. На его левой – здоровой – руке Снейп заметил кольцо, которого раньше никогда не видел у Дамблдора: большой, довольно грубо изготовленный перстень, похоже, из золота, был украшен крупным черным камнем, треснувшим посередине. Директор подтвердил его предположение, что проклятие он получил «в подарок» от этого украшения. – Северус, даже такие опытные волшебники, как я, могут совершить ошибку. Я не удержался от искушения и надел этот перстень, вот теперь и расплачиваюсь за свои желания. С того дня для Снейпа стало одной заботой больше – приходилось постоянно следить за распространением проклятия, изнутри сжигавшего плоть директора, и купировать его продвижение. Дамблдора абсолютно не коробило, что жизнь ему продлевается с помощью темномагического ритуала, после которого Северусу требовалось около суток для полного восстановления своих сил. Во время очередного сеанса по борьбе с продвижением проклятия по руке директора, Снейп узнал, что Поттера буквально через две недели после начала каникул забрали от его маггловских родственников и отправили проводить лето вместе с семейством Уизли. Не очень достойная замена, по мнению Северуса, но все же лучше, чем у ненавидевшей мальчишку тетки. Орден Феникса собирался достаточно регулярно в Хогвартсе. После смерти Блэка, зная о его родстве с Беллатрисой и Нарциссой, директор настоял на перенесении места встреч. Оглашение завещания Сириуса Блэка позволило всем узнать, что тот оставил свое имущество крестнику – Гарри Поттеру. Дамблдор подсуетился и получил от мальчишки разрешение на использование дома на Гриммаулд Плейс, как и раньше, в качестве штаб-квартиры Ордена. Дом достался Гарри в наследство от Блэка вместе с деньгами, сейфами и титулом. Приходя на собрания Ордена, Снейп поражался, как орденцы еще успевали сделать что-то полезное за своими бесконечными невыполнимыми прожектами по борьбе с Лордом и его соратниками, обсуждением статей «Ежедневного пророка», охами и ахами над судьбой какого-то там знакомого или мусоля и жуя тему о бедном мальчике Гарри. Он время от времени предупреждал членов Ордена о готовящихся нападениях Пожирателей Смерти, о которых удавалось узнать, а у тех иногда получалось спасти несколько жизней, благодаря его сведениям. Еще Северусу приходилось варить зелья для членов Ордена Феникса, пострадавших в стычках с Пожирателями Смерти. В этом, в основном, и состояла работа Снейпа на светлой стороне противостояния, набиравшего обороты в магической Британии. Его служение Темному Лорду мало чем отличалось от работы на Орден Феникса. Он также варил зелья для пострадавших на заданиях магов, только в этом случае – для Пожирателей Смерти. Передавал Повелителю некоторые сведения о работе Ордена, заранее заготовленные Дамблдором для этой цели. Снейп, присутствуя на собраниях соратников Темного Лорда, не мог не замечать, что, несмотря на одержимость и безумие, Повелитель довольно грамотно претворял в жизнь собственные планы. Он тщательно продумывал конечную цель, которая достигалась проведением той или иной акции, легко завоевывая доверие волшебников к своим идеям. И далеко не всегда это достигалось устрашением или принуждением. Однако теперь врожденная харизматичность темного лидера была окрашена в алые цвета террора и насилия. Она побуждала сторонников идти к цели напролом, сметая на своем пути все, что было им неугодным.

* * *

Снейп, сняв мантию, чтоб не мешала ему, стоял над огромным котлом, в котором через несколько минут будет готово восстанавливающее силы зелье. Оно требовалось всем: и светлым, и темным, к тому же – в больших количествах. Поэтому, выбрав для работы самый внушительный котел из всех, имевшихся в наличии, Северус упрощал себе жизнь. Он выполнял одновременно распоряжения обоих своих руководителей с равной расторопностью и абсолютно одинаковым качеством работы. Снейп улыбнулся этой своей мысли и продолжил помешивать остывающее снадобье, внимательно наблюдая за его состоянием, чтобы точно определить момент, когда вмешательство уже будет ненужным. Мысли перекинулись на Дамблдора. Снейп был уверен, что проклятие директор получил, уничтожая крестраж Темного Лорда, очень уж кольцо походило на то, о котором рассказывал Люциус. Малфой... Как его не хватало сейчас Северусу. Успокаивало только то, что друг был защищен от наказания Повелителя, который так и не простил соратникам провала в Министерстве и часто об этом вспоминал на собраниях. Придется самому порыться на досуге в библиотеке и постараться найти изображение перстня, обосновавшегося на руке Дамблдора, решил Снейп. Возможно, это подскажет, насколько оправдана мысль о том, что кольцо – бывший крестраж Лорда. Вот только досуга у Снейпа было мало, даже на сон оставалось не больше шести часов в сутки, да и то не всегда. Над поверхностью зелья стали заворачиваться бледно-малиновые спирали пара и укладываться вдоль стенок котла, что говорило о полной готовности снадобья. Северус вынул черпак и, подставив под него миску, чтобы не закапать варевом пол, понес его к мойке. Несмотря на показательную нелюбовь определенного круга магов к изобретениям магглов, все дома волшебников были оборудованы системами водоснабжения на должном уровне. Никто уже не таскал воду из колодца вручную, за исключением особых случаев, в большинстве своем связанных с ритуалами и обрядами. Открыв кран и подставив черпак под струю теплой воды, Северус начал тщательно его отмывать. В это время в шум воды вклинился еще один звук, который был опознан, как вскрытие запирающего заклинания на входной двери. Только один человек мог так бесцеремонно вторгнуться на территорию Снейпа, а лаборатория, несомненно, являлась исключительно его территорией. Даже Люциус и Нарцисса старались не заходить сюда, если он занимался зельем, чтобы ненароком не получить незаслуженно пару неприятных комплиментов, на которые был так скор их друг. Снейп безошибочно почувствовал движение магии Повелителя. Он спокойно продолжил заниматься делом, спрятав свои последние мысли за окклюментивные щиты и ожидая, когда его окликнут. Чисто вымытый черпак был аккуратно уложен на стол для просушки. Мойка сполоснута. Вода отключена. – Северус-с, не притворяйся, что ты не слышал, как я зашел в твою святая святых. Голос раздался сзади над самым ухом, и только годы жесткой дисциплины помогли Снейпу не вздрогнуть. Он почувствовал, как Темный Лорд медленно проводит пальцем вдоль его позвоночника, сверху и до самого копчика. Затем его ладонь прошлась по ягодицам, словно приласкав их. Легко касаясь пальцами ребер Северуса, Лорд поднял руку к его лопаткам, сжал на миг уставшие шейные мышцы, провел пальцами, как гребнем, сквозь спадающие на спину волосы. Потершись щекой о плечо, Повелитель потянул Северуса за предплечье, разворачивая того лицом к себе. Его палец с уродливым черным ногтем прошелся по груди и животу. Сначала сверху вниз почти до самого паха, затем в обратную сторону. Он скользил в районе сосков и ключиц, тогда как алые глаза следили за выражением лица Снейпа. Взяв своего бывшего любовника за подбородок, Лорд наклонился к нему, будто собираясь поцеловать, по-прежнему не отрывая взгляда от глаз Северуса. Когда между их губами осталось не больше половины дюйма, Повелитель хмыкнул и, резко отстранившись, сказал: – Выдержка, как всегда, на высоте. Да, Северус-с? Я всегда был доволен твоей честностью. Ты не станешь утверждать, что безмерно рад моим ласкам, но и трястись от страха и брезгливости ты тоже не будешь, – все так же крепко держа Снейпа за предплечье, Темный Лорд направился к небольшому диванчику, стоявшему у стены и предназначенному для отдыха зельевара между отдельными стадиями при варке некоторых зелий. – Давай присядем, мой друг. Расслабься, я не буду больше испытывать тебя. Мне после возрождения не интересны телесные контакты, которые зовут сексом. Я даже не помню, как это и что при этом чувствуешь. Я только помню, что это было приятно. Но сейчас это для меня ничего не значит. Для меня больше нет такого понятия как «приятно» или «хорошо». Я теперь знаю только «выполнено» или «провалено», «цель достигнута» или нет. Ты понимаешь меня? Я не забыл, что ты был мне очень близок, так же как и Люциус. Хотя и не понимаю, чем вы меня настолько подкупили, чтобы я смог вам довериться? У тебя золотые руки, которые творят настоящие чудеса из кучки всяких корешков и дохлых тараканов, – Лорд взял руку Снейпа и преувеличенно внимательно осмотрел каждый его палец. – Ты полезен мне, это я понимаю, но почему я тебе доверял? И почему продолжаю доверять? Люциус подвел меня, очень подвел. Он провалил задание, которое готовилось долгие месяцы. Но я все равно не готов его убить, что, несомненно, сделал бы с любым другим, кто оказался бы на его месте. Наказать – да, но не убить. Во мне осталось что-то от меня прежнего. Я это чувствую, но не понимаю. Северус-с, как ты думаешь, это из-за того, что при проведении ритуала возрождения что-то было неправильно сделано? Я читал и перечитывал манускрипт с описанием этого ритуала, но не нашел ошибки. Темный Лорд сидел вполоборота, удобно устроившись в углу черного кожаного диванчика, и разговаривал так же спокойно, как бывало когда-то, еще до его исчезновения, они беседовали, коротая вечер. Только нынешний внешний вид Повелителя был слишком далек от того, каким его помнил Снейп. – Если вы позволите, мой Лорд, я могу сварить зелье, которое разблокирует вашу чувственность, если такой блок существует. – Зачем, Северус-с, мне чувственность при таком личике? Чтобы переживать о том, что меня боятся вместо того, чтобы хотеть? Нет. Мне уютно и без этого, пока я не помню как это – чувствовать. Просто иногда что-то поднимается изнутри, и мне становится скучно и муторно от своей постоянной злости и ненависти. Вот как сегодня. Ты развлек меня. Возле тебя проходит моя скука. Темный Лорд снова потянулся к руке Снейпа, и тот на этот раз протянул ее навстречу худой кисти Повелителя с длинными тонкими пальцами. Столкнувшись где-то на полпути, они переплели свои пальцы, и Северус искренне пожал руку своего бывшего кумира, которого сегодня постигло небольшое просветление. Лорд это почувствовал. Почувствовал, что пожатие было искренним и ободряющим, как бы он ни отрицал наличия у себя эмоций. Он притянул кисть Снейпа к своим тонким синюшным губам и очень нежно коснулся ими тыльной ее стороны. А через несколько секунд только легкое завихрение магии говорило о том, что Повелитель приходил в лабораторию. Северус тряхнул головой, отгоняя неуместное сочувствие Темному Лорду. Но перед глазами все продолжало стоять страшное лицо Повелителя с тоской в красных глазах. Может, там внутри него заперт тот человек, которым так восхищался в свое время молодой Снейп? Может, тот человек не хочет, чтобы от его имени творилось все это беспредельное зло? Северусу почему-то казалось, что приход Лорда был не случайным, что тот что-то хотел сказать ему, но так и не осмелился или, может, новая сущность Повелителя не позволила ему – настоящему, откровенно поговорить со Снейпом? Просидев полчаса, раздумывая над странным поведением Темного Лорда, Северус так и не пришел к какому-то определенному выводу. Подняв глаза к огромному котлу, возвышающемуся на столе, он облегченно вздохнул, вспомнив, что визит Лорда пришелся на время, когда зелье было уже готово. Так что принесенные Повелителем в помещение магические волны не могли уже повредить снадобью, и его не придется варить заново. Разлив зелье в десятки маленьких флаконов, объемом в разовую дозу для принятия его волшебником, Снейп привел в порядок лабораторию и отправился отдыхать.

* * *

В преддверии нового учебного года директор Хогвартса собрал своих коллег на педсовет, чтобы проверить, все ли готово и что еще стоит сделать в последние летние дни. Он нудно интересовался у каждого педагога его планами учебы, проверял и уточнял мелочи, скрупулезно вчитываясь во все бумаги. Остальные профессора в это время занимались кто чем хотел: кто-то читал книгу, кто-то глазел в окно, а Снейп вспоминал разговор с Нарциссой, произошедший на днях.

– Ретроспектива –

Нарцисса только что возвратилась из Косого переулка, куда ходила с Драко, чтобы приобрести все необходимое ему для школы, и находилась явно в крайней степени раздражения. Увидев Снейпа, она вцепилась в него мертвой хваткой и потащила в свой будуар. Стоило только двери за ними захлопнуться, как в нее полетела связка запирающих и заглушающих заклятий с палочки Нарциссы. – Этот твой Поттер! – столько злости и презрения было в голосе леди Малфой, что человек, не знающий ее, мог бы схлопотать сердечный приступ с перепуга. – Этот дрянной мальчишка смел мне угрожать! Он насмехался надо мной! Он назвал Люциуса «бездарным»! Он грозил мне двухместной камерой, чтобы я могла сидеть в Азкабане вместе с мужем! Я убью твоего Поттера, Северус, и рука у меня не дрогнет! Нарцисса была разъярена до крайности. Она кричала и брызгала слюной, как ядом, даже не замечая, что ее манеры безнадежно забыты, а наружу выползли инстинкты, жаждущие мести. Желательно кровавой и очень болезненной. Это была Нарцисса Блэк. Настоящая Блэк! Северус редко сталкивался с этой стороной своей подруги, поэтому решил подождать молча и не встревать пока в ее чудесный и темпераментный монолог. – Они вместе с этим рыжим ничтожеством подняли волшебные палочки на моего сына прямо в заведении мадам Малкин. Только их подружка, эта плебейка с синяком под глазом, как одноглазая сова, пыталась призвать их к порядку. Да ведь твоему Поттеру никто не указ! – Нарцисса тыкала в грудь Снейпа своим идеально наманикюренным пальчиком, чем причиняла довольно ощутимую боль, но тот стойко терпел и молчал. – Он заявил во всеуслышание, что я дружу с Пожирателями Смерти. Я пообещала твоему засранцу, что он встретится с Сириусом раньше, чем я с Люциусом в одной камере. Если он так же ведет себя в школе, то я прекрасно понимаю своего сына и его ненависть к этому оборванцу, воспитанному в подворотне! Выдохшись, Нарцисса замолчала, тяжело дыша. Плечи ее опустились, глаза перестали метать молнии, а губы скривились так, словно она сейчас начнет плакать. Северус понял, что атака на Поттера закончена, и он может вставить свое весомое слово. Осторожно обняв подругу и прижав ее к себе, Снейп озвучил свое мнение по поводу ее яростного выступления: – Нарси, Гарри действительно воспитывался практически в подворотне, и это не его вина, что он не знает приличных манер. Не вырывайся. Я тебя выслушал. Теперь ты выслушай меня, – Снейп погладил ее по плечу, успокаивая. – Я не собираюсь его защищать. Он маленький, невыносимый гаденыш. Ты уже не раз слышала это от меня, теперь знаешь, что я ничего не выдумывал. Поттер действительно вредный человечек, но он очень добрый. Да, Нарси, к тем, кого Гарри считает своими друзьями, он очень добр и снисходителен к их недостаткам, он их любит и, не задумываясь, станет под Аваду ради них. Тебе это никого не напоминает? Я не хочу сказать, что это оправдывает его хамское поведение, но Поттер пять лет противостоял твоему сыну, мне, да и с Люциусом ему приходилось сталкиваться не далее как в июне в Отделе тайн. Мы не знаем, какая у них там вышла встреча. Только сам Люц сможет нам все рассказать, когда вернется домой. Просто Гарри на другой стороне, и он считает всех нас своими врагами, поэтому и ведет себя так отвратительно. Ты ведь знаешь, что у гриффиндорцев не бывает полутонов, у них все или белое, или черное. Не нужно злиться. Тебе еще предстоит успокоить Драко. Представляю, в каком он состоянии. Будь умницей. Снейп поцеловал уже успокоившуюся и расслабленную подругу в макушку и выпустил из своих объятий, чтобы посмотреть ей в лицо. – Все будет хорошо, Нарси. Верь мне. – Хорошо... Когда оно будет – это «хорошо». Но я тебе верю, Сев. Ты никогда меня не обманывал. Пойду, успокою Драко, – Нарцисса похлопала Снейпа по руке и, вздохнув, как перед нырянием, решительно ступила в коридор. Только когда дверь за леди Малфой закрылась, Северус смог дать волю своему смеху. Его насмешила Нарцисса своим безудержным гневом по пустяку. Его насмешил Поттер, своей буйной фантазией насчет двухместных камер в Азкабане – учится мальчишка жалить побольнее, и это у него уже получается. Вон как завел снежную королеву Нарциссу Малфой! Его смутило упоминание о подбитом глазе Грейнджер. Эта девчонка всегда была немного равнодушна к своему внешнему виду, но не настолько же. Хотя увидеть это было бы интересно и, пожалуй, даже весело. Отсмеявшись, Снейп, оставил будуар хозяйки поместья. Сюда без спросу могла зайти сестра Нарциссы. Не стоило вызывать у соратников беспочвенных подозрений. А уж Беллатриса всегда умела сделать из мухи дракона.

– Конец ретроспективы –

Пока Северус витал в воспоминаниях, очередь проверять планы дошла и до него. Все остальные уже успели побеседовать с директором и теперь ожидали, когда он поговорит со Снейпом, чтобы получить возможность обсудить и другие общие вопросы, всегда возникающие перед началом учебного года. Планы декана Слизерина, как всегда, были идеально составлены и не вызвали ни одного вопроса Дамблдора. Распределив деньги попечительского совета, выделенные для малоимущих студентов, поспорив немного о порядке ночных дежурств на сентябрь и поупражнявшись в словесности, выясняя, как стоит организовать тренировки квиддичных команд в этом году, профессора постепенно исчерпали все вопросы, которые следовало решить. – А теперь я хочу сделать объявление для всех. Профессор Снейп, конечно, уже в курсе изменений, ведь ему было необходимо составлять соответствующие планы. Ну а для остальных, это будет новостью. С первого сентября преподавать ЗОТИ станет Северус, – директор приветливо кивнул Снейпу. – Отвечая на ваш закономерный вопрос – зельеварение взялся вести профессор Гораций Слагхорн, с которым почти все вы знакомы. И еще одно объявление. В этом учебном году в школе будут постоянно находиться на дежурстве выделенные Министерством авроры, чтобы обеспечить ученикам безопасность. Прошу принять новых членов, так сказать, взрослой команды школы с уважением и пониманием. На этом у меня все. Если вопросов нет, то мы можем перейти к маленькому банкету. Дамблдор взмахнул своей палочкой, и все бумаги с центра стола живенько перебрались на самый его краешек, сложившись в аккуратную стопочку. На их место устремилась стая разноцветных чашек с душистым чаем, горка конфет в ярких обертках и несколько блюд с пирожными, кексами и прочей сладкой выпечкой. Все загалдели и стали продвигаться к столу. После нескольких часов, проведенных на собрании в кабинете директора, никто не стал отказываться от небольшого дружеского чаепития. Даже Снейп, саркастично поджав губы на выходку Альбуса, взял в руки чашку, выбрав зеленую с серебряной каемкой, и присоединился к поеданию печенья.